Лабиринты душ

— Заткнитесь! — голос Айси прогремел падающей лавиной, накрывшей толстым слоем снега.       В следующую секунду наступила оглушающая тишина, а вместе с ней и абсолютная темнота. Это было похоже на ледяной гроб: Дарси даже не могла пошевелить пальцами, снег забивал всё доступное пространство. И вдруг сквозь толщу начали просачиваться тихие звуки. Сначала они маячили где-то далеко, на грани ощущений, но с каждым мгновением становились всё ближе и ближе. Голоса. Словно стёклышки они сталкивались, дребезжали и впивались в крошечную точку её «Я». Визгливые звуки резали сознание, но не складывались в понятные слова, только разлетались мелкой крошкой. Снег же смёрзся в мягкую глину, похожую на пластилин. И даже такую вязкую, но податливую субстанцию не получалось продавить рукой. Или... Или эта глина и была её телом. Вязкое, неповоротливое, не подконтрольное. Хотя сознание было удивительно ясным, даже слишком ясным. А магия откликнулась не тягучим мёдом, а игривым ветерком. Дарси будто почувствовала удар током. Ситуация слишком походила на атаку менталиста, который к тому же незаметно прорвался сквозь щиты.       Дарси словно змея, стянула с себя щит, как кожу. Подмены враг не почувствовал. А Дарси, выждав пару секунд, мелкой юркой рыбёшкой нырнула внутрь себя. Причина давления обнаружилась сразу: не заметить снежный вал, разбрызгивающий мелкие острые крупинки, было невозможно. Снег легко обернулся неощутимой белой пеной, мягкой и относительно безопасной. Но самое важное — покорной. А вот это было странно: чужая атака слишком легко изменилась и подчинилась. Дарси повнимательней прислушалась к непонятному воздействию: усталое давление, больше похожее на крайне настойчивую просьбу оставить в покое. И было ещё кое-что — даже сейчас, когда тяжёлая лавина уже обратилась в пар и постепенно поглощалась силой самой Дарси, присутствовал отчётливый вкус снега, с мягкими тонами иллюзии и шторма. Айси! Только её сила могла так ощущаться. Дарси продралась сквозь белую завесу и легко скользнула по сестринской связи.       Внутри разума Айси её встретило тяжёлое ощущение: мутное марево тусклого сознания, но уже наполненное раздражающей болью. Дарси смутилась собственной глупости: она должна была сразу отсечь измученную сестру от их со Сторми разговора, тем более это делали только менталисты. А вместо этого они прошлись лезвием по раздражённому сознанию Айси. Дарси мягким ночным снегопадом укрыла старшую сестру будто одеялом, а метели приказала петь тихую колыбельную. Дарси поцеловала Айси касанием тумана, а тем временем другим облачком тумана прикоснулась к сознанию младшей сестры. Тяжёлый пласт льда сошёл, позволяя Сторми дышать полной грудью. Но в отличие от Дарси, с более многослойной настройкой собственной защиты, Сторми приняла весь удар сразу. И только робкие касания Жизни и Смерти сумели успокоить растерянную иллюзионистку. Хелси. Если уж Сторми попала в руки-лапы Дракона, то Дарси могла не беспокоиться.       Тем более, что нечто, звенящее крылышками комара где-то на периферии сознания, вдруг приблизилось, разрастаясь из маленькой точки. Тихий разговор начал перерастать в непривычный спор: — А что по твоему произошло? — голос Лили звенел истеричной ноткой. — Я откуда знаю? — Авалон уже срывался на повышенный тон, он явно был сильно встревожен. — Дарси просто потеряла сознание.       