Восстань и Сияй

      Мягкая и тёплая постель не хотела отпускать из своего плена, даже когда будильник зазвенел по третьему кругу. Но Усаги всё-таки удалось пересилить себя и подняться на ноги. Вернув скинутое во сне одеяло на место, она подошла к окну, намереваясь открыть его — в комнате было ужасно душно.       Солнце за окном уже практически скрылось, уступая своё место вечерней поре. Усаги уже даже не могла представить, как в дальнейшем будет засыпать и просыпаться по-человечески. Когда придётся щурить глаза от солнечного света, укрываясь одеялом с головой в попытках спрятаться. Но эти дни никак не хотели приближаться в её жизни.       Нехотя плетясь в ванную, Усаги думала о том, что же ей надеть в этот вечер. Выбор был невелик, но они с Миной иногда ездили в центр за различными покупками или на прогулки, после которых Усаги всегда приносила домой что-нибудь новое. Или всё-таки лучше просто остаться в своей кровати, проводя весь выходной во сне? Но она прекрасно знала, что если проваляется в постели больше положенного, то на следующий день она не сможет нормально пережить рабочую смену. Уже проходила подобное, и не раз.       Каждый раз, когда Усаги проходила мимо пустующей кровати Эсмэроуд, рука непроизвольно тянулась к остриженным волосам. После того случая прошло около месяца, но Усаги никак не могла привыкнуть к новой причёске. Хоть оданго при такой длине в любом случае можно было заплетать, ей совсем не хотелось.       На следующий день после произошедшего Эсмэроуд тут же уволили. Когда экс-соседка вернулась в комнату без своей привычной копны длинных зелёных волос, Усаги поняла, что имела неосторожность намекнуть на то, что Эсмэроуд была причастна к её изменениям.       Собирая свои вещи, Эсмэроуд ни слова не произнесла в адрес Усаги. Но во избежание каких-либо конфликтов, которые могли возникнуть в связи с их совместным пребыванием в одной комнате, Уса сбежала на улицу.       Мине она так ничего и не рассказала, но откуда об этом было знать Эсмэроуд? Усаги была точно уверена, что её обидчики думали, что она донесла на них. Потому что по прошествии долгого времени Даймонд не осмеливался к ней подходить, а любые рабочие моменты передавал через других сотрудников.       С одной стороны, Усаги должна была радоваться такому раскладу событий — больше никто не трогал. Но она совсем не хотела, чтобы всё получилось именно так. Теперь как минимум один человек будет проклинать факт её существования.       Уже переодевшись, Усаги вышла из своей комнаты, пытаясь не уронить коробочку небольших размеров, пока запирала дверь на замок. Внутри коробки находились различные заколочки, резинки, которые она только смогла собрать, уходя из дома Макото. В ближайшее время всё это ей совершенно не понадобится, а в дальнейшем она надеялась уже на совсем другую жизнь и обстоятельства.       Поднимаясь по лестнице в вип-зону к Мине, Усаги заметила, что её привычное место занято неким длинноволосым пепельным блондином. Первым делом она подумала, что это и был тот самый Адонис, о котором подруга иногда говорила, но видеть его не удавалось. Но, подобравшись ближе, Усаги засомневалась в собственном предположении — у братьев Уайт, насколько она могла судить, были более правильные черты лица, заострённый подбородок. Незнакомец же выглядел как минимум не так пугающе. — О, Уса, знакомься, это Артур — мой менеджер и просто хороший друг, — представила Мина, увидев приближающуюся Усаги. — Или можно просто Артемис. — Здравствуйте, — Усаги лишь сдержанно кивнула, не зная, куда ей деваться. Но факт, что мужчина напротив не оказался ещё одним родственником этого странного семейства её, безусловно, радовал. — Садись! — Мина потянула её за руку, усаживая возле себя. — Что это у тебя в руках? — Тебе принесла, — Усаги вручила ей коробку, после чего повисло неловкое молчание, пока Мина изучала содержимое. — О, это же те самые бантики, — рассмеялась она, вытащив на свет различные украшения для волос. — Чего это вдруг решила отдать мне всё своё добро? Разве ты не хотела вновь отращивать волосы? — Хотела, но мне захотелось сделать тебе подарок — они ведь тебе понравились, вроде как, — Усаги чувствовала себя крайне неловко, сидя в обществе незнакомого человека. Также она не была уверена, что её подарок придётся Мине по душе — у подруги и без неё наверняка полным полно различных безделушек. — Правда? Спасибо большое! — Мина порывисто заключила Усаги в объятия, сжимая со всей силы. После чего она вновь вернулась к коробочке, со счастливой улыбкой перебирая заколочки. Усаги улыбнулась смелее, понимая, что всё хорошо. — Это ты мне тоже даришь?       Мина с ухмылкой протянула гребень, который Усаги тут же выхватила из её рук. Но подруга ничуть не обиделась, продолжая копаться в содержимом. — Ми, ты ничего не забыла? — обе девушки тут же повернулись на уже забытого Артемиса, который с лёгкой улыбкой наблюдал за ними. — Я ведь не просто поговорить пришёл.       