Не малыш

      Чонгук, опаздывая на первую пару, вышел второпях из дома, когда няня уже возвратилась, отвезя Чоншина в школу. После разговора с ним она чувствовала себя совсем выжатой, в конце концов смирившись с собственными чувствами. Единственное о чем она думала, это еще пару дней продержаться в роли няни и отдаться своим свободным дням. Лиён не стала возвращаться в свою пылящуюся от одиночества квартиру. Она почти позвонила Киму, всё еще желая с кем-нибудь поговорить и выговориться. Но его номер так и остался на экране телефона без вызова, когда еще в машине заметила Чона, запирающего входную дверь. Студент, убирая ключи в карман темных джинс, направился к авто. Лукаво глядя на нуну, он вальяжно открыл дверь и забрался внутрь темно-серого салона пропитанного сладкими нотками цитрусовых и отчаянием. — Я как раз опаздывал, — громко выдохнул студент. После странного вчерашнего дня, напряженного утра и почти ушедшего похмелья, оставшийся день всё-таки мог пройти спокойно, хотя одно имя всё ещё продолжало крутиться в голове. Чон всячески игнорировал этот круговорот, напоминая себе, что все в прошлом. — Раньше нужно было выходить, — строго бросила няня, повернув ключ зажигания, завела авто и отъехала назад, выезжая на дорогу. — Пристегнись. — Я был кое-чем занят, — мечтательно промолвил Чонгук, удовлетворенно улыбаясь, и пристегнулся. Лиён поморщилась от мягкого тона юноши, не нуждаясь в каких-либо объяснениях, но уже представляя, чем был занят студент сидящий рядом со своим свежим чистым запахом, с еще влажными волосами отбросанными назад, открытым лбом и густыми черными бровями, от которых сжималось женское нутро. Еще десять минут назад Чонгук стоял под освежающим душем, его рука намывающая голову скользила по атлетичному телосложению вместе с каплями воды и ниже по рельефному торсу к стоящему огромному чл… Лиён была готова врезать себе, отогнав грязные мысли. Рука машинально в этот момент потянулась до переключателя, и громкая музыка заложила слух и мысли разом. Чонгук гордо ухмыльнулся, наблюдая, как покраснела няня в конце концов, пытаясь сосредоточиться на дороге. Достав телефон из кармана, студент отправил другу Чимину в kakaotalk сообщение, что уже ехал на пары и, вероятно, не опоздает, но может произойти всё что угодно по пути к университету. Полностью удовлетворенный Чон, закрыв глаза и откинув голову назад, наслаждался спокойной мелодией из динамика и напевал себе под нос знакомые слова. — У тебя красивый голос, — удивилась вслух нуна, пытаясь просто отвлечься от навязчивых мыслей. Голос этого парня звучал чаще дерзко и низко, но сейчас он смог взять легко высокую ноту и идеально исполнить своим сладким голосом, что был схож с его тихими мягкими стонами, когда студент доходил до финиша. Девушка прикусила губу. Даже смирившись, она не могла игнорировать насколько сексуален был студент в заправленной белой рубашке с растегнутыми верхними пуговицами, что открывало загорелую кожу, на которой хотелось оставлять поцелуи и гореть от возбуждения. Лиён нахмурилась. Даже возраст не имел значения в такие моменты. Это уже были инстинкты кричащие с первого дня и встречи об опасности и о желании столкнуться с этой опасностью. Чонгук замолчал, отвернувшись к окну, глядя на пролетающие здания и людей, что толпились скучающе или взволнованно на пешеходном переходе и ожидали своего светофора. Парню не нравилось, когда его хвалили за голос, поэтому он редко пел, даже зная о своем таланте. Однажды, он собирался пойти на прослушивание в компанию, чтобы стать трейни, а потом исполнить мечту стать айдолом. Но все происходило в не лучшее время, и мечта исчезла вместе с чувствами, оставив после себя лишь горсть пепла на руках четырнадцатилетнего Чонгука.       