Куски стекла

Иен вернулся быстро. Он положил на стол в диспетчерской три рации, два электрошокера, один пистолет и дробовик. — Это что, всё? — презрительно спросил Грейвс. — Согласно протоколу безопасности, мы не имеем права хранить много оружия на борту, — сухо ответил Хэллерсон. Тон Грейвса был ему неприятен. — «Идунн» — пассажирское судно, следует безопасными маршрутами, поэтому обычно никакой нужды в нём нет. Грейвс скривился, но промолчал. Он взял дробовик, придирчиво осмотрел его. Приложил к плечу, прицелился в сторону искусственной пальмы, зеленеющей сквозь стеклянную стену. — Я возьму эту рухлядь! — не допускающим возражений тоном объявил он. — Не могу вам этого позволить, — ледяным тоном возразил Майк. — На правах капитана я забираю дробовик себе. Вам придётся взять шокер. Грейвс повернулся к нему и набычился. Эва заметила, что дробовик он опустил не сразу, и дуло пару секунд было направлено на капитана. Сердце девушки нехорошо ёкнуло. — А если я откажусь? — вкрадчиво спросил он. От внимания Коннорс не укрылось, что Хикс моментально сжал кулаки и напрягся, будто приготовившись к выпаду. Ни один мускул не дрогнул на лице Майка. — В этом случае Иен зафиксирует это в протоколе полёта, — отчеканил он. — На Персефоне к вам будут применены соответствующие административные меры. До двух недель заключения за неподчинение капитану в экстренной ситуации. Ноздри Грейвса затрепетали, будто он учуял мерзкий запах. Его лицо застыло, как вода, прихваченная ледяной коркой. — Вынужден подчиниться… сэр, — с небольшой паузой выдавил он и бросил дробовик на стол. — Пользуйтесь. Он забрал шокер себе и наставил палец на Джейми, который уже осматривал свой, вертя его так и эдак и подкидывая в воздухе. — Только попробуй приблизиться ко мне с этим, Хикс. Башку снесу. Обещаю. — Не думаю, что этого заряда хватит, чтобы пробить твою слоновью кожу, Грейвс, — негромко, но чётко проговорил Хикс. Эва прыснула и прикрыла рот ладонью. Джейми подмигнул ей, а Грейвс побагровел, но промолчал. Хэллерсон долго переводил взгляд с Эвы на оставшийся пистолет и обратно, явно о чём-то напряжённо думая. Потом окликнул её: — Мисс Коннорс… Эва. Подойдите ко мне. Слегка недоумевая, Эва выполнила его просьбу. Хэллерсон взвесил на ладони пистолет. — Вы упоминали, что умеете обращаться с оружием… — Да, — кивнула она. — Мой отец — полицейский, он многому меня научил. Майк кивнул. Он вынул обойму и протянул оружие Эве: — Продемонстрируйте. Коннорс пожала плечами, но пистолет взяла. Привычным движением сняла его с предохранителя, взвела курок, направила в сторону, поддерживая правую руку левой. Тело само вспомнило все движения, отработанные с отцом на стрелковом полигоне. Минутная слабость накатила на Эву при воспоминании о нём; в глазах помутнело и защипало. Сэм Коннорс умер два года назад. Сгорел за шесть месяцев от рака лёгких. Эва тряхнула волосами, украдкой смахнула слёзы с глаз. — Убедились? — Кажется, да, — спокойно ответил Майк, то ли не заметив, то ли сделав вид. — Эва, на время нашей вылазки вы будете отвечать за безопасность оставшихся людей. Он кивнул на Саманту и Уэллера. — Очень надеюсь, что оружие вам не пригодится, — помолчав, добавил он и отдал Эве патроны. Девушка зарядила пистолет и, поставив его на предохранитель, положила на стол. По рукам пробежала дрожь. Сам вид оружия и его тёплая тяжесть в руке больно резанули Коннорс своей реальностью. — Если есть хотя бы малейшая вероятность того, что случится какая-нибудь дрянь, она непременно случится, — задумчиво процитировала она один из законов Мёрфи. Майк сумрачно взглянул на неё и покачал головой: — Давайте попробуем побыть оптимистами, Эва. Понимаю, что в нашей ситуации это нелегко, но не стоит нагнетать обстановку. Он