Зал уже практически наполнился различными посетителями. Усаги, облокотившись о балкончик, с небольшим безразличием наблюдала за происходящим. Ей уже успели надоесть пятничные вечера, которых она повидала немало. Саму Усаги ещё ни разу не задействовали там, но и без этого существовали причины, из-за которых можно было недолюбливать данное мероприятие.       Сплошные крики, нервы со стороны различного начальства и организаторских личностей, выступающих. Усаги терпеть не могла, когда кто-либо кричал или давил на неё. А здесь это происходило часто. Даже если она ничем не мешала, некоторые всё равно умудрялись накричать или посетовать на её бездействие. Но в то же время, когда она пыталась помогать, на неё кричали ещё больше. В сумме всё это отбивало любой интерес к этому делу.       Что нельзя было сказать о Мине. По её словам, этот цирк ещё никогда ей не надоедал. А раньше и сама принимала активное участие в его организации и даже присутствовала в рядах выступающих. — Уса! — Мина потормошила её за локоть, вырывая из размышлений. — Арт, ну мы ведь похожи, смотри. Разве она не может подойти? — Куда подойти? — нахмурилась Усаги, жалея, что прослушала весь разговор. — Ну да, сходство определённо есть, — протянул Артемис, осматривая Усаги внимательным взглядом своих зелёных глаз, отчего та покраснела. — Но ты ведь знаешь, что фонограмма — плохой вариант. В этом месте всегда ценилось живое выступление. — Так Усаги умеет петь! — воскликнула Мина, хлопнув подругу по плечу. — Арт, я с животом на сцену не полезу! Кунсайт в первую очередь убьёт тебя, а потом и я получу. — Но я не… — Усаги попыталась что-либо сказать, но Мина зажала её рот руками. — Мина, это ведь не игрушки, — устало выдохнул Артемис, с мольбой посмотрев на девушек, продолжающих бороться. — Не часто ваш клуб принимает у себя такое большое количество знаменитостей и значимых гостей, и тут главное не оплошать. Даже при таком раскладе влетит от твоего мужа.       Усаги замерла, тут же успокоившись, услышав о том, что к ним приедут звёзды. Среди которых она могла бы встретить Сейю, ради которого, собственно, и находилась здесь. Всё происходило последнее время так быстро, спонтанно, немного странно, и в то же время обыденно. Во всей этой веренице событий у неё не было времени думать о своих чувствах. Осознание того, что она забыла о нём, вызвало чувство вины. Но оно тут же сменилось надеждой на то, что ей наконец-то повезёт, и они спустя столько времени разлуки встретятся. — Я согласна, — произнесла Усаги, отрывая от себя руки Мины. Она не совсем знала, на что именно согласилась, но подруга смотрела на неё чуть недоумённым взглядом. — Что? Ты ведь сама предложила, а я просто приняла твоё предложение. — Отлично, если вы решили, то я, пожалуй, поеду домой, — подытожил Артемис, поднимаясь на ноги. — Жена совсем одна, ещё и с пустым холодильником. — Привет ей передавай, — Мина понимающе улыбнулась и, приподнявшись, обняла своего друга. Проводив его взглядом, она вновь повернулась к Усаги: — У него тоже скоро ожидается пополнение в семействе. А теперь нам стоит обсудить все рабочие моменты будущего выступления. — Мы ведь ни разу вместе не репетировали, — начала Усаги, понимая, что лучшая защита — нападение. И лучше начинать первой. — С чего ты так уверена, что я пою хорошо? — Это ты меня так упрекнула с репетициями? — Мина чуть смутилась, но после вновь уверенно улыбнулась. — Я не знаю этого наверняка, но услышу уже совсем скоро, раз ты всё-таки согласилась. Мне так повезло с тобой! — А что намечается вообще? Я просто совсем не слушала вас, если честно, — Усаги обняла повисшую на её шее подругу, стараясь не давить ей на животик. — Бывают дни, когда Кунсайту удаётся привлечь к нам больше внимания, и тогда есть шанс засветиться кому-то из наших ребят или получить автограф от любимого исполнителя, — протянула Мина, счастливо зажмурившись. — В такие дни и стоимость входа увеличена раза в два. Некоторые устроились сюда только из-за этих вечеров.       Усаги представила всю эту картинку перед глазами и сама не смогла сдержать радостной улыбки. Правда, восторга Мины она не совсем понимала — и так ведь уже знаменитость, про которую даже сделали несколько игр. А она радуется, словно школьница, фанатеющая абсолютно от всех. Как и сама Усаги относительно недавно. — А известно когда? И кто приедет? — Усаги старалась задавать вопросы аккуратно, чтобы Мина не заподозрила или не надумала чего лишнего. — Уже в пятницу! Поэтому все наши планы на прогулки отменяются — будем делать из тебя Сейлор Ви!       Усаги лишь удручённо на неё посмотрела, осознавая, во что вляпалась. Видимо, она никогда не научится думать, прежде чем что-либо делать.       