Из-за меня

— Иди на мой голос.

             Дерек помнит Неметон, как сказачное огромное дерево из своего прошлого, земля рядом с которым была священна не только для друидов. И, возможно, переменилось это именно в тот день, когда среди кореньев в последний раз вздохнула Пейдж. После этого земля стала требовать кровопролитий, стала центром всех ужасных действ, как и сейчас, когда оборотни и нефилимы столкнулись с ужасающими своими внешними видами демонами. Это по-настоящему ужасно, когда место силы является и полем битвы, с одной стороны неравной не в пользу защитников.       Демоны были слишком уверены в своих силах, оттого и невероятно смекалисты и заблаговременно осведомлены о действиях охотников. И, если многие признали это ещё в тот момент, когда демон, покинутый Беренис, смог ловко увернуться от меткой стрелы, деформировавшись, то Алек делать этого даже и не думал: он стрелял и стрелял, сам уже не зная зачем, метил в конечности вместо грудных клеток и уязвимых голов, но не останавливался. Возможно, этот поступок помог не растеряться и другим.        Скотт и Дерек, думая, что вдвоём подступиться к существу с ещё неведомой им силой, успешно гоняли одного из демонов, пока Изабель и Клэри занимались теми, что хотели помочь своему «братишке», как мыслила рыжеволосая охотница, которая все ещё с омерзением помнила о любви Валентина к «сынишкам». Джейс почти потерял все свои пули, добиваясь раненных Алеком противников, а Беренис, Саймон и Стайлз кучкой стояли в стороне, позабыв о Питере, который все это время стоял позади них и смотрел в спину девчонки, которую изрядно потряхивало. Никто, кроме него, этого не замечал: Саймону, такому увлеченному тем, чтобы удержать Стилински, кидающегося на рожон, попросту было некогда наблюдать за Безфамильной.       Но Питер же… Он смотрел во все глаза, как её трясущиеся руки без напряжений и особых усилий невольно вырисовывают неглубокие трещины на земле, а волосы, которые так нетерпеливо и с особым обожанием треплит ветер, будто бы змеи Медузы шипением посылают сильные и властные потоки воздуха. Такой бриллиант нельзя упускать. Особенно ярко эта мысль вспыхивает в голове мужчины, когда и без того мощные капли дождя ледяными осами кусают одного из демонов.       Но сама Беренис так и не понимает, что происходит. В её голове по-прежнему стоит мощный не человеческий крик, а природа, будто бы наконец полностью взяв верх над телом своего раба, не желает увеличивать растения до гигантских размеров. Нет. Она находит себя в том, чтобы уничтожать то, что является неотъемлемой её частью — живое. Пусть и мертвое морально, но живое физически.       Брюнетка понимает, что её руки трясутся, что её уши закладывает от истошного вопля, но она не понимает в какой момент ноги начинают вести её вперёд. Дерек видит каплю безумия в её спокойных мягких чертах лица, когда опрокидывает на землю одного из демонов и отпрыгивает в сторону от мелких ледяных сосулек. Он хмурится и, собравшись, выразительно смотрит на Стайлза, который и сам уже собирался схватить девушку за руку, чтобы остановить. Но только Стилински делает шаг и попытку дотянуться до чужой руки, как Беренис, будто бы только и выжидая этого, срывается на громкий крик.       Скотт, как и ранее, при падает на колени, едва успев когтями вспороть шею или её подобие своему противнику. Питер сдавленно рычит, вцепляясь когтями глубоко в ствол дерева за своей спиной, но несдержаннее оказывается его племянник, который вливается грозным синим взглядом оборотня в лицо девчонки и почти бросается на неё. Почти, потому что аватар успевает преобразиться: её глаза становятся ярко-желтыми, чёрные большие зрачки тонут в этом устрашающие омуте, а лицо, не меняясь, тем не менее приобретает какую-то одну пугающую черту, что Изабель даже распахивается глаза от удивления.       Беренис на каком-то генном уровне знает, что должна сделать. Она вливается глазами в Неметон, чья боль подсказывает все, что от неё требуется, и чуть выводит руки вперёд. Из ранее проделанных неглубоких пробоин, словно руки жителей ада, пробираются зеленые и сильные стеблевые лапы, которые хищно хватают за ноги и крепко держут тех, кто посмел преподнести священному месту такую ужасную дань в виде чужих жизней и медленно тянут за собой.       