Многоликий

***

      Адриан побледнел, стоило ему услышать, что машина скорой помощи с его отцом и Натали так и не вернулась с вызова. Что этот псих мог с ними сделать? Если уже не сделал. Многоликий знает все их личности. И он подобрался слишком близко к камням. Прямо на глазах сбывался худший сценарий, где их с ЛедиБаг буду шантажировать. Они не успели воплотить свой план, ведь надеялись, что хотя бы один козырь есть в их рукавах. Но там гулял лишь ветер, унося надежду на благополучный исход. А холодные жемчужины, крепко сжатые в ладони, не внушали уверенности. Пусть и Мастер уверял, что им ничего не угрожает. «Нам — ничего. А вот отцу и Натали.» Осторожное касание плеча от напарницы и ободряющая улыбка не исправили безнадёжной картины. — Мы обязательно справимся, — твёрдо повторяла всю дорогу до особняка Маринетт.       Особняк же встретил покинутой машиной скорой помощи, распахнутыми входными дверьми, разрушенным холлом и кабинетом, где никого не было. И огромной дырой под картиной матери, уходящей куда-то глубоко вниз. Плохое предчувствие снова дало о себе знать. Кот непроизвольно сглотнул, опасаясь того, что там увидит. Неоконченный разговор с отцом висел тяжёлым грузом на его плечах — это касалось мамы. Она не исчезала? И всё время была здесь? Тогда зачем было это скрывать? — Ловушка, — тихо произнесла ЛедиБаг, крепче сжав в своей руке заветные жемчужины. — Пора с этим заканчивать, — отбросив все мысли и страхи, герой взял себя в руки и прыгнул, готовый лицом к лицу встретиться с тем, что его ждёт внизу. Героиня последовала его примеру.       Огромное помещение, о котором Адриан никогда и ничего не знал, открылось его глазам. Единственный источник света сейчас был под самым потолком — окно, откуда светило закатное солнце. Мост, перекинутый через странную жидкость, на том его конце — куча растений. И Многоликий, окружённый совсем ослабевшим Габриэлем и бессознательной Натали. Но там было что-то ещё. Похожее на… гроб? Холод прошёлся по спине, вызывая мурашки. На мгновение ноги задеревенели, а глаза не могли оторваться от странного объекта, вокруг которого, не скрывая бурной радости, ходил этот псих. — О, вот и вы, — обратив внимание на новоприбывших, Виктор раскинул руки. — Мы только вас и ждём. Было бы неправильно, с моей стороны, упустить разворот такой драмы. — Сдавайся, Многоликий, ты не сможешь один противостоять нам. — А кто сказал, что я один? — Нога небрежно пнула в спину старшего Агреста, заставив того упасть на пол. — Смотри внимательнее, — он достал нить из браслета, — всего одно моё движение, что от этого дома не останется ничего, кроме груды камней. Впрочем, как и от этой милой барышни. — О чём он говорит? — Раздался эхом голос Кота. — Я хотел её спасти… — Начал было Габриэль, но был перебит. — Твой отец не смог принять истины. Он думал, что сможет вернуть твою мать к жизни. Но не знал, что это невозможно. — К жизни? — Глаза неверующе уставились на отца. — Что он несёт? — А рука была вот-вот готова наполниться силой разрушения. — Адриан, держи себя в руках, пожалуйста, — взяв напарника за плечо, тихо попросила ЛедиБаг, что сама до конца не понимала происходящего, но ей было важно, чтобы Кот не терял самообладания. — Кто хоть раз воспользовался проклятым талисманом — мертвец! — Вскрикнул Виктор, подбрасывая брошь Павлина и, дождавшись её падения, растоптал её. — Вот она — истинная сторона силы ваших чёртовых камней, — палец метнулся к капсуле, где лежало тело. — Вот то, что ждёт каждого из вас. Боль, безумие и смерть. — Это неправда, — выступила вперёд героиня. — Твой артефакт всего лишь повреждён. Поэтому