Не успели пройти сутки, как Мина вновь появилась в стенах клуба, пытаясь достать Усаги. Бедняжке удалось поспать всего несколько часов, когда подруга явилась и разбудила громкими возгласами и сильными стуками по дверям. После того, как Усаги поднялась с кровати, обратно уже никто не разрешил спрятаться под одеяло. — Нас ждёт напряжённая неделя! — заявила Мина, бесцеремонно роясь в шкафу Усаги. Она раскидывалась вещами в духе тех самых фильмов о женской дружбе и любовных драмах, которые они иногда смотрели дома у Мины, пока её муж был в отъезде. — Начнём с твоего внешнего вида. Конечно, тебе дадут какой-нибудь костюмчик, похожий на те, что мы с тобой каждый раз высмеивали. Но и для репетиций следует отыскать что-нибудь удобное. — Ми, а можно я выступлю и выйду в смену? — спросила Усаги, сонно потирая глаза. — Что? — Мина от шока выронила всё, что успела нагрести, округлившимися глазами уставившись на Усаги. — Мне послышалось, или ты в действительности хочешь выйти работать в свой единственный выходной? Ещё и в пятничный день! Спешу напомнить, что у персонала там наряды не лучше, чем у выступающих. — Мне просто деньги нужны, — Усаги улыбнулась, наклоняясь за одеждой на полу. Вытащив из груды тканевый комбинезон в цветочек, она продемонстрировала находку подруге. — Как тебе такой вариант? Мне в нём обычно удобно. — Ты тему-то не переводи, — усмехнулась Мина, выставив кулаки в бока. Усаги на долю секунды замерла, испытав чувство дежавю — мама часто в такой позе отчитывала её за плохие оценки. — Зачем тебе деньги? Тебе чего-то не хватает? — Просто надо, потом объясню, зачем, — отмахнулась Уса, надеясь, что Мина перестанет приставать со своими вопросами. — Отложи его пока, — скептически осмотрев выбранную Усаги вещь, ответила подруга, возвращаясь к изучению содержимого шкафа.       Мина обиделась на недомолвки между ними, Усаги точно это знала. И как же ей хотелось всё-всё рассказать, но она боялась быть непонятой. Казалось, что Мина может понять её как никто другой, ведь подобные интриги всегда были ей близки. Усаги давно вынашивала мысль о том, что подруга, благодаря их семейным связям, наверняка могла бы устроить встречу с Сейей. Или хотя бы попросту достать какую-либо информацию о нём: как он, в Америке ли вообще. Но всё лето Усаги думала только о работе, а свободное время уходило на сон или же общение с Миной.       А теперь с надеждой на пятничный вечер и вовсе отпала необходимость обращаться к влиятельной подруге. Если судьба улыбнётся Усаги, они всё-таки смогут встретиться. Если же нет, тогда точно обратится к Мине — слишком долго одна. Тем более, в скором времени Мина тоже на длительный период выпадет из её жизни, посвящая себя малышу. Усаги пора брать всё в свои руки.       В конечном итоге они остановили свой выбор в одежде на варианте Усаги. Только вот чувствовала она себя некомфортно среди всех девушек, стоящих перед ними в откровенных нарядах. Каждая из них недоумённо поглядывала на новое лицо перед ними. Усаги в тот момент пожалела, что в который раз делает что-либо, не подумав прежде. — Итак, Уса, вперёд! — Мина шлёпнула её по плечу и подтолкнула к сцене. — Вначале я просто послушаю тебя. — А обязательно при всех? — прошептала Усаги, вызывая смешки со сторон девушек. — Как ты собралась выступать перед большим количеством гостей или, тем более, знаменитостей? — кажется, Мина начинала нервничать. Она выдохнула и продолжила уже спокойным тоном: — Все вон. Вернётесь через пару часиков. А ты куда попёрлась? — Но ты ведь сама сказала, чтобы все ушли… — Усаги глупо улыбнулась, пытаясь придать себе самый невинный вид, на который только была способна. Но взгляд Мины не сулил ничего хорошего. — Ладно, прости, только не злись. Я просто немного занервничала. Не думала, что это так волнительно. — Я не злюсь, — Мина поправила чёлку и уселась на стул перед сценой. — Просто ты ведь так рвалась, а теперь пытаешься дать заднюю. Так некрасиво вообще-то делать. — Вообще-то, я рвалась с тобой спеть просто так, для забавы, — высказала в свою защиту Усаги, сложив руки под грудью. — Ещё и смеются все кругом… — Ну, я поняла тебя. Поэтому и оставила нас наедине. Или ты хочешь, чтобы я ушла тоже? — Усаги немного рассмеялась, но когда дошло, что это была не шутка, тут же отрицательно замотала головой. — Так что, будешь пробовать? — Да, — уверенно ответила Уса, кивнув головой. — Хорошо. Тогда вот, внизу лежит микрофон. Сейчас вернётся Руби, и мы сможем начинать, — Мина ласково улыбнулась, вновь сложив руки на животике. — А что мне петь? Я совсем не знаю песен, если честно. Много слышала, но в голове ни припева не отложилось, — сказала Усаги, изучая микрофон.       Стукнув по верхушке пальцами, она тут же прикрыла уши. Когда неприятный гул исчез, она виновато улыбнулась, посмотрев на Мину, которая лишь устало выдохнула и, встав, куда-то направилась. Вернулась через несколько минут уже в компании Руби, который встал за диджейский пульт. Мина же, вручив Усаги листок, села на своё место. — Одна из популярных песен минувших десятилетий, она мне всегда очень нравилась, — Мина счастливо зажмурилась, видимо, вспоминая нечто хорошее, связанное с этой композицией. — Готова? — Наверное, — не совсем уверенно ответила Усаги, пробегаясь глазами по тексту. — А можешь напеть? Я даже не знаю, когда вступать надо.       