Слышно, как демоны пищат голосами потерянного и сбитого с толку зверья, но пытка оканчивается быстро. Замуровавшие в землю демонов стебли преобразуются и зацветают. Тогда Беренис прикрывает глаза и с каким-то истеричным смехом валится на огромный пень. — Аконит, — с долей печали и омерзения подводит итог Питер, даже не смотря на свою любимицу — только на маленькие цветочки и брошен его взгляд.       Остальные тем временем разглядывают девушку, которая вытянулась на Неметоне, совершенно этого не смущаясь, и иногда посмеивалась редкими, но безумными смешками. Клэри выжидающе взглянула на Лайтвуда, когда тот сделал уверенный шаг к древу и схватил девчонку, не церемонясь, за шкирку. Бени сразу притихла и выразительно посмотрела на Охотника. Неужели ей больше не страшно, что он может нагрубить ей? Неужели девочка больше не глядит на священный авторитет, раскрыв рот? — Вы говорили, что здесь живёт друид, — между тем зачем-то вспомнил Алек, а Беренис завороженно посмотрела на одну из своих «ос», которая впилась в открытую шею парня рядом с ручной и медленно таяла под капельками дождя. — У него найдётся информация о том, что сейчас произошло? Бени от чего-то быстро понимает, что слово «что» означает не саму ситуацию, а её.        Кто она была сейчас. — Должна быть, — вставляет своё слово Стайлз. — Дитон знает многое. — И тебя волнует только она? — довольно грубо влез в этот расчудесный диалог Дерек. Алек нахмурится на грубое «тебя» в свой адрес и тем самым не выдал своего смущения от произнесенного оборотнем предложения. — Если они начали, то легко могут продолжить свой обряд, а ты печешься о какой-то девчонке. — Стараниями девчонки ты не сдох! — вступается за Беренис Изабель и угрожающе небрежно сует свой клинок в ножны.       Было видно, что девушка была готова не только словестно доказать, что никто не смеет обижать и недооценивать её подругу. Она столько раз доказывала это даже в те времена, когда следовало бы молча согласиться со своим братом, что Беренис снова ощутила себя неловко за свою всегдашнюю робость и, резко дернувшись вперёд, заставила Алека отпустить ворот её кофты. — Его нужно охранять, — заявила девушка и провела ладонью по одному из тёмных годичных колец на Неметоне. — Ему больно. — Она… больная? — предположил ненадолго замолчавший Дерек, обратившись взглядом к аватару, которая, посмотрев на него в ответ, не смогла удержаться и вбросила лишь из-за сильной обиды: — А ты убийца.       Саймон очень сильно удивился, заметив, как изменилось выражение лица брюнетки, и опасливо глянул в сторону оборотня, который старательно держал себя в руках, а потом на Иззи, прибывавшей в неком подобии гордости за свою подругу. — Синие глаза, — отстраненно, но из большого желания объяснить нападку девчонки, всегда обозначавшую себя тихоней и белой вороной одновременно, высказал Джейс, который тоже заметил взгляд оборотня некоторое время назад.       Хейл-младший, разозлившись ещё сильнее от осознания того, что в «убийстве» невинного уличили его, а не, чёрт возьми, его психопата-дядюшку, резко обратился в сторону блондина и рявкнул на него: — Может, ещё устроишь мне казнь?       Бени чуть улыбнулась Вейланду в попытке ободрить, но он не заметил этой улыбки, красноречиво глянув на Клэри, которая схватила его под локоть, подумав, что парень кинется с оборотнем в неравный бой. Но нежность в голубых глазах убедила охотницу в обратном.       Алек, привыкший не замечать всех этих успокаивающих «штучек», предостерегающе нахмурился, глядя на своего импульсивного друга, а потом обратился к Беренис. Она почувствовала, будто бы рука брюнетка снова схватила её за шиворот и удерживала. — Останешься здесь следить за безопасностью пня. С демонами ты, вроде, справляешься.       Небрежное отношение к Неметону, чей голос буквально довел её до сумасшествия, разозлило девушку, и то, что Лайтвуд уверен в её силах, никак не утешило. Лишь сподвигло на усмешку. — Думаешь, я это контролировала? Александр свел брови к переносице, рассматривая лицо, по которому струились дождевые капли, заставляя прикрыть глаза, и грубо сообщил: — Захочешь жить — сможешь контролировать.       