Сделка

      Люси так и не сумела признаться отцу в том, что ее брак неудачен ни в тот вечер в библиотеке, ни в последующие. Вторая неделя подходила к концу, а злость в ее сердце становилась только более разрушительной, отравляя и ее саму, и существование супруга в их общей спальне. В итоге, Нацу старался прийти в постель тогда, когда супруга уже спала, а уйти рано на рассвете, пока она еще не проснулась. Хартфилии было все равно, как он собирается жить дальше, и что ждет их при таком течении дел, ибо ее ненависть только росла, приумножая боль по нарастающей.       Золотисто-карие глаза принцессы совсем потухли, хоть она и старалась ничем не выдать на обществе свои переживания. Король с интересом следил за настроением невестки, которое проваливалось куда-то в бездну, и делало его сына несчастным. Однако, принц упорно замалчивал причину раскола в их отношениях, не смея унизить супругу даже в глазах собственного отца. Он сам был виноват во всем, и ему нести этот крест, даже если такое существование продлиться до самого последнего вздоха.       Вечерами Люси выходила из комнаты, пока он принимал ванну, поскольку не могла смотреть, как он скидывает одежду, оголяя плечи. Эта кожа знала поцелуи другой женщины, и вызывала желание содрать ее. Мало придавая значения тому факту, что сердцем руководила скорее ревность и боль, девушка пыталась всеми силами убедить себя, что это ростки ненависти, ибо так она должна была чувствовать. Так, а не иначе…       Занимая руки вышивкой, Люси старалась не смотреть на мужа, и редко покидала комнату днем, предпочитая не видеть ни его, ни его семью. Отец заглядывал к ней перед охотой с королем, но она убеждала его, что это всего лишь осенняя хандра, и скоро все пройдет.       Дело изменил случай в конце недели, когда Люси в очередной раз посвятила себя и свои мысли тонкой игле с шелковой ниткой. Салфетка с будущим драконом навевала ей мысли о сказочной стране, в которой нет ни боли, ни предательства, только море, горы и волшебство. А еще много-много звезд, ярких и теплых, как руки матери…       В этот вечер принц пришел раньше, чем обычно, и усевшись на кровать, развернул пергамент с посланием, украшенным красной восковой печатью. Впрочем, жене не было дела чьи письма он получает, поскольку каждый раз она была уверена, что баронесса посылает ему любовные послания, до которых ей дела нет… — Эрза желает погостить немного со своей матерью, — медленно, но громко произнес принц, заворачивая пергамент обратно в трубочку. — Ей хотелось бы познакомиться с вами поближе…       Люси удивилась, поднимая глаза на мужа. С тех пор, как она отвесила ему оплеухи в гостиной, они больше не разговаривали, но новость принца показалась ей интересной и… странной. Эрза с матерью? — Разве ее мать не покидает стены поместья? – спросила принцесса, пересилив себя, и отложив вышивку. — Грей говорил… — Я смотрю вы подружились с маркизом, — не удержался от издевки он, хотя и понимал, что едва ли имеет на это право. Впрочем, неизвестно, кто из них наставил рога первым, верно? — Это правда, она нелюдима, — согласился Нацу, — но с вами желает повидаться, ибо вы будущая голова королевства. — Скорее шея, — заметила Люси, пропустив мимо ушей сарказм о маркизе. — Хорошо, я с радостью приму гостей в замке. Продумаю меню и… — Не это меня беспокоит, — вздохнул принц, отводя глаза, не в силах выдерживать холодный взгляд жены, — а наша размолвка…       Люси вспыхнула, поддавшись гневу. Да как у него только язык поворачивается назвать похождения с этой стервой "размолвкой"? Припомнив характер Эрзы, Хартфилия усмехнулась, удобнее откидываясь в широком кресле. Так вот в чем дело? Боится