Intopia

Чувствовала я себя гораздо хуже, чем выглядела. Ноги отказывались делать шаги, а руки не могли поднять даже бутерброд. День сменялся днем, а сил у меня не прибавлялось, что пугало меня. В один из унылых моментов пребывания в ванне, я услышала характерный шаг за дверью, военный шаг. Несколько пар ног маршировали под окном по дорожке, потом завернули к помещению, где я лежала. — Капитан Блэкри, Этлант Генерал Мейзер. Какой-то щегол в отвратительной форме цвета фуксии представил мне Муху. На этот раз его наряд показался мне еще нелепей, какие-то узоры, которые переливаются от темно-зеленого и до фиолетового. Плащ свисал до пола и собирал под собой листья, рубашка даже на вид была из жесткой ткани черного цвета. Прям муха на балу. — Приветствую. Я промямлила эти слова и стало невероятно стыдно за свою слабость, будто силы не прибавлялось, а наоборот. Хотя раны мои почти не были видны, только на животе круговые узоры напоминали о том, что там была почти сквозная дыра. — Капитан. Рад видеть, что вы в добром… что вы выздоравливаете. Хотелось бы получить ваш отчет о произошедшем. — Вы ко мне представили Энди, вот с ней и говорите, я не в состоянии даже думать. — Энди? Мы ей не давали приказ, она сказала, что это была ваша личная инициатива, Капитан. Мои ноздри стали активно вдыхать воздух, а грудная клетка подниматься быстрее. Что он сейчас сказал? Как это моя инициатива? Ну уж нет, сейчас я все прекрасно помню, дуру они из меня не сделают. Я попыталась подняться на руках, чтобы хотя бы сесть, но руки лишь проскользили по дну ванны, и я неприятно булькнулась обратно, подняв множество брызг. Дерьмо. — В центре… она подошла ко мне в центре и сказала, что является моим связным на этом задании. Муха задумчиво почесал свою черную кудрявую бороду на подбородке и, дернув головой, отдал приказ этому смешному солдату выйти на улицу. Паренек буквально засеменил и исчез за дверью. Мейзер же изучающим взглядом оглядел помещение, затем кинул взгляд на окна и, вздохнув, чем меня очень удивил, просто сел по-турецки в середине комнаты. Спина его была идеально прямая, а подбородок поднят вверх. — Капитан… Тэймри. Сейчас я расскажу тебе одну вещь, но это должно остаться между нами. Ты помнишь что-то из своей жизни? — Нет. — Так я и думал. Ты должна помнить или понимать то, что наш цикл жизни очень длинный, а наши технологии достигли невероятных успехов. Энди… Энди не работает в штабе. Точнее, больше не работает. — Вы ее уволили, что ли? — Нет, — он вздохнул и снова почесал бороду. — Энди, та, которую ты видела, это наш проект. Ее так и зовут Энди. Мы не стали менять имя… — Не понимаю, какой проект? Она же знала меня, она говорила, что знает меня еще с поступления в академию! — Немного не так, она знала, знала тебя. Да, все, что она говорила, правда. Но Энди, которая знала тебя, была влюблена в тебя, больше нет. Она погибла около десяти лет назад. — Что?.. — Именно. В этом суть нашего проекта. Осознав, как работают личины, стало возможным создавать кратковременные личности и образы, и мы решили испытать это на нашем роде. Грубо говоря, на основе настоящей личности создать ее личину. Оживить, дать возможность развиваться и выполнять функции на Земле. Таким образом мы хотели сменить направление нашей жизни, перестать быть воинами, а стать созидателями и создателями. Давать людям технологии, а не убивать тех, кто им угрожает. Но проект провалился. Энди не стабильна. Ее оставили в штабе, чтобы наблюдать, чтобы, так сказать, она была в знакомой ей среде. Это тоже не помогло. Генетическая память это то, что даже мы еще не можем изучить до конца. Она стала вспоминать свою личность, свои переживания. В конце концов, свои отношения с людьми. Когда настоящая Энди погибла на одном из заданий, ее отец, один из Владык Интопии, принял решение, что мы больше не можем терять солдат. Остальные его поддержали. Создав личину, внеся в нее генетику, создав новое тело, мы ожидали чуда. Увы, чудо не случилось. И события с тобой тому доказательство. — Ну нихрена себе… — Мы подумали примерно так же, когда увидели, что Энди повторяет саму себя живую. Ведь все попытки ей объяснить ее задачу, ее предназначение и сущность приводили ее в бешенство и апатию. Личность ее стала рушиться, она мечется от воспоминаний генетики и той программы, что мы в нее заложили. Ситуация с тобой ясно это доказывает. Тэймри, Энди погибла, а ее копия так же, как и она настоящая, жаждет твоего внимания. — Я… мы просто говорили с ней, общались, и она была совершенно как человек. — Она не человек, а его копия. Наши ученые считали, что если поместить ее в условия отличные от