Многоликий

***

      Плечо всё ещё ныло. Этот новенький повёл себя крайне странно. Даже сейчас, придя с коллежа домой, Маринетт не оставлял вопрос, чего же хотел этот парень. Он долго пытался что-то сказать, акцент не давал различить и половины слов. Сначала было что-то про неё саму, потом про героев. Всё это время у него тряслись руки. А эта хватка, будто он пытался держаться за неё, чтобы не рухнуть. Возможно, он чем-то болел или был так смущён, что не смог выдать осмысленные предложения. Маринетт это было знакомо, как никому другому. Неужели Адриан ощущает себя также рядом с ней? Стоило об этом подумать, как стало жутко неловко. Но на сокрушения не было времени. Никто не отменял домашку и, самое главное, план поимки Многоликого.       Нужно было выманить его. Загнать в угол, обездвижить и забрать браслет. И ни в коем случае не допустить использование силы. Мастер говорил, что даже боится представить, какая участь постигнет этот мир, если она и Кот потеряют контроль. А если Многоликий доберётся до Бражника первым? С чем придётся иметь дело, когда в брошь вплетётся красная нить? Даже представлять было страшно. Маринетт потрясла головой, отгоняя жуткие образы. Но они не уходили. Одна картина возможных событий была ужаснее другой. Шальная мысль о том, что Кот был прав и стоило согласиться на сделку с Бражником, пролетела где-то на периферии сознания. — Вы справитесь, Маринетт. Я уверена, — поглаживая свою хозяйку по ладоням, закрывшим лицо, Тикки изо всех сил пыталась приободрить её. — Мне страшно, Тикки, — откровенно призналась девушка. — Это вполне нормально — испытывать страх. Но не позволяй ему затмить твой разум. — Что будет, если мы не справимся? — Вы справитесь. — А если нет? — Что будет с Парижем? Что будет с целым миром? — Кто знает, чего на самом деле хочет этот псих. — Вы не можете не справиться. — Мне бы твою уверенность. — Может, стоило согласиться на предложение Бражника? — Он мог обмануть вас. — Знаю, но сейчас мы все, владельцы камней, в большой опасности. Возможно, это и не был обман? — Маринетт? — Из-под люка показалась Алья. Тикки тут же спряталась за свою хозяйку. А Маринетт окинула подругу недоумённым взглядом. — Ты же сейчас должна быть с Нино. — Да, но у Нино появились другие планы. И я решила зайти к тебе. — Подруга вошла, закрыв за собой люк. — Мне показалось, что тебя что-то тревожит. — Есть немного. — Подвинувшись, уступая место на софе, Маринетт отвела взгляд. — Но это так, ничего особенного. — И всё же. — Настаивала Алья. — Маринетт, я ведь твоя лучшая подруга. А у подруг не должно быть секретов друг от друга. — У меня и нет секретов от тебя. — Повернувшись, Дюпен-Чен натянуто улыбнулась. — Ты знаешь обо мне больше, чем кто-либо. — На самом деле, я давно хотела с тобой поговорить. — И только сейчас Маринетт заметила, как потрясываются руки у подруги, особенно при жестикуляциях. — Ты постоянно исчезаешь. Не отвечаешь на звонки. И всё это происходит в момент нападения акум. Тебе не кажется это странным? — Что у тебя с руками? — Сложно было припомнить случай, когда такое могло быть. О болезнях они никогда не говорили. Да и Сезер никогда ни на что не жаловалась. — Маринетт, не переводи тему. Мы сейчас не о моих руках говорим, — что-то в её голосе было странным. Слишком небрежно и грубо. На Алью это не похоже. Может, что-то случилось у неё самой. — С тобой точно всё в порядке? — Переспросила Маринетт, пытаясь дотронуться до дрожащей ладони. — Маринетт! — Рука была резко одёрнута. А выражение лица подруги ни на шутку напугало. Такой злой гримасы она никогда не видела. Что-то было не так. — Да что с тобой такое? — Волнительно воскликнула Маринетт. — Со мной всё в порядке. А вот с тобой — нет, — лицо приняло привычное подозрительно — серьёзное выражение, а голос стал тише. — Да с чего ты взяла?       