По воле лорда

Оаар шагал вслед за сопровождающим, но не успел пройти и нескольких коридоров, как тот обернулся и недовольно произнес: - Так не пойдет. Я думал, все уже успокоились, но тут, похоже, долго будут шуметь. Я не смогу провести тебя незамеченным. - И что же ты предлагаешь? - усмехнулся эльф, хотя вариантов-то особо и не было. - У тебя осталась та... - дроу нервно потянулся к шее, - цепь? Обмотай вокруг запястий, чтобы было видно, что железо. Пойдешь впереди. И кинжал мой вернешь. - Кинжал не верну, - буркнул Оаар и спрятал ножны за пояс под плащом, но вперед прошел. - Отдать тебе оружие и оставить тебя за спиной — не очень осмотрительно. - Мне достаточно позвать на помощь — и тебя схватят, - напомнил дроу. - Ты не успеешь бежать. - Но успею убить тебя, - оглянулся Оаар. - Ты безоружен, а у меня в руках та самая цепь, которая едва не прервала твою жизнь. - Если меня увидят без кинжала, это вызовет ненужные вопросы, - охранник еще упорствовал, но было видно, что ни на что не рассчитывал; только подтолкнул вперед и придал направление. - Скажешь, что кинжал был утерян в неистовом бою со мной, - на ходу хмыкнул наместник. - Кстати, может, объяснишь мне... Нет, я понимаю, почему вы носите такие одеяния: ваши пороки заставляют вас демонстрировать свою животную сущность напоказ. Но тебе не холодно ли? Оаар зябко повел плечами, а дроу слегка недоуменно и настороженно произнес: - А разве ты не знаешь? Оаар поморщился, пользуясь тем, что лица его теперь сопровождающий не видит — надо же было ради любопытства подставить под угрозу легенду! Впрочем, дроу заговорил — чем дальше, тем спокойнее: - В давние времена, после несправедливого изгнания короля, эти Пещеры были враждебны к эльфам. Я родился уже здесь, но моя мать рассказывала мне про жизнь наверху и про то, как пришла сюда. Эльфам тогда трудно было здесь выживать — и они шили вещи из всего, из чего могли; приспосабливали под одежды шкуры и чешую тех, кого добывали для пропитания. Но чем больше проходило времени, тем легче им становилось — от того, что сама магия достигала баланса с телами. Мы изменились — мать говорила, что когда-то она была белокожей, как ты. Те же, кто слаб душой и не имеет хотя бы среднего потенциала к магии, погибают и сейчас — не доживают до вступления в молодость. Оаар поежился — но не от холода. Выходит, здесь могут выживать только те, в ком достаточно Тьмы. Неудивительно, что воинство Таридаара столь сильно... - И ты думаешь, что вы сможете теперь жить там, наверху? - протянул наместник. - Вы ведь воюете за это. - Сможем, - кивнул дроу. - Наши сердца по-прежнему горячи. Мы просто научились впускать в души холод. Я не разведчик, но один раз был наверху, когда там был свет. Глаза привыкают не сразу, и жарко, но вместе с тем и... приятно очень. Совсем не как здесь. Я родился здесь, но я тоже хочу туда. Оаар выслушал сбивчивый ответ, и хотел бы еще о многом спросить, но это было опасно — и так едва не прокололся. Поэтому он предпочел завести разговор на более близкую нынешней цели тему: - Сколько охраны у пыточной? - Не знаю, - пожал мощными плечами стражник. - Обычно ее вообще не охраняют — по большинству времени она пустует. Если же там появляется кто-то, то едва ли он будет способен брать приступом двери и стены. К тому же король предпочитает таких пленников контролировать сам. - А что потом? - хлестко произнес Оаар. - Куда потом таких пленников? - Как куда? - даже удивился дроу. - Вниз, конечно. В Великий Провал. Или ты предлагаешь их бальзамировать? Наместник понял, что из этих «покоев» живыми не выходят, и невольно прибавил шагу. Правда, вскоре пришлось идти медленнее — почти семенить. На пути попался сначала один дроу, потом второй, а потом их было еще немало, но Оаар уже смотрел в пол и старался никак не проявлять себя. Охранник, наоборот, со многими здоровался, и вскоре, даже из разговоров на почти не понятном наместнику языке, тот понял, что имя нового знакомого — Венолин. Или как-то очень похоже. Оаар чувствовал, как нарастает напряжение. Внешне это ничем не проявлялось, но душа полнилась странными чувствами — как будто чужими. Наместник абсолютно точно знал, что идти уже недалеко; чувствовал опасность — что, впрочем, было у него всегда, еще даже до начала обучения магии предвидения; смутно ощущал, что где-то здесь, совсем рядом, происходит или еще произойдет что-то страшное и омерзительное. Но наравне с этим душа отчего-то полнилась горькой, слегка болезненной радостью. Откуда бралось всё это, Оаар не знал. Не знал он и как отличить надежду от предчувствий; не знал и того, правда ли всё это. Неожиданно происходящее стало ему казаться каким-то слишком нереальным, слишком странным — словно это и не он идет где-то в коридорах Проклятых Пещер. Словно это не он еще сегодня утром на прощание коснулся теплой руки своего лорда... И вдруг точно огнем обожгло. Смутное, плывущее под натиском неясных предчувствий и мыслей сознание разом пришло в