Такой красивый голос, малыш. — Что ты сказала? — повернул голову студент, расслышав тихий ленивый голос, и оказался уже не в машине.       Светлая просторная комната. Через распахнутое окно парень отчетливо видел открытое соседское окно и в нем собственную комнату на втором этаже. Напряженным взглядом Чон огляделся по белым стенам, где сам оказался, и заметил открытый высокий шкаф с разноцветными платьями и верхней одеждой, а рядом стояло двухметровое широкое зеркало, в котором он увидел юного себя полуголого и не одного. Под боком в обнимку лежала черноволосая девушка.       Не может быть, — обернулся Чонгук, испуская дух. — … У тебя такой красивый голос, малыш. Спой еще для нуны, — улыбалась сладко брюнетка, глядя невинным, но таким возбуждающим взглядом из-под челки на молодого парня, прикусывая губу, от чего совсем засмущался перед ней тот, затаив дыхание. Девушка лежала в одном нижнем белье с кружевами нежно-розового оттенка, что так красиво сочеталось с её фарфоровой матовой кожей. Тонкими изящными пальцами она медленно вырисовывала нежными касаниями незамысловатые узоры на груди Чона, словно он незаконченное, но такое желанное произведение искусства. Медленно касаниями спускалась ниже по плоскому животу и дальше, забираясь рукой в боксеры. — Нуна! — воскликнул от такой неожиданности Чонгук, хватая за руку дерзкой девчонки, отодвигаясь в сторону от неё. — Что ты делаешь? — Кое-что, малыш. Тебе не приятно? — широко распахнув глаза, спросила Юнджи, снова кладя руку на промежность Чона, даже не моргнув, и гладя медленно твердый горячий орган через тонкую ткань. — Мн. мне приятно, — не соврал парень, закрывая глаза от настилающего возбуждения, что разливалось электрическим током по всему телу, доходя до самих кончиков пальцев и обратно в пах. — Хорошо. Тогда я сделаю кое-что более приятное, — хитро улыбнулась нуна, обнажая свои зубки и проводя по ним своим юрким кончиком языка. Одурманенный Чонгук наблюдал из приоткрытых век, как его вставший член достали из боксеров и обхватили длинными пальцами вокруг. Чон тихо застонал, откинув голову и несдержанно резко толкнув бедрами вверх. Девушка провела рукой от основания к головке, слабо сжимая орган в руке, и наслаждалась несдержанно сладким стоном, желая слышать его весь этот вечер. — Нуна. — Да, малыш? — Нуна… Ах, мне нравится. когда ты называешь меня малышом. Но я то… же хочу сделать тебе приятно, — уверенно Чонгук обхватил женскую руку, что держала его пенис, и, дернув вместе вверх, застонал громче, сдерживая подступающий оргазм. Переплетя их пальцы, отпустившие член, он потянулся всем телом вверх, приподнимаясь, и своим весом навалился на девушку, удивившуюся такому уверенному порыву. Она обхватила парня за плечи и раздвинула свои тонкие бледные ножки. Чонгук лег сверху. Горячий член медленно терся о нежно-розовые кружева, марая смазкой и опаляя бедра. Парень глядел прямо в лисьи черные, как пуговки, глаза, ожидая ответа из маленьких розовых уст, которых так желалось коснуться. Совсем близко в сантиметре от них, чувствуя горячее дыхание и дрожь под собой, Чонгук хотел эту девушку под собой, полностью отдаваясь возбуждению. — Сделай, малыш.

