Пятьдесят оттенков багрового

- Что? – почти хором воскликнули Дин и Габриэль, шокировано разглядывая Кастиэля. - Папа? – глаза Джека были похожи на два блюдца, только огнём уже не горели. Ох, этот малец ещё и сын этого сумасшедшего. Хотя, вполне логично, если второй - его дядя. - Что значит «оставлю себе»? – вздёрнул бровь Габриэль. - Этот вкус… Ммм… Вы правда не почувствовали в нём ничего… такого? – как-то неуверенно спросил Кастиэль. Он подцепил ещё одну стекающую каплю и, так же, как предыдущую, отправил в рот, прикрывая от удовольствия глаза и шумно выдыхая. Дин смотрел на него, как на какого-то наркомана, получившего дозу качественной дури. Вот только наркотиком в данном случае была его кровь! Кажется, эти типы и правда вампиры, раз ловят кайф от такого. Он забрался в логово к упырям! Кому рассказать – не поверят! Да и кому он теперь сможет рассказать-то? Вероятно, его отсюда и живым уже не выпустят. Вот ведь влип! И сам пропал, и Сэму не помог! - Вкусненько, но ничего особенного, - хмыкнул Габриэль. - Кровь, как кровь, - пожал плечами Джек и опустил руку. Дин почувствовал, как невидимая сила отпускает его, и он может, наконец, свободно двигаться. Очень хотелось воспользоваться этим моментом и попытаться сбежать, но он прекрасно понимал, что дверь накрепко заперта, а на редких открытых окошках находятся решётки. И всё же стоять истуканом и ждать своей, более чем вероятно, совсем не весёлой участи, тоже было бы глупо. Стоило попытаться скрыться в недрах дома, а потом, улучив момент, всё же вскрыть дверь или как-нибудь выбраться через одно из окон наверху. Так Дин и попытался сделать: рванул, что есть мочи в сторону лестницы на второй этаж и буквально вспорхнул по ней, перепрыгивая через ступени, под громкий уже знакомый гогот с первого этажа. Теперь Дин точно знал, что он принадлежит Габриэлю. Промчавшись по коридору, он зарулил вбок, попадая в ещё один пролёт, в панике соображая, где можно спрятаться от этих маньяков и задаваясь параллельно вопросом: нет ли в доме ещё вампиров кроме этих троих? Но на пути ему так никто и не встретился. Впрочем, и сзади никто не преследовал, что тоже немного удивляло и настораживало. Пометавшись то тут, то там, Дин, в конце концов, заметил не особо приметную, но точно открытую дверь, что доказывало пятно света из неё на полу. Пулей влетев в своё предполагаемое временное убежище, он снова услышал шелест крыльев за своей спиной и резко обернулся. Не было ничего удивительного, что в это место вело несколько путей, так что, как бы Дин не плутал по дому, он снова попал в библиотеку. И его здесь уже поджидали. В лучах заходящего солнца, рядом с собственным портретом, каменным изваянием, словно тот ангел в углу, стоял Кастиэль, склонив голову набок и рассматривая Дина, словно он был диковинной зверюшкой. Недалеко от него, в пыльном, повидавшем многое кресле сидел Джек, облокотившись спиной об один подлокотник, а на второй закинув ноги, и старательно делал вид, что заинтересован какой-то книгой в своих руках. Дин испуганно попятился назад, желая как можно скорее оказаться снова в коридоре, но почти сразу наткнулся на кого-то за своей спиной, а к его горлу прижали что-то холодное и, судя по всему, острое. - Не так быстро, мышонок, - насмешливо пропел ему на ухо Габриэль. - Отпустите меня! Пожалуйста! Я клянусь, что никому ничего не скажу! - Конечно, не скажешь. Мёртвые мышата обычно не слишком разговорчивые. - Габриэль! – с упрёком посмотрел на брата Кастиэль. - Не убивайте меня! Прошу! Ладно-ладно, я расскажу! У моего брата больное сердце. Ему нужны деньги на операцию, а я сумел накопить только половину суммы, поэтому и залез в ваш дом! Я был уверен, что здесь никого нет, но надеялся найти хоть что-то ценное, что можно будет продать. По слухам, имение пустует уже около двухсот лет! Простите! Мне правда очень жаль! Но я не знаю, как ещё можно быстро помочь Сэмми… - Сладко поёшь, - хмыкнул Габриэль. - Отпусти его. Ты же чувствуешь, что он говорит правду, - Кастиэль сделал несколько шагов и подошёл вплотную, снова напрочь забывая о личном пространстве. Он рассматривал лицо Дина, словно то было каким-то жутко любопытным музейным экспонатом, смотрел в глаза так