Intopia

Резкий грохот и шум разбудили меня, перед глазами плыло, а яркий свет фонарика слепил меня. Первой мыслью было бежать и защищать, но звук заведенной плазмы в ружье с левой стороны от меня сообщил мне, что Кара уже готова. А я нет. Яркий свет дезориентировал еще больше. Слышу дыхание. Один человек. Один человек, а не отряд вышиб дверь? — Привет, девчонки. Энди? Это голос Энди! — Какого черта ты приперлась? Голос Кары практически рычащий, и снова звук плазмы в энергоразогреве. Все плохо. Я пытаюсь хотя бы сесть на кровати, но руки так слабы и трясутся от любого напряжения, что я чувствую себя бессильной. — Положи ствол, крошка. Мой направлен на твою жену-красотку, а моя реакция куда быстрее. — Ты этого не сделаешь. — Кара, детка, думаешь, не сделаю? Хочешь проверить? Слышу, как оружие кладется на столик возле кровати и тяжелое дыхание обеих. — Что. Тебе. Надо? — Я пришла поболтать. — Выруби этот хренов фонарик! Видимо, никто из них не ожидал, что я вдруг подам голос, и я почувствовала, как они обе посмотрели на меня. Свет потух, и я наконец-то смогла проморгаться, чтобы увидеть Энди. Она выглядела как обычно, в широких черных штанах и черной футболке, волосы собраны в хвост. Но ее поведение было странным, дерганным, что ли. — Я рада, что ты наконец-то ты соизволила обратить на меня внимание, Капитан. Энди подтащила стул с кухни и, развернув его, села напротив нашей кровати, внимательно наблюдая за оружием, что лежит на тумбочке Кары. — Садитесь, пожалуйста. Я сказала сесть! Истеричные нотки в ее голосе производили впечатление, что она под чем-то, тут же я вспомнила слова Мейзера о том, что это не та Энди, что эта нестабильна. Возможно, этот мух был прав. — Девочки, вы так быстро скрылись. Но Кара, видимо, прогуливала лекции по маскировке, потому что нашла я вас очень быстро. Видимо, мозги твоей женушки были полностью погружены в мысли о сексе, да, Капитан? — Какого тебе надо? Пришла нас сдать? — Расслабься, док. Может быть, я просто решила проведать пациента, что ты украла? — Энди… пожалуйста… Мой голос хрипел, и я все же попыталась сесть на постели, когда почувствовала, что на моем лице опять влага, запах железа заполнил нос, и снова яркий свет фонарика в лицо. — Эй, док, кажется, у капитана проблемы. Док! Давай, сделай что-нибудь! Кара побежала на кухню, и я услышала привычный звук открытия ее бутылочек, медленно сползая снова на подушку. Горячая ладонь коснулась моей щеки, и я не стала сопротивляться, у меня просто не было сил. — О, мой милый Капитан. Такая слабая Тэймри… — Отвали от нее! Холодная и мокрая ткань обтирала мне лицо, а в приоткрытые губы начала течь вода, с каждым глотком которой мне становилось лучше. Звук шагов тяжелых ботинок стал отдаляться. И снова скрип стула. — Энди… зачем ты пришла? Если ты хочешь убить меня… то можешь это сделать сейчас, пока я слаба. Пальцы Кары врезались мне в плечо от того, с какой силой она его сжала. — Ха. Я пришла убить ее. А тебя я могла убить еще раньше. Энди начала чесать висок стволом оружия, заряженного оружия. — Что ты делаешь? В тебе что, совсем чувства самосохранения не осталось? Холодный взгляд ее карих глаз пополз от меня к Каре и обратно. Она показала рукой, чтобы мы вместе сели на кровати. А дальше происходило то, от чего у меня пошли холодные мурашки по спине. Энди начала смеяться, но не так, как это делают обычно люди, это был злобный смех, переливающийся в слезы и обратно, при этом ее выражение лица почти не изменилось, и, смотря на этот ужас, Кара взяла меня за руку под одеялом. — Ох, насмешила, Капитан. Самосохранения? Серьезно? Я уже два раза заканчивала эту жизнь сама и вуаля! Что ты видишь? Меня ты видишь! Вот, стою перед тобой, а где-то недельки две назад я перерезала себе вены, а еще раньше я ударила себя током, но что-то я никак не сдохну, понимаешь, кэп? Она встала и со всей дури пнула стул, от чего тот жалобно заскрипел и развалился. Словно дикое животное Энди металась из угла в угол, шепча какие-то слова и наставляя пистолет то