ты и обречён. — Разве? — Смешок вышел громким и звонким, а дрожащие руки схватили ослабленного Габриэля за плечи, приподнимая. — Тогда скажи это ему, — кинув его вперёд, на обозрение героям, Многоликий продолжил: — Ему, кто хранил труп своей жены. Ему, кто был готов убить собственного сына, чтобы воскресить её. Скажи мне, что это не безумие. — Мама, — тихо произнёс Адриан, побледнев и остолбенев. Глаза метались от отца к телу матери, слёзы с каждой секундой подступали всё сильнее. К такому он не был готов. К такому невозможно подготовиться. Вся уверенность и стойкость исчезли, не оставляя ничего, кроме боли. — «Держись, Котик. Это тяжело, но ты должен», — героиня не могла произнести это вслух, боясь нарушить те остатки душевного равновесия, что ещё оставались в её напарнике. Ей даже думать не хотелось о том, что он сейчас испытывает, какие мысли у него в голове, и какая боль на сердце. — Я просто хотел, чтобы мы снова были вместе, — стыдливо опустив глаза, начал было Габриэль, но не смог больше ничего сказать.       Подавленный, слабый и разуверившийся в себе и своём плане, он держался из последних сил, чтобы не заплакать. Уверенность в том, что всё будет, как прежде, что он просто загадает желание, была растоптана, как брошь. Мысль о последствиях даже не затронула его разум. Хотя он прекрасно знал, на что способны камни. Это было глупо — думать, что всё будет хорошо и ничем не придётся пожертвовать. Адриан был прав, когда говорил, что Бражник снял бы камни с трупов героев, лишь бы получить желаемое. Но даже не мог себе представить, что одним из трупов будет его собственный сын, ради которого он и старался.       Эта тайна раскрылась для Адриана слишком болезненно, и он не может сконцентрироваться ни на чём, кроме неё. Слова отца о пропаже, запрет на посещение некоторых частей дома, в то время, как он был заперт в этом самом доме. Теперь пазл складывался. И от этого хотелось кричать. Но крик не выходил за пределы тела, а звонко отскакивал от внутренностей, замешивая какофонию, не дающую выбраться из осознания. Всё это время он жил во лжи вместе с помешанным отцом, который и не собирался поддерживать сына в столь трудное для их семьи время. Потому что, по его мнению, хотел всё исправить. И не важно, какой ценой. Он мог убить его. Любая их миссия по спасению города могла закончиться плачевно. Только отец этого не знал. Прошлое и настоящее обрушились гулкой лавиной, засыпая с ног до головы, и не давая шанса снова выбраться на свет. Что будет теперь? Можно ли вообще говорить, что у него осталась семья? Или всё, что осталось — это полуразрушенный особняк, как символ истинного лица семьи?       Понимая, что сейчас ей никто не помощник, ЛедиБаг, вспоминая наставления Мастера, решается сама уничтожить браслет. Жемчужины защитят от безумия. Главное — не разжимать ладонь. И не давать обвести себя. Пока Многоликий увлечён происходящим. Всё это безумие породила сила камней. Всю эту боль, эти страдания. Нужно покончить с этим. Вернуть талисманы Мастеру… И учиться жить заново. — Мне уже надоело, я просто теряю с вами время! — Вскричал Виктор, пытаясь успокоить дрожь в руках и теле. Он снова поднял Габриэля. — Я заставлю его использовать проклятый камень мотылька, он акумизирует вас двоих, и вы, не без помощи моих прекрасных нитей, уничтожите здесь всё, в том числе, и самих себя! — Кашель не дал продолжить, только теперь он был кровавым. Ладонь покраснела. Это его последний шанс. Времени больше нет. — Но я знаю, как порой манит сила, и как от неё тяжело отказаться, поэтому предлагаю компромисс, — он притянул к себе с пола растоптанный камень, — вы сами отдадите мне камни, и я обещаю, что я убью вас быстро.       