Не отпускай

У Чимина пристальный взгляд угольных глаз незнакомого альфы вызывает если не страх, то какое-то странное ощущение: лёгкое покалывание от пяток до макушки волной проходится по телу, и вдруг сердце начинает биться быстро-быстро, как маленькая птичка, запертая в клетку. Омега не может оторвать глаз от статного, хоть и не совсем высокого мужчины, стоящего прямо перед ним, невольно поражаясь контрасту, который создаёт его невероятно светлая, словно фарфоровая, кожа с чёрными волосами цвета тёмного воронова крыла. На мужественном лице — нечитаемое выражение, а сам взгляд спокойный, уверенный. Строгий деловой костюм подчёркивает ладную крепкую фигуру, открывая вид на все достоинства мужчины. Чимин невольно сглатывает, на несколько секунд даже забывая, как дышать. Омега никогда раньше в своей жизни не встречал альфу, у которого была бы настолько подавляющая аура. Чимин уверен: чувствуй он запахи наравне с другими, определенно, ему было бы ещё хуже — такие альфы, от которых так и веет силой, опасны. И омеги рядом с ними всегда ведут себя непредсказуемо. Чимин понимает, что нужно ответить хоть что-нибудь, но видит охранника здания. Кажется, он уже слышал, как этот здоровяк ему что-то говорил некоторое время назад, но, будучи глубоко погружённым в размышления о своей жизни, омега не обратил на него должного внимания. И зря. Потому что громила в форме явно разозлён тем, что Чимин решил остановиться возле этого на вид весьма, весьма престижного отеля. Громкие обидные слова секьюрити раз за разом громом отдаются в ушах, и Чимин вновь осознаёт, что никто ему не поможет. Кому нужен такой бесполезный мальчишка? Омега жмурится, собираясь сказать хоть что-нибудь в своё оправдание, но не успевает, потому что вновь слышит голос незнакомого темноволосого альфы: — И как это вообще понимать? И в это мгновение, кажется, сам воздух вокруг них становится ледяным, а атмосфера — давящей. Чимину казалось, что этот альфа не такой, как все? Забудьте, потому что мужчина перед ним — пугающий, и, слава Богу, его яростный посыл направлен к охраннику, а не на самого омегу, трясущегося от страха. Иначе, Чимину кажется, что он не выдержит, а просто распадётся на атомы. Никогда в своей жизни он не ощущал подобного: да, он чувствовал страх, он и правда боялся незнакомца, но… в то же время всё его внутреннее существо дрожало от чего-то иного, трепетало, глядя на то, как альфа уверенно смотрит на здоровяка перед собой, вступаясь за него, Чимина. Впервые за долгое время омеге кажется, что внутри что-то ломается. Так, кажется, разбиваются оковы, сковывающие нечто внутри него, медленно высвобождая из долгого плена. «Что со мной?» Чимин настолько погружается во внутренние ощущения, что для него неожиданностью становится уже знакомый голос. Только вот теперь в нём уже нет прежнего холода. Наоборот, омега уверен, что в том присутствуют мягкие тягучие нотки, так ясно различимые в невероятно приятном голосе темноволосого альфы. И теперь этот человек определённо обращается к нему: — Вставай давай. Пойдём, а то и правда простудишься. Непонятно из-за чего, но этому властному, но в то же время мягкому тону совершенно сопротивляться не хочется. Чимин даже не знает, что происходит, вокруг него какая-то странная пелена, а в голове лёгкий туман. Он поднимается с места, и ноги сами несут его вперёд, навстречу этому удивительному человеку. Словно мотылёк, летящий к яркому пламени. «Кажется, я сошёл с ума».