на свое отражение, то на нас. А мы сидели, просто взявшись за руки, потому что никто из нас никогда не видел такого психоза, не знал, что в нашей расе такое может быть. Что это может быть кто-то, кто нам близок, или был когда-то. — Ты помнишь первый раз, а, Капрал? Помнишь? — Помню… — Я отдала свою жизнь за Интопию, за наш отряд и за тебя! Идиотская ошибка, твоя ошибка, Капрал, что ты не дала приказ об осмотре территории. И все, и пиздец! Меня убила эта тварь, твоя жена одна из немногих, кто мог бы спасти меня, с ее-то технологиями воды, но! И она опоздала. Все, я отчалила на тот свет на твоих руках, и слыша твои слезы. Мне было приятно. А потом шарабабабах! И я лежу на кроватке в своей комнате! Мы с Карой даже не переглянулись, ибо прекрасно понимали, о чем говорит Энди, теперь и очевидно, почему говорили о ней, что она нестабильна. Это совершенно не тот человек, не ее повадки, не ее голос. Даже выражение лица не ее, она словно смесь всех настроений человека в одном неуправляемом флаконе. — Вижу, никто из вас не удивлен. — Я видела, что с тобой что-то не так, просто не смогла обьяснить научно. — Мне Генерал Мейзер рассказал. — Мейзер?! Сукин сын! Они там все! Все за одно! Понимаешь, Капитан? Все! Я умерла, мать их, умерла! В последнюю секунду своей жизни я жалела лишь о том, что не смогла урвать для себя поцелуй Капрала! Все! Вдруг Энди перестала метаться по комнате, взгляд ее остановился на одной точке в стене, на фотографии со свадьбы, где мы с Карой в белом показываем свои кольца. Энди пошатнулась, села обратно на другой целый стул и начала плакать, рыдать и выть, словно маленький ребенок, переходя на ужасные утробные ноты человека, которого пытают. — Я умоляла остановиться… раз за разом… то одна личина сдохнет, то не готово новое тело. Снова и снова они переносили мое сознание из тела в тело. Я умирала душевно столько раз, что уже не помню. Я умоляла, кричала, шептала… «папа, хватит, я больше не могу», а он держал меня за руку и говорил, что я буду жить… бесконечно жить, — Энди сорвалась на крик, и ее лицо исказила полная злости гримаса. — Жить?! Он хотел, чтобы я жила! Да я мечтаю о том, чтобы сдохнуть, а он все никак не успокоится! Вот, посмотрите на меня, хороша, да? Для меня даже тело мое создали, они посчитали, что я так лучше адаптируюсь! Гребаные ублюдки. Она снова подскочила на ноги, Кара напряглась всем телом и вскинула подбородок, потому что ствол был направлен на нее. — Сколько раз, о, боги, сколько раз я мечтала вышибить тебе мозги и прибрать себе твою женушку. Сколько раз я думала о том, чтобы спать с ней рядом вместо тебя, — Энди убрала бластер за пояс и усмехнулась. — Но. Нооооо. Больше всего на свете я не хотела видеть, как мой Капрал страдает. И, сука, я всегда знала, что не смогу заменить этого врача. А почему? Да потому что вы всегда были единым целым. Всегда рядом, всегда вместе в своем таком мирке, и мне оставалось лишь завидовать. Брюнетка вновь запрокинула голову назад и начала хохотать, этот страшный смех резал уши, и больше всего я боялась, что она все-таки слетит с катушек окончательно, а я слишком слаба, чтобы встать на защиту своей женщины. — Раз за разом мое сознание, мои мысли и желания смешивали будто в миксере и заливали в чью-то голову. Мне сложно, сложно отделить истинные желания, я плохо понимаю, какой сейчас год и сколько мне лет. А мой папочка… знаете, что он сделал? Спрятался… да. Теперь я, его творение, даже не могу попасть к нам домой, потому что… там охрана! О, как! Представляете?! Он так меня боится, что даже не подпускает на территорию. Но раз за разом эти уроды говорят ему, что эксперимент ближе к концу, и я стану вновь его дочуркой. Ха. Может, если бы твоя жена была более умнее, то она бы запросила вскрытие твоего отца, а, стоп, у нас же сразу сжигают. А зря, она могла бы узнать много интересного. Меня начало мутить, и я стала чувствовать, что вот-вот отключусь. Но как я могу оставить Кару тут одну? Собрав остатки силы воли, я, как можно сильнее, сжала руку своей