Важно было принять правильное решение. В одиночку ЛедиБаг будет тяжело. Пусть Многоликий и страдает от последствий повреждённого артефакта, но слабее он пока от этого не стал. Времени нет. В любой момент он исполнит свою угрозу. Нужно что-то делать. Например, отвлечь его внимание, сбить с толку, чтобы в нужный момент сорвать этот чёртов браслет и разорвать его. Но древний артефакт просто так не уничтожить. Нужна сила разрушения. Ей нужен Кот. — Адриан, пожалуйста, мне нужна твоя помощь, — тихо обращаясь к застывшему напарнику, ЛедиБаг привела йо-йо в боевую готовность. — Без тебя браслет не будет уничтожен. И тогда мы все останемся здесь навсегда. — Но ответа не последовало. Кот по-прежнему неверующе смотрел на поникшего отца, бессознательную Натали и тело матери. Слёзы текли по его щекам, а ладонь ослабила хватку. — Кот, прошу тебя, возьми себя в руки. — Энергия уже начала ходить ходуном вокруг Многоликого и ещё не Бражника. — Нужно отвлечь его, тогда я заберу браслет. — Взгляд снова метнулся к напарнику, но тот не слушал, погружённый в себя. — Я даже не могу представить, какого тебе сейчас. Но обещаю, когда мы победим, я не оставлю тебя. Я помогу тебе пережить эту боль. Мы вместе пройдём через всё это, как и всегда. Только, пожалуйста, Кот, дай нам шанс. — Время вышло. Вы сделали свой выбор, — мгновение и Многоликий направляет свою силу на капсулу, но молния ударяет совсем рядом. — Превращайся, или в следующий раз я не промахнусь. — Нууру… — Начал было совсем подавленный Габриэль, но квами мгновенно возник перед его лицом. — Хозяин, пожалуйста, у вас не хватит сил на это, — причитания маленького существа, казалось, ещё больше злили Виктора. — Сопротивляйтесь, — крикнула ЛедиБаг, в одиночку бросаясь в атаку. — Удар йо-йо пришёлся точно по руке, заставляя Многоликого отпустить старшего Агреста, чтобы начать уклоняться. — О, героиня Парижа хочет первая испытать на себе мою силу, как благородно, — улыбаясь, Виктор уже отсоединил одну из нитей, готовый подселить её в серёжки, но удары молний, неожиданно, не проникали сквозь щит из йо-йо, они просто отскакивали от него. — Что?! — Прыжок в сторону, ближе к своей первой жертве. — Невозможно! — Даю тебе последний шанс, сдавайся, — уверенно заявила ЛедиБаг, надеясь, что Кот вот-вот будет на подхвате. — Я слишком долго ждал этого момента, и ты не остановишь меня, девчонка, — удар молнии теперь пришёлся чётко в стекло, лишая капсулу герметичности. — Эмили! — вскричал Габриэль, пытаясь подползти. — Превращайся! — Грозно скомандовал Многоликий, готовый следующим ударом испепелить тело. — Ты всё равно убьёшь нас всех, — грубо ответив, Габриэль осторожно коснулся руки своей жены. — Я не стану. — Станешь, — увернувшись от очередного удара героини, Виктор всё же подселил в брошь нить и стал дожидаться своего триумфа. — Сопротивляйтесь! — Крикнула героиня, изо всех сил пытаясь блокировать молнии и уворачиваться от ответных ударов. В одиночку она не заберёт этот чёртов браслет. Ей нужен Кот. — Адриан, ты мне нужен! — Точно, твой дружок, — хотел было Многоликий переместиться за спину к замершему герою, но ЛедиБаг встала на его пути, не давая пройти. — Не приближайся к нему! — Я не поддамся, — кряхтел тем временем Габриэль, изо всех оставшихся сил подавляя новые странные и болезненные ощущения. — Вы сможете, хозяин, — лепетал рядышком Нууру. — Не знаю, что там у тебя такое появилось, но не думай, что я не смогу обойти твою защиту, — попытка исчезнуть и напасть со спины провалилась. Только сейчас стало