Куски стекла

Эва схватилась за цепочку на шее и стиснула кольцо. – Демоны? – тихо переспросила она. – Что он имел в виду? Помещение показалось ей слишком маленьким. Где-то совсем рядом почудился треск, словно стены пришли в движение и начали медленно сдвигаться. – Понятия не имею, – хмуро ответил Джейми. Он отряхнул руки и повернулся спиной к раковине, опершись на неё. – Надеюсь, он нам всё расскажет. Словно в ответ ему из-за плохо прикрытой двери донёсся надсадный кашель. Эва вздрогнула и представила, как незнакомец, чьего имени они пока не узнали, сгибается пополам, и его спина сотрясается от конвульсивных попыток откашляться. Новая мысль раскалённым ножом пронзила разум. Девушку бросило в жар, а потом обдало ледяным холодом; поражённая неожиданной догадкой, она резко подняла голову и уставилась на Хикса, чувствуя, как рот сам приоткрывается от изумления. Судя по его резко побледневшему лицу, осенило не только её. – Слушай, Хикс, – хрипло проговорила она. – Почему он всё время кашляет? – Понятия не имею... о-ох, мать твою! – фраза оборвалась на полуслове, превратившись в обречённый вой. Джейми запустил пальцы в волосы и принялся ожесточённо дёргать их. Потом поднял голову и посмотрел на Эву. Та вздрогнула: в глазах молодого человека горела жуткая смесь отчаяния и гнева. – Чтоб мне сдохнуть, Коннорс! – выдохнул Хикс. – Мы же с тобой оба были на "Эосе". Мы видели, чем заканчиваются прямые контакты с заражёнными. Почему никому из нас не пришло в голову изолировать этого чувака? Он запрокинул голову и принялся тереть глаза ладонями. – Особенно мне, – глухо пробормотал он. Кольцо в руках Эвы стало тяжёлым, как гиря, и она разжала пальцы. – Сейчас без толку рассуждать, – сказала она, невольно удивившись, как спокойно прозвучал её голос. – Если этот человек действительно болен, и болезнь передаётся по воздуху, мы уже заражены. Остаётся только надеяться, что это не так, и у него обычная простуда. – Тысячу баксов бы сейчас отдал за эту простуду, – вздохнул Джейми. – Ладно, по крайней мере, нам хватило ума не выйти за пределы станции в одних шапках вместо скафандров. Эва недоуменно посмотрела на него. Хикс слабо улыбнулся и вновь стал похож на себя. – Старая армейская байка, в учебке рассказывали на технике безопасности. Вроде, каким-то колонистам пришло в голову выйти из корабля на неизвестной планете в одних только шапках-ушанках. Сама понимаешь, прожили они недолго. Эта незатейливая история показалась Эве крайне смешной. Она рассмеялась, но смех получился какой-то странный: что-то среднее между плачем и истерическим воплем. Голова закружилась, и девушка была вынуждена схватиться за стену, чтобы не упасть. – Эй, эй, эй! – Джейми подскочил к ней и, схватив за плечи, удержал от падения. Легонько встряхнул и, дотронувшись до подбородка Эвы, заставил её посмотреть на него. На какой-то миг Коннорс показалось, что Хикс хочет поцеловать её, но мираж быстро развеялся. Молодой человек выдержал несколько секунд тишины, дав Эве отхохотаться и отдышаться после истерики, и веско сказал: – Всё будет хорошо, Коннорс, слышишь? Никто не заразен. Мы выберемся отсюда и уже через год даже не вспомним о Харибде. Поняла? Повтори! – Всё будет хорошо, – с трудом выдавила Эва, тяжело дыша. Глаза застилала пелена, но ощущение горячей ладони Джейми на плече и его уверенный голос постепенно возвращали в реальность и успокаивали. – Всё будет хорошо, – как заведённая повторила она, на сей раз – уже только для себя. Хикс кивнул и убрал руки: – Почаще вспоминай об этом. Он ошибался. Они оба ошибались. *** Кашель беспокоил его всё сильнее. Горло уже начало саднить, и он едва успевал дышать между приступами, которые становились только сильнее. Это простуда, только