А вот это было плохо. Во время разговора со Сторми, Дарси была в комнате с Авалоном. И никого другого рядом. Ещё и на фоне подозрений о ментальном вмешательстве... Разговор же наращивал обороты. — За сегодня Сторми сражалась только с тобой, — настороженно отметила Хелси,— тем более ты дважды отправил её в нокаут. Третий раз твоя «Серая Мгла» почти всегда приводит к более длительной потери сознания. У Дарси схожие симптомы. — Ты обвиняешь меня в нападении? К Сторми я вообще не подходил после тренировки! — у Авалона начали сдавать нервы. — А отложенная версия? — напомнила Хелси.       Отложенная версия... Дарси едва подавила телесную реакцию на столь ошеломительную мысль. "Серая мгла" была классическим заклинанием, которым Авалон любил заканчивать тренировочный бой. И его отложенная форма не сильно отличалась от обычной, Хелси просто не могла не заметить его. Тем более, что мягкая магия Жизни, которой лечились последствия Мглы, должна была как минимум выявить следы магии Смерти. Да и Дракон владела Смертью в разы лучше самого Авалона. Ни Тьма, ни Свет не могли влиять похожим образом, только Смерть. — Не много на себя берёшь, Дракон? — рыкнул Авалон, не стерпев обвинения фактически в предательстве. — Не стоит, — тихо начал Демон, от которого пошёл едва ощутимый жар и тихий шорох пламени.       Ответом стало столь же тихое искрение со стороны Авалона. Дарси предположила, что это щит, во всяком случае атакующие звучали по другому. Вокруг самой Дарси закружился мягкий ветерок, наполненный Жизнью: Хелси, как и всегда пыталась защитить своих пациентов. Дарси была уверена, что она уже достала иглы с парализующим ядом или быстродействующим снотворным. Авалона хотели успокоить, но вроде не упокоить. Пока что.       Обстановка слишком накалилась. Дарси на скорую руку сплетала нежный кокон иллюзии, стараясь не привлечь внимание. Скрывалась она не от своих. Своим Дарси бы наоборот показалась, чтобы охладить спор, но был кто-то ещё. Кто-то, кто и распространял чувство паники. Его призрачные щупальца вспарывали тонкое полотно поискового заклинания.       Первым выстрелом прозвучал задушенный всхлип Арахны. — Нет, нет, нет... — её тихий, почти неслышимый голос дрожал, в нём звучали слёзы.       Дарси рывком села, совсем быстрыми мазками доделывая очередной слой защитно-скрывающей иллюзии. Время на подготовку вышло. Дарси призвала гитару и перебрала струны, отделяя осколок сознания с физическими ощущениями. Якорь был готов. Так она найдёт, куда вернуться.       Арахна отшатнулась назад, зажимая руками рот и уставившись в какую-то только ей видимую точку. По её щекам текли слёзы, но при этом она старалась не издать ни единого звука. А пауки, чувствуя панику хозяйки, прятались по углам и оттуда «скалились», задирая передние лапы.       Дарси неощутимыми тенями подкралась к каждому, кто находился в комнате. Чужая сила исходила только от Авалона, но хуже всех среагировала Арахна. Две основные цели были определены. Остальные пока подождут. Дарси оставила часть своих сил на присмотр. Вражеская магия читалась крайне плохо, точно сказать, кто именно решился сыграть в такую игру с отрядом, было пока что невозможно. Но Дарси была уверена, что инкогнито враг останется не долго.