***

      Машина резко остановилась у забитой парковки университета. Чонгук ударившись о боковое стекло, очнулся, не сразу сообразив, где находился. Перед глазами всё еще стояла просторная светлая комната, а на кровати девушка, что так на самом деле уже хотелось придушить собственными руками.       Почему?       Задыхаясь от старых настолько реалистичных воспоминаний, что казалось её сладкий запах всё еще окутывал пространство вокруг, парень вылез из машины, чуть ли не падая на асфальт, успевая схватиться за дверь, вдыхая запах улиц и выхлопных газов смешанных с кислородом. — Чонгук? — взволнованно позвала Лиён, заметив странное состояние студента. Студент уснул, отвернувшись к окну еще на полпути к университету. Няня сделала тише музыку и вела машину осторожней. — С тобой всё в порядке? — Да, — бросил Чон, вытирая пот со лба и осознавая, что больше не был в той комнате соседского дома и что это был лишь сон смешанный со старыми воспоминаниями. Отбросив все мысли и взяв себя в руки, он огляделся. Заметив своих друзей, стоящих совсем недалеко от парковки, Чонгук направился к ним, закидывая рюкзак на плечо, даже не обернувшись к няне, что настороженно осталась наблюдать. Чимин и Тэхён, ожидавшие все это время младшего, переглянулись. Они тоже заметили, как парень чуть не свалился с ног, только выйдя из машины. — Он серьезно приехал пьяным в университет? — напрягся Чимин, готовый отругать и вернуть парня домой. Чонгук подошел к настороженным друзьям и не успел даже натянуть улыбку и поздороваться, как в их компанию протиснулись две старшекурсницы и своими раздражающими высокими голосами начали быстро щебетать о студенческой вечеринке, которая должна пройти в эти выходные. Обе они были полностью заинтересованы рассказывать только Чонгуку, зная обо всех габаритах его тела, спрятанного под белой рубашкой и обтягивающими темными джинсами, и тайно желая испытать этот габарит во всех позах, но парень бесстрастно глядел сверху на них и был готов прогнать в любую секунду. — А кто тебя привез? — проигнорировав девушек, спросил Чимин и обнюхал незаметно друга, пытаясь понять в каком тот состоянии. Все остальные разом обернулись к машине, которая продолжала стоять на парковке. Лиён напряглась, когда студенты уставились на нее. Чонгук ухмыльнулся, снова ощущая, как игривость росла в нем. Он думал, что нуну всё еще беспокоило, что случилось с Юнджи. И он понимал, что ему стоит доказать свои слова. Поэтому без раздумий Чон закинул руку на плечо одной брюнетки с вьющимися локонами до талии, подтянутой красивой фигурой, в специально подобранной обтягивающей темно-синей блузке и серой юбке, открывающей вид на стройные красивые ноги. — Никто, — ответил, натягивая улыбку, Чонгук, прижавшись вплотную своим всё еще стоящим членом к бедру студентки, и прошептал на ухо о её сексуальном возбуждающем теле и желании взять его. Старшекурсница, открыв рот от возбуждающего наваждения, вздымая часто своей пышной грудью, была уже готова накинуться на парня прямо перед входом в университет, совсем забываясь. Кусая губу и глядя в дикие омуты напротив, она двинула бедром, показывая своё согласие. А няня, сидящая все еще в машине на парковке, нахмурившись, таки вспомнила слова Чонгука, сказанные сегодня утроми, и была уверена, что ему на самом деле плевать на чувства. Отвернувшись, она выехала с парковки и поехала подальше от корпусов университета. Лиён усмехнулась, понимая, что было глупо думать, что они с Чонгуком были похожи. Что совсем было не так. Нуна окончательно смирилась с тем, как Чонгука могло беспокоить и злить одно слово и одно имя. У всех свои странности и тараканы в голове. У всех них есть свое темное прошлое, которое они бы не хотели вспоминать. — А теперь отвали, — парень, глядя как машина покинула студенческую парковку, холодно перевел взгляд на возбужденную старшекурсницу, что уже шепотом