Личный глюк Императора

- Падме, как ты не понимаешь, что кроме тебя это никто не сделает? – вопрошает Бейл Органа. – Только у тебя есть козыри в рукаве, способные убедить Вейдера в твоей искренности. Падме кривится, она этих козырей желала бы не иметь. Всяко легче стало бы! - И ты думаешь, он ничего не заподозрит? – спрашивает сенатора Амидала. Ей как-то не нравится идея быть разведчицей в стане врага. А именно на это её толкает Бейл. Они с Мотмой всё решили и большинством голосов отправили её обратно в лапы ситхов. - Никто не говорит, что будет легко. Но у других и шанса-то нет. В отличие от тебя. Амидала понимающе кивает: - Я помню, что говорила Мон про меня и мои родственные связи с врагами демократии. Она мне не верит и, вероятно, хочет от меня избавиться. Я не удивлюсь, если она уверена в том, что я помогаю мужу в шпионаже. Это похоже на её проверку. Бейл только покачал головой. Он находился меж двух огней – меж Мотмой и Амидалой. - К тому же, если меня не будет в альянсе, главной станет Мон, а она только этого и хочет. - Ты не видишь необходимости в этих действиях? – устало интересуется Бейл. – Нам просто жизненно необходим шпион в высших эшелонах власти Империи. И лучше тебя на это задание нам никого не найти. - Я, конечно, могу попробовать. Но ты хоть представляешь, сколько усилий это потребует? Я всё-таки политик, а не актриса и уж тем более не разведчик с опытом. - Мы это знаем, - говорит ей сенатор Органа, не собираясь отступаться. – Так же мы знаем, что тебе нельзя врать, ибо форсъюзеры ложь почувствуют сразу. Но дипломатический опыт у тебя есть. Мне ли тебя учить? - Ну вот, какие аргументы я ему приведу? Он знает, какой я ярый сторонник демократии! - Скажешь, что поняла, что семья для тебя важнее. Падме только горько усмехается: - Ты сам говорил, что врать нельзя. Заметят. - А ты говорила, что нашла в себе силы бороться только благодаря детям. - Хорошо, - протянула Амидала. – Возможно, Вейдер мне поверит. А Император? - Для тебя сейчас главное – убедить мужа. Всё остальное второстепенно, ибо твой муж сможет постараться тебя защитить и от Императора в том числе. Да и не думаю, что Палпатин будет в состоянии предсказать фортеля твоего поведения, после подобного эпизода. Падме только хмурится. Идея ей кажется с одной стороны весьма соблазнительной, но вот с другой… - Ладно, уговорил, красноречивый, - тяжело вздыхает Амидала. – Я уже знаю, что буду говорить о моментах не нравящихся мне в альянсе. - Ну вот, и хорошо. Договорились. Несмотря, на вроде бы победу в убеждении Падме, Бейл почувствовал, как по его позвоночнику пробегает стая мурашек. Что не нравится в Альянсе!.. А если Вейдеру, Палпатину или кому там ещё удастся завербовать Амидалу на свою сторону?.. Что тогда?

***

Встреча была назначена на шесть в столице Набу Тиде. - Здравствуй, Энакин, - приветствует мужа Падме. - Я больше не Энакин. Я – Вейдер. Лорд Дарт Вейдер, - жестко отрезает он. - Для меня ты навсегда останешься Энакином. - Ладно, не суть важно, - останавливает дальнейшие разбирательства Вейдер. – Так о чём ты хотела поговорить? Падме долго молчит, но всё же находит в себе силы продолжить. - Я готова вернуться домой. - После семи месяцев отсутствия? – недовольно вопрошает Лорд Вейдер. - Я поняла, насколько важна для меня семья. - И это говорит человек, явившийся беременным на Мустафар, где никакой экологии сплошной аммиак, - иронично тянет Вейдер. - Я пересмотрела с того времени многие взгляды, - негромко говорит Падме. - Что даже касательно демократии пересмотрела? - недоверчиво спрашивает её муж. - Нет. Только касательно альянса. - И что же тебе в нём не нравится? - То, что он стал более походить на террористическую организацию. - А не ты ли устроила теракт в торговом центре? - Я, - винится Амидала в том, в чём действительно чувствует себя виноватой. - Но я не знала, что будет так много жертв, я этого не предусмотрела. - Ты предала меня, - жестко отрезает Вейдер. – А теперь хочешь прийти назад, будто ничего и не произошло. - А ты предал то, чему мы служили. Предал демократию, предал республику. Предал Оби-Вана. Предал Орден, - не остаётся в долгу Падме. – Если я смогла простить тебя, то и ты сможешь простить меня. - Ты привезла с собой Кеноби, который хотел меня убить. - Этого я не знала, он использовал меня в тёмную. - И после этого ты утверждала, что джедаи - хорошие? - Я же сказала, я пересмотрела многие свои взгляды. - Ладно, - тянет Вейдер. – Дома обсудим. Падме отчего-то захотелось абсолютно по-детски запрыгать от радости, как зайчик. У неё получилось!.. Интересно однако, что взволновало её больше? Удача при вхождении в доверие или то, что муж смог её простить?