заметно лёгкое светлое свечение, от которого и отскакивают молнии. — Я обойду тебя! — Не выйдет! — Бросок йо-йо, и рука с браслетом надёжно завязана. — Это сильнее меня, — чуть ли не рыча произнёс старший Агрест, обратив внимание на сына, который так и не сдвинулся с места. Казалось, будто он и не дышит уже. — Но я продолжу бороться, насколько меня хватит. — Хозяин, — грустно прошептал Нууру. — Какой ты упёртый, — со злобой бросил Виктор, снова исчезая и оказываясь возле Габриэля, и со всей силы пнул его между лопаток. — Разрушь здесь всё! Всё, что тебе дорого! — Кот, ну же! — Кричала героиня, но герой по-прежнему не реагировал. — Я не сдамся, — повысил голос Габриэль, уже источая тёмные молнии. — Я не сдамся! Я не сдамся! Не сдамся! — Издав последний крик, мужчина направил всю свою новую силу куда-то наверх, разбив единственное окно. Осколки полетели на него, задевая. Но больше сила не действовала на него — под ногами валялась сломанная пополам брошь и тонкая красная нить возле неё. А тело окончательно потеряло силы, падая на пол. — Он смог, сам, — удивлённо произнесла ЛедиБаг. — Мою силу невозможно преодолеть, никто не мог этого сделать! — Начал беситься Многоликий, понимая, что он слишком долго исполнял свой план и сила понемногу начала покидать его. — Ничего, я ещё не закончил, — прорычав, он снова исчез и оказался за спиной всё ещё застывшегося на месте Кота. — Адриан! — в унисон закричали Маринетт и Габриэль.       Но Виктор мгновенно направил нить на кольцо Кота, которое тут же поглотило её. Тоже самое Многоликий попытался сделать и с ЛедиБаг, но та уверенно оборонялась, не позволяя приблизиться к себе. Взгляд не сходил с напарника, что теперь смотрел не на капсулу, а в пол. И настоящий ужас пронзил героиню, когда та поняла, что Кот разжал ладонь. Послышались кряхтения и рычания, голову взяли в тиски руки, показались сильно сжатые зубы, а тело начинало трясти. — Что ты наделал?! — В истерике ЛедиБаг осыпала ударами йо-йо противника, не сдерживая слёз и криков. — Что я наделал? — Тихо произнёс Габриэль, спрятав лицо в руках.       Но стоило напарнице в какой-то момент битвы приблизиться к напарнику, чтобы попытаться снять его кольцо, как он подмигнул ей, указывая на карман и давая шанс ей исполнить их план, когда Многоликий будет, наконец, отвлечён. Поистине актёрский крик Кота обратил на себя внимание, вынудив Виктора отпрыгнуть подальше и наблюдать за обретением новой силы. Но герой, неожиданно, наступал на него самого, заставляя пятиться и потерять бдительность. С помощью ловкости рук и быстрых движений, героиня срывает злосчастный браслет и тот прямо в её руках рассыпается в песок. «Он был неисправен, как и говорил Мастер» — пролетела мысль в голове Маринетт.       Но Многоликий, почему-то, не начал терять своих сил. Он только удивлённо смотрел на собственное запястье, где секунду назад был артефакт, и продолжал источать эту странную силу, которая с каждой секундой всё нарастала, разрушая мост и его перекрытия. Послышались еле различимые смешки, которые уже через мгновение переросли в неконтролируемый истерический смех, заставляющий трястись всё тело. В порыве отчаяния Виктор стал буквально раздирать собственную руку ногтями, будто это могло помочь вернуть браслет. Но тут его взгляд переметнулся на героев, он оскалился и воспарил, источая тёмные молнии, что теперь крушили и стены с потолком. — Какие же вы глупцы! — Крикнул Многоликий и волна силы сбила напарников с ног. — Вы не ведаете, что творите! Эта сила — опасна! Она убьёт всех — вас и ваших близких! — Ещё одна волна, сильнее предыдущей, жемчужины и