и всего. Самая обыкновенная простуда, он подхватил её, когда бродил по коридорам космопорта. Ничего другого и быть не может! Сердце колотилось как бешеное, но вместе с этим ему показалось, что в груди у него шевельнулось ещё что-то. Всего лишь на пару секунд, но от этого ощущения руки и ноги тут же заледенели. Будь у него на голове волосы, они бы немедленно встали бы дыбом. Перед глазами появился Грэг, бьющийся в агонии на больничной койке. Кровавые пятна, выплёскивающиеся на его майку. Страшный треск рёбер, которые разламывает нечто, прорывающееся изнутри. – Не-е-ет! Он не заметил, как произнёс – вернее, выкрикнул это в полный голос. И мгновенно получил пощёчину, огненной полосой впечатавшуюся в кожу. – Это не ответ на мой вопрос! – рявкнул грубый голос над ухом. Мужчина поднял голову. Часто заморгал, не понимая, что происходит. Увидел смутно знакомое лицо, словно вырубленное из камня, ёжик седых волос. Другие лица, будто плавающие вокруг в тумане. Точно. Тут другие люди. Он нашёл – они нашли его в камбузе. Что им от него надо? – Мистер Грейвс, я попрошу вас действовать аккуратнее! – сказал другой голос, но мужчина даже не стал смотреть, кто это был. Вспыхнуло секундное чувство острой ненависти к ним – таким беспечным и здоровым – и тут же сменилось презрительной жалостью. Они не знают, что их ждёт. Даже не догадываются. Они все тут обречены. – Твоё имя! – рявкнул Мистер Рубленое Лицо, которого назвали Грейвсом. Мужчина облизнул покрывшиеся жёсткой коростой губы. – Ларри. То есть, Лоуренс Уинтер. – Что здесь произошло, Уинтер? Ларри помедлил с ответом, пытаясь накопать что-нибудь в свалке памяти. Всё было перемешано так причудливо, что он и сам мог понять, что случилось в действительности, а что ему могло присниться или почудиться. – Я жду, Уинтер! – проревел Грейвс над ухом, и тот судорожно съёжился, пытаясь спастись от нового удара. – Мистер Грейвс! – Не лезьте, кэп! Вы же видите, этот придурок отказывается говорить, ну, ничего, у меня и не такие болтать начинали! Горящая от пощёчины щека ощутила движение воздуха – Грейвс вновь замахивался для удара. – Я скажу, – торопливо просипел Ларри, судорожно сглатывая и глубоко дыша, чтобы подавить новый приступ кашля. – Всё скажу! Только не бейте. Грейвс сощурился и отошёл на шаг назад, не спуская глаз с Уинтера. Коротко кивнул и велел: – Начинай. – Мы не знали, что так получится, – забормотал он. – Иначе никогда бы на это не подписались. Груз забрали, потом вылезла та хрень... – Что ты там мямлишь? – взъярился Грейвс и двинулся к Ларри, но капитан шагнул к нему и удержал, крепко стиснув за плечо. – Мне не нравятся ваши методы, Грейвс! – рявкнул он. – И мне надоело смотреть, как вы избиваете беззащитного человека! Или вы это прекратите, или я велю Иена запереть вас на «Идунн», там остались неповреждённые отсеки! Я не шучу! Грейвс смерил капитана тяжёлым взглядом и что-то пробурчал себе под нос, но Уинтер уже перестал фиксировать реальность. Его мысли унеслись далеко. «Идунн». Что это? Похоже на название корабля. Вроде бы они говорили, что прилетели сюда. Интересно, корабль на ходу? Если да, то у него появился шанс слинять из этой чёртовой дыры... – ...