Не смей в него влюбляться

Утром с трудом просыпаюсь, но понимаю, что нужно встать, ведь моя дорогая кузина Аннабель отправляется в путь уже сегодня, и я должна проводить её. Как только я оказываюсь полностью готова, спускаюсь вниз к завтраку. В столовой меня уже ждёт Деймон. Не смотря ему в глаза, сажусь за стол. Приступаем к трапезе в полном молчании. — Деймон, а где твой брат? — спрашиваю я, а мой супруг замирает на мгновение. — Я не знаю, — выдавливает он из себя. — Что это значит? — я была в полном недоумении. — Мой брат пропал, — он сказал это надрывающимся голосом. У меня внутри что-то перевернулось. — В нашем доме был приём. Я тогда был на войне, знаю это со слов матери. После этого приёма Стефан исчез. Его искали повсюду, но ничего не нашли. Отец запрещает нам об этом говорить, а мама потакает ему. Всегда так делала. Он для неё всё, гораздо дороже нас с братом. Не знаю в чём причина, но отец никогда не был благосклонен к Стефану. Я не чувствовал, что он любит его, — Деймон замолкает на некоторое время, спрятав голову в руки, стоящие на столе. — Стефан был для меня всем. Это мучительно: не знать, где он, что с ним произошло. Вернувшись с войны, я возобновил поиски, но всё тщетно. Его не могут найти, Елена. Я остался один, — на этих словах он вцепляется в мою руку, а в его глазах я вижу столько боли, что вдруг мне хочется забрать её всю. До последней капли. Не понимая, что творю, я легко прикоснулась губами к щеке Деймона. — Ты не один, — прошептала я и залилась румянцем. Он удивлённо посмотрел на меня, а затем крепче сжал мою руку. Мы просидели так какое-то время, а потом, решив, что ни один из нас не голоден, отправились к карете. — Не думала, что ты захочешь поехать со мной, — сказала я Деймону, когда наш экипаж был на пути в мой старый дом, на что мужчина лишь ухмыльнулся. Когда мы прибыли, моя дорогая кузина и её семья уже были готовы. Мы попрощались с ними, условившись, что будем писать друг другу. Аннабель обещала посетить нас ещё раз в скором времени. Было грустно смотреть на то, как она уезжает, но ничего не поделать. Зато моя сестра, кажется, была очень даже рада отъезду Аннабель. — Миссис Гилберт, вы позволите мне пообщаться с Кэтрин наедине? Мы бы прогулялись, — говорит Энзо матушке. Я вижу, что она замялась, но тут вдруг вмешался Деймон: — Миссис Гилберт, дайте им возможность узнать друг друга. Это пойдёт лишь на пользу. — Хорошо, отправляйтесь, — сдаётся мама. — Мистер Сальваторе, Елена, быть может, вы останетесь на обед? — Не думаю, что это хорошая идея, миссис Гилберт. Мне нужно к отцу, дела не терпят отлагательств, — говорит муж, прижимая меня к себе. — Елена, ты вернёшься домой или останешься здесь? На самом деле, я хотела вернуться обратно, но, увидев лицо матушки, решила остаться. Когда все разъехались, мы с мамой вышли в сад. Служанки подали нам чай, и мы начали разговор. — Как ваши дела с Деймоном? Ты не огорчаешь его, надеюсь? — Матушка, чем же я могу его огорчить? Теперь я в его власти, сопротивляться бесполезно. Вы получили, что хотели. Отныне Ваше положение улучшилось, думаю, это всё, что Вам было нужно. Одна Ваша дочь уже удачно выдана замуж, теперь вторую ждёт та же участь. Но самое главное — хорошо Вам, не так ли? Вы счастливы? — Всё, что я делаю, я делаю ради вас с сестрой, — произнесла мама с ледяным выражением лица. — Вам не жаль Кэтрин? — вопрошаю я, ставя чашку на небольшой плетёный белый садовый столик. — Кэтрин совсем не против этого брака. Она не устраивала мне сцен, в отличие от тебя. Наверное, мне следовало выдать замуж за Деймона её, а не тебя, — когда мама произнесла эти слова, я до ужаса разозлилась. Не знаю, почему, но я даже представлять не хотела, что Деймон мог быть мужем Кэтрин. Видимо, это ревность. — Знаете, мама, мне, наверное, пора, — говорю я, вставая с кресла. Матушка даже не провожает меня. Я прибываю в особняк, и моментально оказываюсь в нашей комнате. Не могу успокоиться, и всё из-за слов мамы. Со злости сталкиваю вазу, стоящую на комоде. Она разбивается вдребезги, а мне становится легче. Немного погодя злость уходит совсем. Остаток дня провожу за чтением книги в библиотеке. Когда Деймон возвращается, садимся с ним ужинать. Мэри-Луиза подаёт нам тарелки с