блоки из оружий помогли Коту и ЛедиБаг, но задели Габриэля, что издал крик. — Я знаю, о чём говорю. Но вы ничего не понимаете. — Его голос стал тише, и он рухнул на колени, заливаясь внезапным рыданием. — Эти чёртовы камни, — на вытянутой руке показались остатки броши, — они забрали у меня всё. Всё, что мне было дорого. Я так хотел предупредить их, но они, как и вы, не слушали. — Удар руками об пол образовал две неглубокие воронки. С потолка что-то посыпалось. — Они хотели силы, хотели власти, хотели создать собственный мир. И за это отдали свои тела, разумы и души. — Виктор сильно сжал рубашку под плащом в районе сердца. — А я мог только стоять и смотреть. Смотреть, как мои родные и близкие сходят с ума и медленно умирают от неизвестных болезней. А эти чёртовы монахи только разводят руками и предлагают мне жизнь, которой я никогда не желал. Неужели они думали, что быть послушником в храме значит тоже самое, что вернуть тех, кто были мне дороги? — Очередной удар об пол, и палец уверенно показывает на капсулу. — Смерть не жалеет никого. И если она сомкнула руки на твоём горле, то у тебя нет шанса. У них его тоже не было. — Плащ сильнее запахнулся. — Но я терпеливо учился и ждал, когда эти старые дураки потеряют бдительность, и я смогу уничтожить всё это. В тот момент, когда я украл браслет, разгорелся пожар. Спасибо этому парнишке, Ван Фу. Он оказал мне самую большую услугу. Сам того не зная, — ЛедиБаг на это заявление удивилась, Кот непонимающе посмотрел на неё, а Габриэль не спускал взгляда с тела жены. — Но вот эти проклятые камни снова откуда-то всплыли. И снова кучка идиотов, вроде вас, возомнила себя сверхлюдьми. Думаете, вы сможете вершить судьбы? Ничего подобного! Кхе-кхе! — Рука метнулась ко рту, прикрывая его в приступе кашля. — Я — единственный, кхе-кхе, кто знает правду. И я, кхе, — единственный, кхе, кто может, кхе, остановить вас. Я не пожалею себя, кхе-кхе. И исполню своё заветное желание — уничтожить камни и их владельцев.       Пока герои безмолвно стояли и не знали, что теперь делать, ведь браслет уничтожен, Габриэль попытался встать, но безуспешно. Просьба к Нууру всё же превратить его в Бражника, чтобы унести отсюда Эмили, не дала результата — квами лишь сказал, что это невозможно, что талисман сильно повреждён. Отчаянно ударив кулаками об пол, мужчина зарычал. Только сейчас он понял, что так же безумен, как и Виктор. Они оба потеряли близких из-за силы камней. И оба пошли не тем путём, потому что не смогли смириться с утратой. «Смерть не жалеет никого. И если она сомкнула руки на твоём горле, то у тебя нет шанса» — эти слова эхом звучали в ушах, вызывая дрожь. Габриэль вновь окинул взглядом капсулу, бессознательную Натали, обручальное кольцо на пальце. И заплакал. Сколько же ошибок он совершил, сколько горя и боли принёс совершенно ни в чём не повинным людям? Едва не убил одного дорогого человека, чтобы вернуть второго. Сила камней действительно способна сделать из человека безумца. Но он не безумец, а самое настоящее чудовище. Ему уже вряд ли удастся что-то исправить, но, всё же, он может сделать то, что обещал героям — помочь. И пусть это будет последнее, что он сделает в своей жизни. Но этот поступок будет поистине правильным. — Прости меня, Эмили, — осторожно касаясь капсулы, Габриэль утёр слёзы и, собрав последние силы, смог встать на ноги, сделать несколько широких шагов и напасть на Многоликого со спины. — Старый дурень, ты свой выбор уже сделал, — со второй попытки скинув неуёмного со своей спины, Виктор поправил плащ, в то время как старший Агрест получил серьёзные ожоги, — сиди тихо, и жди своей участи. — Отец! — Адриан бросился вперёд, но нарвался на Многоликого, который, кажется, только сейчас понял, что герой не под его силой. — Я не знаю, как это вам удалось, — мощные удары посыпались на Кота, — но долго это вас спасать не сможет.       