Код

      — Говорить буду я. — спеша по знакомым коридорам штабного корпуса, говорит Стив. — Ты просто молчи. Я, конечно, предупредил всех, что ты вернулся, но, думаю, не стоит провоцировать, к примеру, Тони. — по-дурацки усмехается он.       Нервничает. В целом, Барнс испытывает тоже, хотя со стороны кажется абсолютно спокойным. Он не так часто перебирает ногами, зато ему приходится делать более широкие шаги, чтобы поспевать за рослым другом. Зимний лишь чуть заметно шмыгает носом и, немного, хочет надавать подзатыльников Роджерсу, за сотрясение и так спертого прохладного воздуха очевидными вещами.       Стив останавливается у двери и, вздохнув, потирает вспотевшие ладони о штаны.       — Всем привет, — едва зайдя в кабинет, улыбается он, — Я знаю, вы удивлены, но все же… Баки, — зовёт Роджерс, нервно поглядывая на соратников, — Иди сюда.       Конечно за стеклянным овальным столом все! Даже Кристен, не имеющая никаких дел в компании, и та здесь, вместе со своей подружкой. Или что-то изменилось?

***

      «Педсовет» на тему плохого поведения Барнса закончился на удивление быстро. К всеобщему удивлению, последнее слово осталось за Кристен Старк. Девчонка бодро вскочила на месте, когда решалось, как быть с Зимним и позволить ли ему остаться.       — Чего вы как нелюди? — возмущенно выдала она, привлекая внимание, — Баки — человек. Пусть не совсем обычный, но все же. Почему вы решаете все за него? Все прекрасно осознают риск, связанный с его разморозкой, но никто из вас — Великих Мстителей — не подумал о том, что Баки и сам прекрасно все понимает. Не поэтому ли он ушел добровольно в заморозку на несколько лет? Для начала, попробуйте спросить его: «Баки Барнс, а хочешь ли ты остаться с нами?»       — Конечно хочет! Иначе зачем он связался с нашим примером для подражания? — усмехнулся Тони, указывая на Роджерса.       — Вообще-то, — сконфуженно начал Стив, привлекая удивленные взгляды, — Это я его нашёл, а не он меня. — присутствующие явно ждали объяснений, и он хлопнул ладонями по коленям, — Меня посетила ностальгия, и я решил заехать в квартиру Баки. Ну, повспоминать там… В общем, он был там, и мне понадобилась целая неделя, чтобы убедить его вернуться.       — Роджерс, — едва улыбаясь, промурлыкала Романов, — Ну ты и дурак! Почему раньше не сказал? — она повернулась к мисс Роджерс, — Шэрон, ты знала?       Девушка ошарашенно потрясла головой:       — Нет. Клянусь, он ни слова мне не говорил! Дома тоже было все как обычно.       — Ладно, с этим позже, — хлопнул в ладоши Старк, — У меня, лишь два вопроса. Первый: как ты оказался в своей квартире? И второй, интересующий, полагаю, всех: останешься ли ты с нами или таки предпочтешь морозилку?       — Я часто оставлял ключ в дверной раме, уходя из дома. — не задумываясь, ответил Барнс.       Однако со вторым вопросом было куда сложнее. Он замолчал на добрые семь минут и, когда Тони вновь хлопнул в ладоши, оповещая, что пауза затянулась, вздрогнул. Старк уже открыл рот, чтобы выдать что-то вроде: ты классный парень, но мы заебались ждать подвоха, говори либо «да», либо «нет», и мы разойдемся. Но его внимание отвлёк дальний край стола, и Барнс проклял себя, за то, что решил проследить за взглядом мужчины.       Она изящно крутила в руке ключ, уперев локоть в стол, явно требовала слово и не поднимала глаз.       — Говори, пупсик. — томно вздохнул Тони.       — Вам не кажется, что это обсуждение затянулось, мистер Старк? — спокойно начала она, не обращая внимание на тихие смешки, — У вас через пятнадцать минут совещание в Вашей компании, а мы обсуждаем: нужен новый человек в команде или нет. — Мерфи обвела присутствующих взглядом, намеренно игнорируя Зимнего, — Если Вам, мистер Роджерс, так дорог Баки, так дайте ему пистолет и не пытайте его принужденным выбором. Я согласна с Кристен. Джеймс… Барнс — человек, не породистая собака, не машина, не садовый цветок! Человек! А значит он имеет полное право выбирать. И делать это без принуждения.       