притон

      ‒ Олег, Олег! ‒ повторял Глеб, потрясывая Савченко за плечо. ‒ Ты какого в туалете разлёгся? Сказал бы, я бы такси заказал! А то сидишь, даже штаны не удосужился застегнуть.       ‒ Я… ме.. ‒ не успел Олег закончить, как Голубин поднял его под руки и поволочил к умывальникам.       ‒ Наверх поднимемся, попрощаемся, и домой, ‒ заключил Глеб, умывая друга.       Кое-как приведя в порядок Савченко, Голубин транспортировал тело на второй этаж. В ложе сидели: Англичанин, державший на коленях Сашу, и какой-то незнакомых молодой человек. Савченко плюхнулся на диван напротив Сащеко, а Голубин встал рядом.       ‒ Что-то наш Олежа не выдержал испытание колёсами, я лучше его домой отвезу, ‒ Саша тихо хихикнула. К столу подошёл Мирон и затянул светловолосого в разговор. В это время Савченко сидел и тупо смотрел на то, как девушка нежилась в объятиях Ромы. Пока Саша болтала с незнакомцем, Англичанин залипал в телефон. Внезапно он поднял глаза, поймав на себе взгляд Олега. Но он не отвёл глаза, а наоборот прищурил их, сконцентрировав взор на Савченко. Смотрел пристально, насколько это позволяла ситуация. Олег не выдержал и пяти секунд, опустив глаза. Рука потянулась к стакану с бакарди.       ‒ Эй, Глеб, твой клиент решил в расход пойти, ‒ Рома окрикнул парня, отнимая у Савченко алкоголь.       ‒ Да, уходим, ‒ Голубин прошёл глубже в ложу, собирая вещи. Олег встал сам, попрощался с Фёдоровым, получив от него наказ перед сном выпить цитрамона.       ‒ Ещё раз с днём рождения!       ‒ Спасибо что пришёл, Олеж, увидимся, ‒ пропела девушка, вставая с коленей Ромы.       ‒ До встречи, ‒ сказал Англичанин, протягивая руку. От рукопожатия у Савченко прошёлся холодок по всему телу.              На удивление, такси приехало быстро, и через пять минут парни оказались у подъезда Савченко.       ‒ Глеб, останься у меня ночевать, вдруг с утра хуёво будет, ‒ жалобно промычал Олег.       ‒ Братан, вообще без проблем. В твоём холостяцком логове еда то хоть есть?       ‒ Было что-то, ‒ ответил Савченко, открывая дверь.                     Утром Олег проснулся в отличном настроении, без единого намёка на отходосы. С кухни веяло приятным запахом завтрака; на тумбочке стоял стакан воды с каким-то таблетками. Минуя ванную, Савченко сразу же прошёл к холодильнику. На плите стояла сковородка с макаронами по-флотски, а на столе записка, которая гласила о том, что Голубину срочно нужно было по делам, и пожелание приятного аппетита. Притащив компьютер и укутавшись в плед, Олег приступил к еде. Макароны были безумно вкусными, готовить Глеб умел безупречно. И где он такому научился?       Просмотрев всевозможные видео на ютубе, и расправившись со второй порцией макарон, Савченко зашёл ВК. Увидев список друзей, а конкретно недавно добавленного Англичанина, (который красовался под именем Роман Николаевич), события вчерашнего вечера постепенно начали залезать в голову. То, как он принял колёса, как пошёл в туалет. Что было после, он прекрасно помнил, но вопреки здравому смыслу, которым всегда хвастал, противно не было, только в голове промелькнуло «латентный пидор». Не хотелось бежать в душ и пытаться смыть с себя «порочность», не хотелось провалиться сквозь землю. Неприятно было от того, что Сащеко как ни в чём не бывало, сидел со своей Сашей. Входит ли в какие-либо рамки совокупляться с мужчиной на дне рождения собственной девушки? Может, в следующий раз он захочет поговорить?                     Снова неделя, снова рутина и дотошный Виктор Сергеевич. Мирон нашёл себе в клубе пассию и все уши прожужжал про то, какая она распрекрасная. Глеб уехал в Москву, и на этой неделе возвращаться не планировал, отчего становилось всё более паршиво. Даже часовые разговоры по скайпу не помогали. Во время бесцельного пребывания в офисе, Савченко погуглил «резкие спады настроения». Сайты гласили ‒ недостаток гормонов счастья, а как одна из причин ‒ приём наркотических препаратов. Прочитав целый трактат о том, как колёса взаимодействуют с нейронами, регулирующими производство серотонина, отвечающего, как раз, за хорошее настроение, Олег сразу же закрыл вкладку с мыслью «ну я же не наркоман».                     