I'm holding on

POV М а й к Утро следо-следо-следующего дня наступило для меня в 4:47. Всю ночь мне вообще не спалось, и уснул я часам к двум. Знаете, иногда задумываешься о чём-то, и заснуть даже не можешь. Меня не так часто это тревожит, так как я обычно быстро устаю. А вот Чез начинает активничать после десяти. Кстати, сегодня его штырило до часу ночи. Мочил какие-то тупые приколы, ржали все, кроме меня. Смешнее всего был слегка детский смех Чезюшки. Нет, ну сами посудите, что смешного в: «…Если колготки — это две, то одна — это колготка, колготина, колготушка…». Так вот, эти четыре идиота ржали с этого как лошади. Наверное, я один не понимаю столь гениального юмора.       Ну сейчас Чезюшка, конечно же спит. И кстати, смеётся во сне. Ну ничего нового. Троечка тоже спят, причём эти двое придавили Тома обнимашками, и ему по-моему не очень хорошо. А я один не сплю, и просто смотрю в потолок. Честер начал вертеться во сне, а потом навалился на меня всем телом, и обнял. Ну да, во сне он и так активен. Я решил, что уже точно не усну, и аккуратненько снял с себя Честерочка. Он продолжил лежать в нелепом положении, а я принакрыл его одеялом и поцеловал в висок.       За окном снова непогода, и в комнате невероятно темно. Я встал с кровати, залез в слипоны, и поковылял умываться. Замечательно, ещё и света нет. Прекрасно. Я включил фонарик телефона, умылся, промыл голову под краном (лень по-другому), ну и после вернулся в комнату.       Я снова улёгся в кровать, и приобнял Чеза. Аккуратно укладываюсь рядом с ним, чтобы не разбудить. А он чувствует, что я рядом и мило улыбается. Ещё несколько часов надо проваляться с этим чудом. В последнее время Чести начал бояться спать. Прямо панически. Не спал как-то целую ночь. Мне стало его так жалко в тот момент. А самого вырубало. Чез обнял меня тогда, и просидел так полночи. А к утру и я проснулся. Я старался как-то помочь ему, но всё было напрасно. Короче, сейчас он спит впервые за двое суток. Пусть выспится хотя бы сегодня. Не буду будить его. Мне его так жалко, Чезе так плохо сейчас, но он у меня боец. И со своим позитивным настроем, моему чуду просто не может не повезти. Люблю моего Чеза. Моего любимого Чеза.       Прошло три часа. Я провёл это время с телефоном и наушниками, но так и не спал. Уже восемь, но все спят. Ну ничего нового. После обеда проснутся. Телефон сел, ставлю заряжаться, теперь занятся нечем. А Чести всё ещё спит. Зая моя. Ну пускай спит, только вот неудобно, что спит на мне. Я прикрыл глаза и зарылся носом в волосы Чеза. Как.же.он.офигенно.пахнет. — Доброе утро, Майк, — шёпотом произнёс Амир, а я открыл глаза, и первое, что увидел — это харя Дерака. Я испугался. — Черт, Амир, блин. Я пересрал. — Я что, на столько не красивый. — Нет, скорее неожиданный, — Дерак уселся рядом со мной. — А хуль ты не спишь? — Просто не хочется. Ну не знаю. Проснулся и всё, не засыпается. — А надо бы. Ты уставший такой, Шинода. — Да знаю, но ничего мне особо не помогает. — Ну я заметил. Ты заряжаешь телефон, когда нет электричества. — Блин. Точно. Сегодня телефона у меня нет. — Ну и хуй с ним. Зато у тебя есть Чезюшка. — Ага. Бесплатное приложение. Слегка бракованное. — Зато красивое. — Не поспорю. — Слушай, Майк. Я тут спросить давно хотел… А Чез всегда