Ошарашенная таким поступком ЛедиБаг не знала, что теперь делать и как справиться с Многоликим. От браслета осталась труха, давно разнесённая по пространству. Но сила противника не ослабевала, а, казалось, наоборот. Вызвав супер-шанс, девушка поймала в руки ткань, похожую на плащовку. И её осенило. — Кот, плащ! — Крикнула героиня, подскочив к Габриэлю и защищая его от рикошетов молний своим йо-йо.       И напарник, кивнув, обходит Многоликого, пытаясь запутать того гибкими манёврами, и, неожиданно выскакивая из-за его спины, применяет катаклизм на плаще. И тот мгновенно рассыпается в труху. И Виктор, резко теряя свои силы, оседает на пол, заходясь в конвульсиях. Смотреть на такое было страшно. ЛедиБаг отвернулась, наблюдая за выглядящим ничуть не лучше Габриэлем. А Кот хладнокровно стоял над побеждённым, кажется, готовый применить катаклизм вновь. Но рука лишь плотно сжалась в кулак, а взор устремился к телу матери.       С потолка продолжало что-то сыпаться, послышался треск конструкций, гул из стен и мощный треск откуда-то сверху. Пришедшая в себя Натали с трудом поднялась на ноги, совсем не понимая, как она здесь оказалось и что же произошло, и только приметила всех присутствующих, как гулкий треск повторился, только громче. Несколько раз споткнувшись о собственные ноги из-за головокружения и слабости, женщина подошла к разбитой капсуле. — Она мертва, верно? — Только и успел спросить подоспевший Кот, как послышался ещё один треск, после которого сверху упало что-то очень большое. — Нам нужно уходить, — твёрдо заявила Натали, безуспешно пытаясь достать тело. — Я сам, — осторожно отодвинув помощницу за плечо, герой сам взял на руки тело матери. — Цепляйтесь за мою спину. — А вы, держитесь за меня, — подавая руку своему бывшему врагу, ЛедиБаг ещё сама до конца не понимала, что именно сейчас делает. — Спасибо, ЛедиБаг, — лишь тихо отозвался Габриэль, принимая руку. — А как же он? — спросил Кот, указывая головой на продолжающего трястись Виктора. — Мастер говорил, что ему уже не помочь, — с грустью заявила героиня, бросив последний взгляд на побеждённого. — Я за тобой.       Герои успешно выбираются из обрушающегося здания через разбитое окно, а сам особняк, спустя несколько секунд, разрушается прямо на глазах, как карточный домик. Пыль ещё несколько минут оседала по пространству вокруг бывшего дома, а вдалеке уже слышались сирены. Кот, всё ещё держа тело матери, кажется, окончательно всё осознал — всё, наконец, закончилось. Они победили Многоликого. И похоронили прошлое под руинами этого чёртового особняка. Взгляд метнулся к отцу, сильно опирающемуся на героиню — весь в ожогах, ранах, порезах, он сам едва ли походил на живого. Сколько же у Адриана к нему вопросов. Но у них будет достаточно времени, чтобы поговорить. Возможно, расскажи отец всё с самого начала, то всего этого сейчас бы не было. Сможет ли он его простить? Снова посмотрев на тело матери и едва сдержав слёзы, Адриан понял, что это будет тяжело. — Мы справились, — отозвалась ЛедиБаг, вымученно улыбаясь. — Да, справились, — грустно проговорил Кот, обратив внимание на кого-то, кто приближался к ним из облака ещё не осевшей пыли. — Мастер?! — Вскрикнула героиня, понимая, что старик тащит всё ещё трясущегося Виктора. — Зачем вы… — Нам многое придётся обсудить, — уверенно начал Мастер под шум приблизившихся сирен.