Следующие полчаса проходили в небольшом напряжении. Мина требовала невозможного, Усаги же боялась заставлять переживать подругу, чьи постоянно сложенные руки на животе напоминали о её положении. Но от этого нервничала и сама Усаги — у неё не получалось то вовремя вступить, то вытянуть какую-либо ноту. — Ладно, на сегодня всё, — Мина махнула Руби рукой, когда Усаги вновь оплошала. — Я бездарность, — вынесла вердикт Усаги, присаживаясь подле подруги. Мина приобняла её, утешительно похлопав по плечу, она даже совсем не злилась. — Но вообще я просто очень давно не практиковалась. — Да, задатки у тебя есть, — согласилась с ней Мина, поглаживая по светлой макушке. — Но произношение ужасное, конечно. — Вообще-то, я только год с хвостом английский учу, — возмутилась Усаги, легонько стукнув подругу в плечо. — Но ты права, это было ужасно. Один человек мне однажды сказал, что у меня никогда ничего не получится. Наверное, он был прав. — Эй, ты чего? — Мина чуть отодвинула от себя собеседницу, заглядывая ей в глаза. — Если слушать всех подряд, то, конечно, у тебя ничего не получится. Твой мозг запомнит эту установку и всё, пиши пропало твоему желанию петь. Так что настраиваемся на хорошее. Сразу никогда ничего не получается. — Боже, откуда вы все такие умные берётесь? — притворно ужаснулась Усаги, округлив глаза, на что Мина только закатила глаза. — Это я тебе просто Арта цитирую, это он у меня такой умненький, — Мина улыбнулась и поднялась на ноги. — Что-то я проголодалась, не хочешь перекусить?       Они не переставали репетировать каждый день перед открытием. Мина сетовала, что недели мало, чтобы всё сделать должным образом. Усаги хотела только спать и ничего более. Никто не разрешил ей не выходить на работу, а репетиции никак нельзя было пропускать. — Чёртов засранец, как же он меня порой раздражает, — возмущалась Мина, когда Даймонд отказался давать Усаги отгулы. — Почувствовал себя пупом земли, вы посмотрите на него.       Усаги знала, что одно её слово — и этого человека здесь больше не будет. Но она не могла разрушать идиллию. И просто боялась произносить его имя, она просто хотела забыть, и всё. — Пой мягче, дорогая, ты слишком высоко берёшь ноты там, где не надо, — Усаги лишь на автомате кивнула словам Мины, пытаясь справиться с зевотой.       До пятницы оставалось всего лишь два дня, но уже совершенно ничего не хотелось. Никаких встреч, просто лечь с закрытыми глазами, выпадая из реальности. Усаги не раз была на репетициях «Трёх Звёзд», и даже на студии со стороны зрителя всё это казалось простым и забавным. А на деле… — Перерыв, — объявила Мина. — Хочу есть. Это всё так выматывает. Как ты меня только терпел? — Ты была ещё хуже, — уверил её Артемис, который также присутствовал на репетициях.       Усаги хотела отправиться на кухню вслед за подругой, но услышала слова, которые смогли согнать всю её сонливость прочь. — Что значит, она не приедет?! Вы бы об этом ещё в пятницу сказали, прямо перед её выходом! — Петц, одна из организаторов, яростно кричала, придерживая телефон между плечом и ухом, перебирая руками листы. — Петц, это у тебя списки выступающих? — поинтересовалась Усаги, подходя к девушке. — Банни, не сейчас, прошу, — отмахнулась Петц, даже не посмотрев на официантку. — Что вы мне предлагаете делать? Как мне теперь это всё объяснить? Вот сами и говорите с ней!       Петц раздраженно кинула планшетку на столешницу, быстро передвигаясь по направлению к Мине. Усаги мигом подбежала к стойке, бегло вчитываясь в имена в списках. Какая-то часть ей казалась знакомой, большую же часть она видела впервые. Но главного здесь не оказалось… Зря она на что-то надеялась, шанс ведь был минимален. И зря только ввязалась во все эти выступления. — Уса, ты готова зажигать вновь? — Мина крикнула ей через весь зал, сияя ярче начищенной монеты. Только вид подруги мог оправдывать нахождение Усаги здесь — Мина была счастлива, и нельзя подводить её.       В четверг они проводили нечто вроде генеральной репетиции. На Усаги нацепили длинное белое платье с разрезом чуть ли не до самого бедра и заставили надеть туфли на высоких каблуках, аргументируя тем, что она ниже Мины. — Ну нет, я ходить-то на них толком не могу, а ты просишь танцевать, — возмутилась Усаги под смешки своей подтанцовки, стоящей позади. Но она почти что научилась не обращать на них внимание. — У тебя минимум движений, нечего переживать. Завтра перед началом здесь никого толком не будет, и мы с тобой вместе потанцуем, — пообещала Мина, когда они остались только вдвоём. — Заодно наконец смогу выполнить своё обещание столетней давности.       Усаги лишь слабо улыбнулась, направляясь в комнату, чтобы сменить одни неудобные туфли на другие — работу никто не отменял.       Пятница, до которой дни тянулись мучительно долго, началась с привычного «Проснись и пой» от Мины, которая бесцеремонно врывалась в комнату. Усаги сообразить не успела, как оказалась вновь на ненавистной сцене. — Тебе ведь просто требуется стоять, чуток виляя бёдрами, вот так, — Мина медленными движениями начала покачиваться, очаровательно улыбаясь. — Да сэр, я — для буги, в ритме танцевать не прочь.       Усаги постаралась повторить всё это также плавно и красиво, но в самом начале чуть не свалилась, подвернув ногу в этих треклятых туфлях. Но с третьей попытки у неё всё начало получаться, и на пару с Миной, смеясь и широко улыбаясь, они распевали песню. — Вот если ты так споёшь вечером, цены тебе не будет, — заявила Мина. — Я — для буги, буги-вуги, навсегда! — Усаги ничего не ответила, продолжая петь.       