возьмите, – услышал он новый голос откуда-то издалека. Голос был куда мелодичнее грубого рыка Грейвса и тоже показался знакомым. – Возьмите, – повторил голос. Ларри заморгал и увидел бутылку с водой – прямо у себя под носом. Её протягивала ему темноволосая девушка. – Вам не повредит сейчас. Он еле кивнул и выхватил у неё бутылку. Поднёс к дрожащим губам и принялся жадно пить, давясь слишком большими глотками. Все молча наблюдали за ним. Девушка не стала отходить. А высокий парень за её спиной, дождавшись, пока он напьётся, вкрадчиво уточнил: – Значит, вы – с Тауруса? Прилетели на Харибду на лайнере две недели назад? – Точно так, – кивнул Ларри, косясь на всех. Вода придала ему сил, и даже кашель унялся. В голове прояснилось, и он слегка воспрял духом. – Вам знакомо имя Грэга Кейли? – задал следующий вопрос парень. – Мы нашли бумаги из лазарета. Там сказано, что он был геологом. – У вас отличная память, Хикс, – негромко сказал капитан, а Грейвс пробормотал себе что-то под нос. Уинтер медлил с ответом. Значит, они знают про Кейли. Интересно, о чём им ещё известно? Как бы это выяснить, да так, чтобы они не заподозрили, что он косвенно причастен ко всей той срани, что тут развернулась, и отвели на свой корабль. – Да, – осторожно ответил он. – Мы вместе летели с грузом. Сбились с курса, попали сюда и запросили экстренную посадку. От него не укрылось, как девушка нахмурилась. – Откуда вы летели? – спросила она, и её резко изменившийся тон совершенно не понравился Уинтеру. Так говорят копы на допросе. – И что у вас был за груз? Чёрт, он никогда не умел быстро соображать и выкручиваться! На счастье, накатил новый приступ кашля. Ларри наклонился вперёд и начал стучать себя по груди, деланно громко отхаркиваясь и отплёвываясь, чтобы протянуть время. Соображай, соображай, не тупи! – Это был самый обычный плановый рейс, – наконец заговорил он, стараясь, чтобы голос не дрожал, – на одну из планет в системе Дзета Сетки.Там поселение одной колонии. Мы забрали груз и направились обратно к Земле, но сбились с курса... Он сделал паузу и запрокинул голову, отправляя в рот остатки воды. Боковым зрением он напряжённо следил за всеми: поверили, нет? – Что это был за груз? – повторил высокий парень вслед за девушкой. Тут Уинтер решил сделать то, что у него всегда получалось лучше всего – уйти в несознанку. – Откуда я знаю? – хмуро буркнул он. – Мы погрузили пару ящиков к себе, подписали нужные бумаги и улетели. Потом случилась хрень с маршрутом, сам не знаю, почему мы сбились. Просто сбой навигационной системы... Не говорить же им, что вылазка на ту планету была тайной. И их должности по бумагам были липой. И обратный маршрут был умышленно проложен в обход всех известных путей. Заказчик очень настаивал на том, чтобы об их грузе никто не узнал, и готов был щедро доплатить за сохранение секретности. Харибда была запланированным пересадочным пунктом, ну, а на подлёте к ней уже и случилась та хрень. Он выдохнул и закончил: – ...вот так мы и оказались тут. *** Мужчина допил воду и резко ссутулился. Кашлять он перестал, лишь его голова едва заметно подёргивалась. – А что потом? – нетерпеливо спросил Майк. – Что произошло? Уинтер отвёл глаза, словно силясь что-то вспомнить. – Нам не повезло, – сиплым голосом проговорил он. – Мы понятия не имели, что перевозим, когда та штука вырвалась из яйца и прыгнула на Грэга. Перед глазами всех побывавших в лазарете тут же ярко вспыхнула картинка: лежащий навзничь человек и похожее на краба существо, вцепившееся ему в лицо. – Что за штука? – умоляюще пролепетала Саманта. Эва услышала в её голосе истерические нотки («Паника, Эви! Не допускай паники!»), быстро протянула руку к девушке и успокаивающе обняла за плечи. Правда, слова Уинтера режущим эхом отдались у неё в ушах. – Что ещё за штука? – сухо спросила она, сглотнув слюну. Все обернулись к ней, и даже Боб шумно заворочался где-то сзади, просыпаясь. Хикс хотел объяснить, но его опередил Грейвс. Он сделал шаг вперёд и повернулся ко всем лицом. – Мы нашли кое-какие фотографии в медицинском отсеке, – громко сказал он с жёсткой ухмылкой и поднял руки так, чтобы их все видели: Майк быстро очутился рядом с ним. – Не волнуйтесь, кэп, я намерен хорошо себя вести. Так вот, думаю, тем, кто их не видел, они