***

Юнги планировал остаться инкогнито для того, чтобы проверить качественную работу персонала, но из-за недавнего инцидента ему это не удалось. Как и ожидалось, разговор с управляющим был короткий, и наглого секьюрити уволили тотчас же. Более того, Мину подготовили самый роскошный номер, и поэтому он туда и направлялся. Единственное, чего Юнги не ожидал, так это того, что мальчишка беспрекословно пойдёт за ним, словно на поводке. Светловолосый парень, после того, как Мин позвал его за собой, будто находился в какой-то прострации, взгляд был настолько пуст, что, казалось, даже оттенок глаз стал намного светлей, похожим на его серебристые волосы. Он не произнёс ни слова, и Юнги решил разобраться с этим позже, когда они дойдут до номера. На самом деле, альфа даже точно не знал, что именно подтолкнуло его помочь пацану, сидевшему под ливнем: вначале он думал, что мальчишка был слишком похож на него, шестнадцатилетнего, но вскоре это чувство сменилось немного другим. Когда юноша встал, дав себя рассмотреть получше, Юнги вновь почувствовал незнакомый прилив странной нежности, а после, увидев, видимо, свежий синяк на скуле, расцветающий сине-фиолетовым, альфа крепко сжал зубы, и рык чуть не вырвался из его груди. Кто-то сильно обидел мальчишку, и Юнги это абсолютно точно не нравилось. «Да что это со мной?» Думает всю дорогу Юнги, пока они идут к выданному им номеру. Он часто оглядывается назад, на каком-то интуитивном уровне удостоверяясь, что с незнакомым парнем всё в порядке. Они молчат всю дорогу, и отчего-то Юнги не хочется начинать разговор первым. В конце концов, они достигают места назначения, и, как альфа и ожидал, отель превосходит все его ожидания: окружающая обстановка и впрямь поражает. — Ты насквозь промок, — всё же решает начать разговор альфа, закрывая за ними дверь. — Как я понимаю, душ прямо по коридору и налево, сменная одежда там же. Справишься? Мне просто сейчас нужно позвонить кое-кому, а потом поговорим. Мальчишка послушно кивает, опустив глаза в пол и сжав губы в тонкую полоску. Юнги кажется, что он и правда сейчас не совсем в порядке, но ему и правда нужно позвонить одному человеку, с которым у него завтра назначена встреча. Юнги с тяжёлым сердцем решает, что парень справится сам, а потому не предпринимает больше никаких действий. — Хорошо, — в ответ качает головой Мин, пристально смотря прямо на подростка. — Только осторожно. Приходи потом в эту комнату. Парень на автомате следует в указанном направлении, и Юнги долго провожает его стройную фигуру глазами. Он только что заметил, что тот довольно высок и крепок, как максимум всего лишь на несколько сантиметров ниже самого альфы. К тому же, тонкая куртка, джинсы, сидящие на мальчишке, словно вторая кожа, плотно облегают красивое натренированное тело. «И всё же, что я делаю…» Юнги вздыхает, а после, подобрав с пола оставленные вещи, следует в одну из комнат, где есть всё необходимое для его работы. «Как только он выйдет, мы обязательно поговорим».

