Пятьдесят оттенков багрового

Как и каждое утро, Кастиэль попрощался с сыном, который уходил в школу, после чего не стал подниматься к себе, а уселся в одно из кресел напротив потушенного ещё с вечера камина, дожидаясь Габриэля, который не заставил себя долго ждать. - О чём задумался, Касси? – материализовался посреди гостиной тот и тут же плюхнулся напротив. - Дин и Сэм спят наверху, - начал с главного тот. - Ты всё-таки притащил сюда Сэма… - заныл Габриэль, откидываясь на спинку. – Ты даже не представляешь, как я от него устал за это время! - Я думал вы стали хорошими друзьями, - поддел брата Кастиэль. - Шутишь? Меня уже в дрожь бросало от этого щенячьего взгляда каждый раз, когда я входил в его палату. И не поймёшь ведь, то ли он мысленно раздевает меня и трахает во всех позах, то ли ждёт, что с ним это сделаю я. - Ну так в чём дело? Когда для тебя это было такой проблемой? Или ты боишься, что его сердце ещё не выдержит такой нагрузки? – вовсю насмехался над Габриэлем Кас. - Да он девственник, Касси! У него же на лбу написано! Вот оно мне надо, такой геморрой? Да и братец его чересчур борзый, он же из меня потом всю душу выковыряет, причём чайной ложкой! Надолго они у нас, кстати? - Они останутся примерно на полгода. Думаю, это вполне достаточный срок, чтобы Дину искупить свою вину. - Ммм, полгода… - снова взвыл Габриэль. – Знаешь, для Сэма это много, а вот для Дина… Слишком мало? Ты что же, возьмёшь и так просто отпустишь его потом, зная, что он, возможно, твоя пара? - Не «возможно», Гейб. Теперь я уверен в этом, - загадочно улыбнулся Кастиэль. - Так, а вот с этого момента поподробнее. Неужто твой мышонок успел сменить цвет с чёрно-белого на сине-розовый*? - Я вчера вылечил его! Я укусил Дина, а потом сам же убрал укусы! У меня получилось! Ты же знаешь, что только истинные пары могут лечить друг друга. - Если они оба вампиры - Дин ведь пока не может оказать тебе ответной услуги, - хмыкнул Габриэль и тут же задумался. – И что теперь? Скажешь ему, что он – твой единственный и предложишь вечность рядом с тобой? - Нет. Не сейчас. Он не готов. Быть может, позже… - Ну, не стану скрывать, что я всё ещё не в восторге от того, как распорядилась судьба… Но я по-прежнему на твоей стороне, Касси! Как знать, может, из твоего Дино выйдет неплохой вампир. - У меня есть одна идея, как постепенно подвести его к этой теме. Надеюсь, мне действительно хватит полугода, чтобы это осуществить, - глубоко вздохнул Кастиэль. - Я в тебя верю! Эх, где бы теперь мне найти свою суженую! – хлопнул по своим коленям Габриэль, поднялся и направился в сторону лестницы. – Касси, и мой тебе совет: гони в шею Сэма! Этот мышонок тут явно лишний. - Он – брат Дина. Я не могу выгнать его, ты же знаешь. И ты, вроде как, обязан присматривать за ним ещё какое-то время после выписки, - напомнил ему Кастиэль. - Ооо, ну за что мне такие мучения! Кому-то пара, а кому-то кара! - Перестань ворчать, Гейб. Однажды и ты встретишь свою судьбу. И, надеюсь, у вас не будет таких сложностей, как у меня с Дином. - Не будет. Моя судьба – это черноокая мулатка с пышными ресницами и большой грудью! - Мечтай, Габриэль! – рассмеялся Кас. *** Дин, в кои-то веки, просто замечательно выспался, и, если бы не слабое беспокойство о брате, он провалялся бы в отведённых ему королевских покоях ещё, но всё же оставлять Сэма одного без присмотра в особняке, полном вампиров, не очень-то хотелось. Обещание обещанием, но Габриэль довольно хитрый сукин сын, хоть Кас и строит из себя крутого парня, пытающегося держать всё в своих руках. К тому же, помимо этих двоих, в доме есть мелкий упырёнок, который вообще никаких гарантий никому не давал, и смотрел вчера на них с Сэмом довольно голодным взглядом. Спустившись вниз, Дин почувствовал приятный запах еды и услышал голос своего брата, ведущего какую-то очень оживлённую беседу с Кастиэлем. Совершенно не было похоже, что они ссорятся или снова обсуждают условия сделки, их диалог скорей был увлекательной дискуссией на какую-то, интересующую их обоих тему. Столовая нашлась сразу за гостиной, похожая на просторный светлый зал с большим обеденным столом и удобным помещением непосредственно самой кухни, обставленной, так же, как и весь дом, по последнему слову моды и техники. Сэм готовил блинчики, порхая между тумбами, как заправский двухметровый поварёнок, при этом не прекращая эмоционально что-то рассказывать сидящему здесь же, на стуле, Кастиэлю. - Утречка! - Дин! Ты, наконец, встал! Представляешь, Кас говорит, что у них есть огромная библиотека, и там куча различных