норму; ощущения обострились. Оаар распрямился и внимательно посмотрел на закрытую дверь перед собой. А потом глухо уронил: - Здесь. - Здесь, - дроу нагнал его и заглянул в лицо Оаару почти со страхом. - Откуда ты... Хотя нет, я не хочу этого знать. Если до этого наместник боялся всего: боялся разрушить хрупкую легенду; боялся встретить кого-то из предводителей дроу, которые, несомненно, возжелали бы допросить Венолина о том, кого тот ведет; боялся узнать или не узнать правды... Сейчас он почувствовал, что страх рассеялся. - Что ты будешь делать, когда я уйду и уведу отсюда тех... - он даже не договорил. Охранник мрачно мотнул головой и произнес, медленно поворачиваясь и глядя прямо в глаза: - Скажу правду. Что ты захватил меня, что я имел долг жизни перед тобой. Этого ты точно знать не можешь, раз не знаешь нашей истории. Когда отверженных эльфов было еще немного, спасение жизни означало рабство для спасенного. Теперь не так. Теперь мы клянемся лишь никогда не наносить вреда спасителю и исполнять его волю. У меня не хватило смелости умереть. Теперь мою судьбу решит король, ибо такие случаи нынче редки. Но тогда, когда зародилась наша клятва, которую мы даем при вступлении в молодость, нам все были врагами. Никто не стал бы нас спасать. Да и теперь... Тысячи твоих воинов не пощадили бы меня — убили или забрали в плен. Ты же — освободил. Мы всегда презирали чужие законы, но только не свой. Или ты можешь забрать меня с собой, если пожелаешь... Но этого я не хочу. - Почему? - рассеянно брякнул Оаар, размышляя совершенно об ином. - Ты же хочешь наверх. Оаар думал о том, что на душе сплетается незнакомый узел странных чувств; о том, что пальцы покалывает, словно долго держал кисть в неудобной позе; о том, что дышится почему-то легче, а плечи безотчетно распрямляются... И еще о Тэсаале, которого он, кажется, чувствовал, но не мог довериться самому себе. - Потому что я верен королю, - ответил Венолин, и Оаар даже вздрогнул от этих слов и этой интонации — сам говорил так же. - Он имеет право знать, что я предал его — пусть и против своей воли. А у вас не принято держать рабов, я знаю. Едва ли я нужен тебе. И я надеюсь, у тебя хватит чести, чтобы отпустить меня после того, что я сделал и сделаю для тебя. Хотя, ты предводитель, а значит честь для тебя, вероятно, стоит немного. Оаар, в отличие от этого дроу, нарушил присягу, но даже тогда, когда мог вернуться с добычей, которая, несомненно, оправдала бы его в глазах Совета, не сделал этого. Но в одном дроу был прав. - Я не могу тебе ничего обещать, - властно произнес Оаар, сам удивляясь, как полно и весомо звучит его голос. - Но если ты поможешь мне исполнить задуманное, я отпущу тебя. Или убью, если тебе так будет легче. Как пожелаешь. - Еще не знаю... - сопровождающий явно задумался. - Но это щедрое предложение, я запомню его. - Идем, - Оаар подтянул плащ и неосознанно выпростал руку, чтобы иметь возможность защититься. Охранник приложил к двери ладонь, и тяжеленная, каменная створа начала медленно проворачиваться. Оаар увидел коридор — такой же безликий, но гулкий и пустынный. А еще здесь пахло кровью, но наместник почувствовал и что-то иное. То ли в сердце, то ли в душе... - Стоять, - сообщников остановил звонкий голос — на знакомом Оаару языке, видимо, новый охранник предполагал увидеть врага. - Кто здесь? Никого не дозволено пускать, кроме короля... Венолин, это ты? Ты чего? У тебя же пост на рубеже. Или что-то поменялось? - Поменялось, - кивнул тот. - Я привел еще одного пленника сюда же. - Я не сдам тебе пост, - упрямо заявил голос, и Оаар наконец увидел его обладателя — молоденького, еще почти подростка-дроу с растопыренными ушами. - Меня поставил сюда король, когда я мимо пробегал. И теперь я сдам пост либо владыке Таридаару, либо леди Нимзанис. - Да мне и не надо, - улыбнулся Венолин. - Я только упихаю этого — и уйду. - Не велено, - твердо стоял на своем мальчишка. - Позови старшего, а этого я покараулю. Получим дозволение, тогда и запихнем. - Давай сначала запихнем, а потом я за дозволением сбегаю, - начал терять терпение Венолин. - Не велено, - возразил юный дроу, а потом сдался. - У меня нет ключа, а король еще и чем-то чудным решетку запечатал. Оаар понял, что речь идет о неком заклинании, и понял, что пришла пора действовать. - Дверь закрой, - едва слышно шепнул он сообщнику, и тот недовольно зашагал в сторону створы, сдав наместника на попечение смешного мальчишки. Но против ожиданий последнего он не пошел куда-то там к старшему, а сильным движением плеча ударил в дверь, и та с легким скрежетом захлопнулась. - Эй... - начал было парнишка, но Оаар прижал его за горло к стене, выхватывая свой кинжал. - Не убивай, - вовремя попросил вернувшийся Венолин. - Ребенок ведь почти. - Да какой он ребенок, - зло бросил Оаар и вдруг удивился решительности, что горела в крови. А ведь и верно, перед ним совсем молодой... темный эльф, который испуганно косился на блестящую сталь, и даже не