глубоко, что, наверное, можно было душу увидеть, и всё время хмурился, любопытно наклоняя голову то в одну, то в другую сторону. Лезвие, наконец, исчезло. - Как тебя зовут? - Д-дин, - растерявшись от такого пристального внимания, выдавил из себя тот. Он понимал, что бежать бесполезно, поэтому просто стоял и ждал вердикта этой сумасшедшей семейки. Выбора у него, похоже, всё равно не было. - Ты ведь прекрасно знал, Дин, что вторгаться в чужой дом и воровать из него - преступление. Но всё же сделал это! Да, ты ничего не украл, но Габриэль прав: у тебя просто не было на это достаточно времени. Видимо, брат действительно слишком сильно важен для тебя, - Кастиэль сощурился, делая для себя какие-то выводы. - Хей! Вы ведь не собираетесь втягивать в это дерьмо и его? Пожалуйста, не трогайте Сэмми! Хотите сожрать меня – ладно, но Сэм тут не при чём! Он даже не знает, что я здесь! – в глазах Дина плескался ужас. - Даже так? – хмыкнул стоявший рядом Габриэль. – Отдашь свою жизнь за брата, который всё равно умрёт через какое-то время, так и не получив требуемую медицинскую помощь? - Я… Я знаю, что это прозвучит слишком нагло, и не в моём положении торговаться, но… Быть может, если бы вы помогли… Если бы смогли… - Сколько тебе не хватает? – абсолютно спокойно спросил Кастиэль, а Габриэль неверяще вздёрнул на него бровь. - Около семидесяти тысяч, - совсем потупился Дин, понимая, что это несусветная сумма, и его жизнь уж точно столько не стоит. - А ты, парень, не промах, да? От скромности не умрёшь! – присвистнул Габриэль, закатывая глаза на такую откровенную наглость. - И ты готов пойти на всё ради этого? – как бы уточняя спросил Кастиэль. - Да. Абсолютно. Я могу быть полезен, честно! – немного ожил Дин, видя, что мужчина напротив вовсе не высмеивает его, а словно всерьёз задумался над его сверхъестественной просьбой. – Я много чего умею! Могу выполнять какую-нибудь работу, даже самую грязную! Или заняться уборкой в вашем доме. Даже ремонт могу сделать! Я постараюсь отработать каждый доллар, обещаю! Даже если для этого потребуется вся моя жизнь! И я клянусь, что никому не расскажу о вас! Вы же, вроде как, чувствуете ложь, так что должны знать, что я не вру! - Давай возьмём его, пап. Он прикольный, - прыснул Джек, ненадолго отрываясь от своей книги. - Серьёзно, Касси? – широко распахнув глаза, Габриэль посмотрел на размышляющего и до боли задумчивого брата. – Если тебе интересно моё мнение: даже элитная проститутка тебе обойдётся намного дешевле этой серой мышки. Кастиэль одарил его очень красноречивым взглядом, но от комментариев воздержался. Его сын был уже достаточно взрослый и вполне привычный к таким шуткам своего дядюшки, но всё-таки развивать эту тему он не собирался. - Я оплачу лечение твоего брата, - в итоге сказал Кастиэль, гордо вздёрнув подбородком. И Дин даже решил, что ослышался. – Но у меня будет одно условие. - Какое? – благоговейно прошептал Дин, смотря на него, как на святого. Сейчас он действительно готов был отдать свою жизнь, всю без остатка, чтобы это внезапно не оказалось его сном, больной фантазией или чем-то таким, чего на самом деле совсем не происходит. Пусть его разорвут в клочья эти адские бестии в ангельских образах, но, по крайней мере, он будет знать, что с его Сэмом всё в порядке. - Когда станет ясно, что болезнь твоему брату больше не угрожает, ты вернёшься в имение. - И что я должен буду делать? – воодушевившись, решил поинтересоваться Дин. - Мне понравилась твоя кровь… - как-то мечтательно протянул Кастиэль, а на его лице даже появился намёк на улыбку. - Ты… убьёшь меня? – Дин не собирался менять своего решения. Он примет любые условия. Ради Сэма. - Возможно. Но не сразу, - прыснул Габриэль, кажется, начиная догадываться о намерениях своего брата. – Ты оказался няшкой-вкусняшкой для Кастиэля, так что для начала станешь его личной игрушкой, будешь подкармливать его время от времени. Собой, - хитро посмотрел он на Дина и понял, что ради своего Сэма тот, кажется, действительно готов на что угодно. Нездоровая такая привязанность! Хотя он ради Кастиэля и Джека тоже готов был пойти на многое. - Хорошо, - низко опустил голову Дин, смиренно принимая условия сделки. - Габриэль, Джек, могу я попросить вас