Схватив Мину за руку, она начала танцевать активнее — ей просто было хорошо. Рядом с этой девушкой она чувствовала себя безопаснее и радостнее. Неудачно оступившись, она едва не свалила Мину с ног, но хватка подруги помогла устоять на ногах. Их лица были слишком близко друг от друга: при желании можно было рассмотреть едва заметные веснушки, примостившиеся на аккуратном носике. Мина также неотрывно смотрела на неё. И в какой-то момент, заправив светлые прядки ей за ухо, поцеловала.       Глаза Усаги широко распахнулись от удивления. Её будто парализовали, сил не было сделать хоть что-нибудь. Она смогла отойти, только когда рядом прозвучало чьё-то покашливание.       С ужасом обернувшись на источник, Усаги заметила Тетис. Та была не менее удивлена, но было в её взгляде что-то ещё. Но Усаги было не до этого — осмотревшись кругом и убедившись, что больше никто не увидел произошедшего, она убежала в сторону гримёрной. До начала оставалось всего лишь пару-тройку часов, а их ещё ожидала финальная репетиция в готовых образах.       Сидя в кресле перед зеркалом, пока Коан занималась её макияжем, Усаги не могла выкинуть мысли из головы. Её поцеловала девушка. Замужняя беременная девушка! Если Кунсайт узнает, им обеим наверняка не жить. Усаги хотелось спрятать лицо в ладонях, но гримёрша тут же бы прибила, попробуй она испортить её старания. Но когда макияж был закончен и они принялись за причёску, кошмар явился к ним. — Оставь нас, пожалуйста, — Мина улыбнулась Коан, принимая из её рук расчёску. И когда та ушла, обратилась к Усаги: — Прости, если я тебя напугала. Это был очень спонтанный порыв. — Тетис ведь никому не расскажет? — единственное, о чём Усаги переживала в тот момент, это сама Мина. — О, нет, она всё понимает, — усмехнулась Мина, начиная цеплять искусственные прядки волос к макушке подруги. — Вся эта ситуация очень напомнила кое-что. И нам обеим ты постоянно напоминаешь Рей. Ты сама того не замечаешь, но черты, присущие ей, порой очень сильно отображаются в тебе. — Ты её тоже целовала? — нервно рассмеялась Усаги, не отрываясь от своих рук, сложенных на коленях. — Мне этого так и не удалось, к сожалению, — немного печально ответила Мина, и Усаги, наконец, подняла на неё глаза, наблюдая за отражением в зеркале. — Рей и Тетис когда-то были лучшими подругами. Насколько мне известно, у Рей ни до, ни после не было настолько близкого человека. Но в какой-то момент в их отношениях появился некий мужчина. — Они обе влюбились в него? — предположила Усаги. — Если бы всё было так просто. Тетис любила Джеда, Джед любил Рей, а она любила Тетис. Замкнутый круг, последствия которого никого не удовлетворяют. Мой брат получил лишь копию возлюбленной, Тетис — иллюзию любви. А Рей осталась совсем одна. — А ты? — аккуратно начала Усаги, стараясь подобрать слова. — Какое у тебя было место во всём этом? — А я — та самая линия, лежащая где-то над этим треугольником. Я люблю каждого из них. Но именно из-за меня все они остались несчастными. И каждый раз, понимая, что у меня хорошая жизнь, меня грызёт совесть. Я пытаюсь, но никого в жизни мне не удаётся сделать счастливым, — голос Мины под конец сорвался, и Усаги заметила слёзы на её щеках. Развернувшись и приподнявшись, она порывисто обняла её. — Неправда! Ты сделала счастливым своего мужа, сделаешь и вашего будущего сына, — Усаги еле сдерживала слёзы, чтобы макияж не расплылся. — И меня. Ты делаешь счастливой и меня. Если бы не твоя доброта и помощь, я бы давно отчаялась. Слышишь? Ты делаешь счастливой меня.       Они стояли в объятиях друг друга даже до тех пор, когда уже начали собираться и другие девушки в гримёрке. Усаги уже успела забыть, что такое настолько крепкие объятия, в которых ощущаешь себя нужной. — Ладно, надо доделывать твою причёску, — Мина стремительно разорвала их объятия, усаживая Усаги обратно в кресло. — Ты будешь королевой этого вечера. Пусть и под моим именем, но зато я буду знать, что там именно ты.       До выступления Усаги оставался всего лишь один номер. Она уставилась в своё отражение, перебирая пальцами искусственные волосы. Почти такая же длина, как и была прежде, совсем немного не хватало. Только вместо оданго — алый бант на затылке. Макияж сделал её старше, а в белоснежном лёгком платье было особенно видно, как Усаги похудела за всё это время.       Она запуталась, не знает, что ей делать. После сегодняшнего она не может бросить Ми. Даже несмотря на счастливую семейную жизнь, она была такой же одинокой, как и Усаги, где-то глубоко внутри себя. У них не было друзей, кроме друг друга. Но в то же время Усаги не могла постоянно торчать здесь. Если она всё же когда-то уедет, они ведь с Миной всё равно смогут общаться? — Банни, твой выход, — Петц слегка потормошила её, вырывая из размышлений. Она помогла Усаги добраться до сцены и напоследок ободряюще улыбнулась. — Удачи.       