выразительно взглянул поверх её плеча. Коннорс обернулась и увидела Боба Уэллера, сидящего с отсутствующим видом, и Саманту, которая застыла, неестественно прямо держа спину. Её лицо было белым, словно обсыпанным мукой, а глаза — тёмными от расширившихся зрачков. — Вы же понимаете, что из вас троих, тех, кто остаётся здесь, только вы производите впечатление того, кому можно это доверить? — спросил Майк. Эва сглотнула и кивнула. Ей было не по себе. Она почувствовала себя малышкой в детском саду, которой воспитатель доверил присматривать за группой, а сам ушёл. «Соберись, Коннорс! — мысленно одёрнула она сама себя. — Ничего не случится. Всё будет хорошо. Совсем скоро мы улетим отсюда». Она ошибалась. И она это чувствовала. Хэллерсон едва не похлопал её по плечу, стремясь подбодрить. Он и сам был не в восторге от такого расклада, но понимал, что другого выхода нет. — Берегите себя, — невесть зачем сказал он и вернулся к импровизированному отряду. Эва прислонилась к ближайшему столу и стала наблюдать за ними. Монитор за её спиной моргнул, почернел и засветился вновь. По нему шустро поползли ярко-зелёные строчки, исчезающие за верхней границей экрана. *** Камеры не передали всего, что обнаружил небольшой отряд Хэллерсона, выйдя из зала ожидания. Повсюду — в коридорах, жилых и нежилых отсеках царил ужасный разгром. По помещениям словно промчалось миниатюрное торнадо, перевернув всё вверх дном. В камбузе шкаф с продовольствием был распахнут настежь. Среди горы пустых пакетов, которые будто бы разрывали зубами, Майк еле отыскал несколько банок консервированной фасоли и суррогатной индейки. В холодильной камере обнаружилась пара пищевых контейнеров с пакетиками соуса и холодной картошкой-фри, а среди сухпайков — жалкие остатки какой-то смеси, уже покрывшейся белым налётом. По коридорам, раздуваемые ветерком от кондиционеров, подлетали обрывки каких-то бумаг, тряпки и пыль. Джейми поднял с пола смятую бейсболку с логотипом «Фэрримена», покрытую какой-то светло-серой коростой. Продемонстрировал её всем. — Думаю, я не один в который раз задаюсь вопросом: что за хрень тут произошла? — спокойно сказал он, но голос прозвучал хрипло: горло сдавил секундный спазм. — Что это за дрянь и, самое главное, где всё остальное тело, если осталась только бейсболка? Иен аккуратно взял у него кепку. Пощупал. — Похоже на застывшее молоко, — резюмировал он. — Но я бы провёл детальный анализ, чтобы сказать точно. Джейми ничего не ответил. Он присел на корточки и быстро просмотрел несколько листов, поднятых с пола. Похоже, это были оставшиеся документы из диспетчерской. На некоторых виднелись отпечатки подошв. На секунду Хикс увидел, как люди в панике убегают по коридору, вышвыривая ставшими бесполезными бумаги, спасаясь… От кого? Или от чего? Джейми совершенно не хотелось получить исчерпывающий ответ на этот вопрос. — Эй! — донёсся до них низкий голос Грейвса. — Я кое-что нашёл. Из камбуза вышел Майк и первым поспешил на зов. За ним последовали и Хикс с Иеном. Грейвс стоял посреди просторной комнаты. Порядка в ней было не больше, чем в коридоре и других помещениях, но к нему прибавился слабый запах лекарств, застеклённые шкафы, уставленные баночками с таблетками. Это явно был лазарет. Увидев на пороге Хэллерсона, Грейвс потряс пластиковой папкой, которую держал в руках. — Это история болезни одного из пассажиров лайнера, что прибыл сюда последним. Датировано двумя неделями тому назад. — Он был болен чем-то необычным? — слегка нетерпеливо осведомился Хэллерсон: ему не терпелось поскорее закончить с осмотром, прыгнуть в челнок и убраться с Харибды подальше. Обстановка покинутого людьми космопорта действовала на него угнетающе. Грейвс осклабился. — Более чем необычным, кэп. Тут есть парочка