оставить нас с Дином одних? – попросил своих брата и сына Кастиэль. Первый демонстративно закатил глаза, а второй послушно кивнул. Через секунду Дин услышал уже знакомый ему шелест и понял, что в зале библиотеки они остались совершенно одни. - У вампиров есть крылья? – вскинул он бровь, поражаясь очередному чуду в двух шагах от себя. - Да, Дин. И предсказывая твой следующий вопрос: да, мы умеем летать. Точнее, это больше похоже на перемещение в пространстве или телепортацию. - Но я не видел у вас никаких перьев! - Человеческий глаз довольно ограничен, он не способен воспринимать некоторые слои материи вокруг. Наши крылья находятся в одном из них. - Очешуеть! – поражённо выдохнул Дин. - Ты готов? – вернул его из размышлений Кастиэль. - К чему? - Сними рубашку. - Зачем? - С этой минуты, Дин, ты будешь слушаться и выполнять все мои требования. Снимай, - властно припечатал Кастиэль. - Ладно, чувак… Если что, моё стоп-слово «Импала», - нервно пошутил тот, совершенно не понимая, что происходит и боясь того, куда могут завести такие вот приказы. Он расстегнул оставшиеся пуговицы и распахнул полы, медленно стаскивая ткань с плеч. - Достаточно, - остановил его Кастиэль, и Дин выдохнул, понимая, что ничего пошлого, кажется, тот в виду не имел. Он, конечно, готов был отдать жизнь за Сэма, но попасть в сексуальное рабство к вампиру – это являлось для него намного худшим вариантом. Дин был стопроцентным натуралом, ему нравились исключительно девушки, у него имелся довольно немалый постельный опыт, хоть все его пассии и были всего лишь подружками на одну ночь, имена большинства которых он даже не запоминал. Да, он никогда не влюблялся и не имел длительных отношений – всегда было не до того – но и экспериментировать с парнями его тоже никогда не тянуло. И всё-таки Кастиэль как-то ненормально рассматривал его тело. То ли плотоядно, то ли похотливо – пойди разбери этих вампиров! Под его чёрными ресницами начали искриться золотые искорки, а между немного шершавых на вид губ появились белые иголочки клыков. Он поднял руку и дотронулся кончиками пальцев до оголённой груди. Дин сразу же отметил про себя, что ноготки у Кастиэля острижены довольно коротко и аккуратно, но - как показывает практика – они при этом всё равно очень острые, раз способны легко прорезать кожу. Пальцы с любопытством изучали его грудь, медленно поднимаясь выше, и Дин весь напрягся, ожидая очередного болезненного пореза. Но вместо этого рука Кастиэля заскользила к шее, нежно оглаживая её и плавно перемещаясь на плечо. - Полное имя твоего брата Сэмюэль, верно? – тихо и чуть хрипловато спросил вампир. - Сэмюэль Винчестер, - кивнул Дин, понимая, что Кастиэль скорей всего интересуется не из праздного любопытства. – Его страховки у меня с собой нет, она осталась в номере. - В какой гостинице ты остановился? - Зачем тебе это? – ещё сильнее напрягся Дин. - Когда я с тобой закончу, ты будешь не в состоянии вернуться самостоятельно, - абсолютно спокойным тоном сообщил Кастиэль, наблюдая за движением своей руки, словно произнесённые им слова были чем-то обыденным, а вовсе не пугающим фактом. - Ты укусишь меня? – Дин, правда, и так уже догадывался, что все эти нежности - просто прелюдия перед обедом. Видимо, это какой-то ритуал, от которого ещё больше разыгрывается аппетит, вон как глазки сияют, как лампочки, а с клыков только что слюна не капает. - Несомненно. У тебя очень вкусная кровь! Но я также планирую оставить на тебе свою метку. Это утвердит наш договор и установит между нами особую связь. - Оставишь автограф? Татушку с фразочкой «Здесь был Кастиэль»? - Ты так и не ответил на мой вопрос. Твой адрес, Дин, - оторвался тот от разглядывания зрелища, как его пальцы скользят по тёплой коже, усыпанной веснушками, и поднял сияющий золотом взгляд на глаза. Стало понятно - он не собирался отвечать на глупости. - Голден Игл. Номер - одиннадцать. - Я позабочусь о тебе, - успокаивающе улыбнулся Кастиэль. - Это звучит жутко, чувак. Вместо ответа Кастиэль преодолел и без того небольшое расстояние между ними и наклонился к шее Дина, опаляя её своим дыханием. Тот рефлекторно зажмурился, ожидая боли, но её так и не последовало. Рука Кастиэля начала скользить вниз по