Учитель, а я вам нравлюсь?

      Хёк не успевает ответить вслух, он видит взгляд завуча, а потом слышит, как открывается дверь. Приходиться бросить трубку, но парень быстро сохраняет номер в телефонной книге. Подписывает просто "Джонни", хотя очень хочется добавить глупое "учитель английского".       Перед ними появляется новый учитель, который может стать другом, а может врагом, который что угодно может привнести в этот коллектив, новые слухи или полную тишину, шторм или морскую гладь. Но пока что все могут только рассматривать, искусственно улыбаясь. Новых учителей всегда принимают боязно, особенно в этой своеобразной школе. Марк когда-то тоже стоял на этом одре осуждения и полного страха.       Это довольно красивый парень, с чёрными волосами, в обтягивающих тёмных джинсах и рубашке, не застёгнутой на пару последних пуговиц. Хёк бы сказал, что он красивый, но уже не было у парня сил восхищаться чьей-то внешностью. В голове крепко накрепко сидел учитель математики, даже в такой момент.       Оказалось, что этот тоже иностранец: какой-то знаменитый танцор из Тайланда. Конечно же, друг директора. Казалось, что все тут кроме Марка были друзьями директора или друзьями друзей директора. Хёк, конечно, не общался с директором близко, но всё-таки был учеником его школы.       Всё-таки новый учитель вызвал у всех восхищение и легкий страх, никогда ещё такие парни не появлялись без бурь. Директор словно всегда угадывал кого, когда и куда подослать, чтобы изменить ситуацию в другое русло.       Самым заинтересованным был трудовик, что-то явно привлекло его в образе этого парня. И это не ушло от глаз Марка, он оставил при себе привычку всё подмечать и даже иногда записывать. Дневники с завидной скоростью заполнялись словами, а потом в хаосе валялись в кладовке.       Хёк после уроков первым делом перезвонил Джонни, он хотел начать сразу извиняться, но тот словно и не понял ничего. Как будто Хёк и не бросал трубку без слов. - Вечеринка? - Донхёк давно не слышал этого слова. И не очень любил такие мероприятия.       Но это же Джонни. Невероятное любопытство, которое было у парня с рождения, а также внутренний характер сумасшедшего чертёнка толкали его туда, как никогда. Хёк пытался закрыться, стать другим, но он просто не мог изменить своей натуры. Парень решил всё-таки сходить.

Зря.

      Небольшой особняк встречает его достаточно громко: музыка со всех сторон, незнакомые люди (больше совсем никого из школы не позвали?), яркие лампы и много алкоголя. Хёк видел такое только в американских сериалах про подростков и не думал, что сам когда-то окажется в такой ситуации.       Джонни выглядит счастлив, а бедному Донхёку приходиться прикусывать язык, чтобы сразу не спросить о личном. Почему он расстался с Джэхёном? Почему ничего об этом не говорит? Что вообще произошло в школе? Никто не отвечал ему на эти вопросы, как партизаны скрывают великие тайны родины.       Это его беспокоило, гложило и просто раздражало. Он тоже человек, тоже имеет право удовлетворять своё любопытство. Особенно если это касается его друзей. Но был ли Джонни его другом? Теперь Донхёк задумывался об этом всё чаще и понимал, что вряд ли. В школе другом у него был только Джисон. Учителя - были учителями. Или любовниками...       Марк сидел за столом. Он смотрел на него своими чёрными глазами, так пристально, что у младшего вот-вот готовы были побежать мурашки по телу. Математик определённо был пьян, но ещё не настолько, чтобы соблазниться на какую-нибудь легкомысленную девчонку в этом доме. Хотя, точно, Хёк напрочь забыл - Марк ведь не такой. Хёк уже тоже достаточно выпил, чтобы ненавидеть весь мир. - Где Тэён? - он подсел к Марку рядом, но тот даже не глянул на него. - У него сухой закон. - Математик был на пределе. - И он просто ненавидит Джонни.       