Отступив от пня Охотник внимательно глянул на рассердившуюся Изабель и шумно вздохнул. — Иззи, вы с Клэри и Саймоном езжайте в… отель, — не подобрав лучшего названия тому месту, где они остановились, Алек произнёс последнее слово очень скептично. — Мы с Джейсом, Скоттом и Стайлзом поедем к их друиду. — А Беренис будет одна? — недовольно уточнила Лайтвуд-младшая то, что уже и так знала. — Нет уж, я останусь с ней. — Иззи, — недовольно проронил брат охотницы. — Кто-то должен поговорить с Бейном, — с нажимом произнёс парень.       Брюнетка думала сказать что-то ещё, но её опередил Питер, который слишком двусмысленно предложил: — Мы с племянником могли бы подзадержаться. В такой чудесной компании.       Бени с каменным лицом взглянула на мужчину и тут же отвернулась, вздыхая. Она посмотрела на Изабель, чтобы успокоить её своим немигающим взглядом, а потом, не хотя, обратилась и к Дереку так красноречиво, при этом не сказав ни слова. Оборотень понимал, что не вправе теперь оставлять девушку один на один со своим дядей, и досадливо вздохнул. — Возвращайтесь поскорее, — поджав губы бросила Беренис, глянув на Алека так, что он тут же передумал отвечать тем, что о возвращении никто и не говорил.                      — И почему ты? — Питер осторожно подсел к девчонке, которая, как фарфоровая куколка, даже не шелохнулась при этом, и внимательно посмотрел на неё. — Меня не жалко, — просто отозвалась Беренис, улыбчиво дернув костлявыми плечами, но так и не посмотрев на оборотня.       Хейл-старший не стал уточнять, что говорил он совершенно о другом, и позволил себе усмешку. Дерек, такой же неподвижный, как и «кукла», сидевшая на пне, мысленно окрестил своего родственника и объект его интереса несладкой парочкой, стоя поодаль, и недобро на него посмотрел. С завистью, как подумал Питер. Со злорадством, как подумала неуверенная в себе девчонка.       Болтая ногами, Бени подумала, что вполне может взглянуть на Дерека вскользь, но, подняв глаза, к своему несчастью, встретилась с суровыми зелеными глазами. Будто бы спрашивая, что ей нужно, оборотень нахмурился. — Это ты их обратил? — спросила брюнетка о том, что так волновало её. — Скотта, Айзека, Малию… — медленно уточняла девушка до того, пока Дерек не перебил её довольно уклончиво: — Малия такая с рождения. — Так ты обратил этих детей или нет? — Беренис удивилась своей нетерпеливости. — Детей? — усмехаясь, повторил Хейл-младший за куклой. — Тебе самой-то сколько? — Кажется, двадцать три. — Кажется? — теперь повторял уже второй Хейл. — Моя точная дата рождения неизвестна, — правдиво ответила брюнетка и наконец позволила себе столкнуться с серыми глазами, доверчиво подмечая, что они приветливей, чем зелёные. — Родители Лайтвудов, — впервые небрежное «Лайтвуды» звучит этим голосом, обладательница которого так не любит объединять Иззи и Алека их общей фамилией, — нашли меня.       И на этом она оборвалась, снова отвернув своё личико от Питера и спокойно уставившись взглядом в ствол какого-то дерева, росшего прямо перед ней. Дерек незаметно закатил глаза, нисколько не проникнувшись словами аватара, но все же посмотрел на нее так, будто бы все было по-другому. — Надоел этот дождь, — снова прозвучал её голос, а сразу после, довольно несложным усилием, как по волшебству, одна из елей подумала отвести свою ветвь прямо над Неметоном.       Дерек недоверчиво проследил за тем, как и вторая еловая лапа возвысилась над Беренис и Питером, и прижался спиной к стволу такой же обладательница зелёных игл. — Неметон ведь был цельным деревом? — снова заговорила она, посмотрев теперь — как странно — на Питера. Дерек даже незаметно для себя взволновался, что Беренис, такая приставучая, которая уж точно будет получше Стайлза, будет допытываться до другого Хейла.        Если так, оборотень с удовольствием поменялся бы со своим дядей этими «почемучками». — Да, — ответил на дивичий вопрос Питер и сразу замолчал. — Его срубили? — Не знаю. Я несколько лет не помнил, где именно находится Неметон.       И Беренис снова замолчала. Замолчала так, будто бы ей было, что сказать.