старинных книг! Это так интригующе! Он обещал мне её показать и разрешил читать всё, что я захочу! – щенячьему восторгу Сэма не было предела. - Та самая библиотека, да? – скосил взгляд Дин в сторону Кастиэля, вспоминая, что именно там-то и произошло заключение их сделки. - Совершенно верно, - кивнул Кас, кажется, тоже вспоминая о том злополучном дне. - Кстати, мне вот интересно, почему так: половина дома похожа на старые заброшенные развалины, а вторая сияет чистотой и порядком, да ещё и отделана в самых лучших дизайнерских решениях последних лет? Дин решил воспользоваться тем, что теперь он тут вроде за домработницу, так что не стал себе отказывать в самообслуживании: нашёл на полках чашку, налил себе кофе, уселся за стол и стал руками таскать блинчики, которые готовил Сэм, предварительно макая их в варенье, после чего запихивая в рот. Тот лишь улыбнулся брату, довольный, что всё-таки оказался хоть чем-то полезен. Кас к тому времени был занят примерно тем же, только соблюдая все правила этикета, а потому орудовал в своей тарелке ножом и вилкой, интеллигентно потягивал из кружки кофе и тщательно пережёвывал пищу. - Имение, как ты заметил, довольно большое по своей площади, а мы здесь живём только втроём, так что нам не нужно столько пространства, поэтому в своё время было решено разделить дом на две части, используя лишь одну из них, как жилую зону. Восточное крыло постепенно модернизировалось, сюда был подведён водопровод и электричество, западное же использовалось больше, как склад ненужных вещей и память о былых временах. - Устраивали там когда-то балы, а? – подмигнул Кастиэлю Дин. – Я видел то, что осталось от ваших тряпок – жуткая мода прошлых лет. - В начале дом использовался целиком, и да, здесь действительно проходили балы. Но когда наш отец ушёл, мы с Габриэлем возвели стену, позволяющую не проникать холоду и грязи в ту часть, которая хорошо отапливалась и за которой тщательно следили. Из одного крыла в другой есть два перехода: один из них находится в подвале, недалеко от котельной, он скрыт от посторонних глаз панелью и его не легко найти, даже при большом желании. Второй же располагается как раз в библиотеке за одним из стеллажей с книгами. Я представлю вам оба, когда буду показывать дом, но это случится не раньше, чем мы закончим завтрак. Кстати, ты хорошо готовишь, Сэм, блинчики очень вкусные, спасибо. - На здоровье. Надеюсь, ты всё-таки не против, что я иногда буду делать за Дина его работу? – засмущался от похвалы Сэм, расплываясь в довольной улыбке. - Нисколько. При желании, ты можешь заменять Дина в любом деле, кроме того, что касается нашего с ним личного договора, - Кастиэль выразительно посмотрел на того, давая понять, что здесь ему всё же не удастся отлынивать от обязанностей. - Да, я уже понял, что моя кровь не годится, - хмыкнул Сэм, прекрасно понимая, о чём речь. Кас только согласно кивнул. - Эй! Я чуть слюной не подавился, пока спускался сюда! Вы что, не могли меня позвать? – в столовой появился Габриэль, сразу же жадно уцепившись взглядом за тарелку с блинчиками. - И тебе привет, Гейб, - ещё шире заулыбался Сэм. – Садись, я сейчас налью кофе. - Какао с сахаром, молоком и зефирками, мышонок! И я не понял, почему это ты тут хозяйничаешь? Разве не Дино должен готовить нам завтрак? - Боюсь, мои кулинарные шедевры содержали бы начинку из мышьяка или стрихнина. Это вряд ли стало бы для тебя смертельным, но, думаю, дискомфорт всё же принесло, - улыбаясь во все тридцать два зуба, нежно, но с издёвкой произнёс Дин. - Касси, твой мышонок грозится меня отравить! – воскликнул Гейб, чуть не плюясь при этом блинами, которые к тому времени успел запихнуть себе в рот. - Ябеда, - прыснул Дин, понимая, по ухмылке Кастиэля, скрываемой за чашкой кофе, что тот шутку прекрасно понял. - Как дети, - закатил глаза Сэм, сам давя улыбку, прекрасно зная, что его брат просто шутит. Когда завтрак подходил к концу и горка с блинами, особыми стараниями Габриэля, уменьшилась почти до основания, Кастиэль обратил внимание на то, куда и с каким интересом направлен взгляд Сэма. Удивительно, что этого всё ещё не заметил Дин, но Сэм действительно буквально пожирал глазами пальцы Гейба, которые тот так старательно облизывал от варенья, явно мечтая ему в этом помочь. Дабы избежать неловкой ситуации, Кастиэль решил отвлечь парня от его искушения и напомнил обоим Винчестерам о своём предложении показать дом. Те сразу же с энтузиазмом прониклись этой идеей, чуть ли не выпрыгивая из-за стола и следуя за ним. Если западному крылу Кастиэль не уделил особо должного