понравятся. Там, как мы уже сейчас поняли, его приятель, а на лице у него – какая-то хрень. Видели осьминогов? В десять раз гаже. И вот я начал сейчас думать... Он сделал паузу и ткнул пальцем в сторону Уинтера. Тот даже не пошевелился, только посмотрел на Грейвса ненавидящими глазами. – Я начал думать, а не везли ли эти приятели что-то запрещённое? Какую-то контрабанду, инопланетную хрень, которая оставляет таких вот осьминогов на лице? Я прав, Уинтер? Просто в какой-то момент у вас всё пошло не по плану, верно? – Заткнись! – вдруг истошно заорал Ларри, и все в ужасе отшатнулись. Даже Грейвс качнулся назад. – Заткнись, идиот! Ты не знаешь, что мы тут все пережили! Да, мы не знали, что везём, но, клянусь, это была случайность, случайность, случайность! Если бы знали, никогда не взялись бы везти эту херню, но ящик был плохо сделан, он развалился, и мы увидели то чёртово яйцо... *** Невиданная ярость захлестнула его. Он уже не помнил себя, красная муть затопила глаза и поплыла оранжевыми разводами. Словно в лужу кетчупа уронили сырную палочку. Он орал и не мог остановиться. Внутри всё клокотало от дикой ненависти. – Кейли пошёл проверять, что случилось, и та хрень прыгнула на него, ясно вам?! Мы думали... думали, на Харибде помогут, их предупредили о нашем прилёте, сказали, чтобы помогли нам... потом был лазарет... Его вновь накрыл сильный приступ кашля, но он оказался коротким. Никто не пошевелился, пока он харкал слюной и корчился на столе. – Знаете, как это бывает? – просипел он, когда кашель утих. – Сначала тебе кажется, что с Грэгом всё хорошо, что та штука сдохла и сама отвалилась. Но потом раз! И в его груди дыра, а из неё лезет бледная тварь. Клянусь, большей мерзости я в жизни не видал, а ведь она ещё и шустрая, шустрая дрянь... Его прервал громкий крик, превратившийся в тонкий визг, взмывший к потолку. Это кричала светловолосая девушка, стоящая поодаль; та, вторая, что принесла Уинтеру воды, обнимала её и бормотала что-то бессмысленно-успокаивающее. Лоуренс ощутил прилив злорадного удовлетворения. Ну, ничего. Он им всё расскажет, всё, что помнит, потому что он всё это ощутил на своей шкуре, а эти – слабаки и тряпки с холёными мордами и притворным сочувствием! Как же он их ненавидит... – Пожалуйста! – не успокаивалась девушка. – Замолчите! Не надо больше! – Заткни её, Коннорс! – рявкнул Грейвс, и Ларри расплылся в блаженной улыбке. Впервые он был ему благодарен. – Эта дрянь быстро бегает, её не поймать. Она ищет темноту. Потом всё утихает, но ненадолго. Потому что из этой темноты появляется демон... Девушка вскрикнула в последний раз и с грохотом упала на пол. Кто-то кинулся к ней, но мужчина даже не посмотрел в её сторону. Потому что шевеление в груди стало настойчивее. Словно что-то там уже выросло и теперь ищет пути выхода наружу... – Не-е-ет! – теперь уже завопил Уинтер, осознав, что это не его воображение и не мираж. Это на самом деле. Ты ещё можешь убежать. Да, точно. Убежать. Найти исправный челнок. А эти придурки пусть сами расхлёбывают всё это дерьмо... Он попытался спрыгнуть со стола, но ноги, внезапно ставшие ватными, подкосились, и он повалился на пол. Грудь опалило адской болью. Что-то рвалось наружу, он чувствовал, как оно мечется, тыкаясь тупым носом во внутреннюю поверхность рёбер. Уинтер взвыл и выгнулся дугой, беспорядочно колотя руками по полу. Он сможет сбежать, он точно сможет сбежать, нужно просто перебороть это, перебороть, перебороть... А потом его грудная клетка с треском разломилась. *** Первые несколько секунд никто не реагировал. Все застыли, заворожённо глядя, как на груди Лоуренса расплёскиваются неаккуратные кровавые кляксы, как грудь вздымается, будто от разряда дефибриллятора. Как кожа