Усаги лишь кивнула, поднимаясь по ступенькам. Сцена была затемнена, но она могла спокойно добраться до нужного места. Ноги безумно дрожали, она могла свалиться в любой момент. Усаги не видела многих лиц, но знала, что все смотрят на неё. Самое главное, чтобы голос не дрожал от волнения. В качестве минуса была лёгкая запись голоса Мины, чтобы звучание не сильно отличалось — Усаги пела слишком звонко, как бы ни старалась придать своему голосу низких тонов. И также не хотелось свалиться со сцены.       Прикрыв глаза и незаметно выдохнув, Усаги всё-таки постаралась успокоиться. — Мистер, глаза наполнены сомнением. Ну, что хотел ты. Да, что хотел ты здесь найти? — голос всё-таки дрогнул, но это прозвучало тихо.       Она смогла справиться с дальнейшим волнением. Просто потому что знала, что единственный человек, ради которого она действительно вышла на сцену, смотрит на неё и верит, что она справится.       Она неуклюжая, не тянет ноты, не обладает харизмой и из неё плохая актриса. Но на сегодняшний вечер она — королева. И все те овации, которые Усаги получила по окончанию выступления, были заслужены.       Усаги улыбалась так широко, как, наверное, никогда не улыбалась. Она чуть поклонилась и тут же поспешила за кулисы, не зная, как выплеснуть переполняющие её эмоции. Но не успела она спуститься, как улыбка тут же исчезла с её лица. — Мисс Кино, поздравляю с дебютом, так сказать, — Даймонд ей коротко улыбнулся. — Но работа не ждёт.       Усаги недоумённо на него глянула, но когда снизошло озарение, она тут же поникла. Смысла выходить в смену не было, но она сама виновата. Даймонд напомнил ей о костюмах и тут же ушёл.       Стоя на сцене, Усаги не думала о том, как бы поближе рассмотреть, во что вырядили персонал. Она вообще уставилась в одну точку, изредка перемещая свой взгляд в другую. Но когда ей удалось увидеть то, во что её собирались вырядить, у нее не то, что лицо покраснело, наверняка и корни волос. — Я не надену это! — истерически крикнула Усаги, тыкая пальцем в наряд, который держала Коан. Они находились в соседней гримёрной для персонала, так как в основной сидели люди, которым лучше не знать об истинной сущности Сейлор Ви. — Уса, не кричи, ты была великолепна! — Мина подошла к ней с сияющей улыбкой, на ходу завязывая алый бант в волосах. — Из зала твоего лица особо было не разглядеть, плюс игра света. В общем, я уверена, что всё прошло больше, чем удачно. А из-за чего, собственно, крики? — Меня заставляют надеть это! — возмутилась Уса, кивком головы указывая на чёрный купальник, снимая искусственные пряди волос. Краем глаза заметив собственное отражение, она вздрогнула — с короткими волосами всё же было непривычно. — Стиль плейбой, тебе ещё уши выдадут. А сзади миленький хвостик! — Мина радостно прощебетала и продемонстрировала подруге пушистый кроличий хвост. — Это будет так символично.       Устало выдохнув, Усаги всё-таки приняла костюм из рук Коан и принялась переодеваться, пока Мина посмеивалась в сторонке. — Чёрт бы побрал все эти пятничные вечера, — в сердцах высказала Усаги, поправляя кроличьи уши на макушке. — А по-моему, тебе идёт, — хихикнула Кортни и вручила ей блокнот. — Шестнадцатый столик твой, Банни. — Сами блин, Банни, причём в прямом смысле этого слова, — злостно выдохнула Усаги, не понимая, почему так сильно злится.       Наверное, виной всему развратный наряд, в который её переодели, и жуткие неудобные туфли. Вся эйфория после выступления исчезла напрочь. Но волнение, которое присутствовало перед выходом, почему-то не исчезло. Повернувшись на очередного исполнителя, Усаги решила для себя, что больше ни за что не будет выступать — не её.       Засмотревшись на сцену, Усаги не заметила, как впечаталась в чью-то спину. Едва не отлетев, она уже хотела было извиниться, но застыла как вкопанная. Голубые глаза непроизвольно расширились, уставившись на человека, которого уже и не ожидала увидеть в этот день. Но как? Она ведь проверила весь список выступающих, и его имени там не было.       Он не узнал её, если вообще не забыл за всё это время. В то время как она успела испытать огромную гамму чувств по отношению к этому человеку, начиная от ненависти, заканчивая вновь вспыхнувшими чувствами. Но, увидев его глаза, она не понимала, что происходило внутри неё. Не было порыва броситься в объятия, крича о том, что она жива. Только неизвестность. Но увидев в его взгляде некое узнавание, Усаги уже хотела всё-таки признаться, только… — Сейя, всё в порядке? — они оба обратили свой взгляд на высокую девушку с коротко стриженными волосами. Она положила руку на плечо Сейи, с беспокойством посмотрев на него. — Да, — Усаги уже и забыла, как звучит его голос. Забыла, как могут светиться любовью его глаза. Но только теперь это принадлежало не ей. — Банни, шуруй сюда! — Усаги услышала голос Аманды и тут же сбежала в попытке спастись.       Впервые она была безумно рада, что её не называют по имени. Она должна идти и не оборачиваться, не давать ему возможности окончательно узнать её. Для него она умерла очень давно, пусть так и остаётся.       