плечу, но вскоре остановилась и крепко сжала его. Дин почувствовал, как вампир вдыхает его запах, чуть касаясь носом кромки волос, и это тоже показалось ему не совсем нормальным. - Кусай уже, чёрт бы тебя побрал! – нервно выпалил он, на что услышал, как Кастиэль чуть приглушённо хмыкнул, но не отстранился. - Если я прокушу тебе сонную артерию – ты умрёшь. Это глупо и абсолютно бессмысленно. Дин растерялся окончательно, не понимая, что вообще происходит, когда его шеи коснулись слегка шершавые, но при этом довольно мягкие губы. Второй поцелуй пришёлся на её переход в плечо, и Дин широко распахнул глаза, наконец, догадываясь о намерениях Кастиэля. Тот оставил ещё один поцелуй над его ключицей, а затем поочерёдно поцеловал оба шрама, оставленных им и Габриэлем, как бы извиняясь за причинённую боль. - Чувак! Ты, конечно, ничего так и всё такое… Но я не из этих, ладно? Мне вообще-то девушки нравятся, так что, может, как-нибудь обойдёмся без всех этих голубых соплей? Кастиэль снова хмыкнул, а затем Дин ощутил ту самую боль, которую ждал, вот только она была с двух сторон одновременно, и если укус под ключицей являлся вполне терпимый, то левое плечо неимоверно жгло, словно к нему приложили раскалённое тавро. Кажется, этот упырь включил на полную свою магию, пытаясь выжечь на Дине обещанное клеймо. Крик разлетелся, наверное, по всему дому, также поднимая за окном стайку птиц, сразу же улетевших навстречу закатному солнышку, и когда в лёгких больше не осталось воздуха, а горло стало саднить, Дин почувствовал, как ноги становятся ватными, а сознание уплывает, оставляя его наедине с облегчающим забытьем. *** Разбудила Дина навязчивая повторяющаяся мелодия его сотового, который не только трезвонил любимый рок-мотив, но и противно жужжал, медленно перемещаясь по тумбочке, грозясь окончательно с неё свалиться. На экране высветилось имя доктора Маллена и именно это заставило Дина взбодриться и резко сесть на кровати. Звонок от лечащего врача Сэма мог означать всё, что угодно, и, откровенно говоря, он уже не сильно ждал хороших новостей, зная о состоянии брата и его динамике. Схватив с тумбочки трубку и чуть не уронив её при этом, Дин провёл трясущимися руками по зелёному символу, после чего приложил к уху, выдыхая взволнованное: «Алло!» Однако голос доктора Маллена оказался на удивление бодрым, что уже само по себе почти мгновенно заставило его расслабиться. Состояние Сэма действительно оказалось без изменения, что уже было довольно хорошей новостью в их положении, но главной причиной звонка стала информация о поступлении на его страховой счёт недостающей на операцию суммы, которую, судя по всему, перевели ещё вчера вечером, но обнаружили только сегодня утром. Дин обернулся на окно в номере и застыл. На дворе действительно было утро! Он совершенно не помнил ничего, что было вчера после того, как Кастиэль его укусил, но, судя по всему, тот всё же притащил его сюда, как и обещал. И свою часть сделки выполнил. И вообще, не приснился и не оказался плодом его больной фантазии! И Дин даже не знал, радоваться этому факту или нет. В конце концов, у Сэма теперь появился шанс стать вполне полноценным членом общества: жить, как все, получить профессию, найти девушку и всё такое. Разве не это хотел для него Дин? Доктор Маллен также сообщил, что в первую очередь звонит потому, что его пациент отказывается подписывать с ним контракт, желая вначале поговорить со своим братом. Дин тут же напрягся, но пообещал врачу приехать в самые короткие сроки и уладить этот вопрос. Он нажал отбой и положил телефон обратно на тумбочку. Прямо на раскрытый лист со страховкой Сэма. Вот откуда Кастиэль узнал, куда переводить деньги. Дин всё ещё не мог до конца поверить во всё случившееся, в то, что так сильно влип и заключил сделку чуть ли не с самим дьяволом. И всё же, после всех мучений, что ему пришлось пережить, он чувствовал себя вполне бодро и свежо, вот только чертовски хотелось пить, а ещё больше есть, так что Дин пообещал себе заскочить по дороге в больницу в какую-нибудь забегаловку и накупить побольше еды. Кажется, он готов был сейчас проглотить целого динозавра. Откинув одеяло, он понял, что всё ещё одет в то же самое, в чём был вчера, и