Я отдаю тебе власть,

Я отдаю тебе трон,

Когда война началась,

Наш город был обречён.

      Сознание Авалона мало изменилось с тех пор, как Дарси была здесь. Всё та же башня из спрессованной тьмы и света, Две противоположные силы причудливо сплетались, образуя неприступную на вид крепость. Но это впечатление ничего не значило в ментальном мире. Дарси знала обходные пути, чтобы не нарваться на остатки собственной защиты и раздражённые участки сознания самого Авалона. Неощутимой тенью она нырнула внутрь. Пока на вид всё было нормально, только чувствовалось какое-то напряжение окружающего мира. Будто он застыл и ожидал нападения, внимательно вслушивался в малейшее изменение магических следов. И Дарси была абсолютно уверена, что в таком состоянии защитные системы среагируют и на неё. Для маскировки она сплелась с собственной песней из реальности. Так было меньше шансов, что её заметит чужак или пометит защита самого Авалона. Вот только сразу оказаться в самом центре было не возможно, и потому она скользила услышанной песней-мыслью.

Разрушен мира остов, Ветра меж стылых камней, Реальность — худший из снов. И я дарю тебя ей.

      Дила быстро пересекла комнату и схватила Арахну за плечи, чуть тряхнув. Но та не обратила никакого внимания, как и на последующие слова: «Арахна, очнись». Но Дила повторяла фразу раз за разом, пытаясь заставить Арахну обратить внимание. Но всё не помогало, а тёмно синей плёнки чужой силы Дарси не видела. Ожившее воспоминание. На этот раз враг паникой, словно крючком вытащил его на поверхность, окунув Арахну в ледяные воды страха. Дарси нырнула за ней.       Первой её встретила сковывающая липкой паутиной тело паника. Дарси не могла издать ни звука, ни отвести взгляд, ни сдвинуться, только смотреть. Смотреть на мёртвое тело отца, на агонию матери, пытающейся схватить капли кислорода. На безумного дядю, который осматривался вокруг. Молчать и не двигаться, чтобы он не услышал даже малейшего шороха, чтобы не нашёл её, скрытую в тени. Она безмолвно молила мир и Паука-создателя, чтобы это был сон. Очень плохой сон. Худший сон. Песня!       Дарси шумно выдохнула, вырываясь из оков ощущений Арахны. Продолжение этого воспоминания она видела вперёд хозяйки: пришла старшая сестра, Арахна крикнула ей бежать, но поздно... Сама она тоже сбежать не смогла. Оказавшись в тупике, Арахна впервые обернулась белым пауком, что её спасло. Яд, который Арахна впрыснула в плечо дяди, оказался крайне сильным и быстродействующим, а сама мелкая девчонка — достаточно юркой, чтобы уйти от чужих хелицер.

Мой город полон золота При свете дня, А ночью тает серебро на изгибах реки.

      А вот и сестра. Девочка легко взобралась на деревянный настил дома. И в тот, момент, когда она появилась в поле зрения Арахны, Дарси подменила образ на Айси. А сама мягко обняла Арахну за плечи. Третьей смерти сегодня не будет. Ледяной рыцарь по силам в разы превосходил десятилетку-арахнида и не стал столь же лёгкой добычей для безумца. — Ты не одна, — шепнула Дарси на ухо Арахне, — всё закончилось.       Тем более, что Дарси уже запомнила ощущения подруги. Тонкая нить паники, которая опутывала разум Арахны, теперь воздействовала только на маленький мячик, осколок сознания Дарси. Арахна обернулась, удивлённо взглянув на иллюзионистку, слабо улыбнулась и наконец покинула кошмар. А Дарси осталась до конца: она поставила на место Арахны осколок своего сознания и пустила историю дальше. Не стоило врагу знать, что реакция настолько же иллюзорна, как и его воздействие.

Ты мог бы править всем, Но выдумал меня, Теперь беги, беги...

      Дарси всё ниже и ниже спускалась вниз по лабиринтам замка, всё ближе к центру. Маскировка почти не изменялась: никто не обращал большого внимания на песню, что звучала и вовне. Хотя любой опытный менталист проверил бы, но возможно у врага не было большой информации о происходящем в реальности. Сканирующие щупальца могли дать настроение, но не полную картинку. Тем более, что Дарси постаралась отрезать большинство каналов информации, максимально слепя своего противника. И всё равно... Но тут Дарси почувствовала странную пульсацию. Она исходила от стен замка. Пульсация была не отражённая, как песня, это злился сам мир. Это и был ответ на не заданный вопрос — выброс, неконтролируемая вспышка магии, которая вышвырнула бы и её, и врага из сознания Авалона. Дарси рванула быстрее: Авалон был единственным щитовиком сейчас, больше никто не смог бы хорошо укрыть остальных. Видимо на это враг и расчитывал.       И вот она цель: Авалон и, конечно, враг. Напротив проекции «Я» хозяина на громадных крыльях парил похожий на Авалона паладин. По чертам лица его можно было его спутать с Авалоном, но сходство разрушали золотисто-белые доспехи, надетые на тёмно-синюю подкладку, такого же цвета волосы, собранные в тугую косу, и конечно яркие белоснежные крылья, источающие режущий белый свет с синеватым оттенком. Всё это было свойственно только Каину Визору. Этот недопаладин только подслеповато щурился, не замечая за собственным ярким сиянием тёмную дымку, которой прижималась к полу Дарси. Синий свет хоть и стелился по полу, но не касался его, опасаясь слишком уж сильно врезаться в чужое сознание и потерять контроль над ситуацией. Этой мелочью и воспользовалась Дарси: лёгким потоком она окутала вторженца, улёгшись ему плащом на плечи. — Теперь беги, беги. — шёпотом повторила Дарси, эхом стекая в уши Каина.       Враг вздрогнул от новой ноты в спланированной им пьесе. Чужой почти шёпот ядом капал в уши Каину, впивался мелкими тонкими иглами. А Дарси только укрылась под его косой да удавкой обернулась вокруг его шеи.