получить на орехи от этой фурии? Жаль, что приличия не позволят предоставить его ручкам старой подруги. — Можете не волноваться понапрасну, — холодно выплюнула принцесса, дернув плечиками. — Будем играть роль счастливой семейки до самого конца. — Зачем вы это делаете? — взорвался Нацу, не выдержав горечи поражения. Давно пора признать, что он проиграл, и жена будет ненавидеть его до самой смерти. — Вы можете уйти, я же говорил, если вам даже противно дышать со мной одним воздухом! — И чем я это объясню по-вашему? — вскинув светлую бровь, спросила принцесса. — Признаю, что вы унизили меня перед всем светом? — Можете сказать, что у меня маленький член, — буркнул принц, отвернувшись, с немалым удовольствием слушая взрыв ее звонкого хохота. Как же можно было ее потерять? Давно Фернандес намекал, что алкоголь до добра не доводит. — Едва ли кто-то поверит в эту чушь, — успокоившись, заметила Люси. — Увы, дамочки частенько прыгали в вашу койку, а слухи в королевстве дело нехитрое. Вы желаете взять в жены баронессу, потому стремитесь избавиться от меня? — уже серьезно спросила она, не зная зачем задает этот вопрос. — Вы с ума сошли? — невольно дернулся будущий монарх, поднимаясь с кровати, и запахивая полы тяжелого халата. — Если бы я хотел быть с ней, зачем я женился бы на вас в таком случае?       Принцесса хмыкнула. Честно говоря, она думала над этим, когда немного отошла от шока. Возраст принца не был слишком глубоким, что женитьба была обязательна, и он мог спокойно продолжать спать с этой идиоткой, даже несмотря на то, что король не позволил бы ему жениться на вдове. Так к чему столько сложностей? — Я и сама гадаю о причине, — фыркнула она, возвращая в руки вышивку. — Может, вы хотели избавиться от слишком навязчивого внимания баронессы, а я стала билетиком? Только сопротивлялись вы не слишком, к сожалению, — с издевкой добавила она. — Я прекрасно помню бал, ваше сиятельство, я была не единственной красивой мордочкой на празднике, да и с приданным у меня все отвратительно, так к чему весь этот фарс? — То, что произошло в ту ночь не имеет оправдания, — тихо отозвался Нацу, отворачиваясь к большому окну с тяжелыми шторами, — но и вы не стремились стать мне супругой, верно? Вам нужно было положение, а мне вы. Похоже, мы оступились оба.       Она поднялась с кресла, и направилась к двери. Почему в моменты бешенства ей так хочется есть? Такими темпами, вскоре она станет похожа на булку. Впрочем, какая разница? Значит, по его мнению, это называется "оступиться"? Конечно, эта дура воспользовалась положением, и тем, что ей самой было плохо из-за разбоя в замке, но разве это оправдание? Мужчины всегда пытаются валить с больной головы на здоровую. Она не стремилась стать его супругой? Стремилась, только какой смысл в этом был?       Развернувшись в пороге, она придала взгляду побольше стали, и ровным голосом, не выдававшим бурю, что сейчас бушевала в ее сердце, бросила: — Я даю слово, что ваша подруга ничего не заподозрит, и, надеюсь, что вы тоже будете заботиться о моем достоинстве. Жизнь при дворе наполнена грязью, так с чего вы решили, что нас она не коснется? Если вас не устраивает баронесса, можете выбрать любую другую женщину из многих тысяч!       Если бы все было так просто. Принц невольно хмыкнул, провожая взглядом узкую спину жены. Ему казалось, что она, действительно, потребует аннулировать брак, и для него оставалось загадкой, почему она до сих пор этого не сделала. Понятие чести есть и у женщин, пожалуй, это приятный сюрприз. Вот бы знать порадовалась, узнав, что будущий монарх гуляет от супруги, превосходящей красотой баронессу в десятки раз. Так что же тогда им делать?