очень обрадовался этому факту. Судя по тому, как Кастиэль его облизывал – было бы совсем не круто, проснувшись, обнаружить себя ещё и раздетым. Мало ли, что у этих гомосексуальных маньяков на уме! И угораздило же ему найти именно такого! Никогда не слышал о вампирах-геях. Хотя, с другой стороны, а много ли он вообще знал о вампирах? Сев на кровати, Дин ощутил некий дискомфорт в правом плече и сразу же вспомнил всю ту боль, что вчера испытал, пока этот псих ставил ему свою метку. Окончательно поднявшись, стараясь не обращать внимание на лёгкое головокружение, он подошёл к зеркалу и распахнул рубашку, сразу же замечая на груди пару царапин с подсохшей кровью и четыре аккуратные дырочки под ними, с чуть припухшими и покрасневшими краями. Хорошо всё-таки, что это не шея – там укус было бы намного труднее скрыть. Скинув с плеч рубашку окончательно, Дин застыл в немом ужасе, разглядывая то, что красовалось на его плече, что немного пощипывало и потягивало, как хороший синяк. Это оказалось похоже на ожог, но никаких волдырей или потрескавшейся кожи он не видел. По форме метка напоминала человеческую ладонь, ту самую, которая крепко держала его вчера и приносила невыносимую муку. Кастиэль просто-напросто выжег на нём свою длань, сообщая всему миру, что Дин теперь принадлежит ему. Ну, с другой стороны, подпись он всё-таки не поставил, а причудливый рисунок всегда можно свалить на работу безымянного мастера по шрамированию. Так что Дин не будет особо париться на этот счёт. Сейчас даже модно украшать себя всякими такими штучками. Решив больше не забивать себе голову по поводу вампирских примочек и закидонов, Дин направился в душ, по пути начиная думать о том, что он ответит Сэмми на вопрос, откуда достал такую сумму, да ещё и в самый короткий срок. Врать брату совершенно не хотелось, но и рассказывать о встрече со сверхъестественными тварями, которых как бы не существует, тоже не вариант. К тому же у Сэма слабое сердце и такие страсти-мордасти ему точно на пользу не пойдут. В конце концов, Дин нашёл компромисс, решив взять за основу самое главное, а остальное облепить более реалистичным сюжетом. История о том, что он нашёл работу на довольно продолжительный срок, с хорошей зарплатой, в доме семьи одного богача, который согласился выплатить ему авансом нужную сумму, выглядела немного натянутой и чрезмерно наивной, но это был тот максимум, который Дин мог скормить Сэму. Он надеялся, что брат поверит хотя бы в половину, и этого будет достаточно, чтобы он поставил свою закорючку на договоре с клиникой и не слишком сильно переживал, что Дин вляпался в какую-то неприятность. А когда Сэма прооперируют, он пройдёт курс реабилитации, и Дину придёт срок платить по счетам перед Новаками – он всеми силами постарается уговорить его собрать манатки и свалить как можно дальше из Джексона, Вайоминга или даже Штатов, если это будет необходимо. Возможно, это звучало довольно подло, гадко и даже трусливо, но Дин готов был пойти на этот риск, чтобы не подвергать ни себя, ни Сэма опасности стать закуской для кровожадного маньяка и его чокнутой семейки. На этой решительной ноте он и покинул мотель, направляясь к брату, заскочив по пути, как и собирался, в кафе, где действительно съел вдвое больше обычной порции. Всё-таки потеря крови, пусть и незначительной её части, могла вполне ощутимо истощить организм, так что Дину теперь придётся отъедаться несколько дней, чтобы пополнить ресурсы. *** Сэм лежал в палате, отстранённо пялясь в окно, словно там показывали какое-то старое и очень скучное кино. По сути, так оно и было: в редком полёте птиц или шуме городка за окном наблюдалось не сильно много экшена или драмы, чтобы можно было уловить в этих действах хоть какой-то сюжет. Осунувшееся лицо молодого парня обрамляли отросшие почти до плеч волосы, которые Сэм ни в какую не желал состригать, ссылаясь на то, что ни на его болезнь, ни на её лечение они совершенно не влияют, а короткая стрижка ему не к лицу. Этот большой ребёнок, выросший в здоровенную каланчу, и в мелочах старался держаться на позитиве, цепляясь за жизнь мёртвой хваткой даже элементарной заботой о своей внешности. И она у него была действительно приятной. Даже Дин, будучи родным