такой?.. — Какой? — Как ребёнок. — Ну да. Всегда. А что? — А почему? — У него детства не было никакого. Он хочет побыть маленьким. — И как долго? — Не знаю. Сколько надо будет. — А если тебе надоест. — Не, не надоест. Мне главное, чтобы здоров был. — Будет. Куда он денется. — Ага, надеюсь, — выдохнул я. — Всё будет хорошо, — я молча обнял Дерака, а после отстранился, и посмотрел ему в глаза, — не кисни, Майки. Всё будет з**бись. — Ага, верю, — выдохнул я, и закинув голову назад, закрыл глаза, — Амир. — М? — Дай руку. — Зачем? — Я. Сказал. Дай. Руку. — Не-не-не, — я сам ухватил правую руку Дерака, и закатил рукав. — Нах*й бл*ть, ты это делаешь? , — поздравьте меня, ещё один суицидник. — Ну мне так надо. — В смысле, блять? У тебя блять, раны открытые, ещё х*йн*й какой-то заболеешь. Пойдём, — я встал с кровати, и взял Амира за руку, потянул за собой. Я дотащил Дерака в ванную, и взял из шкафчика аптечку, — давай руку, суицидник, — Амир послушно протянул мне руку. Я взял вату и перекись и начал промывать всё это. Фу, бл*ть, — Ну и к чему такая нужда. — Я не красивый. — Дурак, что ли? — Ну и это тоже. Ну кому нах*р я такой нужен? — Ты встречаешься с двумя сразу. — Ты думаешь этого достаточно? — Нет. Я тоже страдаю этим. Но не так. — Понимаешь, я не смогу жить дальше после этого питомника. Куда я пойду? Ну ладно если даже с этими двумя буду, у нас никого нет. Никаких родственников, и скорее всего я просто закурюсь марихуаной и сдохну. Просто реально смотрю на жизнь. У меня ужаснейший характер, я не красивый. У меня ничего не получится. — Глупый ты, Дерак. Ты красивый, и всё у тебя получится. И характер у тебя нормальный. Всё будет хорошо. — Ты такой какой-то добрый, что ли… — я улыбнулся, и начал заматывать руку Амира бинтом. — Ну, какой есть. — Знаешь, ты мне сразу понравился, не подумай чего. — Хм, и ты мне, тоже там не подумай. Я даже запутался тогда кого к кому ревновать, — усмехнулся я. — Хоть ты и относишься ко мне как-то своебразно, я всё равно тебя люблю, Шинода, — я определил руку на плечо Амира, и подсел к нему поближе. — Я тоже тебя люблю, солнце. Пообещай мне, что больше не будешь резаться. Ради меня. — Обещаю, — Дерак провёл рукой по моим волосам, и приобнял меня за плечи. — Какая же ты сучка, Дерак, — улыбнулся я, и погладил Амира по волосам, — ну вот что ты творишь со мной, м? — наклоняюсь, всё ближе к Амиру, упираюсь своим лбом в его и улыбаюсь. — Хах, а ты и не краше, Майкл, — Дерак кладёт свою руку за моё ухо, и обнимает за талию, я прижимаюсь к нему, и накрываю губы Амира своими. Чувствую, что он улыбается, и прикрыв глаза, целует меня. Так нежно, я бы даже сказал пикантно. Как-то осторожно, но безумно приятно. Отрываюсь от Амира, и смотрю в его глаза. Странно, я ничего не чувствую. Никакой измены, стыда, что ли. Я чувствую себя спокойно, как будто так и должно быть. — Неловко как-то. — Не переживай, Майки. Никто ничего не узнает. — Забудем об этом? — Не думаю, что это так важно. Майк. — М? — приподнимаю глаза на Дерака, в чьих объятиях сейчас нахожусь. — Ты любишь Чеза? — Да. Невероятно сильно. — Это прекрасно. Не бросай его. Никогда. — Я и не собирался. Но мне всё равно неудобно. Пойду с ним гулять сегодня. — Вот и прекрасно. Ладно, погнали в комнату, а то ещё кто узнает чего-то. — Хорошо.