пытался вырваться. - Покарауль, - бросил Оаар, разоружая противника, и глубоко вздохнул, приходя в себя. Венолин одним движением перехватил юношу за руки и почти спокойно проговорил: - Тихо. Оаар уже не слышал, что там происходило дальше. Он шагнул к решетке и решительно сплел пальцы в отпирающем заклинании. Оно было светлым и призывало свет, но сейчас наместнику было наплевать на то, что позади он, кажется, услышал стон. Впереди, в тени сумрачной камеры, из которой и тянулся тяжелый, тлетворный запах, доносилось едва слышное, но такое знакомое дыхание... И более ни звука. Решетка даже не скрипнула, даже не поддалась. Оаар прикусил губу в отчаянии. Он прошел такой путь, чтобы добраться сюда! Рисковал в прямом смысле на каждом шагу! И проигрывал в последний миг — когда до цели оставались считанные шаги. Проигрывал из-за того, что был бездарем. Если бы Тэсаал полюбил кого-то из Озаренных, из своего круга, тот бы, несомненно, нашел способ отпереть эту проклятую дверь. Неожиданно проклятие получилось не размытым и мутным, как обычно, а вполне концентрированным. Оаар видел, как от одного его взгляда решетка дрогнула, но устояла. Он не знал, какая сила сейчас заставляет его поднять открытую ладонь — еще первые учителя эталонных разделов магии говорили ему, что открытая ладонь рассчитана только на прием или на отражение, — но сейчас руку словно ледяной водой окатило. Эльф не слышал, что и сам почти стонет, сжимая зубы, но в душе как будто что-то прорвалось. Что-то, что до того было словно скрыто незримой пеленой, как солнце, проглядывающее через низкие перистые облака. Только вот света в этом не было. Решетку снесло, как будто ударом дубины гоблина. Не всю, только ту часть, что заменяла дверь. Однако изнутри по-прежнему не донеслось ни звука. Оаар уже почти было сделал шаг вперед, как вдруг повернулся и уставился на изумленно-перепуганных дроу. Те смотрели на него так, как будто перед ними вдруг открылись врата в Надмир, куда уходили души мертвых эльфов. - Не двигаться, - скомандовал наместник и почему-то был уверен, что приказ его выполнят. Сам он решительно шагнул вперед. Здесь было почти темно. Неяркий свет факела из коридора слабо освещал ближайший стол, на котором нехорошо поблескивали зажимы и что-то явно острое. Но этот стол хотя бы был чист. А вот на следующем, что стоял еще дальше и был освещен еще слабее, темнели пятна. Оаар подошел поближе и увидел, что это кровь. Но уже не свежая, а засохшая бурыми чешуйками. Со дна души вновь поднялся страх, и наместник попытался вглядеться в самую глубь пыточной, пытаясь разглядеть там хоть что-то среди неясных очертаний. В голове мелькнула мысль о том, что он сам сейчас как никогда уязвим — врагам достаточно сейчас приладить на место дверь или, что проще, позвать сюда кого-то другого. Лучше всего самого Таридаара... И тогда у короля дроу будет уже двое пленников... Впрочем, такие размышления Оаар быстро оборвал. У Таридаара сейчас и так хватает именитых и важных пленников. От безродного наместника лучше не станет. С этими мыслями он осторожно пробирался вперед, пока не наткнулся взглядом на источник слабого шума. Его возлюбленный лорд-командующий сидел в самом темном углу в обнимку с чем-то странным. Не сразу Оаар опознал обычное ведро. Еще он отметил, что Тэсаал почти или совсем обнажен, а по коже змеятся темные раны. Роскошные светлые волосы были распущены и спутаны, часть — перемазана кровью... - Мой лорд, - окликнул его Оаар, и дыхание его перехватило. - Мой лорд, прошу вас... Тэсаал не отзывался, не открывая глаз и дыша с легким присвистом, и наместник произнес совсем тихо: - Вы сможете идти? - Оаар... - голос лорда прозвучал надломленно, почти хрипом. - Я не слышал о такой магии. Тебя здесь быть не может. Но если ты как-то дотянулся до моего сознания и слышишь, что я говорю, то знай, что дроу от нашей магии слабеют. А еще их король желает убить нашего короля... Королева Витиэн здесь, и ее используют в качестве источника магии... И знай, Оаар, их можно победить. Только не Озаренным, а таким, как ты. - Лорд Тэсаал, - наместник осторожно приблизился и протянул руку. - Я запомню все это, но сейчас нам надо идти. Надо выбираться отсюда. Но пленник отчего-то не спешил ухватиться за ладонь, словно избегал. - Мой лорд? - Оаар опустился рядом на колени. - Вы сильно ранены? Я не уйду отсюда без вас. Командир как-то не очень уверенно коснулся руки шершавыми пальцами — Оаар никогда не знал таких прикосновений — и, нащупав теплую ладонь, вздрогнул и отшатнулся, открывая мутные глаза: - Ты действительно здесь?! А где твой отряд? Оаар тотчас почувствовал неловкость — даже плененный командир остается командиром, а признавать то, что нарушил королевский приказ... - Я... я изменил присяге, - отчаянно прошептал наместник. - Я пришел сюда один. За вами... - Таридаар хочет заполучить тебя, - почти гневно воскликнул Тэсаал. - Хочет, чтобы ты воевал на его стороне! А ты пришел сюда, один! Как тебе