Разумеется, у Сезер были основания подозревать подругу. Её поведение со стороны действительно казалось странным. Особенно во время нападения акумы на город. Но как можно рассказать ей о геройстве? Только не сейчас. Не в тот момент, когда всем её близким угрожает серьёзная опасность. Ведь до сих пор неизвестно, знает ли Многоликий личность ЛедиБаг. Личность Кота он знает. Возможно, личность Бражника тоже. Пока он не узнал хотя бы одного, у героев будет козырь в рукаве. Только бы знать, есть он или нет. — Повторюсь. Ты постоянно исчезаешь. Не отвечаешь на звонки. И всё это происходит в момент нападения акум. — Я, просто боюсь всего этого. Ты же меня знаешь, — неловко начала оправдываться Дюпен-Чен. — И предпочитаю отсидеться где-нибудь. Подальше от всего происходящего. — Почему ты врёшь? — Снова этот грубый тон. — Я не вру тебе. — Хорошо, тогда скажи, где ты была во время нападения последней акумы? — Видимо, Алья решила именно сейчас докопаться до истины. И не собиралась отступать. — Я была в подсобке. — Но она была закрыта. — Правильно. Я там закрылась. — Но откуда у тебя ключ? — Я, его попросила. — И тебе, просто так, его дали? — Алья, я тебя не узнаю. — Конечно, подруга и раньше допытывалась. Но не так резко и грубо. Это было похоже на наезд. Слишком это было не похоже на Алью. — Ты сама не своя. — Ладно. Прости. — Подняв руки в сдающимся жесте, Сезер продолжила в привычной манере: — Возможно, я и перегнула. Но и ты меня пойми. Я — твоя лучшая подруга. И я переживаю за тебя. — Спасибо тебе за заботу. — Обняв подругу, Маринетт только сейчас поняла, что трясутся у Альи не только руки. И она сама. Вся. — Но я правда ничего не скрываю. — Лгунья. — Что?       Не успев даже отпрянуть, Маринетт оказалась на полу, заломанной в крепком захвате. Любые попытки узнать, в чём дело, оборачивались повторением одной и той же фразы: «Лгунья». Это была не Алья. Неужели её взял под контроль Многоликий… Или… «Здесь сказано, что у него есть способность брать на себя чужую личину». Слова Мастер Фу грохотом отдались в голове. Альи здесь не было. Это и есть сам Многоликий. Он узнал её личность. Но как? — Тикки, транс…       Попытка превратиться провалилась. Ей крепко зажали рот. Попытка вырваться — тоже. Хватка была очень сильной. Даже болезненной. Кусаться не выходило — этот псих, похоже, не чувствовал боли. Либо хорошо её игнорировал. Она в ловушке. И даже Кот ей сейчас не поможет. Ведь даже не знает, кто она в опасности. Отчаянный взгляд метнулся на Тикки, которая ничем не могла помочь. Любое её действие могло навредить Маринетт. Но обращённый в Алью противник не заметил её. Он не знает, где она. А значит она может позвать на помощь. Правда, это разрушит тайну личностей. Но, решив, что в ней теперь нет никакого смысла, квами ринулась к телефону, набирая номер Кота. Только бы ответ поступил быстрее, ведь Многоликий нацелился на серьги.