Пятничный вечер в клубе проходил по накатанной: Мирон со своей коротковолосой пассией и Англичанин с Сашей. Отсутствие Глеба навлекало грусть, по причине чего Олег обзавёлся косяком, который более-менее его расслабил. Спустя час бесцельных бесед с обитателями ложи, Савченко решил ‒ момент икс настал. Сейчас он выйдет в туалет, и если Англичанин хочет поговорить, то пойдёт следом. Он не ошибся: спустя пару минут ожидания, в дверях сортира появился силуэт Сащеко. Повисла неловкая пауза: Олег не знал что делать, а Англичанин молчал, намывая руки. Наконец, из кабинки вышел человек, и, чуть не падая, переместился к раковинам. Конечности его не слушались, вода не включалась, а перегаром пасло за три километра. Рома не выдержал, и грубо взяв его за шкирку, практически выкинул из туалета. Олег отошёл к череде кабинок, притворяясь, что сушит руки. Англичанин подошёл сбоку, взяв того за плечо, и ловко толкнул в кабинку. Закрыв за собой дверь на задвижку, Сащеко попытался расстегнуть Олегу штаны, но тот резко оттолкнул его двумя руками, отчего кабинка затрещала, еле-еле выдержав вес Англичанина.       ‒ Я на подстилку похож? ‒ недовольным тоном спросил Савченко.       ‒ В прошлый раз ты не сопротивлялся, ‒ с ухмылкой ответил Сащеко, оправляя пиджак. Олег со всей силы толкнул дверь, попутно выламывая замок. Выбежал из туалета, налетев на какого-то мужчину, который чуть было, не упал. Поднялся на второй этаж, и глубоко выдохнув, подошёл к столику.       ‒ Сашуль, мне срочно уехать нужно, так что передай Роме «пока», ‒ совершенно спокойно сказал Олег, удивившись самому себе. Мирона поблизости не было, и, спустившись по другой лестнице, во избежание встречи с Англичанином, покинул клуб.              ‒ Куда пропал наш офисный друг? ‒ поинтересовался Рома, устраиваясь в уголке дивана.       ‒ Олег? Сказал, что срочно куда-то нужно, в общем, я не особо поняла, ‒ в ответ Англичанин только хмыкнул, опрокинув залпом полстакана виски.                            ‒ Олежик, дорогой мой, ну как ни крути, не вижу в тебе и намёка на какую-то хворь, ‒ сказал мужчина в белом халате, вынимая из ушей стетоскоп.       ‒ Ладно, Михалыч, расколол. На работе заебался в конец. Выпиши по-братски больничный на недельку, в долгу не останусь, ‒ возразил Савченко, выставляя из рюкзака на стол бутылку «Кениксберга». Врач повертел пузырь в руках, затем убрав его в шкафчик под столом.       ‒ Так и появляются на почве алкоголизма болезни. Хорошо, что не у меня! ‒ Михалыч громко хохотнул. ‒ Ладно, Олежик, даю тебе семь дней на излечение ОРВИ, а потом возвращайся на контроль.       ‒ Дай Бог тебе здоровьица, буду делать зарядку и пить чай с малиной!       ‒ Иди уже, лодырь, я в отличие от тебя работаю, ‒ мужчина подписал какую-то бумажку и отдал Олегу.       Воздух на улице чувствуется в сто раз приятнее, особенно когда знаешь, что в ближайшую неделю можно безнаказанно заниматься откровенным распиздяйством. Вернувшись в квартиру, Савченко первым делом заказал кучу еды и пива. Доедая через силу последний кусок пиццы, Олег подумал, что теперь без помех сможет насладиться фильмом, который идёт уже тридцать минут. Но хватило бедняги ненадолго, съеденная еда и выпитое пиво приказали спать.                     Пролежав всю неделю в кровати, к пятнице Олег всё же решил, что пора хотя бы мусор выкинуть. Вернувшись с улицы и плюхнувшись на кровать, Савченко всё никак не мог понять, почему его гложет чувство, что он что-то забыл или упустил. Посмотрев на экран телефона, понял ‒ сегодня пятница, время похода в клуб. Но сидеть и смотреть на обжимающегося Англичанина с Сашей, объёбанного Мирона с его девушкой, больше похожей на мальчика, не было никакого желания. Тем более, Глеб в Москве. По этому он забрался поглубже в одеяло, включил «Битву Экстрасенсов» и уснул под монотонные завывания Пахома. В субботу Голубин, наконец, смог выйти на связь в скайпе.       ‒ Выкладывай, как дела, как наши, ‒ сходу спросил Глеб.       ‒ Да ничего не меняется, Мирон со своей, Рома со своей, банчит. А вообще я не был в Люксе, может, чего и поменялось. Ты-то там как, решил проблемы?       ‒ Всё хуйня, лучше б и не приезжал. Только мозг мне ебёт и ничего сказать не может. Почему не был?       ‒ Тухляк без твоих шуток. Возвращайся, а не то я совсем загнусь. Кстати, всё время ходил, напоминал себе, но забыл. Очень вкусные макароны ты мне тогда утром приготовил, я всё за один присест съел! Где ты научился так готовить?       ‒ А задница не треснула? ‒ Глеб заржал. ‒ Суровая школа жизни, братан. Сидеть и проёбывать универ в общаге тоже становится скучно, а пельмени поперёк горла. Вообще, ты какого чёрта не на работе?       ‒ Да вот здесь у меня этот Виктор Сергеевич, ‒ проведя рукой по шее, возмутился Савченко. ‒ Сходил к знакомому терапевту, учились в одной школе. Он мне больничный выписал, ОРВИ! Так что и не прикопаешься, ‒ вдруг протрещал звонок в дверь.       ‒ Вспомнишь го.. солнце ‒ вот и лучик, неужели и здесь этот старый хрыч меня застал? Я перезвоню позже?       ‒ Без проблем, ‒ ответил Глеб и Савченко скинул вызов. Медленно дошёл до двери, провернул ключи. Перед ним возник Англичанин.              ‒ Чего вчера не пришёл? ‒ спросил Рома, опёршись на дверной косяк.