вообще это удалось? На последние слова отвечать было слишком долго, и наместник впервые проигнорировал прямо заданный вопрос: - Я никогда бы не стал на его сторону. А теперь, когда я вижу, что он с вами сделал... Я еще вернусь сюда и убью его лично, но сейчас нам надо идти. Позвольте, я помогу вам подняться? Прикройтесь моим плащом... - Нет, - Тэсаал неожиданно отпрянул. - Я передам тебе всё, что знаю, а ты выберешься отсюда, если сможешь. Я, - он явно прислушался к себе, - с трудом смогу идти. Это задержит тебя и поставит под угрозу твою жизнь и свободу. Свободу — самое страшное. - Мой лорд, - Оаар посмотрел с удивлением. - Я не узнаю вас. Вы всегда говорили, что воины не сдаются даже тогда, когда... Лорд Тэсаал, прошу вас, нужно идти. Я залечу ваши раны, насколько это возможно здесь, и отправимся. А если нам доведется выйти из Пещер, лекари займутся ранами куда лучше, чем это сделаю я. - Оаар... - лорд проговорил глухо. - Как воин я понимаю, что веду себя малодушно. Но когда ты здесь один... отринувший присягу ради меня... Я просто не могу. Сейчас я вижу перед собой того, кому хотел бы подарить свою жизнь. И... - Так подарите, - умоляюще уставился на него Оаар. - Подарите мне вашу жизнь! - и добавил тише. - Прошу вас, доверьтесь мне. Я вытащу вас отсюда! Вы будете жить. Оаар чувствовал, что что-то идет неправильно, что положение многим хуже, чем казалось, но не мог понять, в чем. Что-то новое он увидел в том, кого привык считать если не супругом, то возлюбленным и самым дорогим другом. Еще вчера Тэсаал повторял, что у него нет никого ближе и дороже, а сегодня... Произошло что-то страшное, невыносимое — и это буквально ощущалось в воздухе, но природу этого чувства наместник объяснить не мог. Наконец командир решился и принял руку, тяжело поднимаясь на ноги. Оаар поспешно скинул плащ, привычно отводя взор, но вдруг боковым зрением отметил что-то странное — и отбросил смущение. Смущению место в спальне, а не на поле боя. Ладное, красивое тело возлюбленного было отмечено следами пыток — не очень жестоких, но мучительных. Оаар невольно усмотрел и то, что раньше от него ускальзывало из-за темноты и позы лорда. Раны, что покрывали светлую кожу, были частыми, хоть и не очень глубокими, а вот на бедрах — даже в этом скудном свете — темнели кровоподтеки и синяки. Которые нельзя было перепутать ни с чем. Тэсаал почти вырвал плащ из замершей руки и торопливо прикрылся, но Оаар уже понял. Он и сам несколько раз оставлял такие отметины — в порыве постыдной несдержанности; но никогда так ярко и так сильно. - Лорд Тэсаал?.. - Оаар почти неверяще повернулся к возлюбленному, но увидев яростный, почти ослепленный взор, невероятным усилием удержался и от прямого вопроса, и от высказываний, и от проклятий. Какая-то часть души с трудом подчинилась разуму и воле. Для этого... Оаар даже не успел этого осознать. Для этого пришлось утешить себя тем, что он еще вернется сюда — не лазутчиком, а карателем. - Позвольте, я хотя бы немного залечу? Боль не будет так мучить, у нас будет больше возможностей... - Хорошо, - обреченно кивнул командир и стянул плащ до пояса. - Лечи. Наместник протянул было руку и замешкался. Такой магией — излечивать и затягивать несложные раны — владеет почти каждый воин, так почему сейчас так трудно? Но с каждой секундой становилось легче, сила текла сквозь пальцы все спокойнее и ровнее, и вскоре Оаар с приятным удивлением убедился, что под невесомыми движениями пальцев кожа сходится, кровь перестает идти. Никогда раньше у него не получалось это так ловко и аккуратно. И лишь когда последний из глубоких порезов подзатянулся, Оаар несмело попросил: - Вам ведь... простите... не поэтому трудно идти? Позвольте, я... - Нет, - ожесточенно выдохнул Тэсаал. - Только не это. Пощади, я прошу тебя. Наместник понял, что тот не поддастся на уговоры и, неожиданно для себя, повел себя непочтительно — он шагнул вперед, обнимая возлюбленного за плечо и талию, и прижал к себе. Тот замер на мгновение, а потом прижался, словно искал источник тепла и света. Оаар погладил покрытую рубцами спину, мелко дрожащие плечи, а после довольно неожиданно опустил ладонь на ягодицы — прямо поверх плаща. Для целительства был необходим контакт с повреждениями, это Оаар уяснил четко, но и сейчас лорд дернулся в объятиях и почти раздраженно прошипел: - Я же просил! - Вы — мой лорд, мой командир, - возразил Оаар, почувствовав прилив сил. - Сейчас мы в тылу у врага, и не имеем права на слабости. Тэсаал отстранился и отвернулся, после чего произнес глухо: - Ты прав. Мы не имеем права на слабости. Скажи, ты можешь это снять? - он протянул вперед руки, стянутые металлическими браслетами. Наместник провел рукой по тусклому металлу и попытался было воспользоваться отпирающим заклинанием, но оно вновь не сработало, а тот душевный порыв, что позволил ему снести решетку, заметно ослаб, когда страх за возлюбленного поутих. - Наверное, нет, - он покачал головой. - Но наши маги