***

      Около особняка стояла машина скорой помощи, которую ранее вызвал Кот Нуар. Сам герой, незаметно проникнув в комнату, снял трансформацию и, ни сказав ни слова своему квами, а лишь бросив тому кусочек сыра, направился вниз, в холл, где Натали и отцу оказывали помощь. Он медленно спускался по лестнице под встревоженный взгляд Габриэля, который порывался к нему, но сильные руки врача крепко держали мужчину за плечо, не давая делать лишний движений. Натали лежала без сознания, двое других врачей готовили её к транспортировке. — Сынок, ты в порядке? — Как только Адриан подошёл, Габриэль тут же детально осмотрел его. — Пусть медики и тебя осмотрят. — Месье Агрест, пожалуйста, не шевелитесь, — строго сказал врач. — У вас, возможно, несколько переломов. Я схожу за креплениями. Чтобы вы могли доехать до больницы. — Со мной всё нормально, это просто ца… — Попытавшись встать, мужчина понял, что медик прав. Боль пронзила ногу и спину, выбивая воздух из груди. — Я вам что сказал?! — Врач встал и направился к выходу, попутно отслеживая, как на носилках уносят другую пострадавшую. — Сидите и не двигайтесь. Я сейчас вернусь. — Доктор, с ней всё будет хорошо? — Указывая на носилки, спросил Габриэль. — Увидим, — бросил врач, скрывшись за дверьми.       Наплевав на жуткую боль, мужчина подскочил, схватил за плечи стоящего рядом сына и посмотрел ему прямо в глаза. В них он увидел только немой вопрос, который, ясное дело, после случившегося, напрашивался сам собой. Не так он хотел рассказать о своей тайне. Не так он хотел объяснить, для чего ему всё это. Но ситуация требует того, чтобы он знал. Уверенность в том, что сын поймёт и не осудит ещё пару мгновений назад была непоколебима. Но сейчас, смотря в эти глаза, так похожие на глаза жены, начал сомневаться. В них смешались обида, укор, немой вопрос и злость. — Ты хотел поговорить. Я слушаю. — Думаю, ты уже всё понял, — оседая на пол, произнёс Габриэль. — Многоликий охотится за камнями. Единственная причина, по которой он напал на тебя — ты владелец камня. И это явно не серёжки ЛедиБаг. — И не кольцо Кота Нуара, — приметить это стоило, хотя бы для того, чтобы посмотреть реакцию сына. И она последовала — он сжал кольцо на пальце и отвернулся.       Адриан действительно даже сразу не подумал, зачем Многоликому мог понадобиться его отец. Эта мысль осенила только по дороге домой. А стоило встать ногами на пол комнаты, когда-то служившей ему самой настоящей тюрьмой, ответ сам пришёл в голову, выбивая этот самый пол из-под ног. Будто он спит. И всё это — один большой дурацкий сон, от которого его вот-вот разбудит живая и здоровая Натали, снова причитающая, что он забыл завести будильник. После которого он поговорит со здоровым отцом в целом кабинете. Но голос Натали не пронзал пространство, а в окна бил свет он синей проблескового маячка скорой. Ещё спускаясь вниз по лестнице, он до конца не верил. Но слова отца быстро развеяли остатки надежды. — Я до последнего гнал эти мысли прочь. Надеялся, что этот псих просто ошибся. — Я могу тебе всё объяснить, — рука мужчины попыталась ухватиться за сына, но тот небрежно скинул её. — Ты пытался меня убить, — холод от произнесённой сыном фразы заставил Габриэля неосознанно поёжиться. — Я не знал, что это ты, — рука снова попыталась достать хотя бы края ткани одежды, но Адриан сделал шаг в сторону. — А это что-то меняет? — Неужели он не понимает, что сама мысль о чей-то смерти — это ненормально? — Ты был готов пойти на всё, чтобы забрать у нас камни. Правильно говорила ЛедиБаг, ты бы снял их и с наших трупов. — Это всё ради твоей матери! — Крикнул Габриэль, больше не в силах скрывать эмоции. — А причём здесь моя мать? — Только сейчас Адриан обернулся. К его глазам были готовы вот-вот подступить слёзы. — Она здесь, и она…       Разговор прервал появившийся из неоткуда Плагг, державший в руках звонящий мобильный телефон. Он молча дал его своему хозяину, который тут же снял трубку, увидев имя звонящего. Но на той стороне трубки была слышна только возня и громкое «лгунья». Ещё невнятное мычание. И тоненький голос, который молил о помощи. ЛедиБаг была в опасности. Многоликий добрался и до неё. Нужно было срочно выручать напарницу. Но стоило квами героини назвать адрес, как Адриан выронил телефон. Осознание ударило в голову, казалось, буквально. Неверяще, он уставился в стену, не в силах принять сказанное. — Он пытается снять её серёжки! — Громкий тонкий голос из лежавшей на полу трубки отрезвил, заставив трансформироваться и выбежать за дверь, чуть не снося подошедшего врача.