Здесь преломляется свет, В реке не воды, а яд, Ты не исправишь ответ И не вернёшься назад.

      По щупальцам Каина прошла мелкая дрожь. Не страха, Дарси была уверена, что конкретно эту эмоцию враг в себе сдерживал, это был первый сигнал об ослаблении контроля. А ещё это была прекрасная возможность. Дарси ласковым туманом обернулась вокруг них, покрывая их тонким слоем. Даже «присоски», которыми враг крепиться к другим сознаниям и по капле впрыскивал панику, слепоту к мелким деталям. Каин искал того, кто первым бы сломался под методичными ударами в одну точку. Но эластичная иллюзия только прогибалась под каждым тычком и тут же возвращалась обратно, как ни в чём не бывало. Всего лишь небольшая модификация обычного зеркала с небольшим, но крайне сложным изменением: возвращался посыл Каина, но облечённый в одеяние чужой эмоции. Дарси специально отколола несколько мелких кусков своего сознания и подменила ими сознания реальных людей. Это была одна из главнейших уязвимостей тактики Каина. Сейчас Перевёртыш был слеп и мог ориентироваться только по отклику, а Дарси не составило труда подменить источник. Теперь оставалось вышвырнуть Каина из сознания Авалона.       Когда давление Каина спало, это ощутили все, кроме ретранслятора — Авалона. Кроме того Дарси тёплым ветром омыла Дея, чуть туша вспыхнувший огонь. Хелси она чуть приобняла, успокаивая поднявшийся ветер. Арахну Дарси туманом поцеловала в макушку, а Дилу только хлопнула по плечу. Арахна даже вздрогнула, удивлённо уставившись на обнимающую её Конструктора. Поцелуй — не то, что можно было ожидать от холодной Дилы. А Дарси, взъерошив волосы Лили, наконец подала голос для всех кроме Авалона: — Перевёртыш постарался, я разберусь.

Ни вплавь уйти, ни в обход, Не жди подмоги извне, Погоня мчится вперёд — Она в твоей голове.

      Теперь оставалось освободить Авалона. Вести бой на территории его сознания было бы непросто и кроме того опасно. Камень под ногами пульсировал белым и чёрным цветом, вразнобой и как-то болезненно. Под ногами трескался пол, и сквозь трещины просвечивала туманная завеса из сгустков Тьмы, Света и Смерти. Самое сердце сознания, пока что недоступное вторженцу. Но дымка защиты истончалась, угрожая порваться. Кто именно пробьёт тонкую плёнку: Каин или Авалон, — Дарси не собиралась узнавать. Она покрыла пол своим светом, хоть немного облегчая боль Авалону. Перевёртышь, почувствовав, что под его давлением мир начинает прогибаться, сконцентрировал всю свою силу и вонзил копьё в липкую топь. Дарси окутала его полностью, всасывая внутрь себя, она была словно захлопнувшаяся венерена мухоловка с бедной бабочкой внутри.

Мой город полон золота При свете дня, А ночью тает серебро на изгибах реки.

      Бледный туман окутал привычные, уже живые деревья, лёд облицевался светящейся плиткой, а сама Дарси предстала перед Каином в обличие Авалона. Она напряжённо оглядывала противника, но не спешила нападать, Дарси больше интересовало, не осталось ли никаких важных осколков врага в голове Авалона. Перевёртыш даже не почувствовал, что паук, внутри которого он оказался, легко простучал лапками по полу башни и перепрыгнул в другое сознание. Те же стены, та же пульсация... Каин неожиданно взметнулся выше, нахмурился и прислушался. Эмоции обволокли его желтовато-рыжей дымкой с вкраплением мелькающих искр со всей палитры. Беспокоился...

Ты мог бы править всем, Но выдумал меня, Теперь беги, беги...

— Дарси, — уверенно произнёс враг, глядя в глаза подобию Авалона.       Дарси растеклась туманом и собралась обратно. Каин её-таки узнал, хотя кто ещё мог такое провернуть? Только она одна. — Теперь беги, беги. — Дарси ухмыльнулась и подмигнула.       Башня вокруг превратилась в ледяную сферу, в которой не было ни единого просвета. Каин начал вертеть головой, ища способ побега, он мотылялся то туда, то сюда, но почти не выпускал аватар противницы из виду. Дымка эмоций обернулась огненным шаром, но это пламя было бессильно против мощи толстой ледяной корки. А пар только лип к огню, пытаясь протиснуться сквозь рыжие пляшущие языки. Резкий порыв откинул липкий газ, а сам Каин взвился подальше от противных щупалец. — Вы-таки выбрались из измерения теней?       А затем тряхнул крыльями и разметал свои горящие перья в разные стороны.