наверняка смогут. Я отдам вам свой кинжал, чтобы вы могли защищаться. - У тебя и других кинжалов хватает, - Тэсаал бросил взгляд на топорщащийся оружием пояс. - Почему именно свой? Тебе с ним будет удобнее. - Здешнее оружие зачаровано, - пояснил Оаар. - Дроу не берет. По крайней мере, мне так сказали — и я не проверял. Такая проверка может жизни стоить. - Тебе так сказали? - сверлил его взглядом Тэсаал, неловко завернувшийся в плащ. - Ты нашел здесь... друзей? - Едва ли здесь можно найти друга, - ответил Оаар. - Я сохранил жизнь одному из дроу, хотя мог бы его убить. Он обещал помочь мне. И до сих пор свое слово держал. - Нам нужно забрать королеву, - подумав, уронил командующий. - Такова была цель моего отряда. Все мои воины в плену, но все мы и погибнуть были готовы. Оаар почувствовал, что в душе поднимается раздражение — и на неумный план короля, отправившего своих магов и воинов в неизвестность; и на военную систему, в которой планы составляют тыловые дураки, которые же и принимают решения за тех, кто рискует жизнями... - Нет, мой лорд, - покачал головой он. - Освободить королеву нам вдвоем вряд ли удастся. Вы, возможно, не знаете, но эта комната должна была стать вам последним пристанищем. Отсюда не выходят живыми. А королева еще нужна Таридаару, поэтому освободить ее будет трудно. Тем более что вы ранены и почти безоружны. А у нас с вами — ценнейшие сведения, которые могут сохранить множество жизней. И, мой лорд... - Оаар сомневался, но все же произнес это вслух. - Это был ваш приказ — доставить королеву. А я свой приказ давно нарушил и пришел сюда не воином короля Бренлараса, а изменником. И моя личная цель — вы. Тэсаал помолчал, а потом со вздохом согласился: - У королевы есть шанс продержаться до того, как сюда войдет наша армия... Если, конечно, мы сможем доставить те сведения, что у нас есть. Я немало успел услышать, - он поморщился. - Ты, похоже, тоже зря времени не терял. Знаешь, как выбраться? - Могу только надеяться, - ответно вздохнул Оаар. - Обопритесь на меня, если вам тяжело. - Справлюсь, - коротко бросил командир и впрямь распрямился, делая первые шаги босыми ногами к выходу. Наместник легко его обогнал и выглянул из камеры. Оба дроу так и стояли, как им приказали, только выражения ужаса и удивления на лицах стало поменьше. - Проводите нас к выходу, - потребовал Оаар. Тут он задумался о том, что мальчишка-дроу ему ничего не должен, зато явно очень чтит своего правителя, и в голове мелькнуло, что брать его с собой опасно — еще неизвестно, что выкинет... Наместник повернулся к своему лорду и с сомнением произнес: - Может, нам стоит избавиться от вашего тюремщика? Он видел нас; оставлять его за спиной опасно. Тэсаал словно замер, а потом хлопнул светлыми ресницами: - Ты готов убить... в качестве превентивной меры? - Да, - подтвердил Оаар. - На карту поставлена ваша жизнь. Ради нее я готов на всё. - Не надо, - тихо попросил Тэсаал. - Тогда я могу его связать. - Чем же? - Тэсаал поглядел на голые стены пещеры. - Чем? - Оаар огляделся. - Если его же одежками, то едва ли это его удержит. Ткань — не цепь. - Я знаю, чем, - командир резко повернулся к противникам. - Ты, подойди. Он схватил мальчишку за руку, вырвав его из объятий старшего друга, и потащил в покинутую пыточную. - Не надо! - юный дроу попытался вырваться. - Не надо меня... за пальцы... - О Провидение, - почти простонал Тэсаал. - Да нормально мы трахаемся, и едим тоже нормально! Только последний дурак вроде тебя мог поверить... Оаар только поперхнулся от таких слов в устах своего лорда, а мальчишка-дроу даже обиженно вскинулся: - Так ты вовсе не..? - Вовсе не, - буркнул лорд-командующий. - И не бойся, пытать тоже не буду. Но я тут уже успел опробовать... Он силой усадил бывшего охранника в кресло и, придерживая коленом, с легким трудом застегнул на его запястьях зажимы. И лишь закончив с этим, проговорил: - Здесь тебя найдут, можешь не бояться. Ко мне обещали прийти... Оаар наблюдал эту сцену из-за решетки и, несмотря на то, что обстановка была угрожающей и опасной, фыркнул — оказывается, и дроу вполне могли быть забавными и живыми. Не как те безликие равнодушные воины, которых он видел на поле боя. Подошедший Венолин, наоборот, нахмурился: - Зря в кандалы. Король, когда увидит, что добыча ускользнула, вполне может выместить на нем свою ярость — тем более, что ему даже трудиться не придется. - Я бы мог убить его прямо сейчас, - разом посерьезнел Оарр. - И это не пустые слова. Так что скажи спасибо, что мы подарили ему шанс. - А кстати, - союзник-противник посмотрел проницательно, - я слышал ваш разговор. Ты говорил, что предводитель над всеми, кого мы захватили. Но ты обращаешься к этому, - он подбородком указал на Тэсаала, - как к высшему чину. Называешь его своим лордом. - Военная хитрость, - усмехнулся Оаар. - Ты враг мне, и я не скрываю этого. - Что ж, - Венолин улыбнулся, но криво. - Я сам виноват. Позволил задурить себе голову. Но раз уж ты не лорд