***

      Появление Кота застало Многоликого врасплох. Серьги уже были в его руках. Оставалось только немного передохнуть — очередной приступ кашля не давал даже шага сделать. Жертва силы упиралась и кричала, но никто её не слышал. Желание нацепить на неё нить было непреодолимым. Но желание поскорее избавиться от этих серёжек было сильнее. Но сильный удар в спину, заставивший отпустить девушку, не дал шанса. Кашель напал с новой силой. Противник осыпал новыми ударами, стремясь не только выбить из рук серьги, но и снять браслет.       Он чувствовал, что был близок к своей цели, как никогда. Но был слишком самонадеян. И нетерпелив. Снова. Но он ещё не закончил. Один козырь в рукаве до сих пор грел кожу. Нужно только оказаться там вовремя. И тогда у жертв не останется выбора и им придётся отдать камни. И пожалеть о том, что они ими пользовались. Остатки сил позволили оттолкнуть мальчишку, а самому, вывалиться из открытого окна и исчезнуть. — Держи, моя Ле… — Кот осёкся, увидев перед собой Маринетт. Рука, взявшая серьги, дрогнула. — Спасибо, Кот, — а сама Маринетт, как ни в чём не бывало, забрала свой камень, возвращая и верную квами. — Твоя квами, она позвонила… — Я уже поняла. Спасибо тебе, Тикки. — Осторожно приобняв её, Дюпен-Чен только сейчас ощутила все последствия пережитого. Ноги подкосились. Приземление было мягким, потому что пришлось на софу. Голова пульсировала, руки и ноги ныли. Тело еле ощутимо трясло. — Даже не представляю, что бы этот псих сделал со мной и моими серьгами. — Всё уже позади, — присаживаясь рядом, Кот аккуратно приобнял напарницу, до конца не осознав, что именно она сейчас перед ним. — Нет, Котик. Всё ещё впереди. — Уверена произнесла девушка, стараясь унять эмоциональное напряжение и сосредоточиться. — Больше нельзя медлить. Нам пора начать исполнять наш план. Он зашёл слишком далеко. Мы теперь не можем доверять даже близким. Ведь они могут оказаться… — Даже не верится, всё это время, — парень смотрел и невольно тянулся рукой к её лицу, волосам, едва касаясь их. — Это была ты. — Ты, разочарован? — Забыв на мгновение, как дышать, Маринетт отпрянула, пряча взгляд. Не хотела она видеть его реакции. — Что? Нет. Совсем нет. Наоборот. — Он взял её за руки, вынуждая посмотреть на себя. — Я рад, что это именно ты. — Но я ведь совсем не такая, как… — глупость собственного вывода пришла слишком поздно, заставляя смутиться ещё сильнее. — Как ты сама? — Усмехнувшись, Кот крепко сжал подрагивающие девичьи плечи. — Моя Леди, ты — замечательная. И в костюме, и без него.       Эти яркие зелёные глаза смотрели с такой искренностью и любовью, что невольно в голове всплыл их поцелуй. Поцелуй, полный желания защищать друг друга, поддерживать и никогда не отпускать. Такие мысли будоражили. Казались невозможными. Она даже подумать не могла, что с ней сделает простое касание их губ. Такое отчаянное, но столь необходимое. Но поверить в то, что поцелуй с напарником заставил ощутить такую гамму эмоций, не позволяло сердце, выбивающее ритмом имя парня, при поцелуе с которым она и хотела ощущать всё это. А сам этот парень наконец понял, почему его милая одноклассница действительно потрясающая. И, вопреки замечанию Нино, она и есть его героиня. — У нас будет время всё это обсудить. Сейчас нужно действовать, — взяв себя в руки и смахнув наваждение, Маринетт встала. — И без тебя я никак не справлюсь. — Мой катаклизм к вашим услугам, — поднявшись следом, Кот отвесил шутливый поклон. — Что ж, рада это слышать, — улыбнувшись на такой жест, Маринетт шутливо присела в реверансе. — Если бы не травмы, которые нанёс Многоликий Бражнику, уверен, он бы тоже нам помог. — Кажется, мы это уже… — Сегодняшний день, видимо, решил окончательно добить героиню. Слова напарника дошли только сейчас. И вызвали кучу вопросов. — Погоди, как ты сказал? — Бражник — это Габриэль Агрест, — как гром среди ясного неба прозвучало это заявление. — Это, было так очевидно, — неверяще, но понимающе отозвалась Маринетт, задумавшись. — Я сразу даже не… — Я тоже, — кивнул Кот, поникнув на глазах. — Так, он сейчас, где? — Не придав этому значения, героиня неуверенно задала свой вопрос, прекрасно зная ответ. — Его увезут в больницу. С переломами.       