***

Юнги настолько увлекает работа, которую и так пришлось до этого отложить, что даже не слышит, как затихает неподалёку шум воды и тихо хлопает дверца. Лишь спустя минут двадцать Мин вспоминает об оставленном мальчишке и хлопает себя по лбу. Альфа тут же срывается с места, почти выбегая из кабинета, потому что странное волнение не желает покидать его грудь. Он быстрым шагом направляется в огромную гостиную, где должен был находиться светловолосый мальчишка, и уже открывает стеклянные двери, как вдруг замирает, потому что юноши нигде не видно. В голову приходит мысль, что тому могло стать плохо, и Юнги уже готов бежать его искать, но внезапно успокаивается. Потому что взгляд его натыкается на светлую макушку, что ярким пятном выделяется на тёмно-бежевом, даже кофейного цвета кожаном диване. Юнги спокойно выдыхает, подходя ближе к тому месту, где находился подросток, а потом воздух как будто выбивают из груди: «Ангел. Он словно ангел». Юноша, переодетый в махровый белый халат, сидит на диване, поджав под себя ноги и облокотившись головой на мягкие подушки. Глаза его закрыты, грудь мерно вздымается, и Юнги понимает, что мальчишка крепко спит. Но поражает альфу не это. Он впервые так хорошо видит этого юношу вблизи. И понимает, что тот просто невероятно мил, настолько, что хочется прижать к себе это беззащитное создание крепко-крепко и никуда от себя не отпускать. Правильный овал лица, красиво очерченные брови, тонкий нос и пухлые розовые губы завораживают Юнги настолько, что он теряет ход времени, не понимая, сколько уже пялится на этого прекрасного юношу. Единственное, что искажает идеальную картину — это синеватый след от синяка на скуле, и Мин просто скрипит зубами, яростно думая о человеке, что посмел коснуться этого парня. «Узнаю позже, кто это сделал». Серебристые густые волосы его хорошо вымыты и уже почти полностью высохли, спадая на светлый лоб. В шелковистые гладкие пряди так и хочется зарыться рукой, провести по ним ладонью и… Юнги останавливает себя. «Ему максимум лет семнадцать дать можно! Он младше тебя в два раза! И о чём ты думаешь, Мин Юнги?!» И всё равно что-то внутри альфы не даёт ему покоя при виде этого молодого красивого парня, кажущегося сейчас перед ним таким открытым. Повинуясь какому-то внезапному порыву, Юнги наклоняется ближе к мальчишке, а после понимает, что что-то не так; его внутренний альфа ведёт себя странно, и Мин понимает, почему. У мальчишки нет своего запаха, совсем. На своём веку Юнги встречал разных омег, и каждый из них, даже ещё до того, как испытал свою первую течку, все до одного обладали индивидуальным ароматом, хоть и еле различимым. Лишь у одного омеги запах был полностью скрыт до прихода течки, и этим человеком был Ким Сокджин. Да, его хён стал полноценным омегой слишком поздно, но такие случаи, как у него, случались раз на миллион, поэтому отсутствие даже всякого намёка на аромат у этого мирно спящего мальчишки может означать только одно. Этот подросток — бета. Глубокое разочарование медленно, но неумолимо проникает в душу, с каждой секундой сильнее врезаясь в подкорку сознания. Юнги всё не может понять, отчего всё сжимается и разжимается в груди, когда он смотрит на чуть подрагивающие ресницы мальчишки, на чувственную линию розовых губ, на влажную капельку, скользящую по подбородку и падающую на чуть смуглую кожу, по которой хочется пройтись языком и оставить на нежной шейке яркий красный след… «Я даже не знаю, кто он! Мы встретились сегодня впервые! Он намного младше меня, да к тому же ещё и бета. Тогда почему я думаю так об этом мальчишке?» Юнги мотает головой из стороны в сторону, возвращаясь глазами к безмятежному лицу юноши. Тот, будто почувствовав сквозь сонную пелену внимательный взгляд, начинает тихонько сопеть, и это настолько умиляет Юнги, что он не осознаёт, что улыбается как самый настоящий дурак. Мин видит, что мальчишка немного ёжится, и замечает, как подрагивают маленькие пальчики на его ухоженных ножках. «Неудобно, должно быть». Юнги, в этот раз безо всякой задней мысли, склоняется над юношей, прислушиваясь к его ровному дыханию. В ноздри ударяет запах шоколадного отельного шампуня, и альфа в который раз убеждается, что юноша крепко спит. Юнги осторожно подхватывает мальчишку на руки, чуть ближе, чем необходимо, прижимая того к своей крепкой груди. И он настолько идеально помещается в его руках, что Мин даже не чувствует усталости от тяжести тела подростка. Наоборот, несмотря на довольно крепкое телосложение, тот кажется лёгким, словно пёрышко. «Ну что с ним поделать». Юнги мягко усмехается, а после, удобнее перехватив сонное тело, отправляется в сторону спальни. «Похоже, разговор придётся отложить на завтра».