Прощай, мой покойный император!

Что ж, в принципе, этим, наверно, и должно было закончиться. Кто я такая, чтобы претендовать на любовь юного принца? Я ведьма, мне 853 года, я стара… Я пережила всех тех, кого любила и кто был в меня влюблён. Я пережила и правителей, и их подданных. Знаешь, Лелуш, я ведь и правда дура! Дура? Конечно! Принцы женятся на принцессах, а не на придворных колдуньях. Тем более, женятся на ровесницах, а не скучающих старухах. И что же? Я тешила себя пустыми надеждами, спасала его, помогала. Да, я была ему мамой, сообщницей, но никакой не невестой. Он так считал, ну, был обязан. Я должна была. Но просто не смогла. Ты простишь меня, что я заигралась? Ой. Смеюсь сама над собой: дурочка я, ведь он меня простил уже и понял, он принял всё, как это должно быть. Да, Лелуш, ты прав, тысячу раз прав. Перед миром, передо мной. И перед Карен, и перед Ширли, и перед Кагуей. Моё тело, наконец, расслабилось, его перестают сотрясать бесполезные рыдания, я даже улыбаюсь. Телега с сеном едет по просёлочной дороге, увозя меня вдаль от всех этих городов, войн, техники туда, где есть покой. Туда, откуда я пришла и где должно стать легче. На мне белая блузочка, юбочка в шотландскую клеточку – это его подарок, британского императора, которого уже нет рядом. Его нет, его и не будет. А его и не было рядом, ведь я вела себя с ним так нагло затем, чтобы он не привязался к той, которая ему не подходит. Я ведь всё знала изначально. Знала и спланировала, как он меня убьёт, освободит от вечного накопления опыта. А ведь сено совсем не колется, всё так спокойно. Наверно, ты сделал всех нас счастливыми, Лелуш. Спасибо. Я смотрю в это высокое и пронзительно синее небо, покачиваясь вместе с телегой на ухабах просёлочной дороги. Синее небо, такое чистое и безоблачное. Да, нет Бога, сидящего на облаке, но есть бог, которого смог спасти ты. Я смотрю в это небо, и я просто знаю, что ты там. Больше тебе, Лелуш, и негде быть. Мой чемодан едет рядом со мной, я кладу руки под голову и выдыхаю. Хорошо. Почти хорошо. Я с тобой, я поддерживаю тебя. Мой любимый покойный император. – Сила королей, имя которой – гиасс, обрекает людей на одиночество. Оказалось, это не совсем так. Не правда ли, Лелуш? Я с нежностью смотрю на его последний подарок, это розовый журавлик, оригами, сложенное лично им в полночь того самого дня. Телега, запряжённая парой рыжих коней и управляемая каким-то проезжим крестьянином в синей одежде и соломенной шляпе, качнулась, я чуть не падаю с сена. Правда, дурочка. Даже самой забавно.