Сделка

      Украшенный лентами и цветами зал, грел душу. Люси обвела взглядом результат своей работы и расслабилась. Кажется, все предпочтения будущей графини учтены, несмотря на некоторые накладки. — Ваше высочество, — поклонился улыбчивый молодой человек с лютней. — У меня готов репертуар, согласно вашим требованиям. — Хорошо, — поспешно кивнула принцесса. — Побольше песен о любви. Грустные и тоскливые песни неприемлемы. Душу вложите, мы за ценой не постоим. — Кстати, об этом, — парень расплылся в коварной улыбке. — Можете, не переживать. Для меня все уже оплачено.       Люси нахмурилась. Нацу уже заплатил? Разве, они не договаривались, что бал целиком на ее плечах? Все же с изысканным вкусом, не считая некоторых странностей, вроде салатов из морской рыбы, фиников и французского суфле. Куда денешься, Эрза не считает это несколько несовместимым набором… — Что вы имеете в виду? — вскинув светлую бровь, потребовала принцесса. — Иногда деньги мало что значат, — мечтательно причмокнул музыкант, зачем-то прижимая к груди лютню.       Мелкие черные усики придавали внешности пикантность, впрочем, назвать его несимпатичным было бы ложью. Люси проследила за направлением его взгляда, и заметила летающую, как на крыльях, Деву, чья скорость сегодня попросту поражала. Черт! — Если надумаете просить ее руки, останетесь при дворце, — хмыкнула Драгнил, улыбаясь. — Едва ли я отдам ее кому бы то ни было… забыла ваше имя… — Я вас понимаю, — отозвался музыкант, не сводя глаз с объекта ночных грез. — Дарелл Роланд, ваше высочество. — Роланд? — переспросила она, копаясь в задворках памяти. — Разве, не ваш отец… — Боюсь, что, да. Человек, с помощью которого я появился на свет, был разбойником южных берегов, обворовывая кареты знати, но уверяю, что я… — Дети не отвечают за грехи родителей, — перебила парня принцесса. — Вам нечего стыдиться. Уверена, вы – хороший человек.       Взгляд музыканта потеплел, и в их мягком коричневом цвете заплескалось уважение и благодарность. Наверное, гонения для него не в диковинку, но нужно иметь недюжинную смелость, чтобы прямо заявлять, кто его родственник. Определенно, ему чужды лживость и притворство. — Расчетное время три часа, — напомнила Люси, тронув рукав Дарелла. — Поверьте, сегодня у нас у всех будут гудеть ноги. Жду ваших песен, и… — она замялась, отыскав глазами Деву, — всего остального, — придав взгляду строгости, заявила она. — Удачи!       Убедившись, что закуски на кухне представлены в лучшем виде, принцесса отправилась одеваться, заглянув по дороге в комнаты Леви и Эрзы. Вскоре, свободной птичкой останется лишь Джувия, и то по вине обстоятельств.       Дева упорно молчала, расправляя подол муслинового синего платья на фигуре хозяйки. Молчала, когда вплетала в светлые волосы жемчуга, украшая золотые косы. Молчала, когда подавала кружевные голубые туфельки с синими лентами, разозлив тем самым Люси до основания. — Кажется, Дарелл приятный молодой человек, верно? — начала принцесса, вперившись в застывший взгляд горничной. — Он тебе нравится? — Госпожа… — залившись краской, Дева опустила глаза, поспешно завязывая ленты на щиколотках Люси. — Мне неловко… — Неловко? — переспросила принцесса, хмыкнув. — Что же вызвало эту неловкость? Где ты была ночью? — Вы осудите, — мягко улыбнулась служанка, закончив с туалетом хозяйки.       