натягивается до предела, обрисовывая какой-то продолговатый предмет, похожий на очень большой палец. Уинтер истошно кричит и мечется. «Палец» ходит ходуном, словно ища выход, и если сознание каждого чётко фиксирует происходящее, то разум просто отказывается в это верить. Потому что так не бывает. Никакие живые пальцы в груди людей не живут, это попросту ненормально. Затем грудная клетка с мерзким «крак!» трескается и расходится на две половины. Чуть позже Эва Коннорс сама для себя сравнит их с разломом Сан-Андреас – дурацкая журналистская привычка подбирать яркие эпитеты и метафоры даже в самой ненормальной ситуации. А уж ситуация была – ненормальней некуда. В воздухе тяжело запахло свежей кровью, но никто даже не шевельнулся в сторону мужчины. Люди стояли, впав в странное оцепенение, наблюдая, как из образовавшейся дыры вытягивается странное существо, похожее на небольшую бледно-жёлтую змейку, перемазанную кровью Уинтера. Змейка медленно развернулась и уставилась на всех... ...Вернее, им показалось, что уставилась. У неё не было даже намёка на глаза. Широкий лоб складкой нависал над небольшим ртом, который раскрылся, обнажив неожиданно хорошо сформированные зубы, и исторг пронзительный визг, похожий не то на скрежет мокрого пальца по стеклу, не то на предсмертную агонию свиньи на бойне. Этот звук вывел из оцепенения Грейвса. – Что это за грёбаная херня?! – взревел он и, подскочив к телу Уинтера, занёс ногу, как футболист, пробивающий пенальти, и со всего размаха саданул по непонятной змееобразной твари. Та заскрежетала-завизжала ещё громче и, неожиданно стремительно взметнувшись в воздух, вцепилась мужчине в ботинок. – Ах ты, сучье отродье! Грейвс, багровый от ярости, принялся изо всех сил трясти ногой, пытаясь сбросить мерзкую тварь, а потом, вспомнив о шокере, что до сих пор держал в руке, нажал кнопку и с удовольствием ткнул им в неё... и почувствовал дикую боль: в последнюю секунду тварь разжала зубы и свалилась на пол, и иглы шокера вонзились в ногу самого Грейвса. Тот взвыл и рухнул на пол, прямо в лужу сворачивающейся крови, мелко вздрагивая от полученного разряда. К нему тут же подбежал андроид. Он схватил его под мышками и хотел помочь встать, но Грейвс вырвался и повалился набок, не прекращая выкрикивать проклятия и грязно ругаться. «Змея» ринулась прочь, по направлению к туалету. Хикс бросился вбок, перегородив ей дорогу, но тварь стремглав проскользнула мимо него. Джейми шарахнул по ней шокером – уже более прицельно, чем Грейвс, но она вновь увернулась, не переставая визжать. – Она уходит! – рявкнул Хикс, отшвырнув шокер. – Коннорс, капитан, у вас же есть огнестрелка, сделайте что-нибудь! Эва с Майком переглянулись, словно только что проснувшись, и синхронно посмотрели на своё оружие. Хэллерсон, мысленно возблагодарив изобретателя дробовика, первый вскинул его и нажал на спусковой крючок. Выстрел оглушительным эхом прогрохотал под высоким потолком зала, и Майку показалось, что удирающая тварь дёрнулась. «Неужели попал?!» Вслед за его выстрелом прогремел ещё один, более глухой: Эва спустила курок, встав бок о бок с капитаном и прицелившись вслед «змее». На этот раз сомнений быть не могло: под аккомпанемент резкого скрипучего визга тварь подбросило в воздух и приложило об пол. Но она тут же подскочила и ужом юркнула в неплотно закрытую дверь туалета. – Твою мать, – выдохнула Эва, медленно опустив пистолет и вытирая лоб дрожащей рукой. – Что это вообще такое было? Майк Хэллерсон не ответил. Он стоял, оцепенев, вытянув перед собой дробовик. Рук он не чувствовал, они казались ему холодными и чужими, будто вытесанными из дерева. Когда перед ним появился Джейми, он дёрнулся, как от удара. – Что... что... – Слушайте, кэп, – сказал