Чертовщина какая-то

*** POV Эдвард Нигма. Небеса свидетели, я терпел долго. Что же это за запах, здесь откуда ему вдруг взяться?! Точно так же бесследно рассеявшись, если мне все не померещилось и на этот раз. Фантомных запахов к невидимым собеседникам мне только не доставало. Что еще за Нейда? Нет таких имен! Или есть? Детей порой как не назовут, знаменитости особенно. Или это «творческий псевдоним», вроде моего? Что пацан врет, во второй раз мне не показалось. Язык бы еще не распускал, юморист несчастный. Даже жалко стало, когда заревел. Да, кстати… — Сколько тебе лет, пацан? — вздернул я его за плечо на ноги, пристально вглядываясь в занавешенное спутанными волосами лицо. Очень даже красивое, если приглядеться поближе. — Двадцать-двадцать пять. Пацан?.. — переспросил Нейда с таким выражением, будто услышал это слово впервые и смысла его не понимал. Вот теперь точно все. Лимит исчерпан. — Двадцать-двадцать пять? — нехорошо улыбнулся я, сжимая его плечо крепче, до синяков в будущем. — Всего остального ты, разумеется, тоже не знаешь? Нейда лишь молча таращился на меня лемуром, сбивчиво дышал, носом еще трогательно шмыгнул. Зрачки не расширены. Поразительно, «молодой человек» не под кайфом. Кто его знает, но больше девятнадцати от силы я бы ему не дал. Опять этот запах! Сухой и колючий — единственные слова, подходящие под его описание — неподходящие совершенно. Опять мир вокруг покачнулся из-за головокружения, обрушившегося молотом на голову. В случае, если не пошатнулся я сам. И вновь все прошло, как не было. Разве что желание причинить мелкому ублюдку боль усилилось стократ. Еще больше захотелось только свернуть ему шею, насладившись звонким хрустом позвонков. Нет, нет, нет, это было бы уже слишком. Еще и труп потом опять закапывай. За не имением милой моему сердцу лаборатории с растворителями. — Господин Э-Загадочник, умоляю… — завел Нейда ту же слезливую песенку, в противовес ставшему стальным взгляду, словно он прочел что-то в моем. — Спасибо, что напомнил, Нейда. — недобро улыбнулся я, хватая его за шкирку и практически волоком потащив за собой. Нам сюда, так удачно по случаю, в альковного вида комнатушку за подсказывающе-кричащей красной бархатной шторой. При виде манекена, с ног до головы обтянутого черным блестящим латексом, Нейда завизжал пилой и, через слово поминая чертей с демонами, принялся изо всех сил тормозить ногами. Что раззадорило меня еще сильнее. — Кажется, твоего крика мне будет не хватать, — довольно засмеялся я, подтаскивая мальчишку к прилавку и откидывая застекленную крышку, — Но начнем мы с этого. Кто бы мог подумать, что наручники с ярко-розовым мехом смогут привести его чуть ли не в еще больший ужас, тем ни менее именно это и произошло. Нейду пришлось слегка придушить, чтобы застегнуть их на нем. — Что за зверь… — просипел парень, почему-то смотря при этом не на меня, а на свои ходящие ходуном руки, удивительно изящные для обитателя такого района. Чокнутый этот Нейда или издевается, теперь меня не волновало. — Скоро узнаешь. — пообещал я, одаривая его еще одной ничего хорошего не предвещающей улыбкой. После чего, почти с сожалением, заткнул ему рот специально для этого разработанным гламурным кляпом. Испуганное до смерти мычание мне тоже понравилось, сойдет. Однако последовавшее за этим меня вновь изрядно удивило. Вяло отбрыкивавшийся Нейда, находящийся на самой грани обморока, мигом заткнулся, а затем разразился безудержным смехом — при виде выставки девайсов, к которой я притащил его в следующую очередь. В принципе, согласен, ведь не клещам для вырывания ногтей здесь быть или настоящим кнутам, которыми гоняли скот ковбои, вся эта бутафория на любителя смотрится довольно забавно. Но отменную пощечину, бросившую его на четвереньки, Нейда все равно вполне заслужил. Я чокнулся похлеще Нейды… Что я творю?.. Хочу и вытворяю, разговор закончен! Пытать мальчишку ради получения информации я не собирался. Всыпать ему за все — хотел сполна. Странное дело, колодки Нейду совсем не напугали, если я хоть что-нибудь понимаю, он им почти обрадовался, как родным. Не сопротивлялся вовсе, когда я замкнул его голову между створок, заставив низко нагнуться. Решил разжалобить меня покорностью? Не выйдет!