предложила первокурснику встретиться после пар и поехать к ней, но услышав, как её отшили, она нервно поморщилась, не понимая, что сделала не так. И еле сдерживая слезы от обиды, поторопилась скорее с подругой в здание, хмуро оборачиваясь на уже не интересующихся ею парней и желая, чтобы чертов член Чон Чонгука когда-нибудь отвалился. Тэхен и Чимин, молча глядели все это время на друга и на развернувшуюся сцену из дорамы. — И что это сейчас было? — спросил Тэ, когда они втроем направились в корпус. — Заебали уже эти сучки, — вздохнул Чонгук. Похмелье всё же напомнило о себе сухостью во рту. — Совсем на тебя непохоже. Это из-за того что произошло вчера? Ты ведь еще не пьян? — спросил Чимин, вспоминая вчерашнего неразборчивого Чонгука, упоминающего, что перегнул палку и повел себя как последний ублюдок, оставляя Пака в полном недоумении, а затем не отвечая на звонки весь вечер. — Я просто выпил, — сухо бросил Чон, останавливаясь у автомата с газировкой и покупая себе обычной негазированной воды. И они продолжили идти на пары между бесконечным потоком студентов. — Один? — нахмурился Ким. — Угу. — Нашел кого-то на ночь? — продолжал друг, зная младшего как облупленного. — … да-а, — Чонгук на секунду сбился, пытаясь вспомнить вчерашний вечер. Всё что угодно могло вчера произойти. Но он точно помнил, что вернулся домой один и уснул на полу гостиной перед няней. — Прозвучало как-то неуверенно, — заметил Чимин, усмехнувшись. Чонгук взглянул недоверчиво на друга и остановился. — Погодите-ка. Хён, откуда ты знаешь, что я был пьян. Это был ты? — сузил он глаза. А ведь как-то парень добрался до дома. — О чем ты? Разве ты не трахался вчера с кем-то? — Паку сложно было притворяться, улыбающиеся глаза сами выдавали его. Тэхен же совсем запутался и молчаливо переглядывался с одного на другого, ощущая себя третьим лишним. — Что происходит? — спросил всё же он. — Ничего не хочешь рассказать Чонгук? — глядя уверенно прямо в глаза и гордо улыбаясь, спросил Чимин. — Нет. У меня сейчас пара начнется. Я пошел, — бросил Чонгук, скорее удаляюсь на пару по истории. — Даже спасибо не скажешь? — крикнул старший в сторону удаляющегося друга, что совсем смешался среди толпы. — Ох, этот тонсен, — вздохнул Пак, встречаясь с недовольным Тэхеном. — Так что произошло? Что-то опять не договариваешь мне, Чимин. Мы же ведь друзья со школы, — возмутился Ким. — Эй, Тэхён~а. Прости, — подтолкнул локтем друга Чимин. — У нашего Чонгуки какие-то проблемы. Сам не заметил? Чего он так с этой девчонкой поступил? А? — Как будто это было не в его духе. — Ну если немного, — согласился Чимин. — Но вчера он звонил мне, — остановился Пак, серьезно посмотрев на Кима. — Он вчера пропустил пары. Сделал что-то новой няне брата. И в доску пьяный втирал мне в такси, что все девушки должны быть под ним без вопросов. Я уже думал он расплачется там. — Серьезно? — удивился Тэхен, прикрывая рот рукой. — Так не было никакой девушки? — Не было. Я нашел его в стельку пьяным. Он уже был готов бармена там завалить. Но кажется, Чонгук ничего не помнит, — хмыкнул Пак. — И та девушка в машине, что привезла Чонгука. Разве это не та няня была. Похоже у них все-таки всё в порядке. Тогда почему он напился вчера? — задумался студент, проверяя телефон. — Может, эта няня и была той девушкой, с кем он переспал, — предположил студент. — Возможно, — пожал плечами Чимин, заходя в лекционную. Тэхён зашел следом, направляясь сразу на последние ряды. — Тут открывается новый клуб на выходных. Может заглянем? — предложил Ким, уже забывая странное поведение Чонгука и заваливаясь на свободное место. — У меня планы на выходные, — задумавшись на мгновенье, все-таки ответил Чимин и достал ноутбук из сумки. — Какие? — Встреча со знакомым. — Что за знакомый? — Друг семьи. Предложи Чонгуку. Уверен он сразу согласится. Может еще и узнаешь, что с ним творится в последние дни.

