Episodes

Намджун очень ценит такие моменты: когда можно просто забраться на кровать с книжкой, не нужно никуда бежать и ничего готовить, а на следующий день даже не запланирован ранний подъём. Не то чтобы сегодня и завтра у него выходные — просто на сегодня с работой он уже закончил, а завтра у них всех будет возможность поспать чуть подольше, прежде чем они снова примутся за свои привычные ежедневные обязанности. За окном идёт мокрый снег, но дома так тепло и уютно, что отключиться от реальности не составляет большого труда. Он так поглощён чтением, что даже не слышит, как дверь в его комнату открывается, и краем глаза замечает Чимина, только когда тот уже оказывается возле его кровати. Или, возможно, тот просто иногда двигается так тихо, что вычислить его невозможно, если он сам того не хочет. Чимин запрыгивает к нему на кровать и устраивается, уложив голову ему даже не на колени, а на живот — и игриво выглядывает из-под его книги. Намджун делает вид, что продолжает читать — просто из вредности. Знает, что и минуты не пройдёт, как всё его внимание в любом случае будет обращено на Чимина. — Джун-хён, — зовёт тот, не собираясь, по всей видимости, даже дать ему дочитать абзац. Они уже не раз говорили о том, что Чимину вовсе не нужно называть его хёном, когда они одни, но тот всё никак не может перестроиться. Хён — теперь звучит странно, когда они наедине, а особенно — в постели. Как-то даже немного неправильно, хотя в то же время почему-то волнительно, поэтому спустя какое-то время Намджун перестал поправлять. Им обоим известно, что они не братья и не просто близкие друзья — и не важно, как они друг друга называют. Намджун, наконец, опускает взгляд и вопросительно смотрит в ответ. — Твой кот пришёл, — поясняет Чимин, как будто он и сам должен был догадаться. Намджун только приподнимает брови, побуждая его продолжить своё исчерпывающее объяснение. — Когда к тебе приходит кот, нужно бросать все дела и гладить его! Ты что, элементарных вещей не знаешь? Чимин дёргает его за руку (Намджун еле успевает перехватить книгу, чтобы она не стукнула Чимина по лицу) и тянет к своей голове, подсказывая. Намджун машинально зарывается пальцами в его волосы, поглаживая и чуть почёсывая за ушком, отчего Чимин довольно улыбается. — Ну а откуда мне знать? Ты у меня первый. Намджун имеет в виду, конечно, что тот его первый кот, но ему нравится ненароком проглядывающий второй смысл и то, как Чимин слегка краснеет от его слов и утыкается лицом ему в живот, пытаясь спрятаться. У Намджуна не так уж много опыта общения с котами, но Чимина действительно можно сравнить с котом — ласковым, игривым и требующим внимания и любви. Правда, в отличие от многих обычных котов, он с такой же готовностью и отдаёт — свою нежность, любовь, ласку. Конечно же, Чимин — не обычный кот. Он особенный. Они лежат так какое-то время. Намджун откладывает книгу в сторону и перебирает его волосы уже обеими руками — просто потому что это приятно им обоим. Ему даже кажется, что Чимин уснул, пока тот, чуть приподняв голову, выныривая из складок его толстовки, не спрашивает: — Ты не жалеешь, что мы решили продолжить жить все вместе? Вопрос оказывается неожиданным, потому что они долгое время обсуждали разные варианты, взвешивали все за и против, но, несмотря на то что порой они все устают друг от друга (а кто бы не уставал круглые сутки семь дней в неделю проводить бок о бок с одними и теми же людьми?), категорического желания разъехаться не выразил никто. Поэтому вопрос Чимина его удивляет. — Нет, — отвечает он, — а что, ты бы хотел жить отдельно? Намджуну трудно представить себе Чимина, живущего в квартире одного. Он слишком общительный, слишком тактильный, чтобы просто уходить к себе и в одиночестве заниматься своими делами. Конечно, и ему иногда нужно время для самого себя, но чаще он приходит и укладывается под бок к кому-нибудь из мемберов, даже чтобы просто почитать новостную ленту или полистать твиттер. В последнее время за этим он обычно приходит к Намджуну, и это логично, учитывая, что они вместе. Но, будь у них обычная жизнь, съезжаться на