и не предводитель, то я буду надеяться, что и свое слово ты сдержишь — отпустишь или убьешь. - Сдержу, - четко ответил наместник и поднялся. - А теперь — идем. Он уже готов был отомкнуть тяжелую дверь, как красноволосый дроу покачал головой: - Не сюда. Второй раз я тебя этим путем не проведу. А уж вас двоих — тем более. Мне придется вывести тебя иным ходом. - А разве вход в Пещеры... - начал было Оаар и сам себя оборвал. - Их как минимум восемь, - усмехнулся дроу. - И это еще я знаю восемь. Если бы мы выбирались наверх только через основной проход... Я проведу, но можешь не строить военных планов. Проход, которым мы выйдем, не рассчитан на боевой отряд. Он узкий и не очень безопасный. Венолин, убедившись, что оба спутника готовы идти, отправился в коридору в другую сторону. Оаар мысленно пожалел, что уже давно запутался в сторонах света и даже примерно не мог сказать, где они выйдут. Венолин вел их осторожно и даже пугливо — заставлял сворачивать при малейшем шуме, подолгу выжидал, а потом и пробормотал, ни к кому не обращаясь: - Надо поторопиться. Меньше чем через час меня придут сменять. А меня там не будет. Оаар сразу понял, что дело скверно — наверняка в первую очередь отправятся проверять остальные пограничные посты, а это значит, что выбраться станет... нелегко. - Долго еще? - спросил он строго. - Нет, гораздо ближе, чем с той стороны, - откликнулся Венолин. - Но пост миновать не удастся. Путь только один, и с вами я не пойду. Я не буду сражаться против своих, мне легче умереть на месте. Ты можешь забрать меня или использовать вместо щита, но драться я не стану. Тэсаал вдруг коснулся скованными руками плеча наместника: - Отпустишь его? - Отпущу, - кивнул Оаар. - Слово дал. Венолин облегченно выдохнул и потащил их за собой, а перед поворотом зашептал: - Дальше — прямой проход. Довольно длинный, около полутора тысяч шагов. Там никого не будет, но дальше перпендикулярно пройдет опоясывающий наши владения коридор. И там обязательно кто-то будет. Я бы предположил, что не меньше двоих воинов. Сумеете пробраться — сумеете и выйти. Не заблудитесь, путь действительно один, развилок дальше нет. А уж наверху сориентируетесь, верно? - Нет, ты уж лучше скажи, - с нажимом потребовал Оаар. Лорд-командующий кивнул, становясь с ним единым фронтом. - Повернете направо и пройдете вдоль скал. Там лес, - со вкусом произнес слово Венолин. - Вы его называете Золотым. Так понятнее? Оаар не знал, стоит ли верить, но на всякий случай узнавал всё, что мог: - А ты куда? - А я выжду и вернусь, - Венолин повел обнаженными плечами. - У вас три четверти часа, потом может быть погоня. Когда меня начнут спрашивать, я не стану ничего скрывать. - Тогда стоит поторопиться, - Тэсаал прямо посмотрел на возлюбленного, и тот кивнул, а потом повернулся к врагу: - Спасибо. Я не забуду. Тот помолчал, а потом произнес словно через силу: - И тебе... удачи, эльф Света. Надеюсь, мы больше не встретимся. Это будет означать смерть одного из нас: после того, как король примет решение, если я останусь жив, я буду избавлен от долга перед тобой. Оаар выхватил меч еще тогда, когда оба они с возлюбленным только ступили на путь, что должен был вывести их к выходу или к чему-то неизвестному, если Венолин ввел их в заблуждение. Но с каждым шагом наместник убеждался, что враг не соврал — ход был глухим, без всяких посторонних дырок или ответвлений, а в воздухе уже начал проявляться странноватый сырой запах, которыми были пропитаны пещеры. В обжитых местах этого запаха не было. И лишь когда они отошли сотни на три шагов, Оаар позволил себе произнести то, что давно его мучило: - Мой лорд, до сих пор я не мог заговорить, потому что с нами был... этот. Вскоре, если всё пройдет хорошо, с нами будут наши сородичи. Я знаю, что не имею права спрашивать о таком, но прошу вас, скажите, не заставляйте меня мучиться тяжелыми терзаниями. Вас ведь мучил сам король, верно? Таридаар, сын нашего короля? Тэсаал первое время шел молча, но потом вздохнул и разомкнул сжатые губы: - Ты имеешь право знать. Не потому что ты вытащил меня оттуда, откуда мне не должно было вернуться, а просто потому, что я принадлежу тебе не меньше, чем ты мне. Ты же все понял, я видел это по твоему взгляду. Таридаар, да. И сейчас я не знаю, как смогу смотреть в лицо королю Бренларасу, зная, что у них с этой тварью общая кровь. - Вам не пристало так говорить, - встревожился Оаар. - Каждый взрослый эльф сам выбирает свою судьбу. - В том-то и дело, что нет, - ожесточенно откликнулся возлюбленный. - Пока я был в темнице, я много думал... Я раньше считал, что не подвержен предрассудкам, но лишь сейчас понимаю, насколько заблуждался насчет себя же. Меня воспитали с этой мыслью: что лишь тот, в ком течет благородная кровь, может стать таким же. Что чернь рождает чернь, хотя любое ремесло, разумеется, почетно и нужно... Но лишь Озаренные передают свою кровь и свои способности потомкам; что лишь они могут вершить чужие судьбы. Но