***

      Карета семейства Скарлет пересекла ворота тем же вечером, и Нацу естественно встречал подругу сам, без помощи слуг. В этом они были похожи, наплевав на все правила приличия. Руководя сервировкой стола к ужину, Люси отвлеклась, и даже начала улыбаться на радость отца и короля. — В гусином паштете нет зелени, — сетовала девушка, подзывая экономку. — Эллаэль, я же говорила, что светлые салфетки не подходят к этой скатерти. И где серебряные вилки с лилиями? Сейчас конец ноября, цветы более приятны глазу, нежели снежный рисунок… — Прошу прощения, миледи, — виновато поклонилась женщина. — Я сейчас же все исправлю.       Люси кивнула, оглядывая зеленое легкое платье, инкрустированное резинкой по плечам. Поймет ли Эрза, что цвет не случайность? Это дань красоте глаз мужа. Играть роль влюбленной дурочки, так до самого конца. — Миледи, — присела в реверансе аловолосая, появившись в столовой в сопровождении матери, повторившей приветствие дочери.       Принцесса приветливо кивнула с интересом рассматривая женщину, что произвела Эрзу на свет. Боже, они как две капли воды! Те же алые волосы, и суровая красота. Наверное, муж этой женщины любил ее больше жизни, и она его, ведь, недаром после его смерти она не покидала родное поместье. Пышная грудь леди была обтянута тонким синим шелком богато расшитого платья, поверх которого была накинута черная меховая шубка. — Эйлин Белсерион, — представил супруге женщину Нацу. — А с Эрзой вы уже знакомы, моя принцесса, — добавил он невольно, но Люси не отреагировала на унизительное для нее обращение. Почему у них разные фамилии? Разве она не носила фамилию мужа? — Приятно познакомиться, миледи, — улыбнулась принцесса. — Прошу к столу. Надеюсь, дорога не слишком вас утомила?       Скинув меховую накидку, Эрза предстала в красном платье, под цвет собственных волос, и достала из меховой манишки веер. Как всегда, принцесса безупречна, пожалуй, ничего удивительного, что Нацу втюрился в эту девчонку по самые гланды. По винтовой лестнице сбежали Грей и Жерар, поспешив поприветствовать дам. Неужели, они еще не покинули замок? Или Нацу вызвал их специально, чтобы ее порадовать?       Выразив приветствие, король позволил присутствующим сесть за огромным дубовым столом, накрытым с великолепным вкусом. Невестка умела вести хозяйство, и монарху это было по душе.       Жерар отодвинул стул подруги, чтобы она могла присесть, и Нацу сделал тоже самое, а Грей был вынужден ухаживать за леди Эйлин, впрочем, его это вовсе не расстраивало. Принц и принцесса идеально справлялись с ролями, пока он выбирал жене самые лакомые кусочки, складывая их на тарелку, и она отвечала ему благодарными светлыми улыбками, от которых сердце щемило. Разговоры были скорее светскими, нежели касались каких-то дел королевства, и вечер проходил по-дружески размеренно.       Когда гости устали пировать, Люси велела горничным подать напитки в гостиную, куда и отправились все присутствующие. Уютно устроившись на софе рядом с принцессой, Эрза задавала простые вопросы о жизни замка, и принцесса без запинки на них отвечала, не забывая превозносить положительные качества супруга, благо, он ими, действительно, обладал. Нацу окончательно расслабился, развлекая разговорами Эйлин, и был премного благодарен Люси за участие. Она была удивительна, ибо, смотря на нее сегодня, казалось, что над их браком не нависло ни одной тени. Наверное, если бы все было хорошо, так он бы и выглядел. Испытав тоску, он пригубил вино из кубка, и невольно посмотрел на камни по его краям. Именно он стоял в спальне в то утро. Странно, разве в их кухне есть похожие? Отставив его, он помрачнел. Нет, пить вино ему больше не хочется. — Наверное, дела отнимают у вас кучу времени? — с улыбкой спросила Эйлин у Люси, приняв эстафету от дочери, общество которой украли маркиз и граф. — Вы уже занялись сырами на сыроварне? — Планирую весной, — кивнула принцесса, вежливо улыбнувшись. — Сейчас король затеял ремонт, ибо в зиму все равно производительность животных идет на убыль. Не представляю, где достать рецепты сладкого сыра, похожего на тот, что варят на Юго-Западе. — Думаю, что вы найдете верную смесь молока, пряностей и сахара, — подмигнула миледи. — Ваш вкус чувствуется в каждой мелочи. — Благодарю вас, — зарделась Люси, сделав глоток чая из кружечки. — У меня не было матери, и пришлось брать управление замком отца в свои руки. — Простите, — грустно улыбнулась Эйлин. — Я и не знала… — Ничего, — кивнула принцесса, — прошло уже много лет. Мы… привыкли.       