Хёк не решился спросить что-то ещё по этому поводу, казалось, что Марк просто вот-вот взорвётся. Загорится огнём. А потом превратится в пепел. И Хёк боялся этого больше всего. Что он не получит ни одного взгляда или слова, даже лёгкого дружеского прикосновения...       Но он точно понял, что у Тэёна явно проблемы с алкоголем. У школьников физрук всегда ассоциировался с бутылкой пива или чем-то покрепче, но почему-то никогда никто даже представить не мог, что у него с этим серьезные проблемы.       Марк и не думал, что Джонни, которого он всё же считал другом, пригласит на эту встречу Донхёка. Хотя он знать не знал, что "встреча" - это вечеринка в таком стиле, который совершенно не присущ Марку. Он бы в жизни не пошел на неё в своём уме. Но, кажется, Марк давно сошел с ума, ровно в ту секунду, когда впервые переступил порог этой школы.       Хотя времени думать не было у обоих: напряжение росло. Марк не мог оторвать взгляда от Донхёка, его родинки, глаза, волосы, просто всё заставляло трепетать саму душу. Математик это ненавидел, но это чувство больше никто не мог в нём вызвать. Только кольцо, которое теперь он носил в своём кармане как талисман, останавливало учителя, чтобы не наброситься на своего бывшего ученика.       Донхёк дрожал, ему просто хотелось, чтобы Марк обнял его. Всего на пару секунду, чтобы всё забыть, словно ты снова в раю, словно объятия этого мужчины снова твои. Марк сожалеет, что выпил так много, мысли в голове остатками разума пытаются что-то сказать. Но как? Как сдержаться, когда Хёк практически готов заплакать.       Вокруг чужие люди, которым совершенно на них плевать, Джонни пропадает где-то, а между ними бушуют искры. Марк целует Хёка, обнимает его, прижимает к себе. Сам не понимает, что делает, уже жалеет, уже боится, но не может остановиться. Донхёк хочет исчезнуть, провалиться сквозь землю, но внутри он всё тот же мальчишка. У него нет сил сопротивляться.       Он вспоминает ужасное слово "люблю". И ему хочется повторять его тысячу раз, тихо шептать на ухо и в то же время кричать на весь мир. Ему хочется упасть на колени перед этим человеком и извинятся бесконечно, хочется остаться в его объятиях навсегда. Чтобы весь мир вокруг исчез и превратился в ничто. Но разве так бывает?       Кто-то спотыкается и разливает на них пиво. Марка словно окатывает холодной водой и он приходит в себя. Резко становится холодным. Остыл. Донхёк чувствует это всем своим телом. Он видит в чужом взгляде страсть, но ощущает, как холодеют его руки. Ему и самому становится страшно. Сначала разрушает их отношения, а потом врывается, чтобы испортить жизнь любимому человеку ещё раз. Его нельзя простить.       Хёк исчезает за секунду, бежит от этого дома куда подальше. Он не хочет видеть эти пьяные лица, поцелуи и взгляды, он не хочет знать, что где-то в мире живёт любовь. Потому что его только что умерла. Исчезла. Растворилась в том поцелуе. Марк остаётся до самого утра. Он не хочет, чтобы Сыльги знала, что он напился. Но в голове появляется ужасная мысль. Математик оставляет дорогое кольцо на столе, может, кому-то повезёт, может, кому-то оно нужно больше, чем ему.       Джисон в этот вечер даже не представляет, что переживает его друг, Хёк не успел ему рассказать о приезде Джонни, он так спешил. Джисон в свою очередь поджидает Тэёна. Он не знает, что хочет ему сказать, уверен, что поступает глупо. Но другого выхода не видит.       Но Тэён с этим странным парнем, которого Джисон уже ненавидит. Сам ещё не понимает почему, не хочет верить своему сердцу, но ненавидит. Он кажется ему глупым, уродливым и просто ужасным человеком. Джисон растил в себе эту злость к Тэёну много лет, но теперь она казалась ему искусственной и надуманной.       Тэён улыбается, так, как никогда не улыбался даже Джисону. Парень то знает, что улыбка физрука стоит многого и не каждый может её увидеть так просто. А ещё он выглядит таким... нормальным. Словно перестал быть тем мужчиной, учителем, которого привык видеть младший.       