Хроники одного тандема

Катерина поднялась с сиденья и, на ходу надевая рюкзак, сошла на платформу. После домашнего уединения переполненное людьми метро производило тревожно-неуютное впечатление. Она поспешила дойти до эскалатора раньше основной массы пассажиров и поднялась в вестибюль. Петя ждал её неподалёку от дверей, привалившись спиной к стене. Она заметила его раньше, чем он её: она успела пройти ползала, прежде чем брат сосредоточил на ней взгляд и зашагал навстречу. — Привет! — воскликнула она, распахивая объятия. Петя улыбнулся и обнял её в ответ. — Привет. Его голос, улыбка и надёжная твёрдость любящих рук заставили сердце затрепетать в груди от нежности. Прежде, чем отпустить, Катерина обняла брата сильнее. По мышцам прошла лёгкая дрожь. — Раздавишь, — пошутил Петя. Катерина хихикнула. — Пойдём? — Пойдём, — брат придержал для неё дверь и полез во внутренний карман куртки за портмоне. — Только сначала зайдём вон в тот магазин. Я за последние три дня на работе столько кофе выпил, что даже неудобно. — Хочешь купить новую банку? — Катерина взялась за лямки рюкзака, чтобы куда-то деть руки. — Ну да, — её жест не остался без Петиного внимания. — Тяжело? — Нет-нет, всё хорошо, — заверила она. — Ну смотри, — не стал настаивать брат. — Я бы мог понести. — Рюкзак правда не тяжёлый, — Катерина шагнула на крыльцо магазинчика, расположенного почти у самого метро. Петя и здесь придержал для неё дверь и только потом вошёл сам. Катерина скользнула взглядом по помещению. В магазине уже царила новогодняя атмосфера: верхний край витрин украшала мишура, с потолка свисали разноцветные резные снежинки. Продавщица, пышная дама лет пятидесяти, явно знала Петю в лицо: заулыбалась, подошла к кассе. — Здравствуйте! Что-то вы давно не заходили. — Работа, — смиренно ответил Петя и присмотрелся к полкам с чаем и кофе. — «Лаваццу» растворимую, пожалуйста. — «Классик» или «Интенсо»? — повернувшись к товарам, уточнила продавщица. — Даже не знаю, — отозвался брат. — Давайте «Интенсо». Ты что-нибудь хочешь? — спросил он у подошедшей Катерины. — Нет, — Катерина качнула головой. Продавщица поставила банку с кофе на прилавок рядом с кассой. — Что-нибудь ещё? Петя задержал взгляд на сером боксе с сигаретами. Катерине это совсем не понравилось. Брат же собирался бросать! Петя, помедлив, открыл портмоне. — Больше ничего, — ответил он. — Спасибо. Продавщица нацелила на банку кофе сканер. — Триста восемьдесят девять, — озвучила она показание кассы. Петя положил на лоток для денег четыре сотенные купюры. Катерина, дожидаясь, пока он заберёт сдачу, проверила телефон — не звонил ли ей кто, пока она была в метро? На экране было только уведомление со смайликом-сердечком от заболевшей коллеги, которую она сегодня согласилась подменить. — Катя, — позвал брат. Она подняла на него глаза. — Всё, — сообщил Петя. Катерина, кивнув, сунула телефон обратно в карман. — Как дела у Михаила Ивановича? — поинтересовалась она, когда они вышли на улицу. — Да что ему будет, — фыркнул Петя, на ходу убирая портмоне в карман. — Освоился. Стажёру моему нотации читает, инициативы всякие, — он поправил галстук, — проявляет. — Тебе это не нравится? — удивилась Катерина. Брат посмотрел на неё с недоумением: — Почему? — Мне показалось, ты говорил недовольно, — пояснила она. Лицо брата озарилось чуть виноватой теплотой. — Просто устал, — возразил он. — У нас тут был аврал. — Бедные, — посочувствовала Катерина. Петя застегнул куртку. — Ну, а что делать. — То есть ты не против, что твой подопечный читает нотации твоему стажёру? — уточнила Катерина, возвращая брата к исходной теме. Петя усмехнулся. — Не против. Арбатов, конечно, не образец для подражания, но Саше говорит толковые вещи, — добавил он. — Я бы и сам ему что-то подобное говорил, но с моей стороны это будет неправильно. Всё-таки я его начальник, а там много личного. И снова разговор утёк куда-то не туда. — А инициативы? — попыталась Катерина вернуть его в прежнее русло. — Что инициативы? Уставший Петя совершенно не понимал её аккуратных вопросов. Катерина испытала лёгкую досаду и, скрепя сердце, спросила в лоб: — Как тебе с ним вообще работается? В голове мелькнуло запоздалое разочарование в себе: нашла как спросить! Сейчас Петя ответит: «Нормально», и всё! — Лучше, чем поначалу, — сказал брат. — Все друг к другу привыкли, обстановка стала ровнее. Какие-то общие вопросы и задачи появились, опять-таки… Хотя сложно, конечно. Бюрократия ещё эта, — он нахмурился. — Представляешь, Кать, какая ерунда: запросил я детализированную выписку на старый Петькин номер — посмотреть, что там у Арбатова по звонкам. И как ты думаешь, что мне ответили? — Что? — Ничего, — мрачно откликнулся брат. — До сих пор жду. — Ого, — выдохнула Катерина. — Капитан юстиции им отправляет запрос, а они даже не чешутся! — возмутился Петя. — И с остальными запросами так же. Вот и как тут, спрашивается, человека проверить? — Да, — согласилась Катерина, — сложно. Брат махнул рукой: — Ладно, не будем об этом. Ты мне лучше скажи, долго ещё твоя подружка будет болеть? У неё пропуск до Нового года, на будущий надо заявление писать. — Я не знаю, — вздохнула Катерина. — У неё сначала всё выглядело как ОРВИ, а сейчас видишь — воспаление лёгких… — Значит, долго, — констатировал Петя. — Я могу отвезти ей бланк, — заметила Катерина, — а потом привезти заполненный. Нам всё равно нужно будет встретиться, мы вдвоём письменный экзамен проверяем. — Можно и так, — согласился брат. — Если завтра поедешь, сразу в канцелярию отдай. Я выходной. — Хорошо. Петя задумчиво кивнул. — Всё нормально? — обеспокоенно уточнила Катерина. — Да с Арбатовым не знаю, что делать, — объяснил брат. — Выходной ему давать будет жирно. То, что он у меня сейчас делает, один он делать не сможет, там надо всё проверять… Катерина с полминуты колебалась. Потом, наконец, произнесла: — Я, конечно, ни на что не намекаю, но мне нужно в очень короткие сроки вбить в таблицы много данных из анкет. Если для Михаил Ивановича совсем нет никакой работы… — Он тебе поможет, — пообещал Петя.