***

      Вечером, няня села вместе с Чоншином ужинать. — Хён часто возвращается домой поздно, — мальчишка заметил, как нуна поглядывала в сторону входной двери и даже не притронулась к еде. — Ты волнуешься за него? — Нет. Не волнуюсь. Ешь давай. — Может в субботу сходим в парк аттракционов? — В парк? — Да. И хёна с собой возьмем, — предложил младший Чон, но нуна, сидевшая перед ним, подавилась едой. — Ты в порядке, нуна? — взволнованно подпрыгнул мальчишка. — Да, — кивнула девушка, прокашлявшись и натянуто улыбнувшись. — Хорошо. Пойдем в парк в субботу. — Ура! — воскликнул Чоншин, в воздухе трясся палочками. — Я скажу хёну, когда он вернется. Может еще поиграем сегодня? — А ты сделал уроки? — строго спросила няня.       Уже доходило до девяти вечера. Чонгук так и не вернулся, а няня и Чоншин разыгрались так, что потеряли счет во времени и даже не заметили, как уснули на диване к полуночи. Во сне Лиён оказалась сидящей на своей работе. Все казалось обыденным вокруг и ничем не примечательным. Она отвечала на звонки и помогала людям в экстренной помощи. — Нуна! Мне нужна помощь, — раздалось неожиданно в трубке и девушка взглянула на неё растерянно, словно в первый раз видела аппарат в руке, а голос с другой стороны был очень знакомым ей. — Чонгук? — неуверенно спросила Лиён, слыша прерывистое дыхание. По её телу пробежала неконтролируемая дрожь. — Срочно. Мне плохо. Нуна. Скорее приезжай, — тяжело дыша, шептал слабым голосом студент. — Чонгук. Я сейчас буду, — моментально подпрыгнула девушка со своего места и, игнорируя крики недоумевающего начальника, выбежала из офиса на улицу, где дождь лил как из ведра. И нечем было прикрыться. Одежда в миг намокла и потяжелела. Пробежав пару волнительных кварталов, Лиён оказалось на улице, где был дом Чона. Босыми ногами девушка бежала по глубоким лужам, совсем не беспокоясь о себе. Она чувствовала, как ледяной страх подкрадывался позади и шептал зловеще до мурашек:       Ты не успеешь. Слишком поздно. Ты не спасешь его.       Лиён распахнула дверь и рванула сразу к лестнице. — Чонгук! — кричала она на весь пустой дом, что заливало теплым светом из окон. А шумный дождь на улице прекратился, словно он не проливался, смывая за собой боль. Но все ещё мокрая одежда на девушке, что липла неприятно к коже, и мокрые следы на паркете доказывали, что дождь все-таки был. Няня поднялась наверх и распахнула единственную встретившуюся огромную дверь, что вела в комнату Чонгука, но там никого не оказалось. Кровать была аккуратно заправлена. Вещи аккуратно сложены в открытом шкафу. Но Лиён заметила на полу осколки от глиняных цветочных горшков, которыми было заполнена гостиная внизу, хотя возле этих осколков не было ни земли, ни тех же растений. Девушка огляделась, не понимая, что произошло в этой комнате. — Чонгук? — прошептала она в тишину, оглядываясь по сторонам, пытаясь найти еще зацепку. Шестым чувством она знала, что он должен был лежать на кровати. Ему было плохо. Она слышала это по голосу в трубке. Он словно умирал. Она чувствовала. Но его не оказалось в этой комнате. Лиён собралась обыскать весь дом, но дверь позади закрылась, и не успела девушка обернуться, как неизвестный схватил её со спины, прижимаясь огромным телом и хватая длинными руками за бедра, затем поднимаясь к груди и сильно сжимая их большими ладонями. Лиён не могла ни двинуться с места, ни вздохнуть, ни крикнуть. Тело перестало слушаться её. Она была словно кукла. — Ты снова поверила? — рассмеялся возле уха мерзкий голос, что совсем не походил на голос Чонгука. Но это был именно он. Лиён знала. Лиён чувствовала.       Нет! — мысленно боролась она. Большая грязная ладонь залезла под мокрое белье, и горячие пальцы начали массировать клитор. — Какая влажная.       