***

      Час дня. Мы сидим в комнате. Чез лежил на кровати, а я устроился между его ножек, определив голову на грудь Чезьки. Масянечка гладит меня по волосам, обнимает. А после снова включает какую-то игру на телефоне, а я в это время листаю фотографии на фотике. Троечка валяются на своей кровати, и все слушают музыку в наушниках. — Майкуша, тебе не холодно? Может окно закрыть? — тихо спросил Чезюшка, погладив меня по виску, когда за окном поднялся сильный ветер. Я поднял на него глаза, и мягко улыбнулся. Надо сделать вид, что всё хорошо. Боже, какая же я тварь. — Ну конечно, прохладно немножко, но воздух такой хороший. Так что, пусть будет, — после этих слов я взял крошечную рученьку Чезюшки в свою, и поцеловал её. — Не, не, не, счастье моё. Так дело не пойдёт. Тогда надо укрыться пледом, чтобы не протянуло, — заботливо произнёс Чезя, и накрыл меня пледом, — всё, теперь я не переживаю, — улыбнулся Чести, и погладил меня по щеке. — Ну хорошо, котик. Как скажешь, — я повернул голову набок и закрыл глаза.

***

— Бл*ть, нах*й *бню эту херовую писать, бл*? Я з**бался уже надрачивать этот х*ев тест, с*ка, на еб*чих с*ка обдолбанная шесть страниц. Я бл*ть не даун эти у*б*нские бл*ть вопросы с*ка записывать. Какого х*я бл*ть нам такие задания бл*ть дают, как у самцов кастрированных. Как-будто мы дауны об**банные х*ём дохлого моржа с волосатым лобком. Я з**бался бл*ть. Пошли нах*й, тупые пид*расы, которые придумывали эту х*ёвину. Занимаются дерьмом бл*ть из-за хранического недотраха, — выругался Райан в адрес заданного нам теста по так называемой «самостоятельной» жизни. — Да ну чё ты, Шак? Подумаешь, писанина. Зато вечером гуляй напролёт. Кайф! — зевая произнёс я. — Хочешь, я за тебя напишу? Я уже всё сделал, — спокойно проговорил Чезюша. — Нет, зайка. Я сам. Это конечно п*зда трансвестита, но я нагружать тебя не хочу. Спасибо, солнышко. — Ну ладненько. — Малыш, иди собираться. Пойдём погуляем минут через двадцать. Мне тут просто дописать надо, — сказал я, продолжая писать. — Хорошо, Майкуша, — улыбнулся Чез, и взяв нужные вещи, ушёл в ванную. — Бозе мой. Какой котик, — улыбнулся Том. — Только мой котик, — мечтательно произнёс я, и продолжил писать тест. — Пасаны, шо в 56, там не по нашему. — Там по-нашему, просто у тебя лист вверх ногами, — улыбнулся я, — я ответил 2, ну чисто логически это так. — Спасибо. — Угу.       Все отведённые мне двадцать минут я писал тест, и ни о чём не думал. Тот так скажем, инцидент утром терзает меня до сих пор. Если Амир уже в покое, да ещё и успел полизаться со своими двумя, то у меня не всё так просто. Кажется, что Честер всё знает, и что не простит меня за это. Но он не знает, и всё смотрит на меня своими невинными влюблёнными глазками. Мне жаль. Мне очень жаль. И я не знаю как лучше, признаться или молчать. Да, мне стыдно и неловко, но я не чувствую вины. Бедный мой Чезюшка. Все его предают. И я тоже.       Спустя те самые двадцать минут, Чезюнечка вернулся в комнату, я рондомно «добил» два последних вопроса и уставился на Чеза. Сегодня он одет не особо вызывающе. Малыш мой. Белая футболочка с какой-то надписью и голубым воротничком, тёмно-зелёный джинсовый пиджачок с множеством ярких значков. Джинсовые шортики на тоненьком белом ремешке, белые гольфы с голубой полоской чуть ниже колена. синие кеды на платформе. Золотые очки, и синий веночек. — Всё. Я собрался. Майкуш, ты уже закончил? — Вау… — протянул я, скромно, но не менее с… Не имеет значения, — да, заечка, я уже всё. — Воу, детка, сколько за час? — похотливо поинтересовался Амир, и получил слабого подзатыльника от Тома. — Не гони. Эта с*чка халявно даёт только мне, — тряхнув шевелюрой, в полтона сказал Райан. — Слышь, бл*ть, — фыркнул я. — Да молчу, молчу, — проговорил Шак. — Ладно, пошли, масянечка, — надевая на футболку красную клетчатую рубашку, сказал я. — Угу, — кратко ответил Чести. А троечка как-то странно переглянулись, — пока, котики. — Пока, солнышко, — ответил Райан, и мы с Чезом вышли из комнаты, и я закрыл дверь. А потом пара секунд и из комнаты грохот и крики.

***

— Солнышко, прости. — За что? — Просто. Прости. — Ну хорошо. Прощаю. — Люблю, Чез. Но…