внимания, показывая лишь мимоходом комнаты, заваленные всяким хламом и вкратце рассказывая об их прежнем назначении, то восточному крылу досталось куда больше времени и информации. Оно оказалось полностью зеркальным отражением второй половины дома, только куда чище и современней. Первый этаж также занимала почти полностью огромная зала-гостиная, а на втором располагалось множество жилых комнат. Третий же этаж оказался не слишком обжитым, но всё же не выглядел запустелым, как западное крыло. Здесь не было спален, а основная часть комнат оказалась отведена под подобие кабинетов и рабочих помещений. В конце коридора Дин заметил едва приметную дверь, за которой располагалась одна из четырёх башенок дома, где – он знал это наверняка – была лестница ещё выше, на чердак. Кастиэль напрочь отказался показывать то, что было за ней скрыто, отмахнувшись лишь информацией, что это его личная рабочая зона и показывать её кому-либо он не особо намерен. И как только Дин вознамерился развернуть по этому поводу спор, то их взору открылся тот самый огромный центральный зал библиотеки с выстроенной линией глобусов по центру. Последний, уроненный в предыдущий раз Дином шар, сейчас снова стоял на своём месте, словно его подставка и не была сломана в порыве отчаяния. Они все втроём стояли на балкончике третьего этажа, и целое море книг расстилалось вокруг них, от чего Сэм пришёл в такой дикий восторг, что Дин с Кастиэлем сразу же поняли, где этот парень будет проводить почти всё своё время в те полгода, что они будут здесь жить. Дав Сэму приглашение чувствовать себя, как дома и брать любую литературу, Кастиэль предложил Дину вернуться в столовую, потому что экскурсия по дому была завершена. - Что же ты прячешь на чердаке, Кас? – тут же набросился на него тот, как только они оказались одни. - Тебя это не должно волновать, Дин. Единственное, что я могу сказать: я там работаю, - снова ушёл от ответа Кастиэль. - Работаешь? Что у тебя там? Тайная лаборатория? Ты мастеришь оружие, как Тони Старк, а потом продаёшь его Пентагону? Отсюда у вас столько денег? Или, может, ты ставишь опыты над людьми, доктор Франкенштейн? Изобретаешь лекарство от рака и СПИДа? Или у тебя там всё-таки красная комната, куда ты приводишь своих жертв и заставляешь их с тобой играть? – подёргал бровями Дин, не видя ни капли ответной улыбки в синих глазах. - Что бы там ни было, это то место, куда никому не позволено входить без моего разрешения. - Да ладно тебе, Кас! – шутливо пихнул его в плечо Дин. – Я же тут, вроде, должен следить за порядком. Вдруг у тебя там пыль скопится и всё такое… - Ты не должен ходить на чердак! Это приказ, Дин! – сурово посмотрел на него Кастиэль и тот понял, что больше ему тут ловить нечего. - Ладно-ладно! Значит, у тебя есть какое-то суперсекретное дельце на крыше, Габриэль – врач в местном госпитале, а Джек ходит в школу. Что, в простую такую школу, с обычными смертными подростками? Или у вас есть свой собственный Хогвартс для вампиров, где учат всяким штучкам, вроде того, как пришпиливать людей к стене без физического контакта? – вспомнил он их первую встречу с Джеком и как был размазан, словно бабочка под стеклом одним лишь его взглядом и рукой, направленной в его сторону. - Он занимается в частной школе Джексона несколько раз в неделю. И да, его одноклассники – люди. Он должен получить базовые знания, необходимые ему в дальнейшей жизни. - Но как же… - Ему запрещено использовать силу и питаться на глазах у смертных. Он никогда не пил ни своих одноклассников, ни учителей. Тебя ведь это интересует? - Ты говорил, ему пятнадцать. Возраст бунтарства и непокорности! Думаешь, он и правда такой паинька? – хмыкнул Дин. - Это в его личных интересах. Выдав себя, он навлечёт проблем на весь клан, - пожал плечами Кастиэль, уверенный в своей правоте. - И как часто вам нужно пить кровь? - Не так, как ты думаешь. Пары раз в месяц вполне достаточно для поддержания сил на должном уровне. - Значит, ты будешь пить мою раз в две недели? Или у тебя более разнообразное меню? – Дин сложил руки в защитном жесте и облокотился на стену. - На ближайшие полгода я не планировал изменять своему вкусу, так что, надеюсь, ты тоже меня не подведёшь и будешь следить за здоровьем, - в глазах Кастиэля мелькнули знакомые золотистые искорки, говорящие о том, что их обладатель уже давно не принимал нормальной дозы своих «витаминок» - вчерашние пару глотков из запястья Дина не в счёт - и напоминая, что на вечер у него было запланировано кровавое пиршество не без его участия. - А Джека вы, значит, поите