Но стоит ему заметить Джисона, как Тэён замирает. Его взгляд скользит мимо, застревает где-то между прошлым и настоящим, пытается найти выход. Но видит перед собой только Джисона, который знает, что не прав. Но ничего не может с собой поделать. Он подходит к нему ближе, уже не школьник, уже такой взрослый и самостоятельный, что даже страшно.       Но Кун не даёт стать им ближе даже на шаг. Он быстро узнаёт Джисона, хотя никогда его и не видел. И в этот момент он кажется страшным драконом, которого просто нельзя победить. - Оставь его. - Тэён смотрит Джисону прямо в глаза, он, кажется даже не слышит, что говорит Кун.       Тэён наконец-то видит тот взгляд, о котором так давно мечтал. Это не ненависть и даже не боль, это то чувство, которое когда-то давно парни разделяли на двоих. Но Кун стоит между ними очень уверенно, а бедный Тэён ничего не может сделать, у него всё замирает внутри. Даже одна только встреча с Джисоном вызывает у него ту бурю эмоций, которую физрук так пытается в себе утихомирить.       Тэён уходит, у него нет желания видеть кого либо, будь то Джисон или Кун, пусть даже Марк, который развлекается сегодня у этого Джонни. Ему плевать. Он просто хочет забыть обо всём на свете, напиться так, чтобы завтра не проснуться. Или никогда уже не проснуться. Только постоянно видеть этот желанный взгляд Джисона.       Дети ошибаются. Он напоминает себе это каждую минуту, секунду своей жизни, но всё равно хочет верить, что парень его простил. Что наконец-то почувствовал то, о чём так старался забыть. Но сможет ли себя простить Тэён? Теперь - точно нет.       Он набирает номер Марка по пьяни тысячу раз, но тот слишком занят своей проблемой с Донхёком, он забыл где оставил телефон. И вряд ли вспомнит до утра. Тэён отправляет ему одну смс за другой, в голове ненужные мысли, он просто ждёт когда его спасут в очередной раз. Но, кажется, сегодня никто не собирается приходить.       Джисон тоже пытается дозвониться до своего друга и никак не может понять почему тот не берёт трубку. Он ведь совершенно не знает, что сегодня вечеринка в доме у Джонни. Что там настоящие искры и пожары. Донхёк просто отключает телефон, чтобы не слышать сегодня ничей голос. Если бы он только знал, что Джисону так плохо...       Донхёк просыпается о того, что кто-то бесконечно трезвонит в дверь, стучит ногами и даже кричит. Подозрительно знакомый голос заставляет подскочить с кровати за секунду. Марк действительно ломится к нему в дверь или парню это просто снится? - Где Джисон? - Донхёк явно ждал немного другого вопроса. - Тэён. - Марк выглядит взъерошенным.       Никогда ещё Хёк не видел его таким: невыспавшийся, бледный, в какой-то полу-домашней одежде, напуганный и даже злой. - Тэён пропал. - Донхёк хватает свой телефон и наконец-то понимает.       Пропал. Господи, пропущенные от Джисона, смс, которые ничего не объясняют. Они стоят друг напротив друга. Марк и Донхёк. Кажется, что оба знают какой-то секрет, который нельзя выдавать. Но как жаль, что они знают только одно: притяжение слишком сильное, чтобы его остановить.       Марк даже не представляет где их искать, может они даже вместе? В голове бесконечность мест и лиц, но все не подходят. Куда можно деться, когда ты в отчаянии? Марку совершенно не хочется найти мёртвого друга в такое время. Он просто должен был взять вчера грёбанную трубку! - Надо позвонить завучу. - Хёк недолюбливал Джэхёна, но был уверен в его силах. - Нет. - Марк знает, чем закончится ещё один срыв Тэёна, если о нём узнают, то вышвырнут со школы и не моргнут.       От отчаяния он готов расплакаться, но, чувствуя руку Донхёка на своему плече, Марк чувствует прилив сил. Эти ужасные отношения, этот разъедающий обоих яд, которого так хочется напиться сполна. Когда же это всё закончится?       Звонит телефон, но сходу даже не разберёшь чей именно.