Чонгук, — мысленно кричала Лиён, не желая, чтобы ее касались в интимных местах. Она все также не могла произнести ни слова, ни писка, но отчетливо слышала сладкий стон. — Теперь тебе не убежать от меня, — шептал голос, выдыхая горячо у левого уха. Губы обхватили мочку и нежно начали посасывать, облизывая языком. Девушка выгнулась, хныкая от возбуждения, ненавидя себя за это чувство. Она ощущала, как огромный горячий влажный пенис прижимался к её открытой спине и ягодицам, с которых уже стянули мокрое от дождя белье, как и штаны, как и верхнюю одежду. И прижимаясь абсолютно обнаженной к чужому телу, ей становилось приятно. И она ничего не могла с этим поделать. Ее возбуждала грубость, с которой её сжимала за бедра крепкая рука, пока влажные губы спускались по её шее оставляя поцелуи, а где-то и багровые засосы на лопатках. Лиён больше не хотела кричать. Она хотела, чтобы ее удовлетворили длинные пальцы, резко толкающиеся в её нутро, сбивающие весь дух. Девушка открыла глаза, оказавшись лежа на диване в гостиной, где она вырубилась после игр с Чоншином.       Это был лишь сон, — вздохнула девушка, но в тот же момент чьи-то руки схватили ее за бедра. — Какого? — Лиён приподнялась на локтях и несдержанно застонала, когда что-то влажное скользнуло прямо по её клитору. Ее согнутые ноги затряслись. Чья-то голова оказалась на уровне её бедер. Она схватила за черную макушку коротких волос, резко потянув наверх. — Неужели ты проснулась, — облизывая с губ соки няни, ухмыльнулся довольный Чонгук и снова начал облизывать влажный клитор шершавым языком, засасывая кожу губами. — Чонгу~к! — громко простонала нуна, дергая бедрами, снова схватив парня за волосы. Осмотревшись, она не заметила Чоншина.       Слава Богу. — Просто наслаждайся, нуна. Я покажу тебе настоящие аттракционы. — Что… — выдохнула няня, прикрывая глаза лишь от горячего дыхания. — Это не сон? — совсем проснувшись, осознала она. — Значит вот что тебе снится, нуна, — Чонгук, выгнув бровь, взглянул на девушку и, встав на колени между ног девушки, стянул до колен свои джинсы и боксеры следом, выставляя на показ эрегированный огромный член, обхватывая его рукой. — Ты бы хотела, чтобы это был просто сон? — парень провел головкой прямо во возбужденному лоно девушки, и та еще громче застонала, прикусывая губу и желая уже ощутить пенис в себе. Чонгук продолжал издеваться и наблюдать с ухмылкой. Лиён, нахмурившись, взяла себя в руки и, уверенно схватив орган, направила его в себя. — Просто трахни меня, Чонгук. — Как грязно, — хватаясь за бедра девушки, студент вошел на половину. — Это не сон, нуна. Так что будь тише, — выдохнул Чон в открытые губы няни. Она обхватила его за плечи, ногтями впиваясь в кожу, и взглянула прямо в глаза, когда тот медленно трахать её. Слезы покатились по её щекам, принимая его всё глубже. — Нуна, — простонал студент и, вытащив орган, кончил на футболку няни. Это было быстро для него. Лиён, открыв глаза, потянулась наверх и, обняв парня, поцеловала нежно его. Чонгук оттолкнул её, глядя сверху, сжимая челюсть. — Чонгук, прости, — слетело тихо с губ. Лиён легла на диван, прикрыв лицо рукой. Чонгук убрал её руку, замечая скатившиеся слезы. — Однажды, я был влюблен в человека, который никогда не любил меня, — няня открыла глаза, посмотрев на парня. Щеки загорелись. Было странно слышать это из уст Чона. Он открывался перед ней. — И после этого я никого не любил, не желая снова чувствовать те эмоции. Поэтому я такой. Поэтому мне плевать, нуна. И я не стану другим человеком. — Все меняются. Просто ты боишься, — облокотившись о локти, привстала Лиён, заглядывая в глаза, которые ускользали от неё. — Я не боюсь. — Боишься, — села девушка, натягивая на себя трусики и пижамные штаны. — Боишься так же как и я. Мы боимся быть