нынешнем этапе отношений им было бы ещё рано, поэтому, думает Намджун, если бы они решили разъехаться, хотя бы даже группами, то Чимин наверняка захотел бы жить с Тэхёном и/или Чонгуком. Только вот Тэхён точно при любом раскладе выбрал бы Хосока, а перспектива совместного проживания Чимина с Чонгуком Намджуна вовсе не радует. — Не-ет, что ты, я бы тогда забывал есть и спать! Но я бы хотел когда-нибудь жить с тобой. — Ответ Чимина перечёркивает все его раздумья. Если бы такой вариант был возможен, Намджун, без сомнения, согласился бы — и не важно, что в обычных отношениях для этого было бы ещё рано. Их отношения уж точно нельзя назвать обычными, да, если подумать, они и так живут вместе уже много лет — пусть и с другими мемберами. — Да? — Намджун соскальзывает пальцами к подбородку Чимина и продолжает поглаживать, с улыбкой глядя на него. — Ага. И у нас в спальне была бы огромная кровать с красивым металлическим изголовьем. Намджун только кивает, сдерживая смех, ожидая продолжения описания. У них и сейчас немаленькие кровати, а Чимину, если честно, много пространства и не надо — когда они спят вместе, он вечно буквально примагничивается к Намджуну, почти не занимая места. Очень компактный кот. — Зачем тебе металлическое изголовье? — всё же интересуется он. — Чтобы можно было приковать тебя к нему наручниками, — соблазнительно улыбается Чимин, но уже через пару секунд не выдерживает: хихикает, прикрывая рот рукой. — На самом деле, я бы обвил вокруг него светящуюся гирлянду — я видел, это так красиво смотрится! Украсить изголовье кровати гирляндой с огоньками — гораздо более в духе Чимина, чем приковать кого-либо к нему наручниками. Они оба довольно скептически относятся к таким играм, хотя, возможно, когда-нибудь у них и возникнет желание попробовать, ничего нельзя знать наперёд. — Гигантская кровать, изголовье, наручники, — с усмешкой перечисляет Намджун, проводя пальцами по его шее до ключицы и возвращаясь обратно, — ещё что-нибудь? — Ещё, — продолжает Чимин, не обращая внимания на то, что он проигнорировал его слова про гирлянду, — мы бы выделили тебе комнату под домашнюю студию. Я бы не разрешал тебе сидеть в ней ночами напролёт, но ты хотя бы мог бы приходить и доделывать дела дома, а не засиживаться в офисе. Намджуну становится немного стыдно — это и правда частая история: Чимин ждёт его дома, уже сто раз закончив свои тренировки и запись, а Намджун так погружается в работу, что теряет счёт времени. Возвращается домой глубокой ночью и находит Чимина, уснувшего у него в кровати, так и не дождавшись. И что ещё печальнее, Намджун даже не может разбудить его на утро поцелуями и завтраком в постель, потому что после таких ночных зависаний в студии спит как убитый и разбудить его стоит немалых усилий, что уж говорить о том, чтобы встать раньше Чимина и приготовить ему завтрак. Но тот совершенно не акцентирует внимание на только что сказанном, просто продолжая: — А ещё у нас была бы большая ванна с широкими бортиками, на которые можно поставить свечи. И мы бы с тобой там вместе релаксировали — в полутьме и пене. — И ты бы пел мне на ушко? — спрашивает Намджун, потому что ему так легко представить себе расслабляющую совместную ванну, Чимина в собственных объятьях и его губы, касающиеся намджунова уха, пока он тихонько поёт — только для него. — Нет, — отрезает Чимин. Намджун успевает только удивиться, как тот поясняет: — Это ты бы мне пел. — Хорошо, — тут же соглашается Намджун. Он готов петь Чимину сколько угодно, если тому этого захочется. Чимин смотрит на него так влюблённо, что Намджуну становится неловко. Хочется спрятать лицо за ладонями, но Чимин как раз в этот момент обхватывает одну из его рук своей, переплетая пальцы. — Ты правильный хозяин, — улыбается он, — хорошо заботишься о своём коте. Намджун наклоняется, только по ходу дела понимая, что не сможет дотянуться, — но Чимин уже приподнимается к нему, встречая его губы своими. Возможно, другие люди целуют котов в нос, но Намджун считает, что имеет полное право целовать своего особенного кота так, как хочет. А возможно, и не только целовать.