Вкус разочарования

Я слышу дыхание осени: Прохладное, приторно-свежее, Деревья с пурпурною проседью Ласками ветра изнежены… Кленами пахнут улицы, Дождем и сырыми туманами, И небо печально хмурится, Светясь облаками рваными. А яркие листья мокрые В ладони собрать хочется И перед раскрытыми окнами Рассыпать их красками сочными Хочу в тишине запутаться, От капель дождя спрятаться, Босая бродить по улицам В прозрачном и легком платьице. Ольга Зимина

      Каждый из нас когда-нибудь задумывался о том, что сделал не так: мог ли исправить свои ошибки? Мог ли поступить иначе? Но порой ответ на этот вопрос просто так не найти. А может, его просто не существует? Того правильного ответа на все вопросы. Может, все, что случается, должно было случиться, ведь прошлое все равно не исправить. Прошлое всегда остается в прошлом. Любая ошибка ведёт к своим последствиям, какими бы они ни были.       Но как же тогда справляться с грузом, который давит на сердце? Как от него избавиться? А можно ли от него избавиться, или он так и будет давить с каждым днём всё больше, пока не уничтожит окончательно?

***

      Густой порыв ветра обдал девушке лицо. Она как могла пыталась спастись от этого всепронизывающего холода, который, казалось, заползал вовнутрь, заставляя сердце биться медленнее, а душу сжиматься в маленький комок.       Прошло два года. Хорошая работа. Новые отношения. Пустота внутри. Стоило хоть немного впасть в уныние, и она снова впускала свои обжигающие клешни в сердце, впивалась и не отпускала, заставляя думать о том, что тревожит, и медленно убивает изнутри. Моросящий дождь вернул в реальный мир. Он застал ее врасплох и испортил изящные белокурые локоны, выбившиеся из-под снуда.       Весь сегодняшний день был неудачным: сначала машина не завелась, потом кофейня ее любимая закрылась на ремонт, — а ведь без этих двух вещей она уже не представляла свою жизнь. Хоть она и не любила места, где постоянно было много людей, но и на дороге, и в кофейне без этого не обойтись. Люди — они везде. От этого никуда не денешься, так что приходится терпеть (правда, за рулём не обходится без пары-тройки ласковых словечек в адрес очередного лихача).       Вибрация в кармане вывела девушку из своих мыслей. Выудив новенький смартфон, она не глядя нажала на вызов.       — Привет, а ты где? — раздался приятный, слегка обеспокоенный мужской голос на той стороне.       — Как где? Поехала на работу. А в чем дело? — странный вопрос озадачил, но в то же время ответ не заставил себя ждать.       — Просто твоя машина стоит на парковке, вот я и решил позвонить. Может, что-то случилось, — собеседник успокоился, но все еще будто ждал чего-то плохого, однако его быстро заверили, что все хорошо, и закончили на этом разговор.       До работы оставалось еще двадцать минут, а кофе хотелось до стука в висках. Вроде бы поблизости была кафешка, по отзывам неплохая. Ускорив шаг, девушка направилась в заведение под необычным и, как ей казалось, детским названием «Хвост Феи». Здание ее встретило причудливыми красками, визуально разделенное на две части, а вход украшала большая вывеска в виде какой-то странной птицы. Чтобы спрятаться от назойливого ветра, девушка немедленно зашла внутрь.       Яркая обстановка, большой зал со столами, барная стойка для тех, кто не планирует надолго задерживаться, и изумительный запах свежей выпечки и кофе — это вернуло ее в детство, когда они семьей ходили на выходных гулять на главную улицу города и обязательно заходили в такое место. Народа было многовато для утра буднего дня. Из колонок звучала Live in the Moment (Craig David feat. Goldlink) — интересный выбор для такого места, но песня в общую картину, на удивление, хорошо вписывалась. Пройдя к барной стойке и заказав Айс латте, она устроилась на высоком стуле и принялась рассматривать помещение более тщательно. Освещение в основном создавалось за счет лаваламп и пары потолочных светильников. Официанты катались на роликах, что значительно ускоряло обслуживание. Они сновали туда-сюда, но не мешали другу — все было так синхронно. Бармен отдал заказ и с приятной улыбкой спросил: не хочет ли девушка что-либо еще.       — Мне, пожалуйста, Айриш* и шоколадный кекс, — обычный, казалось бы, заказ, на который никто не обратил внимание. Кроме нее. Карие женские глаза расширились, а сердце больно сжалось. Она скользнула взглядом от красивых мужских туфель вверх по спортивному мужскому силуэту, пока не коснулась копны розовых волос. Руки затряслись, весь воздух разом выбили из лёгких. Схватив стакан с кофе, она бросилась прочь из этого места, прогоняя одну-единственную мысль: «Этого не может. Это не мог быть он».       Парень оглянулся на какой-то шум, но все, что он успел заметить, — это белокурые локоны и шлейф духов… Её духов.       Рабочий день прошел, на удивление, хорошо. Главный редактор даже похвалила за хорошие контракты с авторами. Иногда в голову лезут мысли о том, зачем нужно было столько лет учиться на юриста, тратить деньги и время, чтобы в итоге пойти по другой дороге — дороге вдохновения. Ей эта работа очень нравилась, хотя в детстве читать не любила совсем, — мама всегда заставляла, но потом что-то изменилось и стало частью ее жизни. Но так же редко она признавались себе в еще одной причине ее нынешней жизни — Нацу.       — Хартфилия, ты еще здесь! Иди быстро домой, ты мне завтра нужна отдохнувшая. А если ты не будешь отдыхать, то не сможешь потом занять мое место, — Полюшка, начальница Люси, заговорщицки подмигнула девушке и пошла к выходу. Убедившись, все ли сделано на сегодня, девушка собрала вещи, выключила свет и ушла.       Улицы в полночь практически пусты; Люси наслаждалась волшебной ночной свободой. Дорога была недолгой, но даже этим временем девушка дорожила так, как ничем другим. Весна чем-то завораживала: уже не так холодно, как зимой, но еще не так жарко, как летом. Ветер приутих, а дождь и вовсе закончился. До домов оставалось совсем ничего, и, соступив с бордюра, Хартфилия направилась на другую сторону. Дойдя почти до середины проезжей части, Люси услышала рев мотора, и в мгновение ока на нее налетел мотоцикл. Визг шин, и упавший на бок транспорт сбивает молодую особу с ног. Пышная гулька на затылке и снуд смягчили соприкосновение с асфальтом: всё-таки всегда правдива поговорка: «Красота требует жертв», а иногда эта самая красота спасает от них.       —Я уже решила, что вы сейчас начнете меня обвинять в этом происшествии, — на удивление, вся эта ситуация нисколько не разозлила, может, слегка напугала, но злиться на молодого человека совсем не хотелось. Одежда испачкана, руки и коленки разбиты, а каблук на одной туфле безнадежно сломан.       —Это полностью моя вина, нечего было рассчитывать на пустоту улиц и нестись с такой скоростью. Я же мог вас убить! — незнакомец снял шлем и проезжающая мимо машина на мгновение осветила их лица.       Ступор. Вот, наверное, то чувство, которое испытали они оба. Конечно, ведь не каждый же день твоя бывшая любовь пытается тебя задавить или же, наоборот, попадает под твои колеса.       —Нацу!       —Люси!       Они стояли, не решаясь продолжить разговор. Смотрели в знакомые лица, глаза, в которых когда-то искрилась любовь. Прошло немало времени с тех пор, как они были парой, и теперь, спустя два года, общих тем и не могло быть. Разве что:       —Сильно ушиблась? Может, тебя довезти до больницы? — серые глаза изучающе уставились на спутницу.       — Нет! Не надо меня ни в какую больницу. Я тут рядом живу, так что пойду домой, — сделать шаг не удалось — Люси немедленно рухнула на землю. Поставив мотоцикл на подножку, Нацу подхватил девушку на руки, вызвав у нее непроизвольный визг, и усадил на железного коня.       — Показывай, куда рулить, провожу, не могу же я тебя тут оставить. Тем более, что я сам виноват.        Дом Люси правда был совсем рядом, вот только лифт оказался сломан, а поддержка Нацу пришлась как нельзя кстати.       Оба чувствовали себя некомфортно. Какой-то невидимый барьер не давал расслабиться. Столько их связывало и уже столько всего их отдалило друг от друга настолько, что они могут считаться абсолютно чужими людьми. Со своей новой жизнью, новой работой и новой парой. Спустя столько времени не знаешь даже как общаться друг с другом.       — Давай посмотрим твою ногу, нет ли перелома, — предварительно включив свет, Хартфилия села на диван и позволила осмотреть свою лодыжку. — Скажи, если будет больно.       С ногой никаких проблем не обнаружилось, только сильный ушиб и парочка синяков. И снова повисла неловкая тишина. Каждый думал о чем-то своем и не решался что-либо сказать.       — Может, кофе? — неловким движением Люси попыталась встать, но боль в ноге заставила рухнуть обратно на диван.       — Давай тогда я сам его сделаю, а то еще что-нибудь себе поранишь! — легкая улыбка тронула уголки губ, меняя его выражение лица.       — Вообще, это ты виноват в моей травме, — напомнила девушка, удобнее устроившись на большом угловом диване. — Мне осталось буквально перейти дорогу, а тут ты на своем мотоцикле решил, что никого в такое время на улицах не бывает. Прости, что испортила твои планы и стала под колеса.       — Я же извинился! — вспылил Драгнил, яростно пытаясь отыскать чашки и кофе. Потом немного успокоился и произнес: «Прости. Я правда очень сожалею, что наехал на тебя».       — Ладно, что было, то было. Может, тебе помочь в поисках? А то мы и до утра кофе не выпьем. А я жуть как нуждаюсь в дозе кофеина, — рассевшись, как королева, она руководила процессом, и уже через пару минут перед ней поставили чашку с горячим напитком.       Атмосфера лишь слегка разрядилась. Тогда они смогли спокойно поговорить: о работе, о том, как каждый из них очутился в этом городе, и многом другом. Смеялись. Пока их не прервал звонок на номер Люси. Девушка попросила парня принести ей телефон, ведь сама была не в состоянии подняться.        На экране смартфона высветилась надпись «Любимый», и Нацу разом понял, что тут ему уже не место. Быстро отговорившись, что ему нужно уйти, он воспользовался тем, что Люси не могла ему возразить, и ушел, прикрыв за собой дверь.       Телефон. Любимый. Принять.       — Привет, Локи. Да, я дома. Приезжай, если хочешь, я одна, — Хартфилия отключила вызов и со злостью кинула его на мягкие диванные подушки. — Уже одна!