фотографий. Он кинул на стол два листа бумаги. Майк взял их, пролистнул. Его брови поползли вверх, он нахмурился и передал фотографии Иену и Хиксу. На них был запечатлен мужчина, навзничь лежащий на койке. Он был сфотографирован по пояс, поэтому была видна только белая майка и бледная кожа плеч. У мужчины были редкие светлые волосы и небольшая татуировка на плече. Что она изображала, осталось загадкой: снимок получился не очень чётким, будто фотографировали впопыхах. Лица мужчины разглядеть не удалось. И качество фотографии было тут не при чём. На нём, плотно обхватив голову суставчатыми ногами, сидело странное существо, похожее на краба. У существа был длинный отросток, похожий на хвост, которым оно обвивало шею мужчины, словно желая задушить его. — Матерь Божья! — вырвалось у Майка. — Что это такое?! — Меня больше волнует другое, — сумрачно сказал Джейми. Он с отвращением разглядывал фото. — Что случилось с этим чуваком потом. *** Эва стояла напротив монитора, на котором помаргивали трансляции с камер. Она наблюдала, как Хэллерсон с остальными переходит из помещения в помещение, но ничего особо интересного не происходило. Конечно, это было к лучшему, однако неуёмная журналистская натура не давала Эве покоя. Устав смотреть, как мужчины перемещаются по пустым отсекам в абсолютной тишине (звук камера не передавала), Коннорс обратилась к Саманте: — Хочешь мне немного помочь? Девушка подняла голову и улыбнулась уголками рта. Улыбка получилась отрешённой и вымученной. Они с Уэллером жались в углу диспетчерской. Когда отряд Хэллерсона покинул зал ожидания, Саманта начала дрожать, а Боб пожаловался Коннорс, что в опустевшем зале ему находиться страшно. Эва немедленно предложила всем собраться в диспетчерской; это предложение было встречено с нервной благодарностью. — Что нужно? — тихо спросила Саманта. Эва указала на монитор: — Наблюдай за камерами. Если заметишь что-то странное или непонятное, тут же зови меня. — А ты? — голос Саманты звучал еле-еле и настолько бесцветно, что у Коннорс возникла ассоциация с прозрачной рисовой бумагой. На первом свидании Генри пригласил её в ресторан, где меню было напечатано именно на такой… Коннорс сердито одёрнула себя и рывком вернулась в реальность. — Я хочу проверить кое-что. Договорились? Слабый кивок. Эве захотелось взять девушку за плечи и легонько встряхнуть, чтобы сбросить с неё это состояние, но она удержалась. Вместо этого просто ободряюще улыбнулась и отошла к остальным компьютерам. Один из них мигал, выплёвывая простыни зелёных строчек. Коннорс попыталась вчитаться в них, но не разобрала ничего в путанице букв, цифр и каких-то странных символов. Она решила оставить его Иену, благо, тот говорил, что запустил расшифровку данных на одной из машин. Видимо, как раз на этой. Второй компьютер вызвал у неё куда больший интерес. Когда она нажала на кнопку включения, он засиял приятным голубым светом и, утробно урча, высветил несколько рядов папок. Эва с любопытством склонилась над ним. Моргающая иконка в углу экрана показывала, что на нём уже запущена какая-то программа, ожидающая пользователя. Коннорс щёлкнула по ней. Перед ней появилась сводка всех прилётов и вылетов. Эва пролистнула её до самого конца и задумчиво уставилась на последнюю строчку. Она сообщала, что последний вылет с Харибды был зафиксирован две недели назад. И это был спасательный челнок. *** Они стояли вокруг Иена, не решаясь расходиться. Джейми вновь и вновь брал в руки фотографии из папки и разглядывал их, словно пытаясь разглядеть там что-то скрытое. Грейвс, насупившись, поглядывал на него, но ничего не говорил. Иен внимательно изучал историю болезни. — Что там? — наконец спросил Майк. Андроид покачал головой: — Не так уж и много информации. Здесь