Когда было решено дать Барнсу три дня на раздумья и все разбрелись по делам, Алиса, оставшаяся одна в кабинете, откинулась на спинку стула.       — Ты оставила ключ? — тихо прикрыв дверь, спросил мужчина.       Мерфи выпрямилась и сложила пальцы в замок перед собой:       — Я подумала, что тебе не помешает немного родного дома после того ужаса.       — Откуда он у тебя?       — Скажем, Тони несильно обрадуется, если узнает, что не два ключа, а три. — усмехнулась девчонка и принялась складывать лежащие перед ней документы, — Впрочем, если тебя все устраивало…       Барнс в два прыжка преодолел расстояние между ними и грубо развернул Алису к себе:       — Зачем? — он цеплялся взглядом за каждый миллиметр кожи на её лице и шее.       Кажется, она похудела ещё больше. Пальцы чётко ощущали тонкие косточки её плеч под тонкой кожей. Ему хотелось сдавить девчонку как картонную коробку, чтобы каждая тонкая косточка увидела свет, прорвав идеально-бархатную кожу. Хотелось задушить прямо на этом чертовом стеклянном столе, наблюдая, как лицо приобретает синеватый оттенок, а глаза, полные ужаса от скорой смерти, выпучиваются, наливаются кровью от лопнувших сосудиков. Барнсу хотелось, чтобы она видела его.       Алиса в упор не замечает Зимнего. Она смотрит на него, но не видит. Не хочет. Наверняка отмечает вспыхнувшую злобу в его глазах, поалевшие щеки, когда он рывком отнимает свои руки от её плеч.       — Как ты узнала, где я? — тихо рычит Барнс.       — Я всегда знала, — Мерфи возвращается к своим делам, источая спокойствие и уверенность, — Нам нужно следить за тобой, чтобы, в случае нападения, быть готовыми.       Она никогда не лгала Зимнему, что не могло не ставить Алису на первое место в его личном списке. Мерфи всегда говорила правду, как бы хреново та не звучала, делала то, что нужно было делать, несмотря на просьбы или даже приказы, и каждый раз была готова рискнуть всем.       — Джеймс, — говорит она будничным тоном, — Помоги отнести документы в кабинет Пеппер, пожалуйста.       Барнс забирает кипу бумаг, дожидается, пока Алиса закроет дверь и, молча сопровождает её по длинному коридору, игнорируя заинтересованные взгляды и тревожные перешептывания.       Мерфи дарит ему покой. Демонстрируя всем своим видом собранность и безразличие к мнению окружающих, она заставляет забыть, что каждый из здесь присутствующих готов без раздумий спустить магазин в его голову, если, не приведи Господь, Баки не так себя поведет.       — Тебе идёт костюм, — усмехаясь, замечает Барнс, кладя бумаги в указанное место. Вдруг, наконец, прямой взгляд. Он хмурит брови, стирает улыбку и осторожно подходит, замечая мурашки на её руках.       — Спасибо за помощь, — сухо говорит Мерфи.       «Пошёл к черту!», — слышит Барнс.       Алиса кивком головы выпроваживает его из кабинета и неспеша начинает отдаляться.       — Сам доберешься? — через плечо говорит она, — Если что, попроси Виктора. Это мой водитель, но он будет свободен ближайший час.       «Проваливай!», — слышит он, — «Да побыстрее!»       Барнс широкими шагами догоняет девчонку, но держится чуть позади. Ему доставляет странное удовольствие видеть, как она старается держаться. Ровная спина, мягкий, несмотря на каблучки, шаг и легкий взгляд через плечо.       Если кинуть собаке кусок мяса, возможно, в следующий раз, она возьмёт его с вашей руки, а на третий раз, и вовсе, подставит спину.       Это доверие.       Если сказать кому-то лестные слова, скорей всего, к вам будут чаще обращаться, в надежде на похвалу, а потом, и вовсе, будут требовать её.       Это человек.       Баки Барнс — животное, которое увязалось за девчонкой, после того, как она кинула ему очередной кусок мяса.