отвергнутыми, поэтому и отвергаем других сами, — обнимая себя за колени, няня глядела на глиняные горшки что стояли везде в гостиной. И Лиён вспомнила, как во сне видела разбитый горшок в комнате студента. Она сравнила, это с разбитым сердцем Чонгука в прошлом. Он не стал его собирать, продолжая жить, но он и не выкинул осколки. Парень молча встал. — Это неважно, — бросил он, также глядя на зеленые растения. Лиён подняла голову, посмотрев на парня. — Может перестанешь засыпать на диване? — Тебя это беспокоит? — Нет. — Тогда что? — Этим растениям нужен отдых. — Что? — удивилась девушка, вставая рядом со студентом. — Вот значит что. Ты снова пришел пьяным. Твоим родителям это стоит знать, — Чонгук взглянул хмуро на нуну и потянулся поцеловать, медленно касаясь влажных губ и страстно углубляясь, сталкиваясь языками. Нуна обхватила его за плечи и продержавшись минуту, прикусила губу. — Я знаю, что ты делаешь, — ухмыльнулась девушка, глядя прямо в глаза. — И у меня еще один вопрос. Тебе не хватило той девушки из университета. — Я послал ее к черту, — Чонгук держал нуну всё это время за талию, медленно лаская. — Так ты сделал это специально? — Чоншин сказал, что в субботу мы пойдем в парк аттракционов, — проигнорировав вопрос, спросил Чон. — Ну это было его предложение. Ты против? — Нет. На самом деле я обожаю аттракционы. — Ну это я и так поняла, — почувствовав горячее напряжение парня, Лиён опустила взгляд и облизнула губы. — Как насчет сделать мне минет? — Что? Нет, — отодвинулась девушка, скрещивая руки перед собой и глядя со страхом на огромный орган. — Но так ведь нечестно. — Ничего не знаю, — бросила няня и ретировалась, скорее убегая в свою комнату. Чонгук бежал за ней следом, запинаясь о горшки и не замечая как один из них упал. В конце концов он врезался в закрывшуюся перед ним дверь гостевой спальни, слыша щелчок с другой стороны. Лиён, немного запыхавшись, успела закрыться, прижавшись к двери, и сползла вниз, чувствуя, как быстро билось сердце в груди. — Ты думаешь, что избежала своей участи? — шептал Чонгук, облокачиваясь о косяк. — Ты еще здесь два дня, нуна. Ты ведь понимаешь это?       Ох. Два дня? Чонгук собирался уйти уже, но дверь открылась. Лиён вышла из комнаты, отпустив стыдливо глаза, замечая все еще возбужденный орган парня и прикусывая губу от наваждения. — Передумала? — Ты мог засунуть свой член в рот той брюнетки. — У неё грязный рот, которым она слишком много болтает. Давай больше не вспоминать брюнеток.       Брюнеток? — У нас ведь осталось два дня. Тогда и ты не трахайся ни с кем кроме меня, — няня схватила парня за край джинс и утянула в комнату. Удивившийся Чонгук оказался на кровати, а Лиён встала перед ним на колени, ощущая, как вспыхнули щеки от смущения. — Если ты так будешь делать, то я готов только тебе доверить свой член. — В каком смысле? — нахмурилась няня. — Не бери в голову, — Чон уже совсем не контролировал себя и свои слова. Возбуждение рвалось через край, а член продолжал дергаться, все еще наливаясь кровью и становясь больше. Он все не торопился. Протянул свои пальцы и, проведя по губам, настойчиво протолкнул два глубже. Няня начала посасывать их, вылизывая хаотично языком по всей длине. — Возьми его, — схватив второй рукой пенис, Чонгук подставил их к губам, вытаскивая свои пальцы и хватая сразу влажными ими за подбородок девушки. — Ты была такой вкусной, нуна. А теперь попробуй же меня. После этого я награжу тебя кое-чем вкусненьким и приятным, — ему все больше хотелось растянуть удовольствие. Он всегда торопился, чтобы трахнуть неважно кого, но сегодня Чонгук был готов удовлетворять няню всю ночь и все оставшиеся два дня без передышки медленно и грубо. — Это будут самые длинные два дня в твоей жизни, нуна. Ты никогда их не забудешь.