Люси приподняла подбородок девушки, и взглянула в стыдливый взгляд, светящийся мягким розовым светом. Улыбка тронула красивые губы госпожи, вызвав на мгновение смущенную ответную реакцию. — Девочка моя, — мягко начала принцесса, погладив взлохмаченные розовые волосы, — я считаю, что никто во дворце не заслуживает счастья больше, чем ты. Я просто хочу быть уверена, что тебе было хорошо, и это все, что мне необходимо знать… — Думаю, я никогда не любила хозяина, это был страх и надежда, не более, а сегодня… мне странно чувствовать нежность со стороны мужчины, — призналась Дева, потупившись. — Значит, у тебя все хорошо, — довольно прошептала Люси, поднимаясь со стула у туалетного столика. — Ну, что же… начнем бал, да? — Я не сообщила, — вспомнила горничная, вспыхнув. — Прибыла графиня, ее переодевает Ариес сейчас… — Где Грейс? — потребовала принцесса, однако, не стала корить любимую служанку за забывчивость. Ее мир и без того перевернут с ног на голову. — Ее передали леди Эйлин, ваше высочество, — сообщила Дева, удивив госпожу. — Леди Эрза позволила ей не присутствовать. Вы же ее знаете. Ей чужды такие большие сборища… — Ясно, — вздохнула Люси. — Думаю, вечер будет тяжелым. Маркиз прибыл? — Еще нет. Он вчера разговаривал с королем в тронном зале, уехал на рассвете.       С Игнилом? Принцесса нахмурилась. Это явно был не ночной визит вежливости. Что же задумал Грей? Впрочем, ожидать, что он так просто отступиться от Джу, было бы наивно. Нацу же уверен, что он любит ее… — Увидимся вечером, — бросила Люси, покидая спальню, на ходу приподнимая подол юбок. Как бы ни было, а этот праздник точно будет богат на сюрпризы…

***

      Спустившись в залу, принцесса выдохнула. Улыбаемся и до последнего делаем вид, что все так и задумано! — Локи? — вскрикнула она, увидев у входа старого друга. — Я так рада тебя видеть! — Твой принц любезно пригласил отметить помолвку своего друга, а заодно тебя порадовать, — пожал плечами парень, поправляя черный камзол, удивительно ярко оттенявший его рыжие волосы. — Правда, мне немного не по себе, не привык к таким помпезным приемам… — Ничего, выпей пару бокалов вина, и почувствуешь себя человеком, — подмигнула Люси, принимая его локоть, чтобы сопроводить в зал. — Как дела? — Нормально, приходиться командовать людьми, пока Гажил обхаживает твою подругу. — Слухи в этом королевстве расходятся со скоростью света, — хмыкнула принцесса, не сдержавшись. — Скажи, ты знал, что он принц, верно? — Честно говоря, для меня это тоже оказалось сюрпризом. Он никогда не кичился своим происхождением. — Или стыдился, — предположила Люси, резко отпуская его руку. — Джу. Развлекайся, если, что понадобится, Дева, или Ариес тебе с удовольствием помогут. Детка, — догнав графиню, обняла ее девушка. — Тебе очень идет зеленый.       Шелковое платье, действительно, красиво смотрелось на фигурке Локсар, но растерянные глаза выдавали, что ей нелегко находиться здесь. Впрочем, Люси считала, что ей нечего стыдиться, и на празднике ей самое место. — Давно передо мной не лебезили, слюнявя перчатку, — попробовала отшутиться Джувия. — Очень красиво украшенный зал, Люси. Ты мастер… — Как ты? — спросила принцесса, отведя девушку в сторонку от толпы. — Честно говоря, я чувствую себя не в своей тарелке, — призналась графиня. — Весь этот прием... и я… — Не нужно себя хоронить, — заметила Драгнил. — Ты ничем не хуже этих дам, что только создают ореол чести, а на самом деле, души у них гнилые, или вовсе отсутствуют… — Я видела маркиза, — прошептала Локсар, потупившись. — Даже не поздоровался. Наверное, зол до сих пор… — Ничего, это пройдет, — заверила принцесса, вспомнив о разговоре с королем. Что они могли обсуждать? Грей же не сделает ей больно, так? Невозможно причинить боль любимому человеку… — Пошли в зал, выпьем немного вина. Когда Жерар и Эрза объявят о помолвке, мы можем тихонько уйти в комнаты и отдохнуть.       