Код

      Романов — бабень, которая точно знает чего или кого хочет. Ещё ей известно множество способов для получения желаемого. Они трахаются на очередном совместном задании, пока Уилсон и Роджерс выводят освобожденных заложников из главного здания банка.       Барнс видит хитрые огоньки в глазах Наташи после того, как чуть восстановив дыхание отстраняется и заправляет неприятно-липкий от выделений член. Зимнему нет дела до причин, по которым Романов затянула с «случайным» соблазнением.       — Что, даже не спросишь, понравилось ли мне? — усмехается она, поправляя волосы. Барнсу не интересен спектр пережитых ей эмоций. За свою молодость, которая проходила во время второй мировой, он достаточно поднаторел в понимании женского поведения во время секса, потому для него не было тайной, что Романов не стесняется в выражении чувств, делает это натурально. Он искоса смотрит на её пухлые губы и небрежно усмехается. Женщина растягивает губы в довольной ухмылке, а значит, зачёт по показательному заигрыванию он сдал.       У Барнса боль зудит в отсутствующей руке. Фантомные ощущения — как сказал бы любой заумный докторишка, деловито поправляя очки. Не может болеть, чесаться и ныть то, чего нет. Зимний думает об этом всю дорогу до штабного офиса, игнорируя, скорее по занятости, игривые немногозначные взгляды Наташи в его сторону.       Девчонка уже неделю в доме отчима и сегодня её нужно забирать. Он уже придумал, как заберет Школьницу, все же чувствуя себя последним мудаком, предвкушает её слёзы.       Это было что-то вроде помешательства. Барнс любил их встречи, и не важно, кто уходил. Возвращаясь в его квартиру, они, подобно псам, зализывали друг другу раны, даря покой.       Далеко не сразу Зимний перенял у девчонки привычку безапелляционно требовать обнажать ссадины, порезы, а иногда и наспех обработанные пулевые ранения.       Школьницы не оказалось в уже знакомому подвале. Даже дом был пуст. Зато, исследуя комнаты, он напоролся на спальню девчонки. Там не было почти ничего типичного для девиц её возраста. Ни розовых стен, ни навешанных всюду сердец и цветочков, ни плакатов со знаменитостями. Обстановка напоминала скорее комнату состоявшейся женщины: выдержанная, преимущественно в тонах тёмного дерева спальня была аккуратно прибрана, а на письменном столе, лежавшая не на месте ручка, бросилась в глаза.       Барнс вернулся в квартиру с решимостью на завтра ехать к школе.       — О-ох, у тебя так глаза теплотой загораются, когда ты смотришь на него. Смотри не влюбись.       — Будто в этом есть смысл.       Зимний оборачивается на знакомые девичьи голоса, ожидая девчонку у школы.       — Подожди, — хватает за плечо девчонку Кристен. — Ты же не серьёзно? Лис, он инвалид и моральный урод, таких нельзя любить, потому что они не способны давать свою любовь взамен.       — Я думала об этом. — говорит Школьница, глядя ему в глаза.       — У тебя слишком развито сострадание, моя дорогая. — качает головой Старк. — Вот увидишь, поплатишься за свою добросердечность.       Он молча провожает их взглядом, когда девочки проходят мимо. Старк слишком увлечена триадой о никчемности, чтобы заметить возможный предмет обсуждения.       Очевидный.       Школьница садится следом за Крис в кадиллак со смазливым водителем, лишь на миг обернувшись. Зимнему хватает. Он отводит взгляд от машины и потирает пальцами переносицу.       Девчонка не говорит с ним при встречах, даже не смотрит. При этом, спокойно участвует в обсуждениях каких-либо тем в общей компании.       — Что ты натворил, придурок? — Сэм не шепчет.       Тихо цедит каждую букву, сквозь зубы. Сокола можно верить и доверять. Этот парень не раз доказывал умение хранить секреты и Барнсу не нужны объяснения, откуда в хорошо подстриженной голове Уилсона взялся подобный вопрос.       — Не понимаю о чем ты, — Зимний пытается, изо всех сил пытается не отвечать на фразы девчонки, которые будто специально выстраиваются так, что оригинальный ответ в голове всплывает ещё до того, как она заканчивает говорить.       Позже, качая головой, Сэм скажет, что она случайно услышала разговор Роджерса и Наты. Он тоже не верит случайностям. Школьница беззлобна и не станет выискивать повода для ссоры.       Романов  знает чего или кого хочет и обладает достаточным количеством знаний и мастерства, чтобы заполучить желаемое.       — Скучал по мне? — тихо спросит девчонка, положив руки на спинку дивана и опустив на них голову.       Она несколько минут назад закончила зашивать новое пулевое на его плече, будучи единственной, у кого нашлось на это время.       Барнс поворачивается к ней, быстро пробегаясь взглядом по её лицу, отмечает мешки под глазами. Она настолько близко, что он чувствует запах зелёного яблока от волос девчонки.       Помещение наполняется гулом голосов, а он целует Школьницу прямо в губы.       — Нет, — говорит Барнс, отстраняясь. — Даже не вспоминал.       Девчонка устало улыбается и ждёт свою страшную расплату за добросердечность.