жены и надеялась, что исповедь Энди не закончится тем, что… что даже не хочется представлять. — Ох… Капитан, тебе плохо? Ты так бледна, — Энди склонила голову и начала шептать — … как в тот раз… я лежала напротив тебя в палате, и ты была так беззащитна, так слаба… я встала и наслаждалась твоей красотой, твои черные волосы так блестели, манили. Твоя грудь поднималась под тонкой простыней… твое тело было такое одинокое, что я решила его согреть… я гладила твою грудь и наслаждалась тем, как встают твои соски… я опускала руку ниже и видела, как на животе у тебя пульсируют вены, а там… внутри тебя было так влажно, горячо… что я раз за разом наблюдала, как твое тело получает удовольствие… — Заткнись! Чертова извращенка! Заткнись! Кара подскочила на кровати, готовая в любую секунду броситься в атаку. Энди запрокинула голову и снова расхохоталась, в секунду став серьезной. — Шутка. Капитану там так выжигали мозги, что даже мне стало страшно. И мне хотелось встать и вытереть рвоту, слюни, кровь и что-то еще, что вытекало из ее рта, но я была привязана, — Энди развела руками и, достав пистолет, показала дулом, чтобы Кара обратно села. — Эх, капрал, мы с тобой лишили девственности эту науку! А ты, доктор, лееееекарь. Не так проста, как кажешься. Я читала твое досье, ты обладаешь ускоренными рефлексами, очень умна и можешь стать очень большой медицинско-военной шишкой. Как хорошо быть лабораторной сумасшедшей, везде пускают, лишь бы не доставала своим «не возвращайте меня больше». Что с ней? Док, что с ней? Когда Кара обернулась в мою сторону, меня уже била судорога, и я никак не могла остановить ее. Внутри все горело, а голова словно плавилась изнутри, хотелось кричать, но я, как рыба, лишь безмолвно открывала рот. — Ей надо в ванну! У меня здесь нет никаких лекарств, что могут ее создать! Ее надо срочно в медчасть! Где-то сзади я слышала их голоса, теплые руки Кары и горячие ладони Энди на своем теле. — Помоги ей! Ты же, твою мать, гений в медицине! — Не здесь! — Чертова лабораторная крыса! У меня есть идея. Руки с двух сторон обхватили меня и аккуратно вложили в машину, это была военная машина с базы, я узнаю их по специфическому запаху кожи в салоне. — Приедешь к ней завтра! Я сказала завтра! Что б как ни в чем не бывало! Дальше лишь темнота и какой-то шепот, переходящий то на вскрики, то похожий на мольбу. Я проваливалась в небытие бесчисленное количество раз, но горячие ладони хлопали меня по лицу, и я на короткие секунды приходила в себя. Я снова почувствовала, как меня взяли на руки эти сильные ладони, обхватив под коленями и придерживая спину. Волна облегчения накрыла меня, и мне стало понятно, что меня положили в ванну. Энди сидела рядом и поливала меня водой, давала пить из каких-то бутылочек, и мне с каждым глотком становилось лучше. Когда я открыла глаза и более четко смогла все видеть, сердце замерло на секунду, на меня смотрела Энди, та самая, со своей шальной улыбкой во все зубы, с милыми морщинками у глаз. — Вот видишь, капрал. Я никому не дам тебя в обиду… даже себе. В комнату ворвались люди в форме, но из-за огромного количества фонариков я не могла разглядеть ее цвет. Мужской голос, что отдавал команды, я тоже не узнавала. — Мисс Родригес? Тэймри Форс, она сбежала. Тепловой датчик привел нас сюда. — Сбежала? — а вот тут уже Энди картинно хихикнула, изображая психа, — нет, я просто взяла ее с собой покататься. Доктор окончила свою смену, а она не разрешает мне ее забирать, но когда она ушла… я хотела покататься с Тэймри. — Нам необходимо ее забрать для утверждения ваших слов, Мисс. Голос Энди в секунду стал жестким и даже властным — Забрать? Забрать?! Давайте я сообщу своему отцу, что ты мне, Лейтенант Уокер, запрещаешь брать то, что я хочу! — Мисс… — Давай ты еще со мной сейчас поспоришь? — Мы все поняли. Группа поиска, отбой, ложная тревога. Когда звуки ботинок стихли, Энди подсела ко мне на краешек ванны, снова улыбнулась такой знакомой улыбкой. — Они такие глупенькие, когда пугаются. А теперь спи.