Пропавший

Приходил в себя я медленно. Голова гудела так, словно я выпил три бутылки огневиски. Постепенно я ощутил мягкое поглаживание по волосам. Опять Уизли? Черт возьми, когда она уже от меня отвяжется? Насколько это возможно, отдергиваюсь от мягких рук, сваливаясь с кровати. Комната, как и вся мебель не была мне знакомой. Мунго? Возможно, но вряд ли там бывают такие апартаменты. Нащупываю очки и кое-как натягиваю их на себя. К моему великому удивлению, я вижу не рыжее семейство, а уставшую Хель, несказанно ошарашенную мои пробуждением. - Энни, где мы? - голос хрипит, кажется не моим собственным, отдается в горле невероятной болью. Пока я принимаю сидячее положение и благодарно беру из нежных рук моей подруги стакан воды, Смерть собирается с мыслями. Тяжело вздыхает и отвечает вопросом на вопрос: - А ты как думаешь? - потом, чуть остановившись, продолжает, - и вообще, как ты себя чувствуешь? Хм. Голова раскалывается, словно ударили чугунной сковородой ( а ведь я знаю, как это больно, стервозный и истерический характер моей недовозлюбленной помог мне проверить, так ли это больно, как говорят ), перед глазами несколько плывет, да и просто хочется стошнить все содержимое желудка. Хотя вряд ли из меня что-то выйдет, такое ощущение, что я не принимал пищи около двух дней. Неожиданно в нос забился невероятный запах, и я, желая как можно скорее покушать, ответил вопрос о моем самочувствии, а после спросил девушку про еду. Она опять вздохнула этой своей улыбочкой, посмотрела на меня лукавым взглядом и ушла накладывать мне пищу. Я стал оглядываться. Что вызывало во мне эти странные чувства? Почему все кажется мне таким знакомым и чужим одновременно? В комнате, в которой я находился, было уютно: кресло рядом с кроватью, которое наверняка Аннабель Ли, как я ее называл в маггловском мире, перенесла сама, светильник на тумбочке возле недочитанной книги, мягкий ворсистый ковер, теплые толстые носочки, стянутые с ног девушки. Сзади я увидел все то же маггловское изобретение - телевизор, показывающий последние новости в немагической Британии. Женщина в строгом пиджаке в полосочку и веселой ярко-желтой свободного кроя рубашке рассказывала о последствиях ливня на севере. Я улыбнулся. Смотреть, как ведущая новостей пытается сдержать хихиканье при виде пускающего пузыри коллеги, было смешно. Потихoньку встал, пришлепал к столику подле телика и уселся за стол. Взгляд сам затуманился, уставившись в окно, а я стал вспоминать последние события. Вот Дамблдор вновь начинает втолковывать ему что-то о счастливой Джинни, о том, как рад магический народ Британии свадьбе национального героя с прекрасной невестой.. Помню, как раздражение вновь с головой захватило меня в свои неспокойные воды, как ярость вновь начала просыпаться при виде этого.. старика. Почему я? Почему не чертов Дин Томас, изучивший рот моей "невесты" изнутри вдоль и поперек? Почему именно я должен губить свою жизнь вот так? Мысли проносятся в голове со скоростью света, но грустить и горевать себе я не дал. Я никогда не был мямлей, не способной разобраться в себе и собственных чувствах. Никогда не был и не буду. Дала судьба такое испытание? Дам ей в морду. Гребанный свет, и мне плевать, что она сестра Энни, такое отношение к себе я простить не мог, только не ей. И не Дамблдору. Вот рыжая стерва собирается, красится три чертовых часа, потом одевает меня словно куклу и толкает в камин, не обращая внимания на то, что я чувствительно стукнулся головой о кирпич. Ты тупая? Мне больно. Далее мы оказываемся на Косой Аллее, и начинается марафон закупок. Куда ты столько набираешь, идиотка? Мы никуда после, черт возьми, свадьбы не поедем. Не с тобой. Гнев вспыхивает с новой силой, когда я вспоминаю, как она легко отбрасывает меня в сторону. Больная? Я тебе не тряпичная игрушка. Женихи на дороге не валяются, с ними можно быть и поосторожнее, кобыла. Падение, хруст палочки, и кровь, кровь, кровь. Она везде. Заливает гл.. - Гарри, если будешь так пялиться в окно, никакой еды не получишь, так и знай. Тем более, вкусностей. Разочарованно вздыхаю. Аннабель Ли любила так резко прерывать мои размышления. Это доставляло ей удовольствие, наблюдать, как людишки спускаются с небес на грешную землю, прямо вслед за своими такими же грешными мыслями. Ухмылочка появляется на моем лице и я приступаю к приему пищи. Картофельное пюре, приготовленное подругой, было изумительным, прямо-таки растворялось во рту. От ощущения пряной сладости во рту, слюни потекли еще обильнее, что выглядело действительно нелепо. - Боже, Энни, это восхитительно.. ты не представляешь, как я соскучился по твоей готовке. Эти грязнокровки кормили меня чем-то плохо прожаренным или чересчур жирным.. одним словом бякой. - к концу фразы я смотрю на девушку жалостливым взглядом. Та лишь криво улыбается. Ну что ей ответить? Ничего. Она не могла ему помочь, не-мог-ла. - Положить еще? Давай доедай, мне еще посуду мыть.. Она продолжает что-то ворчать и бубнить, а я так и застываю. В смысле? Повторяю прозвучавший в голове вопрос. Аннабель хмурит свои тонкие светлые бровки и кусает себя за губу. Слежу за этим движением, она всегда так делает, когда думает. - Понимаешь, Гарри, моя магия слишком нестабильна для этого мира.. Если я ее использую так, как делаете вы, обычные волшебники, то либо разнесу Лондон на маленькие кусочки, либо издам такую магическую волну, что сюда сбежится массу народу. А нам сейчас нужно наоборот, залечь на дно. Тысяча вопросов крутятся в голове, но я задаю лишь один из них: - А я? Хмурый взгляд с толикой грусти и сожаления направляется на меня, пока я слышу чуть приглушенный голос: - Я не чувствую в тебе магии, Гарри. Кажется, у тебя ее не осталось.. Она говорит что-то еще, но я ее не слышу. А в голове набатом: "у тебя ее не осталось..." Оглушенный такими сведениями, растерянный от свалившихся на голову проблем, я встал, не обращая внимания на подругу, медленно дошел до кровати, и обратно завалился спать, надеясь, что это ужасный сон. Господи, пусть это окажется лишь плодом моего воображения.. К сожалению, плодом воображения это не оказалось.