Джувия кивнула, и последовала за подругой. Ей казалось странным отчужденное поведение Грея, но, наверное, так даже лучше. В конце концов, чем реже их будут видеть вместе в обществе, тем меньше людей будут посвящены в несостоявшиеся отношения. Нацепив улыбку по случаю, графиня полностью отдалась празднику, аплодируя искренне, когда граф Фернандес объявил о помолвке, надевая на тонкий пальчик леди Эрзы фамильный перстень. Надо сказать, что золотое платье удивительно шло к ее алым волосам, и знать не стала затевать скандал по поводу несоответствия цвета случаю.       Гости веселились, оценив по достоинству странную кухню, и танцы окончательно смягчили обстановку. Пару раз Джувия даже нашла в себе силы потанцевать с кавалерами, пока ее руку не перехватил маркиз, увлекая под ритмы льющейся музыки лютни. — Люси любую помолвку способна провести по высшему разряду, истинная жена своего мужа, — улыбнулся он, нарочито сильно сжимая пальчики графини в черной перчатке. — Планируете попросить устроить вашу, маркиз? — не выдержав, уколола его она, удивляясь насколько хорош он сегодня в синем шелке, удивительно подходящем к ее глазам. — Да, пожалуй, — хмыкнул Грей, делая неуклюжий шаг назад. — Вы простите мои деревянные танцы, графиня, рана сделала из меня ужасного танцора. — Думаю, вашу будущую невесту это не остановит. И кто ваша избранница, или вы еще не решили? — превозмогая бешенство, поинтересовалась Джувия. Если бы он надумал жениться, это было бы лучшим решением для них обоих. — Отчего же, выбрал. Уже давно, — мягко улыбнулся маркиз, привлекая ее за руку ближе, согласно танцевальному движению. — Для вас это станет сюрпризом, ибо я сегодня же планирую просить ее руки. — Вот, как? Здесь ее родные? — Джувия невольно огляделась в поисках счастливицы, которая бы себя выдала ревнивым взглядом.       Удивляться, что маркиз так быстро нашел утешение, не стоило. Ему следовало передать титул наследникам, а, чтобы они появились, нужна супруга с родословной. Наверное, она какая-то титулованная дама с огромным поместьем и незапятнанной репутацией. — Дело в том, что ее родные не имеют значения ни для нее, ни для меня, потому я обратился к королю с этой просьбой, и он был безумно счастлив подобному исходу событий, — задумчиво изрек Фуллбастер, внимательно вглядываясь в ее глаза. — А она согласна? — нетерпеливо спросила Джувия, желая провалиться сквозь землю. — Удивительно, что вы так быстро влюбились, маркиз. Впрочем, ваши достоинства умалять нет смысла… — Где именно? — сверкнул глазами Грей. — В постели? Или, может быть, в наследовании идиотского титула? — Вам виднее, — буркнула Локсар, попытавшись вырвать руку, но он не дал этого сделать. — Пустите! Думаю, вам не пристало находиться в обществе такой женщины, как я. Невеста может разозлиться… — Боюсь, наша с вами шахматная партия затянулась, сердце мое, — вцепившись в ее руку, прошипел маркиз, потянув ее к центру зала. — Я не понимаю, — пробормотала она, семеня следом за его широкими неровными шагами. — А я и не удивлен, — хмыкнул он, притягивая ее к трону, где сидел король, уже ожидая парочку. — Ты вообще мало о чем думаешь, вот уже больше года. Когда приходиться сталкиваться с твоим непрошибаемым упрямством, нужны крайние меры, и я ничуть не жалею, что в первый же день знакомства использовал их, чтобы ты стала моей без попытки к капитуляции! — Грей! — вспыхнула она, пытаясь затормозить, осознав, что он собирается делать. — Не смей! Я не позволю! — Это я тебе больше не позволю лгать и изворачиваться! Уважаемые дамы и господа! — громко объявил он, не обращая внимания на пунцовую графиню, рвущуюся на свободу, подобно раненой птице. — Пользуясь случаем, хочу познакомить вас, многоуважаемая знать, собирающая гнусные сплетни, что эта женщина перед вами — моя невеста, которая волею войны, что не так давно перенесло наше государство, осталась в одиночестве, и родила мне дочь, пока я ради вас резал глотки. Возможно, вам покажется странным, что мы любили друг друга до официального бракосочетания, но мне глубоко плевать на вас и титул, который я ношу, поскольку мне важно, чтобы Джувия Локсар стала моей женой при любых обстоятельствах, ведь я люблю ее. Если у кого-то есть возражения, вы можете их озвучить сейчас и отведать стали моего меча, не покидая стены дворца!       