Но не окончен рассказ: Коварен Феникса сон, Его хозяин не раз сгорит — И будет спасён.

      Ледяная сфера разлетелась на стеклянные осколки, опав на траву мелким переливчатым бисером. Каин обернулся Даркаром и рванул выше, почти под самый шторм. Но край сознания был не там, там только полыхали молнии и сек лёд. Броня крыльев ещё выдерживала тяжесть непогоды, крупинки только чиркали по металлу, оставляя почти невидимый след. Постепенно купол неба опускался, скидывая Каина всё ниже и ниже, земля же изгибалась, замыкая шар. Там не было выхода, который так желал найти Перевертыш. Мир изгибался и крутился, проложенные мосты, были надёжно скрыты смерчем, сквозь который не решался лететь Каин. Дарси ожидала следующего хода, пока из неба не начали расти тонкие ледяные игры, готовые пронзить пташку. Каин запаниковал, обернулся огнем и будто бы втянулся сам в себя.

Но вот судьбы поворот, Ключи вернутся ко мне, А без ключей от ворот Ты навсегда в этом сне.

      Маяк все время был у него в руках, не был закинут в какой-то уголок сознания, чтобы аватар не выдавал положения. И так противник сумел улизнуть с поля боя. С помощью единственно доступного прокола, до того, как Дарси смогла основательно пробить его защиту. Только он не учёл, что мелкие крупинки льда застряли в его доспехе, невидимые, но впивающиеся крючьями. Маленькие маячки, что нитями паутинки протянулись к его сознанию.       Но перед тем, как отправиться влед за врагом, Дарси скинула свои иллюзии в реальном мире: то, что она не спала знали все. Только до этого момента они чувствовали лишь удерживающую призрачную руку и слышали голос. Сейчас Дарси уже не надо было сдерживать её близких, всё кончено. Почти. Туда, куда-то далеко, за много планет тянулись нити связи. Дей, услышав голос Дарси не из-за пелены тумана, вздрогнул, но расслабился увидев её залитые фиолетовым глаза. Авалон, не поддерживаемый двумя менталистами рухнул на колени, давя рвущуюся магию. Почувствовав, что угроза миновала, Хелси бросилась помогать и ему. Воздействия иллюзий на разум не лечились обычными методами, но физическое тело было её властью. И Авалон не оттолкнул её, позволяя помочь.       Дарси только улыбнулась и рванула по тонким нитям, к Каину.

Твой город полон золота При свете дня, А ночью тает серебро на изгибах реки.

      Каин сидел в какой-то библиотеке и зализвал раны от ментального боя, успокаивая себя какой-то травяной настойкой. Вокруг него не было ни окна, ничего, что могло бы подсказать местность. Только громадные шкафы с различными фолиантами, да довольно уютная читальская зона, где собственно Визор и находился. — Визор, ты вроде заявлял, что собираешься устроить диверсию, — Валтор, его голос Дарси узнала легко. — Я уже закончил, — Каин не стал оборачиваться, только закрыл глаза, — а теперь, не могли бы вы помолчать, ваше огненное превосходительство.       Дарси на это только усмехнулась: несдержанность князя Домино его вновь подвела. А вот Перевертыш похоже смог её учуять, или он догадывался, что просто так его не отпустят, но быстро засечь тонкие следы магии не хватало силёнок или тонкости владения силой.       Дарси легким туманом растеклась в его сознании, но больше информации собрать не удалось. Только короткий, но крайне важный диалог. Каин-таки сумел перекрыть доступ информации. Но больше Дарси и не надеялась найти, далековато они были, чтобы выпотрошить Каину мозги. А вот вернуть должок...

Ты мог бы править всем, Но выдумал меня, Теперь беги, беги...