пищей, при этом одаривая меня ненавидящим взглядом. Тут я не выдерживаю: — Что-то не так? — осведомляюсь я, сердито смотря на неё. — Простите? — наигранный непонимающий взгляд. — Ты смотришь на меня так, словно я твой главный враг, что совершенно необоснованно. Если тебя что-то тревожит, скажи мне, потому что если ты не перестанешь бросать на меня эти непонятные взгляды, вылетишь отсюда, уж поверь! — Елена, Вы… — начинает она, но я взрываюсь новой порцией гнева, не дав ей закончить. — Миссис Сальваторе! Запомни это! — говорю я, указывая ножом в её сторону. Даже не заметила, как схватила его. — Хорошо, миссис Сальваторе. Не думаю, что Вы можете выгнать меня, ведь хозяин здесь мистер Сальваторе, не вы. — Мэри-Луиза, убирайся на кухню. И впредь не смей так разговаривать с моей женой. Она такая же хозяйка, как и я. Если она захочет, ты прямо сейчас исчезнешь, поэтому лучше извинись перед ней, — ледяным голосом произносит Деймон. — Извинись, я сказал! — вскрикнул он. — Простите меня, миссис Сальваторе, — говорит она со слезами на глазах, а затем спешно покидает столовую. — Ну и что на тебя нашло? — спросил мой муж, когда мы остались наедине. — Если бы у тебя была возможность выбрать, ты бы женился на мне или на Кэтрин? — Деймон опешил, но затем взял себя в руки. — У меня была возможность выбирать. Тогда, на балу, в день нашей встречи. Ты понравилась мне больше, — он сказал это, и мне стало легче. Рука Деймона накрывает мою. — С чего вдруг такие вопросы? — Я говорила с мамой, и она сказала, что нужно было выдать за тебя Кэтрин, а не меня. Я так разозлилась, а затем уехала, — произнесла я, опуская глаза. — Ты что же, ревнуешь меня? — озорно улыбнулся Деймон. — Нет, я не ревную! — вскрикнула я, убрав свою руку из-под его. Мужчина негромко засмеялся и приступил к еде, я последовала его примеру. А ведь он прав: я ревную. За эти дни я ни разу не вспомнила об Уилле. Мои чувства к нему прошли. Окончательно. На следующий день Деймон снова уезжает к отцу, и я остаюсь одна. Занимаюсь делами по дому, а затем сажусь за книгу. После обеда меня посещает матушка Деймона, и мы, удобно устроившись в гостиной, пьём чудный фруктовый чай. Ароматом наполняется вся комната. — Посещай нас чаще, Елена. Тебе, верно, скучно здесь одной? — Бывает иногда, ведь Деймон так занят. Вот, например, вчера, после отъезда моих родственников Деймон уехал к отцу и вернулся лишь вечером. Было немного пусто, поэтому я с радостью приму Ваше предложение, — учтиво улыбаюсь я. — Ты что-то путаешь, Елена. Деймона вчера не было у нас, — удивлённо говорит миссис Сальваторе. Я теряюсь на время, но затем беру себя в руки. — Да, вы правы, наверно, что-то напутала, — снова улыбаюсь, но уже наигранно. После отъезда Лили не могу найти себе места. Деймон обманул меня. Обманул! Мне нужно выяснить, что произошло. Когда мой муж переступает порог дома, я хватаю его за руку и веду в нашу комнату. Заходим внутрь, и я запираю дверь. Дышу часто. — Где ты вчера был? — тихо спрашиваю я. — Что происходит, Елена? — поражается мужчина. — Я знаю, что ты не был вчера у отца. Я говорила с твоей мамой. Где ты был, Деймон? — спрашивая, поднимаю глаза на него и смотрю прямо, не двигаясь. — Елена, я поехал к отцу, но потом вспомнил об одном важном деле, что он мне поручил, поэтому отправился его выполнять, — спокойно говорит Деймон. — Я должна поверить? — Не должна, — тихо произносит Деймон, надвигаясь на меня, прижимая тем самым к двери. — Но хочешь, — я задыхаюсь, когда он это произносит. Правая рука Деймона находится на уровне моей головы, а левая покоится на моей талии. — Скажи, если не веришь. Просто скажи, — шепчет он. Я сдаюсь. Безоговорочно. С этого дня проходит чуть меньше месяца. Сегодня день свадьбы Кэтрин. Мы находимся в нашем фамильном доме. Сестра весела и непринуждённа, как и всегда. Рядом с ней сейчас находится Кэролайн Форбс — светловолосая девушка с изумрудными глазами из знатной семьи. Они стали подругами за это время. На вечере скучно, и я спасаюсь лишь компанией Деймона. С ним за этот месяц мы немного сблизились, но скорее в бытовых вопросах, и я понимаю, что на самом деле между нами всё ещё пропасть. Самое скверное — я хочу её преодолеть, ведь понимаю, что что-то чувствую к нему.