Эйлин потупилась. Она тоже рано лишилась мужа, но делами поместья старалась заниматься, как можно реже. Эти стены были ей ненавистны так же, как и умерший муж. Жаль лишь, что Эрзу пришлось сослать в монастырь, чтобы ее научили быть женщиной. Увы, мать из нее никудышная… — Должна признать, вашему супругу повезло, — решила сменить тему миледи. — Вы настоящая жемчужина среди придворных шлюх высшего света.       Люси удивилась. Она считала, что острый язык Эрзы единственный в обществе, теперь ясно, откуда растут ноги. Она рассмеялась, понимая, что честные прямые люди редкость в этом королевстве. — Спасибо, — все еще смеясь, ответила Люси. — Приятно слышать, что я не похожа на этих дам.       Вспомнив баронессу, она скривилась. Вот уж точно, из всех зол принц выбрал меньшее, жаль только не оценил так же высоко, как мама Эрзы. Испортил жизнь им обоим, поддавшись сетям этой женщины. — Вы устали, миледи, — улыбнулась принцесса, заметив, как Эйлин клюет носом. — Прошу простить меня, — виновато отозвалась она. — Я не привыкла к дороге, поскольку предпочитаю не выезжать в свет. Боюсь путешествие в карете меня доконало.       Люси махнула рукой, подозвав Деву, убирающую чашки со стола. Попросив приготовить гостям комнату, принцесса повернулась к мужчинам, горячо обсуждающим соколиную охоту, поправки в проведение которой вносила Эрза, и улыбнулась. Мать и дочь удивительно похожи, этого у них не отнять…

***

      Разместив гостей, Люси вернулась в комнату, устало скидывая платье, без помощи горничной. Этот вечер отнял все силы, с этим глупым притворством. Впрочем, Нацу едва ли есть за что ее упрекнуть. Он сам ни за что не спас бы положение, если бы не обратился за помощью, только вот… что за разговоры они ведут в комнате советов? И что за бумага пришла в руки короля, если он так побледнел?       Не сумев справится с любопытством, она села за вышивание, решив дождаться мужа. В конце концов, она имеет право знать все, что касается ее семьи…       Принц появился очень поздно, злой и расстроенный. Люси нередко видела его таким в последние недели, но сегодня видно было, что случилось что-то серьезное, хотя она и сама не понимала, зачем изучает особенности его поведения. — Что стряслось? — спросила она, отложив вышивку в сторону. — Юго-Восточное королевство нарушило пакт о ненападении, и вооруженный отряд напал на егерей у границы, — нехотя отозвался принц, скидывая ливрею на пол, и топнув по ней ногой. — Все четверо жестоко убиты. Не понимаю, к чему это? Неужели король Арчибальд не понимает, что это прямой вызов начать войну?       Сердце Люси ушло в пятки. Война? Но, ведь, Юго-Восток превосходит их в численности войска. Предпринимать военные действия – это самоубийство! И, конечно, войска поведет… Нацу. — Может, это было случайностью? — с надеждой спросила она. — Король посылал прошение об объяснении мотивов нападения? — А что по-твоему он читал сегодня? — взорвался Нацу, не замечая, что перешел к супруге на "ты". — Арчибальд оскорбил отца, нагло посмеявшись над его претензиями. И почти прямо заявил, что ему нужны новые территории!       Руки принцессы похолодели. Дураку ясно, что король Юго-Востока планирует одержать легкую победу, и захватить себе побольше земель. Подчинив Север, он заставит вассалов присягнуть ему в верности, чтобы продолжить поход, и завоевать весь материк! — Война – не выход, — дрожащим голосом, прошептала Хартфилия, представляя в красках, как ей принесут мертвое тело супруга. — Мы не можем не ответить на прямое оскорбление, — мягче заметил принц, хотя Люси и без него это знала. — Нам придется собирать войска, иначе, весь мир решит, что нами можно помыкать. — Я знаю, — тихо отозвалась девушка, впившись в ладони ногтями, пока не почувствовала тепло собственной крови. — Можно хотя бы попробовать поискать союзников на стороне. Возможно, кто-то из девяти оставшихся королевств поможет нам? — Отец разошлет письма завтра же, — кивнул принц, удивляясь тонкому уму супруги, мыслящей так же, как он сам. Наверное, в монастыре не солгали, когда превозносили ее смышленость. Редкая черта в женщинах, надо заметить. — Спасибо за… вечер, — неуверенно добавил он, невольно подумав, что это может стать последним подарком от нее. — Я очень признателен, что вы держали марку.       Люси кивнула, поднявшись с кресла, в котором она проводила слишком много времени последние пару недель. Ей хотелось забраться под одеяло, и укрыться с головой, чтобы заснуть мертвым сном. Почему люди не могут жить без войн? Почему мужчины готовы бросить все, и бежать рубить всех подряд, чтобы доказать собственное превосходство? Чего же она ждала, когда выходила замуж за человека, что должен управлять целой страной? Никогда, даже в кошмарах, она не думала, что ее брак может закончиться вот так глупо. Если все остальные правители откажут, их уже ничего не спасет. Ничего…