ее жизни, то и поведение ее будет другое, но, нет. Эксперимент провалился, но отец Энди не может просто отпустить свою единственную дочь и надеется на то, что когда-нибудь, произойдет слияние подготовленной нами личины и личности Энди. Тогда, можно считать, что все было не зря. Конечно, ликвидировать ее — это преступление, потому что она прорыв в другом направлении, в оживлении людей. В возрождении даже. В любом случае, Энди, которая любила тебя больше жизни, нет в живых. Энди, что ты видела, лишь помнит о любви. — А что вы знаете об этом, генерал? О любви? Как можно считать, помнит она или по-настоящему любит? Как вы провели эту черту? Черные глаза Мейзера буквально засверкали, он смотрел на меня долго и словно взвешивал в своей голове дальнейший ответ. Но говорить ничего не стал. Одним прыжком он встал на ноги, поправляя свой плащ. — Наш разговор строго конфиденциален. Хочу, чтобы ты понимала, все, кто находится за пределами штаба, считают, что эта Энди и есть та самая Энди. Только я открыла рот, чтобы обрушишь на него шквал вопросов, как ловким движением плаща он скрылся от меня и зашагал прочь. Вот это да, вот это информация, я даже забыла, что отсидела в этой ванне задницу. Даже забыла, что хочу есть. Тогда как объяснить то, что Энди сказала? Про шанс? Что она имела ввиду? Я ничего не понимала, но твердо решила во всем разобраться. Только вот сил у меня почти не было, казалось, я просто медленно моргаю, а по факту я уже спала. Сны перестали мне сниться вообще. Я открыла глаза, и было уже темно, пошевелила пальцами на ногах и приятно осознала, что движения мне уже даются проще. Что ж, значит, прогресс есть. В попытке сесть я оперлась руками, как внезапный резкий звук шагов прервал мои намерения. От неожиданности я соскользнула с подушки и ушла под воду. Чьи-то теплые руки быстро выловили меня, и пока я отплевывала воду, которая, казалось, была у меня повсюду, услышала знакомый голос. Кара… как же я рада тебя слышать. — Тебе еще рано, пожалуйста, не пытайся вставать. Разлепив глаза, увидела уже более свежее лицо Кары, ее белые волосы как обычно были уложены слегка вверх, серые глаза смотрели внимательно, а руки уже взяли полотенце и вытирали мне мою голову. — С такой прической мне даже прохладно. Шутка не зашла. Взгляд стал более серьезным и печальным. Своими мокрыми и плохо слушающимися пальцами я взяла ее за руку, не знаю, чем я руководствовалась, но мне так хотелось этого. Кара не высвободилась, как обычно, не отшатнулась, а лишь сильнее ухватила меня за пальцы, сжав их. Это ощущение единения, спокойствия, что дарила ее ладонь, просто захлестнуло меня. Мы смотрели друг другу в глаза, наши пальцы переплелись сами собой. — Эй… — Эй. — Я жива благодаря тебе, я жива. Она опустила свою голову и лишь многозначительно начала кивать. Когда она снова посмотрела мне в глаза, они были словно цвета грозовой бури. — Ты жива, но как надолго? Ресурсов твоего организма катастрофически не хватает. Я борюсь за тебя каждый день! Инъекции, защитная вода, даже витамины и минералы… — Тшшш… поверь, я знаю, знаю. Плечи ее снова опустились, она наклонилась ко мне, ее лицо было на расстоянии руки, мне так хотелось к нему прикоснуться, ощутить мягкость ее кожи под своими пальцами, но у меня не было сил. Словно прочитав мои мысли, Кара вытянула другую руку и погладила меня по щеке пальцами, я, как несмышленый кутёнок, уткнулась своим лицом в ее ладонь. С ней так хорошо, так комфортно. В моей голове пронеслось осознание. Я влюблена в нее, в ее серые, полные заботы, глаза, мягкие и в то же время сильные руки. В то, как она осуждающе смотрит на остальных, в кончики ее волос, которые болтаются от дуновения ветра. Это осознание заполнило меня изнутри и захотело выбраться наружу. Не знаю, откуда во мне взялись силы, но спина оторвалась от бортика, и я потянулась к ее губам. О, этот взгляд, полный таких эмоций, эти пальцы, что сильнее сжали мои. В секунду она отпустила мою руку и встала с колен. — Ты слишком слаба, Тэймри. — Сделай меня сильнее… — О чем ты? — Отнеси меня к траве, я чувствую, что это то, что мне нужно, то, чего мне не хватает. Кара отрицательно помотала головой. Побег не удался. — Я вернусь к тебе утром. Поспи еще. Новые лекарства, что я добавила в воду, должны подействовать. Да и похоже действуют. Улыбка… какая красивая у нее эта скрытая улыбка. Уголки губ поднимаются лишь немного, но сколько в этой улыбке задора, счастья, радости. Мне хочется, чтобы она всегда так улыбалась. Но проходит секунда, как ее лицо снова ничего не выражает. А я знаю, знаю, ради чего мне стоит подняться, ради чего мне стоит выкарабкаться.