Усаги шла по направлению к Мине, надеясь выплеснуть ей все свои эмоции. — Ми, я тебя прошу, давай уйдём отсюда, — она смело схватила Мину за руку, не обращая внимания на окружающих их людей и Кунсайта, который наверняка не был доволен тем, как схватили его супругу. — Хорошо, — Мина вручила мужу свой стакан, следуя за Усаги в её комнату. — Что случилось? Ты что-то разбила и поранилась? — Просто побудь со мной, — тихо произнесла Усаги, прислонившись лбом к двери. — Я так хотела его увидеть, терпела всё это, чтобы встретиться с ним. Так надеялась, что мы снова сможем быть вместе. Но даже не предполагала, что за это время он сможет найти вторую половину вновь. Увидев его, я не была рада. Думала, что кинусь ему на шею, сжимая от счастья в объятиях. Но… это вообще нормально? Всё просто потеряло смысл.       Усаги перевела заплаканное лицо в сторону Мины, с мольбой уставившись на неё. Подруга лишь обеспокоенно на неё смотрела, чуть нахмурившись. — Ожидаемый хэппи энд не пришел. Я просто теперь не знаю, что делать дальше. У меня была цель, а теперь её нет. — Ты всегда можешь поделиться со мной, если хочешь, — Мина похлопала по месту возле себя.       И Усаги сразу всё рассказала. Она больше не могла держать это в себе. Мина, как и Рей, слушала, не перебивая, только взгляд её был не таким удивлённым. Будто подобное она не раз видела или слышала. — Когда я увидела Рей спустя долгое время, мне в какой-то момент показалось, что я снова в неё влюблена. Словно не было пяти лет разлуки, счастливых моментов, проведённых рядом с мужем, — спустя несколько минут молчания начала Мина, поглаживая Усаги по голове. — Но, обняв её, до меня дошло, что это был просто остаточный эффект. Я мечтала её обнять, и, обняв, сразу всё ушло. Увидев его, ты удовлетворила своё желание и отпустила его. — Думаешь, я больше не люблю его? — спросила Усаги. — Ну, будь это так, ты бы сейчас с ним по душам говорила, а не со мной, — прыснула Мина, и Усаги тоже не смогла сдержать улыбки. — Он не искал меня, потому что нашёл человека, который сделал его счастливым, — озвучила свои мысли Усаги, запуская пальцы в волосы. — Я… я не хочу мешать ему. Столько всего произошло, и за всё это время я вспоминала о нём не так часто. — Вот и не вспоминай дальше — это пройденный этап. Он наверняка тебя отпустил ещё тогда, когда ты умерла. Жутко звучит, если честно, — Мина напоследок обняла Усаги. — Миссис Уайт, там ищут Банни, — прозвучал голос Петц за дверью. — Он понял, что это я, — с ужасом прошептала Усаги, посмотрев на Мину. — Ми, я не пойду. — А никто и не говорит тебе идти, у нас тут приличное заведение, в какой-то степени, и по одному зову мы своих просто так не отдаём, — уверила Мина, направляясь к двери. — Петц, скажи, что никакой Банни у нас нет. Выкручивайся, как хочешь, ты в этом профи. — Как думаешь, он будет искать меня? Боже, это я виновата. Я разрушила его спокойную жизнь. Зачем я только устроила всё это? Надо было остаться с Макото, поступить в университет когда-то и просто жить самой обычной жизнью, — Усаги уткнулась лбом в сведённые коленки, обняв их руками. — Я всё время думала только о себе, о своих чувствах. А о других — никогда. — Так, отставить всю эту философскую хрень о том, кто виноват, кто эгоист, а кто виновен в том, что ваши пути разошлись — тебе не идут такие размышления, — Мина отвесила Усаги подзатыльник. — Пусть ищет, сколько хочет, я просто запрещу его сюда пускать. И мне всё равно, какой там у него статус или ещё что-то. — Но я ведь не могу постоянно торчать здесь, будто пленница, боясь выйти на улицу. Кто-то уже наверняка выдал ему всё. И кто такая Банни, и сколько она здесь. Ми, я хочу уйти отсюда. — Нет, нет и нет, я не могу пустить тебя одну в этот жесткой мир! Там же кругом непонятно что, а здесь мы хотя бы будем вместе. Могу знать, что с тобой всё хорошо, — Мина схватилась за живот, усаживаясь на кровать. Она перевела дыхание и продолжила уже спокойным тоном: — Уса, нельзя просто сбегать от своих проблем. — Скоро ты родишь, и я останусь одна. И какая разница, где мне оставаться, если расклад событий одинаковый? — Не строй из себя взрослую! — Мина вновь хотела ударить Усаги, но та увернулась. — Прошу, я ведь всё равно уйду рано или поздно. — Всё-таки ты действительно эгоистка, Усаги Цукино, — Мина обиженно на неё уставилась, но тут же заключила в объятия.

Конец сентября, 1998 год.

— Усаги, не спи, у тебя ещё есть столики, — её слегка подпихнула коллега, вручив в руки блокнот.       Вечера в этом душном баре длились вечность. Даже в «Касабланках» ночь проходила гораздо быстрее и приятнее, чем рабочий день в этом заведении. Но ближе к часу ночи бар начал пустеть — скоро они закроются, остался всего лишь какой-то час.       К сожалению, сбежав от реальности, Усаги были открыты не все двери. Но со временем Мина пообещала помочь отыскать более приличное место работы. Она выделила ей кое-какие средства для снятия квартиры не в самом приятном районе ЭлЭй, хотела больше, но Кунсайт не позволил. Подруга отпускала Усаги с условием, что они будут созваниваться как можно чаще, иначе Мина родит раньше срока от волнения.       