пакетированным соком из больнички? – Дин вспомнил их экскурсию по дому и огромный холодильник в подвале, битком заваленный донорской кровью. Кастиэль назвал его их «винным погребом». Со стороны это больше напоминало небольшую холодную комнату с сейфовым замком, потому что попасть внутрь помещения, не зная код, было невозможно. - Джек уже большой мальчик и может доставать себе еду самостоятельно. То, что ты видел внизу предназначено скорей для удовольствия, чем для какой-то серьёзной потребности. - Я понял. Это ваше личное Шато Марго или Каберне Совиньон, - усмехнулся Дин. - Именно. А теперь, если ты не против, я бы хотел заняться своими делами. Мой сын скоро вернётся из школы, и я уверен, что он будет голоден, так что тебе тоже есть, что делать. С этими словами Кастиэль покинул Дина, уходя наверх, оставив того в смешанных чувствах от их разговора и с любопытством, с которым его не отпускала та заветная дверь на чердак. Он пообещал сам себе во что бы то ни стало проникнуть туда и узнать, что же прячет загадочный мистер Новак. Теперь эта навязчивая идея просто не даст ему спокойно дальше жить! *** Сэм к ужину так и не выполз. С разрешения Кастиэля, он утащил несколько книг в свою комнату, и наслаждался их прочтением при нормальном электрическом освещении, коего не было в библиотеке. Джек, перехватив пару наспех приготовленных Дином бургеров, тоже умчался к себе, сославшись на загруженность в школе. Габриэль ушёл на очередное дежурство в госпиталь, успев утащить из битком набитого едой холодильника несколько пирожных и большое красное яблоко, а Кастиэль, переговорив с кем-то по телефону – от наличия которого Дин чуть вообще не выпал в осадок – объявил, что ему нужно отлучиться на пару часов по делам, после чего исчез, громко хлопая своими крылышками, оставив его недоумённо пялиться в пустоту. Зато проблема с ужином была сразу же решена: Дин мгновенно забил на саму идею его приготовления и тоже отправился к себе. Но долго сидеть без дела он всё же не смог, а навязчивая идея всё-таки пробраться на чердак, скреблась изнутри острыми коготками, не давая Дину сосредоточиться больше ни на чём. Посчитав, что такой шанс попасть в святая святых Кастиэля ему выпадет, возможно, ещё очень нескоро, он всё же решил испытать судьбу. Достав из сумки свой брелок с отмычками, Дин направился на третий этаж, прекрасно зная, что кроме него сюда точно никого не занесёт, так что смело шёл по полутёмному коридору без света к двери в самом конце, которая манила его, словно магнит. Замок, ожидаемо, оказался заперт, но это нисколько не расстроило Дина, а наоборот подзадорило, накаливая больше страстей вокруг тайны, которая находится внутри. Повозиться с отмычками тоже пришлось немало, но дверь всё-таки поддалась и с победным щелчком открыла Дину доступ в свои недра. Опасливо поозиравшись по сторонам, он нерешительно толкнул её, но толком так и не успел разглядеть ничего в царившем за ней полумраке, кроме мимолётно мелькнувшей в тусклом свете, лившемся из окна, винтовой лестницы, ведущей наверх. Сразу же за этим дверь с силой захлопнулась обратно, и он бы наверняка прищемил свой любопытный нос, если бы кто-то не схватил его с силой за шкирку и не откинул назад. Столкновение с противоположной стеной пришлось точно на спину и затылок, но оно не было таким сильным, как удар налетевшего на него абсолютно злого Кастиэля, который буквально впечатал его в ровную поверхность и прошипел в самое лицо, безумно светя в тусклом освещении коридора своими золотистыми глазами: - Кажется, я ясно дал понять, что чердак для тебя – запретная зона! Но ты умудрился нарушить мой приказ в первый же день своего пребывания в этом доме! - Кас… Что ты здесь делаешь? – задал, наверное, самый глупый вопрос Дин, но он действительно никак не мог взять в толк, как тот понял, что он взламывает этот замок? Его даже дома не было минуту назад! - Я узнал, что ты ослушался меня благодаря метке и сразу же прилетел, хотя, поверь, был очень далеко отсюда! - Ясно, - простонал Дин от давления на своё тело, а также понимания, что это чёртово клеймо действительно держит теперь его всегда на мушке у Кастиэля. - Ты помнишь, что я обещал тебе, в случае неповиновения? – взгляд вампира был просто безумен и горел таким огнём, что Дин всерьёз испугался, не вошёл ли тот снова в свой раж, и не превратит ли его в бескровную мумию, что так и не смог сделать в прошлый раз. - Кас! Не надо! Пожалуйста! – затравленно съёжился Дин, пытаясь просто вплавиться спиной в стену, боясь, что в этот раз может и не найти в себе сил, чтобы вовремя