Он замолчал, слушая покатившийся в зале шепот, пока графиня глотала слезы, устав от безнадежности попыток вырваться. Она знала, насколько смел поступок Грея, но не могла адекватно реагировать на обрушившейся на плечи унижение. Что бы он сейчас им не сказал, все не имеет смысла! — Я выслушал вчера вечером доводы маркиза Фуллбастера, — поднял руку в успокоительном жесте Игнил, поднимаясь с трона, и оглядывая притихших присутствующих. — Решение по этому вопросу было принято в тот же вечер, и поскольку титул был наследован от отца Сильвера Фуллбастера, я не планирую лишать его последней воли старого маркиза, несмотря на порядки, установленные в нашем обществе. Если у кого-то из присутствующих есть сомнения по этому поводу, можете высказаться сейчас, ибо потом это не будет в вашей компетенции! — Старая графиня Локсар согласна с решением? — крикнул кто-то из женщин в толпе. — Для нее судьба дочери не является главнее, чем чистая репутация, — не стал лгать монарх.       Возмущенные возгласы на несколько мгновений перебили короля, и он дал подданым время пошуметь и переварить услышанное, пока Джувия, не выдержав, прижалась к руке маркиза, ища защиты, в которой он ей не отказал, прижавшись ближе. Ему, как и ей, было не по себе, но он знал, что поступает правильно, и это придавало ему решительности. — Где девочка? — посыпались вопросы. — Сколько ей? Унаследует ли она титул маркиза? Будет ли жить в молодой семье, или станет достоянием монастыря? — Девочка будет наследницей титула и продолжением рода Фуллбастера, как и положено, — отозвался монарх. — Соблюдая приличия в обществе, свадьба будет скромной, и на ней будет присутствовать только священник, однако, в будущем я приказываю никогда не поднимать вопрос в каких обстоятельствах маркиза родилась, я надеюсь, это ясно? — Маркиз пять лет не будет возглавлять войска вашего величества, — потребовал лорд Жиль де Рески, выступив вперед. — В наказание так же ему запрещено посещать балы в течении года, как и супруге соответственно. Юная маркиза будет воспитана Кельтским монастырем, дабы не повторить судьбу своей матери, уж простите, графиня, — Джувия еле заметно кивнула, — и с этого дня закон о внебрачном соитии будет ужесточен вплоть до изгнания из королевства. — Согласен, — кивнул монарх, усаживаясь на трон, крепко сжимая руку побледневшей принцессы. — Если всех устраивает результат нашего небольшого слушанья, то можем продолжить веселье. Сын, проводи маркиза и его будущую супругу в комнаты. По окончанию бала, им надлежит покинуть королевский двор согласно решению знати…       Нацу встал, и положил на плечо друга руку. Решение было тяжелым, но в этой ситуации даже мягким. Надо сказать, что им обоим повезло, а вот всем, кто посмеет переступить черту после них, будет воистину несладко… — Я горжусь вами обоими, — шепнул он по дороге, пока маркиз уже не так сильно сжимал руку будущей супруги.       Когда будущая чета покинула зал, лорд Жиль де Рески поклонился монарху, и тихо шепнул: — Что будет с матерью графини, ваше величество? — Она никогда больше не будет иметь никакого отношения к этой семье, — ответил король, жестко сжав подлокотник трона. — Так будет лучше для всех…