      Шелест музыки на краю сознания раздражал Каина, это была словно щекотка. Словно легких пух в носу, хотелось чихнуть и вышвырнуть все из головы. Каин крепился и держался, а давление всё не спадало, только нарастало. Но вышвырнуть Дарси он всё не мог, она каждый раз утекала водой из его рук. Каин всё гонялся за отблеском в своём сознании. Но миражи исчезали, появлясь за спиной. Гнев всё нарастал и нарастал. — Теперь беги, беги. — холодный шёпот на последок опалил сознание Каина.       И Дарси рванула прочь из сознания Каина. Она даже не стала оставлять своих маяков, последующий выплеск все равно уничтожил бы их. Дальность всё же не позволяла закрепить их основательно, так чтобы волна прошла мимо, не заметив чуждых элементов. По сути это была пакость: Каину она обеспечила лишь несколько неприятных и болезненных минут, а Валтору проверочку на реакцию и может несколько травм, не смертельных к сожалению. В том, что недо-паладин сможет придержать выплеск, Дарси не сомневалась. Она просто не могла раскачать защитную реакцию так, как это сделал Каин с Авалоном: время и сила связи не шли ни в какой сравнение.       Дарси отозвала гитару и просто сидела с закрытыми глазами, приходя в себя. Она собирала себя по кусочкам, заново привыкая ощущать своё тело. Давно она не разбивалась на осколки, давно не склеивала себя в единое целое. Но даже так, неразбирая довольно громкий бубнёж Дея, Дарси услышала и открывание окна, и тяжёлое хлопанье крыльев, и успокаивающиеся всхлипы Арахны, а затем её фырканье. Тут Дарси и открыла глаза: — Можно воды?       Дей успел уютно устроиться на ковре, в гнезде их пледа и подушек. Лили вновь курила, снимая напряжение, и гладила свернувшуюся на коленях змею из дыма. Воды принесла Дила и рухнула на диван рядом, хотя и ближе к Дею. Арахна тем временем быстро вскарабкалась по свисающим с потолка нитям на паутину-гамак. Теперь сверху свисал только пушистый жёлтый хвост пижамы-костюма. А сквозь сетку вниз глядели любопытные голубые глаза, в них уже не было слёз, ледяные шипы страха сбежали, уступили острым хелицерам голода. — А мне? — звонко поинтересовалась Арахна. — Я с утра ничего не ела.       Тут неожиданно очнулась Лили, достала из какой-то сумки фляжку с питательным коктейлем, но подняла только цепочку. Сверху опустился довольно большой паук, обмотал цепь паутиной и нагло уселся на фляге. Арахна словно удочкой втащила всю конструкцию наверх. — Холодный, — обиженно прокомментировала она.       А затем щедро хлебнула подмороженный яд и улыбнулась, довольная вкусом: желудочный сок, яд и частично переваренное мясо. Но Арахна никогда не могла сравнить для остальных свои ощущения, вечный вкус питательного коктейля для неразвитого желудка сложно было описать, когда вся еда шла лёгкими нотами в привычной мелодии. Дарси пыталась как-то вычленить из всего спектра, сравнивала с соками, которые могла пить Арахна, но эту тонкую горечь никак не получалось переложить на нормальный вкус. Самим пробовать яд белой паучихи — самоубийц не было, а подопытных так и не нашли. Оставалось только верить на слово Арахне, которая ещё и умудрялась в этой полуперевареваренной массе различать изначальный продукт.       И снова тяжёлое хлопанье крыльев: Авалон приземлился на подоконник и, убирая громадные чёрно-белые крылья, спрыгнул на пол. Но яркое, слепящее глаза сияние не пропало. От паладина несло силой, будто напоминая за что его уважали и боялись враги и некоторые союзники. Дарси дажи зажмурилась, чтобы не слепнуть от его ауры. — Иллюминацию выключи, глазам больно, — фыркнул из своего гнезда Дей, — или не получается успокоить?       Секунда и свет погас, от Авалона больше не тянуло силой, магия была стальной волей отправлена под сердце, где обычно и спала. — Не беспокойся, свои силы я прекрасно контролирую, — с чуть насмешливой улыбкой отмахнулся Авалон. — А подсветка для понтов была? — Де-ей, — неожиданно поротянула Арахна со своей высоты, — может ты поможешь нам с гостем? А то своих колкостями одариваешь, а как дамам помочь, поговорить с вредным человеком по-мужски, так тебе лень.       Дей только фыркнул и неопределённым жестом согласился, после чего переглянулся с Хелси и спросил: — Дарси, что конкретно сейчас произошло? С самого начала.