того остановить. - Я никогда не бросаю слов на ветер, Дин! Ты должен вынести урок из своего поступка, чтобы впредь слушаться и не подвергать мои слова сомнениям! - Я больше не буду, правда! Я всё понял! Я даже на третий этаж никогда подниматься не стану! Кастиэль словно не услышал Дина. Он схватил его за запястья и резко оторвал от стены, вывернул руки за спину и крепко зафиксировал их, после чего толкнул в спину, давая понять, что они уходят отсюда. Как Дин ни пытался сопротивляться или вырваться – всё было бесполезно: хватка Каса была поистине железной. На лестнице Дин чуть не клюнул носом от сильных толчков в спину, размышляя про себя: стоит ли звать на помощь, или это только усложнит ему жизнь? Кто знает, вдруг Габриэль и Джек захотят присоединиться к его наказанию. А уж в том, что помогать ему они точно не станут – Дин не сомневался. А Сэму вообще лучше не знать о том, что здесь происходит: он только после операции и лишние нагрузки на сердце, как уже показала практика, ему ни к чему. Кастиэль провёл его мимо выделенной комнаты дальше по коридору, вталкивая в собственные покои и закрывая за собой дверь за замок. Щелчок показался Дину в этот момент звуком возводимого затвора пистолета, он стоял посередине комнаты и боялся даже обернуться, чтобы посмотреть на своего палача. Тот почти бесшумно подкрался к нему со спины и положил руки на его плечи. По прикосновениям не было похоже, что Кас в ярости, а его намерения далеки от невинных. Руки медленно огладили ткань рубашки и направились выше, но, едва достигнув шеи, сменили траекторию и поползли вниз на грудь. Дин стоял ни живой, ни мёртвый, совершенно не понимая, что происходит. Или это очередные «извинения», которые Кастиэль любит доставлять перед тем, как сделать больно? Длинные, музыкальные пальцы подцепили края рубашки и стали разводить их в стороны, давая понять, что эта деталь гардероба на нём явно лишняя и от неё нужно немедленно избавиться. Ладно… Если Кас хочет снять с него рубашку… пусть снимает. До тех пор, пока он не вознамерится стянуть с него штаны, Дин не будет поддаваться ни панике, ни каким-либо мыслям о ненормальности происходящего. Да о какой вообще нормальности здесь может идти речь? Рубашка отлетела в сторону и упала на подлокотник стоящего неподалёку кресла, но руки Кастиэля, как и опасался Дин, на этом не остановились, а начали медленно собирать в складки на поясе низ футболки, чтобы после явно стянуть с него и её. - Кас, что ты делаешь? – теряясь в догадках о планах вампира, спросил Дин. - Тшш… Я хочу наказать тебя, но не напугать, - строго прошептал ему на ухо Кастиэль. Он стоял довольно близко к спине Дина, чтобы тот смог почувствовать тепло его тела, особенно сейчас, когда ткань его футболки действительно медленно ползла вверх, оголяя всё больше обнажённой кожи. – Ступай вперёд. Впереди была только кровать. Огромная, с четырьмя столбами по углам, намертво вкрученных, как в пол, так и в потолок. Дин мог бы сравнить их с пилонами, но те являлись не совсем гладкими и ровными: они были вырезаны из крепкого на вид дерева и имели волнообразную форму. Изголовье кровати напоминало полукруг стальной паутины, на стене над которой, вниз остриём, был подвешен отливающий чем-то, похожим на серебро клинок. Потолок во всей комнате, в котором едва виднелась мелкая россыпь еле заметных лампочек, был покрыт чёрной краской. Дин даже подумал, что, если их зажечь, то непроглядная гладь наверняка превратится в подобие звёздного неба. И всё-таки, приказ подойти именно к кровати, да ещё и после того, как с тебя сняли часть одежды, показался Дину довольно многообещающим, но совершенно не в хорошем смысле. Немного помявшись на месте, он сделал пару шагов вперёд, надеясь, что его анальная невинность останется при нём к концу экзекуции. Кто этих вампиров знает! Он оказался впритык к деревянному столбику и ни в какую не собирался огибать его, потому что ещё один шаг, и он действительно окажется распластанным по кровати, что в его планы совершенно не входило. Футболку с него сняли довольно резко и одним махом, Дин даже не успел сообразить, что произошло, как остался с полностью обнажённым торсом, а второй предмет одежды присоединился к первому. Руки Кастиэля уже вовсю шарили на его поясе, пытаясь сначала расстегнуть ремень, а потом выдернуть его из шлеек джинсов. И вот тут Дин всё-таки начал паниковать: неужели его сейчас действительно тупо изнасилуют? И всё из-за какой-то грёбанной двери на чердак? - Кас…? Но его штаны оставили в покое сразу же, как ремень оказался в руках Кастиэля – кажется, именно он и был его целью, а не то, что Дин себе там уже умудрился нафантазировать. Но затем вампир оказался прямо перед ним, поставил одну ногу, согнутую в колене на кровать, и произнёс своим коронным голосом профессионального доминанта: - Протяни руки вперёд. Дин просто не мог не повиноваться. Он правда пытался, но этот взгляд синих глаз с золотистыми всполохами просто гипнотизировал и заставлял делать всё, что приказывали. Он не мог даже моргнуть, не то что отвести взгляд, а потому совершенно прохлопал тот момент, когда его руки довольно профессионально и накрепко привязали к столбу его же ремнём. Зато, когда Кастиэль потянулся к собственной пряжке, Дин всё-таки смог оторвать взгляд и перевести его на порхающие над тем руки. Всё произошло в какие-то доли секунды, и Кас уже зажимал в руке свой ремень, сложенный вдвое. Он убрал с кровати ногу и стал медленно обходить Дина, в итоге оказываясь за его спиной. - Ты нарушил мой приказ и должен быть наказан, Дин. Ты ведь это понимаешь, правда? – абсолютно спокойным голосом поинтересовался Кастиэль. - Я же извинился и поклялся, что больше не буду, - напрягся тот, начиная понимать, к чему вообще всё идёт: его голая спина, ремень… - Конечно, не будешь, но я хочу, чтобы ты понял свою ошибку и вынес из неё урок. - Кас… - Считай до пяти, Дин. И не сдерживай себя – комната звукоизолирована. - Что? Первый удар оказался довольно болезненным, а главное – неожиданным. Нет, Дин предполагал, что его сейчас просто выпорят, но к такому нельзя быть готовым, как ни крути. Он дёрнулся, пытаясь освободиться, но Кастиэль, видимо, был профессионалом в завязывании узлов, а деревянный столбик оказался действительно очень крепким, будто внутри него находился стальной стержень. Кто знает, возможно, так оно и было на самом деле. Развернуться и ударить обидчика ногами тоже не представлялось возможным, да и вряд ли бы Дин этим чего-то добился, только разозлил бы Кастиэля и, скорей всего, продлил себе пыток, а тот, кажется, обещал ему всего пять… - Считай, - словно прочтя его мысли, напомнил Кас. Дин снова затрепыхался, пытаясь освободиться. Рука у Кастиэля оказалась тяжёлой: спина горела, и на ней, наверняка, останется синяк или даже ссадина. А ещё было чертовски обидно, потому что действия вампира не столько наносили физический урон, как психологический. Дина секли, как раба, но те времена уже очень давно прошли, и за то, что творит этот псих, можно вполне схлопотать неплохой срок за решёткой. Хотя, кому Дин пойдёт жаловаться? Да и что полиция сможет сделать вампирам? - Считай! – буквально рявкнул ему на ухо Кастиэль, и Дин до скрипа стиснул зубы, еле слышно цедя: - Раз. - Умница, - похвалил его Кас, после чего нанёс следующий удар: сильней и болезненней первого. Дин вскрикнул и застонал. После такого точно останутся следы и надолго. Спина горела, на глаза наворачивались слёзы, но Дин держался, почти рыча в ответ на это безжалостное действие своё «Два». Чем он будет послушнее, тем быстрей всё закончится, этот псих его снова укусит, а потом, как обычно, вырубит. Это будет просто чудесно, потому что Дин сможет забыть хотя бы на время о боли и унижении. Третий удар оказался ещё мощнее, и Дин уже не смог сдержать вырвавшийся против его воли крик. Кожа пылала и, кажется, даже потрескалась в паре мест. Кастиэль бил очень точно, раня только верхний слой, не проникая полоской ремня глубоко и не нанося слишком большой ущерб. - Три, - выдохнул Дин, морально ожидая следующего удара. И тот не заставил себя долго ждать. Как и предполагалось, Кастиэль вложил в него ещё больше силы, и теперь кожа точно лопнула, а по спине, тонкой струйкой, полилась кровь. Дин стонал и метался, но получалось довольно вяло, словно силы покидали его. Голова безвольно упала на грудь и «четыре» прозвучало очень тихо, но Кас всё равно услышал его. Пятый удар, казалось бы, выбил из Дина весь дух. Горло хрипело от криков, по щекам всё-таки текли слёзы, а по вискам пот. Болезненные стоны были едва слышны, и «пять» он прошептал себе куда-то в голую грудь, чувствуя, как по спине скатывается кровь, раздражая раны, заставляя его ещё и шипеть время от времени. Кастиэль демонстративно небрежно, откинул ремень на кровать, специально так, чтобы Дин увидел, что наказание завершено и больше боли уже не будет. Хотя… Впереди же был ещё «ужин», но Кас не спешил с этим, по всей видимости, растягивая удовольствие от проделанной собственноручно работы и, судя по всему, любуясь получившимся кровавым «шедевром». Отвязывать Дина он тоже не спешил, и тот готов был ему уже