если все так, то как я могу верить тому, кто породил это? - У королей иные пути, - задумчиво уронил Оаар. - Слабости есть у каждого, но именно у тех, кто держит в руках всё, эти слабости оборачиваются... - Нет, Оаар, - перебил его лорд-командующий. - Пока сын Бренлараса... оттачивал на мне свое острословие, я невольно задумывался, кому и зачем я служу. Не пугайся, я не предам ни присяги, ни себя, ни тебя. Но если мы выиграем эту войну, я попрошу отставки. Я не хочу больше губить жизни своих воинов во славу тех, кто не ценит этого; не хочу посвящать свою жизнь и таланты тем, кто ради личного забывает о «черни»; не хочу больше отдавать на поругание свою любовь тем, кто видит в ней только похоть. Оаар невольно возразил: - Король может не отпустить вас. Если вы выиграете для нас эту войну... - Тогда я сниму перстень Озаренного, - Тэсаал остановился и пугающе-медленно повернулся. - Я знаю, что обратного пути не будет. Но я готов признать себя ничтожнейшим из слуг короля. Такого короля, который отправил меня и мой отряд... Этот путь тоже был только в один конец. Я сам успокаивал тебя, шел вперед и знал, что не вернусь. - Но вы возвращаетесь, - неловко вклинился наместник. - Только благодаря твоей личной храбрости и... твоей любви, Оаар, - лишь возвысил тон Тэсаал. - Ты же сам сказал, что для этого тебе пришлось нарушить приказ и предать присягу. Оаар неожиданно улыбнулся, припомнив те слова учителя, которых раньше не понимал: - Я, кажется, понимаю. Мастер Осалон... - Осалон... - медленно произнес Тэсаал и вскинул темный, измученный взгляд. - А я еще не понимал, почему он ушел в отставку в блеске своей славы — ведь ему принадлежала честь одолеть мятежников во главе с принцем. Я не знаю, что довелось ему пережить, но теперь, кажется, начинаю понимать... Оаар неуверенно заговорил, нащупывая свободной от меча рукой медальон, переданный ему перед вылазкой: - Осалон зачем-то передал мне свой амулет. Точнее, не он, а его... подруга. - Подруга? - удивился Тэсаал. - Кого ты имеешь в виду под этим словом? Друзей у Осалона ныне нет, он замкнут и тяжел характером. Жены и детей тоже нет и не было; а про его любовниц я никогда не слышал. - Я не знаю, кто она ему, - с едва заметным раздражением выдохнул Оаар. - Но между ними точно есть какая-то связь. Это Альрана, служительница при дворце. - Странные дела творятся, - настороженно повел плечами командир. - Горничная — и Озаренный, бывший лорд-командующий... Так что за амулет? Для чего он? - Для связи с ним, - еще неуверенней отозвался Оаар. - Но я понятия не имею, зачем это мне. И я никогда не пользовался таким. Это ведь сложно — создавать и поддерживать амулеты. Я хотел просить вас, чтобы вы создали такой для меня. Еще будут схватки, где мы с вами будем... не вместе. И я... Знайте, если даже мне удастся сейчас оправдаться перед Советом за измену, я изменю еще раз. Если почувствую, что вам угрожает смерть. - Тебе не пристало так говорить, - вернул ему давние его же слова Тэсаал. - Ты воин, наместник Белого Града, подданный короля. - Король дал приказ отступать, когда в Проклятых Пещерах находился ваш отряд, - заупрямился Оаар. - И если вы уйдете в отставку, то я откажусь от всех пожалованных мне регалий. Мне и терять особенно нечего — никто не станет терпеть меня при дворе без вашего покровительства, а сам я не разбираюсь в дворцовых интригах. - Я могу остаться, чтобы не портить тебе карьеру, если ты того хочешь, - даже несколько замялся Тэсаал. - Мы еще даже не победили, - усмехнулся Оаар. - Победим, - неожиданно твердо проговорил лорд. - Я не зря сказал, что такие, как ты, способны победить. Те, кто не боятся... как я. Те, по кому не ударило бы так то, что пережил я. Оаар сжал зубы. Он видел, понимал, что произошло. Но говорить об этом сейчас было нельзя, и думать — тоже, иначе та магия, которая помогла ему выбить дверь в темницу, снова вырвется наружу. Оба уже почти приблизились к обещанному перпендикулярному коридору, когда Оаар все-таки не выдержал: - Мой лорд, скажите... Он владел вами, я знаю. Вы... сделали это осознанно, пытаясь добыть сведения для короля? Или вас... заставили? Я знаю, что не имею права... - голос его прервался. Тэсаал сжал скованные руки на рукояти кинжала: - Никакие сведения не заставили бы меня предать поруганию твою любовь... Я Озаренный, из знатной семьи, который привык к удобствам, изяществу и красоте! - голос Тэсаала почти сорвался, и в нем зазвучало отчаяние. - Но это еще не означает, что я легко и просто готов предать брачный обет! - Вы не давали мне брачного обета, - испуганно ляпнул Оаар и тотчас поправился. - Но я и не прошу. Уверен, что вы бы не сделали ничего... неоправданного. Я верю вам даже больше, чем себе. Но я хочу знать. Прошу вас, скажите, мой лорд... До развилки оставалось совсем уж немного, когда Тэсаал выдохнул: - У меня была возможность избежать этого. Если бы я перешел на сторону Таридаара. Я отказался. И я говорю это только сейчас, когда