Не успела Усаги обслужить один столик, как её сразу направили к другому. Поправив гребень в волосах, она попыталась улыбнуться и направилась к очередному столику. Вначале ей казалось опасным носить подарок Макото в таком месте, но никто не верил, что у молодой официантки, работающей в месте, где собираются только рабочие или молодежь, может быть такая дорогая вещь. Но, пожалуй, единственным плюсом этой работы было то, что ей не запрещалась обувь на низком ходу. — Что будете заказывать? — устало поинтересовалась Усаги, у сидящих за столиком мужчин, приготовившись записывать заказ. — Вас!       Опустив блокнот дрогнувшей рукой, она посмотрела на ухмыляющихся клиентов. — Такого у нас нет в меню. — Чего ты ломаешься? Мы тебя не обидим, дорогая, наоборот — сделаем приятное! — Усаги постаралась лишь молча уйти, но один из мужчин схватил её за запястье, потянув на себя. — Не так быстро!       Усаги окаменела от страха, когда почувствовала чужую потную ладонь на своей ноге — всё это слишком напоминало случай с Даймондом. Она попыталась вырваться, зовя на помощь. Но музыка перекрывала все её крики, а бармен находился далеко от этого столика, и кругом никого.       Паника нарастала, и Усаги остервенело пыталась вырваться, размахивая руками. Задев мужчину, что держал её, она с ужасом застыла в его руках. Покраснев от злости, он отпихнул её к стене. Его спутник лишь смеялся, похрюкивая, пугая Усаги ещё больше. Она уже приготовилась к удару, крепко зажмурившись, но его так и не последовало. Несмело приоткрыв глаза, она увидела, как несостоявшийся насильник барахтается в руках высокого брюнета. — Негоже обижать юных девушек, — спокойно произнёс её спаситель, отпихнув мужчину от себя. — Вы в порядке? — Да, спасибо, — прошептала Усаги, принимая протянутую руку. В этот момент второй клиент бросился к ним. — Сзади!       Незнакомец не успел вовремя собраться, за что получил прямо в челюсть. Вскрикнув, Усаги побежала к барной стойке, пытаясь вызвать полицию. Но вернувшись к месту драки, никого уже не обнаружила. — А куда они все делись? Я вызвала полицию, — Усаги испуганно смотрела на кровь, стекающую из уголка мужских губ. — Я сейчас вернусь, только никуда не уходите!       Усаги попросила отменить вызов, и, найдя в подсобке аптечку, вернулась к своему спасителю. — Спасибо вам ещё раз. Я очень испугалась. Наверное, не стоило, вряд ли бы они осмелились предпринять что-то большее, — смочив ватку перекисью, она поднесла её к лицу мужчины перед собой. — Можно? — Вы принижаете мою победу — я чувствую себя идиотом, — мужчина кивнул, и Усаги несмело прикоснулась к его лицу, обрабатывая ранку. — Нет, что вы! — возразила она, эмоционально дёрнув рукой. Усаги случайно стукнула мужчину по носу, тут же извиняюще улыбнувшись. — Как я могу отблагодарить вас? Может, вас чем-нибудь угостить? Или весь ваш заказ за мой счёт! — Не стоит. Вы медик? У вас неплохо получается, — он усмехнулся, и в этой ухмылке Усаги почудилось нечто знакомое. Словно когда-то давно она видела это. Но плохое освещение помещения не позволяло рассмотреть лицо мужчины должным образом. — Я довольно неуклюжая, в детстве часто падала, да и сейчас не реже. Волей-неволей пришлось научиться справляться с подобным, — Усаги пожала плечами, складывая всё в аптечку. — И всё же я настаиваю на том, чтобы отблагодарить вас. — Тогда пригласите меня на танец. Я очень давно не танцевал, уже и забыл, когда это происходило в последний раз, — он улыбнулся ей уголками губ. — Хорошо, — Усаги чуть смутилась, чувствуя, как щёки наливаются кровью. — Минутку, я только выберу песню.       Поднявшись, она мигом подошла к бару; оставив аптечку на стойке, Усаги направилась к музыкальному автомату. Поставив одну из своих любимых песен Бонни Тайлер, она вернулась к столику. — Я знаю, что это не лучший вариант для медленного танца, но это моя любимая композиция. Разрешите? — Усаги широко улыбнулась, протягивая руку сидящему перед ней мужчине.       Он поднялся, принимая её ладонь в свою. Он был очень высоким — чтобы посмотреть на него, приходилось задирать голову. А чтобы танцевать, подниматься на носочки. Они нелепо кружились на небольшом свободном участке под нарастающие ритмы песни.       Усаги аккуратно подняла голову к лицу мужчину — его глаза цвета ночного неба притягивали к себе. Но, встретившись взглядами, она опустила глаза вниз, сильнее сцепляя руки на его затылке. И осмелилась поднять глаза лишь на словах песни. Нас ждёт что-то больше, чем жизнь! Я жду героя!       Когда их взгляды вновь пересеклись, он теснее прижал её к себе, и, склонившись, поцеловал. Веки Усаги тут же прикрылись, а пальцы зарылись в тёмных волосах. Она находилась словно в прекрасном сне, из которого совсем не хотелось выныривать.       Она успела забыть, что такое мужские объятия, поцелуи и просто человеческое тепло. Усаги не знала его имени, совсем ничего. Но она всегда поступала опрометчиво. Что мешало ей поступить так и в очередной раз?       Песня уже закончилась, сменившись следующей, и только тогда они смогли оторваться друг от друга. Усаги казалась самой себе нелепой — она наверняка целовалась просто ужасно. Но мужчина не выглядел расстроенным или разочарованным, лишь слабо улыбался ей. Он указал глазами на дверь, молча спрашивая её согласия, и Усаги, не задумываясь, кивнула в ответ. После чего был какой-то дом, полутёмная комната и он…