указано, что мужчину зовут Грэг Кейли, он прибыл сюда со станции с орбиты Тауруса, планеты из системы Альдебарана. Ему пятьдесят два года, он геолог. — Хрен с ним, с его занятием! — перебил Иена Хэллерсон. — Что это за штука у него на лице? — В этом-то и дело, сэр, — Иен постучал указательным пальцем по бумаге. — Здесь об этом ничего нет. Просто сказано, что спутники Кейли не сообщили эту информацию, поскольку сами не знали. Грэг уже был таким, когда лайнер совершил посадку в станционный шлюз. Майк запустил руки в волосы и тихо взвыл. — По-моему, всё просто и ясно, — хмыкнул Грейвс. Он вырвал из рук Хикса фотографии и потряс ими. — Они подцепили где-то в дороге эту хрень, не знали, что с ней делать, и дотянули до ближайшей станции. Всё. — Далеко не всё, — возразил Джейми. Он отошел в сторону от Грейвса, не делая попыток вернуть снимки. — Что случилось с этим Кейли потом? Вот в чём вопрос. И где, мать их, его спутники? Иен помахал папкой: — А вот тут начинается самое интересное. Это существо на лице мистера Кейли было живым, но на малейшие попытки снять его начинало душить носителя вот этим, — андроид показал на «хвост» существа. — Однако несмотря ни на что мистер Кейли был жив, хоть и в коме. Оно каким-то образом снабжало его кислородом. Хикс вполголоса выругался — от переизбытка чувств. — Потом что? — нетерпеливо спросил Хэллерсон. Иен обвёл взглядом всех присутствующих: — А потом оно отвалилось. Само. И сделал паузу. Все переглянулись; Майк подумал, что андроид явно питает слабость к театральным эффектам, как бы парадоксально это ни звучало. — Сюда прикреплён доклад медсестры, дежурившей в ту ночь, — продолжил Иен. — Она написала, что оно просто разжало хватку и упало на пол. Замертво. Секунду… Он вчитался в последние строки доклада и нахмурился: — Здесь сказано, что из соображений дезинфекции труп хотели утилизировать, но ничего не получилось. Как только целостность покрова существа была нарушена, полилась кислота, и сотрудник станции получил сильнейший ожог. — Чего-чего? — переспросил Хэллерсон, а Хикс в унисон с ним недоверчиво протянул: — Кислота? — Так здесь сказано, — ровным голосом откликнулся Иен. — Грёбаная хрень, — пробормотал Грейвс. Андроид не обратил на его слова внимания и вернулся к чтению: — После этого Грэг Кейли пришёл в себя. Он встал, попросил еды и… и всё. — В каком это смысле «всё»? — ошарашенно спросил Хэллерсон. — На этом история болезни заканчивается, — вежливо ответил Иен. Хикс пнул ближайший к нему шкаф. Синтетик поднял голову и вопросительно взглянул на него. — То есть, получается, что этот самый Кейли с друзьями сейчас тоже бродит где-то там? — молодой человек сделал неопределённый жест рукой. — И совершенно не понятно, что этобыла за штука у него на лице? Может, вообще какая-то таурусская хреновина? — Развитие жизни на Таурусе пока находится на уровне простейших, — отозвался андроид. Хэллерсон посмотрел на него и внезапно произнёс: — А как их вообще пропустил карантин станции? С таким-то сюрпризом на борту? — Не имею ни малейшего понятия, — пожал плечами Иен. — Они могли подать сигнал SOS, — подал голос Грейвс. — Могли сказать, что эта штука неопасна, или ещё что-нибудь наврать. Скорее всего, слишком хотели попасть ко врачу, вот и сочинили что-нибудь. Мне больше интересно, какого хрена эти разини со станции щёлкали клювом? Если эта чертовщина инопланетная, то даже за труп можно было бы выручить кучу денег! — Так иди, поройся в мусорке, Грейвс, — хмыкнул Хикс. — Вдруг ту штуку так и не выбросили, и тебе улыбнётся удача? Грейвс начал разворачиваться к нему с угрожающим видом, но Хэллерсон схватил его за рукав: — Тихо! Вы слышите? Они замерли. По коридору прошелестели тихие шаги. Кто-то, крадучись, прошёл мимо лазарета.