Главный злодей Парижа всё время был у всех на виду. Буквально. Его работы, его бренд. Его лицо. Каждый в Париже знал его. Но только не знал, кем он являлся на самом деле. Затворник, нелюдимый, выходящий из дома только иногда. Окруживший сына чрезмерной заботой, потерявший жену. Картина злодея складывалась на глазах. И ужасала. Всё это время за ними гонялся её кумир… И отец Адриана. — А где Адриан? — Понимая, что следующей целью Многоликого может стать шантаж Габриэля через его сына, Маринетт в любую секунду была готова трансформироваться. — Ему может угрожать опасность. — Мне ничего не угрожает, Маринетт. — Сняв трансформацию, Адриан вновь отвесил шутливый поклон. — Я уже взрослый котик и вполне могу сам за себя постоять. — Но шутка не удалась. Напарница будто окаменела в немом шоке. — Привет.       Ноги держали Маринетт только на честном слове. Все слова вылетели из головы, оставляя только соотношение образов. Все ситуации, битвы, шутки, удачные и не очень, все подкаты и… поцелуй. Она целовалась с Адрианом Агрестом. Она ему нравится. На самом деле. И это не сон. А чистая правда. Даже узнав, кто под маской, он продолжал смотреть влюблённо. И продолжает. Даже сейчас, в неловком почёсывании затылка и скованной позе, она видит, как он переживает, что он ей не понравится. — Не такого напарника ты бы себе хотела, да? — Взгляд опустился вниз, стыдливо. Не хотелось видеть разочарование в глазах любимой девушки. — Чтобы больше я такого не слышала, — тонкие женские руки крепко обняли его. — Ты понял меня, Кот? — И её глаза смотрели на него уверенно, с любовью. — Как скажешь, моя Леди.       Румянец предательски выступил на щеках. Смотреть в глаза Адриана и видеть Нуара было чем-то невозможным. Но это было правдой. И, судя по его мягкой улыбке и блаженному взгляду, он видит её и ЛедиБаг. Одновременно. Всё это звучит в голове как одна большая глупость. Но это была реальность. В которой в неё был влюблён Адриан Агрест. И она была по уши влюблена в него. Его губы осторожно коснулись её ладони, заставляя встрепенуться, смутиться, отвернуться и вспомнить, что они вообще здесь делают. — Нам нужно спешить. — Трансформировавшись, ЛедиБаг была готова в любой момент направится в сторону особняка. — Твой отец всё ещё может быть в опасности, — замерев и не смея больше сделать шаг, Маринетт только сейчас поняла, что Бражник — отец Адриана. — Ты, как? — Повернувшись, она осторожно спросила, подмечая на его лице грустную улыбку. — Как ты и сказала, у нас будет время всё обсудить. Сейчас нужно действовать, — трансформировавшись, Кот приготовил свой жезл. — Ты прав. Нужно быть готовыми ко всему. — Даже к тому, что кто-то из нас может обезуметь?       Слова Мастера снова всплыли в памяти. Никто не знает, смогут ли они совладать с этим. И что будет, если не смогут. Кот прав, нужно понимать, что в любой момент они могут начать сражаться друг против друга. И чем закончиться это битва — неизвестно. Но конец её будет печальным. Эта древняя сила опасна. Им просто необходима защита. Иначе конец настанет всему. До конца непонятно, что на уме у Многоликого. И чего он хочет на самом деле. Но в живых он их не оставит. А сила камней в его руках уничтожит всё на своём пути. — Особенно к этому. — Нужно наведаться к Мастеру. Но времени нет. — Эта энергия, которую источает нить. Она защищает своего носителя. К нему не получится подобраться, чтобы снять предмет с нитью. Нам нужно что-то, способное разрушить защиту. — Верно замечено, ЛедиБаг, — неожиданно в комнате появился ещё один человек. — Мастер! — Радостно воскликнула Маринетт. — Мастер? — Удивлённо вторил Адриан. — Так это вы. — Как я и говорил, многие вещи остались неизученными. В том числе и шкатулка, хранившая браслет. — Убрав дно шкатулки, старик поймал в руку маленькие жемчужины. — Возьмите их и не в коем случае не отпускайте. Это поможет вам противостоять силе Многоликого.