Хикс. – Дайте мне дробовик. Нельзя, чтобы эта штука ушла, а мы так и не поняли, что это была за херня. Услышав это, Грейвс перекатился на живот и попытался подняться, но ноги его не выдержали, и он рухнул обратно. – Не будьте идиотом, кэп! – яростно прохрипел он. – Не давайте Хиксу оружие! Майк бессмысленно посмотрел на Джейми, но дробовика из рук не выпустил. Хикс прошипел проклятие и повернулся к Коннорс, но та уже сама протягивала ему пистолет. – Держи. Не буду спрашивать, можно ли мне пойти с тобой. – И правильно сделаешь, – сухо ответил Джейми, проверяя обойму. Четыре патрона. Хоть это неплохо. – Я не хочу рисковать ничьей жизнью. Эй, Иен! – неожиданно громко крикнул он. – Ты мне нужен! Андроид немедленно вырос рядом с ним, будто только и ждал команды. Хэллерсон встряхнулся, будто сбрасывая с себя оцепенение, посмотрел на Иена, задумался на пару секунд и протянул ему дробовик. – Держи. Вам это понадобится, – тихо сказал он. – Благодарю вас, сэр, – невозмутимо отозвался синтетик. Джейми махнул рукой, приглашая его следовать за собой: – Пойдёшь вперёд, Иен? Как обычно? – Разумеется, – всё тем же тоном подтвердил Иен и двинулся в сторону туалета. Джейми направился следом, держа пистолет наготове. По пути он обернулся и, невесело усмехнувшись, сказал Эве: – Если встречу какого-нибудь демона, постараюсь договориться об интервью для тебя. Коннорс шутка не показалась смешной, но она заставила себя растянуть губы в вымученной улыбке. *** Иен шире распахнул дверь стволом дробовика и первый заглянул внутрь туалета. Помедлил немного, осматриваясь, потом подозвал Джейми: – Всё чисто. И... Мне кажется, вам стоит это видеть, сэр. Хикс немедленно подскочил к нему, протиснулся внутрь и тихо выругался. Дыра, которую он недавно проделал в стойке раковины, стала больше. Её края лохматились, словно змееподобная тварь остервенело обкусывала их, ломясь внутрь. Джейми сначала так и подумал, но, подойдя ближе и опустившись на корточки, понял, что одним обкусыванием дело не ограничилось. В одном месте пластмасса, из которой была сделала стойка(?), вспучилась и застыла пузырями, будто попав под огонь. – Что за... – пробормотал Джейми, протянул руку, чтобы дотронуться до этого места, и тут же отдёрнул её. Придвинулся ближе к стойке, но услышал голос Иена: – Позвольте мне, сэр. Если то существо пробралось туда, оно может кинуться. – Резонно, – признал Хикс и, поднявшись, пропустил андроида к раковине. Тот наклонился, просунул дробовик внутрь дыры и несколькими резкими движениями расширил её, чтобы впустить достаточно света. Джейми с интересом наблюдал за ним. – Скажи, Иен, а ты, случайно, не из серии военных андроидов? Те, что обычно летают с морской пехотой на задания? Иен пожал плечами – очень человеческое движение, невольно отметил Хикс: – Нет, сэр. Но во мне заложена программа действий в экстремальных ситуациях, и я быстро соображаю, что к чему. Взгляните. Там пусто. Джейми заглянул под раковину и процедил: – Вот чёрт! В тусклом свете виднелось переплетение труб, ведущих к крану и сливному отверстию. Пыль на трубах была смазана, словно кто-то – нетрудно догадаться, кто – протискивался сквозь них, чтобы добраться... До ещё одной дыры, чуть меньше той, что тварь проделала в стойке. Края дыры по-знакомому бугрились, а изнутри тянуло лёгким сквозняком. Джейми попытался разглядеть что-то внутри неё, но без толку: только непроглядная темнота. – Дерьмо, – едва слышно пробормотал он и подался назад, чтобы вылезти наружу. Когда он выпрямился, Иен тронул его за плечо и молча указал в сторону двери. От неё к раковине тянулся извилистый след – прерывистая, похожая на пунктир лента, выжженная в плитке пола. – Вот дерьмо! – уже громче повторил Хикс.