братом и не особо сильным ценителем мужской красоты, считал его симпатягой, а щенячьи каре-зелёные глазки Сэма и вовсе были тяжёлой артиллерией, особенно для представительниц противоположного пола. Жаль только из-за болезни Сэм не мог воспользоваться этим оружием по полной программе, но теперь у него будет этот шанс! Дин был уверен, что после операции, когда врачи разрешат уже ему делать всё, что заблагорассудится, не задумываясь особо о своём здоровье, Сэм перво-наперво найдёт себе, наконец, девушку и перестанет уже быть девственником по принуждению. Да, ещё в школе у него была подружка, но, насколько Дин знал, далеко у них так и не зашло. Как только гормоны в крови поднялись выше положенного уровня, сердце Сэма начало давать сбои, так что вместо того, чтобы получить удовольствие, ему пришлось вернуться домой и нажраться грёбанных таблеток, чтобы не встретить рассвет в очередной палате со стерильными белыми стенами. Как те, в которых он лежал сейчас. Светлое помещение также не придавало энтузиазма, медленно гася даже, казалось бы, бесконечную жизнерадостность Сэма, а мерно попискивающие приборы только напоминали одним своим присутствием о его состоянии, подмигивая разноцветными лампочками и выдавая на своих мониторах прыгающие линии. И всё-таки, несмотря на сонную тишину и скучный вид за окном, Сэм очень быстро приободрился, когда Дин переступил порог, поднял на него глаза, в которых плескалась отчаянная решительность и, игнорируя все правила этикета и приветствия, сразу же в лоб задал главный интересующий его вопрос: - Во что ты вляпался, Дин? - И тебе доброго утра, Сэмми, - Дин зашёл вглубь палаты и уселся на кресло напротив кровати брата. – Как ты сегодня? – попытался он отсрочить неприятный разговор. - Я в порядке. А ты не пытайся перевести тему, - тут же осадил его Сэм. Дин глубоко вздохнул и начал рассказывать полуложь-полуправду, которую состряпал утром, стараясь звучать как можно уверенней и не отводить взгляда от дотошно изучающих его глаз Сэма. Тот всеми силами старался уловить обман и, судя по всему, местами ему действительно это удавалось, Дин понимал это по сощуренному взгляду и плотно сжатым губам. Однако Сэм не перебивал брата и дослушал весь его, отдающий наивностью, рассказ до конца. И только после этого выдал свой вердикт. - Я повторю свой вопрос, Дин: во что ты вляпался? Я не такой уж и дурак, каким ты пытаешься меня выставить, даже если делаешь это из благих намерений, которыми сам знаешь, куда обычно выстлана дорога. Со всеми твоими возможностями – которых я знаю у тебя не мало – ты не имеешь ни особого образования, ни диплома, ни опыта в престижной работе. Отсюда я могу сделать вполне логичный вывод, что полученную сумму тебе предстоит отрабатывать, занимаясь не пойми чем. - Какой же ты неблагодарный сукин сын, - усмехнулся Дин, нисколько не злясь на подозрения брата, особенно прекрасно зная, что и он переживает за него не меньше. – Клянусь, Сэмми: никакого криминала! У меня всё под контролем и эти деньги я действительно отработаю самым честным путём! - И почему мне кажется, что под этим «контролем» скрывается что-то нехорошее в духе подписания контракта на продажу почки? - Чувак, там реально не маленький домик, который требует, как минимум, уборки, а, как максимум, ремонта. Я просто буду держать его в порядке и выполнять мелкие поручения одного из своих боссов, - Дин перечислил тот же спектр услуг, который предлагал Кастиэлю. - Вот эти «мелкие поручения» меня и напрягают. Ладно… Чёрт, чтоб ты знал: я так и не поверил до конца во всю эту красивую сказочку, что ты мне рассказал, но, похоже, у меня всё равно не осталось выбора, так? - Абсолютно, - глубоко вздохнул Дин, благодаря брата, что тот всё-таки не стал строить из себя сучку и сильно докапываться. Ему и так было не легко обманывать единственного родного человека. *** Дин просидел с Сэмом весь день, пока того готовили к операции, но, когда часы посещения закончились, доктор Маллен настоятельно попросил его отправиться домой и отдохнуть. Самое главное случится только утром, а пока у обоих братьев было предостаточно времени, чтобы хорошенько выспаться. Уже возвращаясь в мотель, Дин задумался о том, что за весь день, проведённый