еще не знаю, удастся ли нам выбраться; потому что если удастся, я больше слова об этом не скажу. Я не согласился бы на это ни за что; ни за какие блага, сведения или даже жизни. Потому что потерять жизнь не так страшно, как потерять душу. Я мог бы пойти на такое сам только ради двоих — тебя и матери. И мой... палач... он говорил, что завидует тебе — он откуда-то знает, как... и что... как именно мы с тобой... Оаар почувствовал, что задыхается. Он еще помнил слова о том, что именно его, наместника Белого Града, отчего-то хотел в свои ряды Таридаар. И этот же... Ярость накатила разом, ослепляя и оглушая. Оаар пытался собраться с мыслями, но это удавалось с трудом — прорвавшаяся еще перед пыточной оболочка уже не спасала от чего-то темного, томившегося в душе годами. Сам того не осознавая, наместник прибавил ходу, выходя на перекресток, и лишь отстраненно услышал позади себя встревоженный голос возлюбленного. Но сейчас даже это не остановило. Зато ему путь преградили дроу. Их было трое, и Оаар даже мстительно порадовался, что противник не один — сила кипела в руке и в душе, и одного, казалось, было бы мало. Оаар услышал знакомые слова, произнесенные со странным акцентом, но разговаривать не пожелал — ударил. Первому и одного удара меча хватило. Кровь буквально плеснула по клинку, и Оаар увернулся от посыпавшихся на него ударов. На душе стало полегче, и теперь он уже разбирал восклицания: - Кто ты? Какого... Тэсаал нагнал его и тоже ввязался в бой, хотя был куда более уязвим — плащ на нем развевался, обнажая ничем более не прикрытое тело. И это тоже добавило ярости — никто не смел смотреть на его лорда... Оаар проткнул и второго соперника, а вот третий, который сошелся с Тэсаалом не на жизнь, а насмерть, вдруг отступил и выпалил на своем странном эльфийском: - Вы же светлые эльфы! Оаар шагнул ближе, опуская меч, и легко подсек противника под колени, склонившись над ним: - Мы — светлые эльфы. А ты — один из тех, кто оставлял нам искореженные тела наших собратьев. Дроу дернулся, собираясь что-то сказать, но Оаару вдруг стало не до того — ярость, что так горела в крови, куда-то делась, и он почувствовал себя так, как будто два дня почти без сна и отдыха сражался в жестоких боях. Плохо осознавая, что делает, Оаар потянулся к лицу коленопреклоненного врага, смутно вспоминая, что где-то уже видел такое, и сомкнул пальцы на коже, ощущая, как бьется под подушечками тонкая жилка на виске. Он не сразу понял, что жилка бьется все медленней, но с каждой секундой туман в голове прояснялся, а тело восстанавливалось. И когда он почувствовал себя в норме, вдруг понял, что держит за шею такое же иссушенное тело... какие он уже видел когда-то. - Оаар, - как-то уж очень спокойно окликнул его из-за спины Тэсаал. - Оставь его... Нам надо идти. Наместник машинально двинулся за своим лордом. Голова кружилась, и только спустя несколько минут Оаар осознал, что произошло. И испугался — так, как не боялся ни в одном бою. - Мой лорд, - умоляюще воскликнул он, нагоняя командира. - Прошу вас... - Зря я рассказал тебе обо всем перед этим постом, - ровно откликнулся Тэсаал. - Ты увидел врага — и не смог удержать себя в руках. Тебе необходимо научиться контролю — это необходимо любому сильному магу. Любому. - Мой лорд? - Оаар решил, что хуже уже не будет, и приостановил командира за локоть, впрочем, тут же испуганно отдернув руку, точно его касание могло повредить возлюбленному. - Вы... не боитесь меня? Я и сам, кажется, себя боюсь! Но то, что я сделал там... - он кивнул назад. - Я сбросил тело вниз, - ровно откликнулся лорд-командующий. - Ни к чему оставлять дроу знания о твоих способностях. Теперь я понимаю, отчего Таридаар так хотел заполучить тебя. - Почему? - жалобно вопросил Оаар. - Потому что ты, безо всяких учителей, способен управлять своей силой — а она, похоже, очень велика, - задумчиво уронил лорд. - Ты не проявил себя в эталонных разделах не потому, что ты слаб как маг. А потому, что последний эталонный раздел — темная магия — под давним запретом... Нам стоит уйти — по крайней мере, удалиться от двора и высших кругов. Король не оставит тебя в живых, ты опасен для него и его правления. Один раз он уже видел такое. Таридаар рассказывал между... процедурами. И осторожность, если не сказать — трусость Бренлараса... не позволят ему второй раз допустить такого. - Так вы действительно... - Оаар уже ничего не понимал. - Вы действительно хотите вернуться со мной... Остаться рядом со мной? Я опасен! - Опасен любой, - хмыкнул Тэсаал. - Абсолютно любой сильный маг. Мой приятель детства, маг огня, едва не погубил свою мать. Не все ее ожоги зажили после того, как она не дозволила ему, совсем юному, взять в жены прачку. Это порой происходит непроизвольно у юных магов. Ты, конечно, уже не столь юн, но молод, и только теперь столкнулся со своей силой. Контроль просто необходим. Надеюсь, мне удастся обуздать тебя... - тут он впервые чуть улыбнулся. - Хотя я не уверен.