напомнить об этой несправедливости, как почувствовал странные ощущения в том самом месте, где заканчивалась открытая кожа спины и начиналась линия пояса джинсов. Только спустя несколько секунд Дин понял: Кас собирал языком стекающие капли крови! Он облизывал его спину! Ну полный извращенец! Скосив взгляд в сторону, Дин краем глаза действительно увидел Кастиэля, стоящего на коленях за ним. Руки того лежали на его бёдрах, но Дин даже не чувствовал этого из-за ощущения, что его спину располосовали ржавым тупым гвоздём, полили маслом и подожгли. Сил оставалось только на то, чтобы едва поскуливать, но Кас, кажется, решил не ограничиваться поркой, а внёс поправку в виде второго акта в свою воспитательную работу. Дин ожидал новой боли, когда влажный язык достигнет его ран, но её почему-то не последовало, даже напротив: чем больше Кастиэль облизывал его пострадавшую спину, тем ему становилось легче, а жуткие ощущения словно уходили. Движения Каса были неторопливыми и нежными, иногда даже похожими на поцелуи, и со временем Дин стал расслабляться под их действиями, а болезненный скулёж превратился в еле слышные постанывания от удовольствия. Странное воздействие оказывал на него Кастиэль, но ощущения были действительно приятными, особенно когда юркий язычок медленно достиг плеч и уже грозился перейти на шею. Дин прекрасно понимал: то, что творил с ним Кас, далеко выходило за рамки действий гетеросексуального мужчины, но он его таковым перестал воспринимать ещё с их самой первой встречи. Только вот сейчас его больше напрягала реакция собственного тела: как только боль в спине окончательно утихла, по ней побежали толпы мурашек от влажных прикосновений Кастиэля, а внизу живота, против воли, начинало зарождаться какое-то совсем неуместное в данной ситуации тепло. - Ты молодец, Дин. Ты справился, - снова, будто прочитав его мысли, зашептал ему на ухо Кастиэль, едва не касаясь губами мочки. – Надеюсь, ты всё понял, и впредь всегда будешь слушаться меня. - Мм, - невнятно промычал в ответ Дин, то ли соглашаясь, то ли продолжая сопротивляться воспитанию. Кастиэль огладил его плечи и, обняв со спины, проскользил ладонями по рукам до самых запястий, при этом, будто невзначай, задевая пальцами свою метку. Дин зашипел от окатившего его жара то ли боли, то ли удовольствия: за долю мгновения он не успел точно определить, что почувствовал, но мог сказать наверняка, что сколько бы он до этого не трогал её сам – никогда ничего подобного не испытывал. Руки Каса лишь едва дотронулись до жёсткой ленты ремня, которая сковала ладони Дина, и та, словно не была связана на хитроумный узелок, слетела на пол, громко брякнув пряжкой. Под нежными прикосновениями Кастиэля, покрасневшая и немного натёртая кожа на запястьях начала светиться еле заметным золотистым светом, и все ссадины, вместе с неприятными от них ощущениями стали исчезать прямо на глазах. Кас снова лечил его, пользуясь своим недавно открывшимся даром. - Осталось совсем немного, Дин, и ты, наконец, сможешь отдохнуть, - промурлыкал Кастиэль, крепко обхватывая его одной рукой поперёк груди, а второй фиксируя его плечо. Сопротивляться уже не было ни сил, ни желания, так что Дин просто стоял безвольной куклой в руках своего мучителя и ждал последней вспышки боли. Но, прежде чем её нанести, Кастиэль снова оставил на его коже нить поцелуев, медленно наклоняясь вперёд. На этот раз укус пришёлся на впадинку над ключицей, и Дина мгновенно прошибло, словно током. Он задохнулся в немом крике, ощутив, как в него входят острые, как иглы клыки. Он слышал сопение Каса почти на ухо, тот явно получал огромное удовольствие от процесса насыщения. А потом его влажного от пота лба коснулись прохладные пальцы, и он, наконец, провалился в забытие, переставая ощущать абсолютно всё происходящее. *** Пробуждение было тяжёлым и медленным, тело словно сопротивлялось возвращению в реальный мир, камнем приковывая Дина к постели и склеивая его веки неведомой силой. Боли не было, лишь усталость и разбитость, а ещё воспоминания вчерашнего вечера, которые калейдоскопом мелькали перед глазами. Кас избил его. Привязал к столбу и выпорол, как непослушного раба. И всё из-за какой-то двери на чердак! Что же такого секретного он там хранит? Но больше Дина беспокоило даже не то, что он подвергся насилию: от бессердечного упыря можно было ожидать чего-то в этом духе. Ему не давало покоя то, что случилось после. Кас лечил его, и делал это в своей странной извращённой манере. Что тот далеко не натурал – это Дин понял ещё с их первой встречи, но он не ожидал, что