с Сэмом, после того разговора о его «работе», он практически не вспоминал ни о вампирах, ни о том, что ему предстоит стать для одного из них закуской. Лишь снова съедая двойную порцию ужина, он понял, что действительно сильно устал, всё-таки потеря крови, пусть и незначительная, не восполняется мгновенно. И всё же Дин надеялся, что завтра ему хватит сил выдержать томительное ожидание под дверью операционной, пока доктор Маллен будет играть в Волшебника Изумрудного города и пришивать его Сэмми настоящее человеческое сердце. Операция действительно прошла успешно. Несколько часов, просиженных в коридоре между дверью в святая-святых больницы и автоматом с кофе показалась Дину годами, проведёнными в Аду, но улыбка на уставшем лице врача стоила всех этих мучений. Прогноз оказался более чем благоприятным: молодой, сильный организм Сэма прекрасно перенёс операцию, и теперь тому остаётся только также хорошо справиться с реабилитационным периодом - в чём доктор Маллен не сомневался - и можно будет говорить об абсолютно полноценной жизни. Сэм всё ещё оставался погружённым в медикаментозный лечебный сон и, по словам врача, пробудет в нём, как минимум, до завтра под чутким наблюдением медицинского персонала в специально отведённом для этого боксе, куда посторонним вход строго-настрого запрещён. Дин мог наблюдать за состоянием своего брата лишь через небольшое стеклянное окошко, с грустью рассматривая, как Сэма окутывают различные проводки приборов и трубочки капельниц. И всё же, в противовес этому, на душе было так светло и радостно, что Дин улыбался всё то время, что провёл у стерильного бокса, где лежал его брат, и весь путь до мотеля, и даже когда ложился спать улыбка всё равно не покидала его лица. Доктор Маллен рассказал, что Сэм проведёт в больнице ещё около трёх недель, пока окончательно не восстановится, после чего его переведут на домашнее лечение, где он уже сможет потихоньку вливаться в социум. Полное же выздоровление наступит не раньше, чем через полгода, и всё это время нужно будет принимать специальные препараты, контролирующие работу сердца и соблюдать покой, чтобы не провоцировать многострадальный орган на работу в экстремальном ритме. Дин был безмерно благодарен врачу за это чудо, а такие мелочи, как таблетки и психологическое равновесие Сэма были абсолютно привычным явлением в их жизни на протяжении уже многих лет, так что нисколько не пугали его. Главное, что с его братом теперь было всё в порядке, а дальше будет ещё лучше, а больше Дина не волновало ничего. *** Сон Дина был приятным, но довольно чутким. Распахнув глаза, он схватил свой телефон и активировал экран. На часах показывало глубокую ночь, и всё же он проснулся от навязчивого ощущения, что за ним кто-то наблюдает. Повернув голову, он со стоном плюхнулся обратно на подушку, поняв, что не ошибся в своих предположениях. Около окна, занавешенного дешёвыми жалюзи, через которые свет от ближайших фонарей почти не проходил внутрь номера, стоял Кастиэль, расслабленно привалившийся к тумбе своей пятой точкой. - А, это ты, Кас, – хрипло выдал из себя Дин куда-то в подушку, не сразу сообразив, что укоротил витиеватое имя вампира. – Какого хрена ты тут делаешь? Возможно, это было не слишком вежливо так разговаривать с существом, помогшим тебе в трудную минуту, да ещё и опасно, зная, что тот обладает не дюжей силой и магией в придачу, но хей! Этому упырю действительно были совсем не рады. - Я не хотел пугать тебя, Дин, - без обид заявил Кастиэль, даже как-то усмехнувшись его выпаду, как обычно, проигнорировав вопрос, а заодно и сокращение. - Ты пришёл, чтобы… - насторожившись, не договорил тот, сел на кровати и рефлекторно прикрыл ладонью полюбившееся вампирам место рядом с ключицей. - Не бойся, я не стану тебя пить. Не сегодня, - оттолкнувшись от тумбы, Кастиэль стал медленно приближаться к его кровати. – Я вообще не думал, что ты проснёшься. - То есть ты просто припёрся поглазеть, как я сплю? – вздёрнул бровь Дин, и, получив утвердительный кивок, продолжил: - Ты в курсе, что наблюдать за спящими людьми – это как-то жутко? - Я множество раз так делал, - Кастиэль с абсолютно серьёзным лицом уставился на него, слегка наклонив голову в бок, одновременно