Кастиэль так откровенно будет проявлять свои наклонности по отношению к нему. А то, что Кас пытался показать ему, как бывает приятно и с парнями тоже – в этом Дин был абсолютно уверен. И это просто вымораживало его. Одно дело – жить под одной крышей с человеком, предпочитающим мужчин, и совсем другое – стать объектом его интереса. Но было и ещё кое-что, раздражающее и пугающее одновременно сильнее всего остального: ему действительно было приятно! Дин осознавал, что полученные ощущения – всего лишь отзыв тела на ласки, реакция нервных окончаний на нежные прикосновения. И всё-таки это изрядно бесило! Он почувствовал зарождающееся возбуждение от лобызания его тела мужиком! Это должно было быть противно хотя бы на психологическом уровне! Но нет – он, чёрт возьми, получал удовольствие от этих действий! Стыд и позор! Даже ещё больший, чем сам факт того, что его высекли за какую-то провинность методом, практиковавшимся аж пару сотен лет назад! Пересилив свою слабость (Кастиэль, сукин сын, постарался вчера на славу), Дин всё же с трудом разлепил глаза, медленно оторвал голову от подушки и принял сидячее положение. Комната мгновенно поплыла, давая её хозяину понять, что кровушки из него вчера хлебнули от души. Пить хотелось безумно, а на тумбочке возле кровати стояла бутылка с водой, судя по всему, оставленная его заботливым мучителем. Этот маньяк даже не поленился притащить Дина в его комнату и стянуть с него брюки и носки. Хорошо хоть трусы остались на месте, а то кто этих озабоченных психов знает. В зеркале, как и ожидал, Дин не увидел ни одного следа вчерашнего «наказания»: кожа на спине оказалась ровной и гладкой, и даже шрамов от укуса над ключицей он не нашёл: Кастиэль вовсю пользовался своей новой магией, от души сначала калеча, а после вылечивая свою жертву. Дин был, словно игрушка в его руках: захотел – сломал, захотел – починил. Это ужасно бесило! А в купе с домогательствами и вовсе приводило в дикую ярость. Он ненавидел Кастиэля, бесился из-за ситуации, в которой оказался и своего безвольного положения в ней, а ещё от осознания, что изменить ничего нельзя, и ему придётся играть по безумным правилам чокнутого упыря ещё почти полгода. Дин был чертовски благодарен Сэму за этот короткий выигранный срок, который, как он понимал, покажется для него вечностью, проведённой в Аду. Кстати, самому брату лучше не знать о том, что творит с ним Кас. Лишние нервы тому сейчас ни к чему, да и сам Дин слишком гордый, чтобы плакаться мелкому в жилетку о своей незавидной доле. Если верить Кастиэлю – стены в его спальне не пропускают звук, а это значит, что всё, что происходит в его комнате – останется в его комнате. Звучит почти как шутка о Вегасе, только вот совсем не смешная… *** Завтрак - а точнее уже обед – Дин всё-таки приготовил, борясь с головокружением и заплетающимися ногами. Желудок от голода сводило судорогой, но от жутких мыслей в голове к горлу подкатывала тошнота. Как на зло был выходной и всё семейство Новаков прибывало дома, так что всем пятерым, включая Сэма, пришлось встретиться за одним столом. Дин демонстративно делал вид, что не замечает Кастиэля, тот же, в свою очередь, не пытался начать беседу, лишь пару раз напоминая ему о необходимости хорошо кушать. Все эти попытки были проигнорированы, что только сгущало тучи за столом. Дину просто кусок в горло не лез под надзором этих холодных, пытающихся всё контролировать глаз. - Вы что, поссорились? – первым не выдержал гнетущую тишину Джек. Габриэль с Сэмом тоже заинтересованно уставились на этих двоих, по всей видимости, также обдумывая ранее этот вопрос, но не решаясь произнести его вслух. - Вовсе нет. С чего ты так решил? – обратился Кас к сыну. - Да вы себя со стороны вообще видели? Что не так? - Лично я очень обеспокоен тем, что Дин плохо ест. Он должен лучше питаться… - Ничего я тебе не должен! – рыкнул тот, волком смотря на Кастиэля. - Мы обсуждали это в самом начале. Это было одним из условий нашего договора. - Иди к чёрту со своим договором! Я в порядке! - Я в этом не уверен, - с нажимом возразил Кас. - Отвали! Я не голоден! И вообще… Пойду проветрюсь. С этими словами Дин поднялся из-за стола и, не обращая внимания на удивлённые взгляды остальных, покинул столовую. Он так ничего толком и не съел, хотя есть по-прежнему хотелось безумно, но также кусок в горло не лез рядом с прожигающим его взглядом Кастиэлем. Надеясь, что с Сэмом в его отсутствие ничего не случится, он схватил куртку и запрыгнул в ботинки, после чего, впервые за последнее время, вышел из этого жуткого имения на улицу.