с этим бесцеремонно усаживаясь на краешек кровати. - Да, я уже понял, что ты со странностями, - отодвинулся от него подальше Дин, чуть не сваливаясь на пол с другой стороны. - Прости, что разбудил. Тебе нужно спать. - Уснёшь тут теперь, как же! – пробурчали в ответ. - Спокойной ночи, Дин. Кастиэль тепло улыбнулся и, не дожидаясь очередного выпада, наклонился ближе, после чего дотронулся до его лба соединёнными вместе указательным и средним пальцами одной руки. Дин мгновенно обмяк, веки сомкнулись, а голова упала на подушку. Одним лишь прикосновением Кастиэль смог погрузить его в глубокий и здоровый сон. Вопреки обещанию, он не стал покидать номер мотеля сразу же, давая себе немного времени, чтобы полюбоваться на расслабленного во сне человека. Зрение вампиров несколько отличалось от людского, позволяя видеть чуть больше, в том числе комфортно ориентироваться в темноте, а уж в полумраке, какой стоял в помещении, Кастиэль и вовсе видел всё прекрасно, включая даже веснушки на лице Дина. И то, что он видел ему очень нравилось: приятное лицо, ёжик русых, мягких на вид волос, крепкое, подтянутое тело и широкие плечи. Кастиэль протянулся к левой руке Дина, касаясь в районе локтя, и повёл свою ладонь выше, задирая рукав футболки, под которой красовалась его метка. Нежно касаясь кончиком указательного пальца, он обвёл весь её контур, после чего аккуратно приложил ладонь точно на след. Дин еле слышно застонал во сне и задышал чуть чаще, так что Кастиэлю пришлось убрать руку, чтобы снова его не разбудить. Улыбнувшись своим же собственным действиям, он поднялся с кровати и отошёл обратно к окну, после чего послышался лишь шорох крыльев и спящий на кровати человек остался в номере вновь один. - Дай угадаю: ты был у Дина, - встретил его ехидным прищуром Габриэль, который развалился в кожаном кресле рядом с полыхающим вовсю камином, задрав ноги на один из его подлокотников. На его животе стояла небольшая мисочка с орешками в карамели, которые он, время от времени, закидывал себе в рот. - Я должен был узнать, что с ним всё в порядке, - Кастиэль присел в точно такое же кресло, стоящее напротив и сложил на коленях руки. - И чего ты так носишься с этим мышонком, а? Не хочешь поделиться с классом, на что ты вообще нас всех подписал? - Его кровь… Мне стыдно в этом признаться, но она действует на меня… по-особенному. Она словно мощнейший афродизиак, проникающий в каждую клетку моего тела. И, судя по всему, эти ощущения испытываю только я. - Ты думаешь, что он… - не договорив, нахмурился Габриэль, сразу же теряя весь свой шутливый вид. - Я этого не исключаю. - Ты уже говорил об этом с сыном? - Нет. Джеку пока лучше не знать, что на самом деле произошло. По крайней мере до тех пор, пока я сам не разберусь во всём этом. - Я, конечно, не в восторге от этого наглого воришки, но… Касси, ты должен знать, что я при любом раскладе буду на твоей стороне. - Я поставил ему метку, - вздохнул Кастиэль, смотря прямо на огонь. - ЧТО? – даже открыл рот от такого заявления Габриэль, резко садясь в кресле прямо. - Дин не доверяет нам, и я больше чем уверен, что он попытается сбежать, когда Сэма выпишут из больницы. Так, по крайней мере, я всегда буду знать, где он и что с ним всё в порядке. - Ты с ума сошёл, Кастиэль? Ты ведь знаешь, что это навсегда? Ты… Мы теперь даже убить его не сможем, если твоя теория окажется не верна! - Ни ты, ни Джек, ни другой вампир, живущий на Земле – да! А я, если ты помнишь, с самого начала не собирался его убивать, даже до того, как попробовал. - А ты собственник, Касси, - усмехнулся Габриэль. – Что ж, надеюсь твоя зазноба не принесёт нам проблем. - Уверен, что нет, - фыркнул тот и поспешил перевести тему. – Как там Сэм? - Не знаю. Я его ещё не видел, но, насколько понял, всё прошло чики-пуки. - Будешь курировать его? - Придётся. Кому-то же нужно думать головой, а не только… - Габриэль! – закатил глаза Кастиэль. – Я не виноват, что кровь Дина на меня ТАК действует! - Ох, прости, братец, но, когда будете играть в кошки-мышки, то не забудь, что, несмотря ни на что, твоё дитя ещё не достигло совершеннолетия, - тот подмигнул ему и, закинув последний орешек из чашки, испарился с еле слышным шорохом крыльев.