Танец для дракона

Лойи привел Виктора в просторную комнату. Переступив порог, Виктор заморгал, не до конца понимая, находится ли он еще в здании или окунулся в солнечный рассвет. Комната, заполненная гобеленами, коврами, пуфами и подушками персиковых, кремовых и апельсиновых оттенков казалась мягкой и наводила дремоту. Виктор быстро нашел для себя пуф и повалился на него - тот сразу изменил форму, почти принимая его в свои объятья. Возражений со стороны дракона не последовало, так что Виктор блаженно прикрыл глаза и решил, что ему дадут вздремнуть. Не все прошло сегодня гладко, и можно считать, что они провалили план. Кьяртан, конечно, попытается уговорить Юри выступать, но он даже не представляет, на что тот способен, и если Юри сделает вид, что он - нескладное бревно, то кому скорее поверит багряный лорд? Конечно, своему новому наложнику. Ведь кто для него Виктор? Просто мужик, который наплел невесть что и умудрился улизнуть от обязанности делить с ним постель. Да, некрасиво вышло. Кьяртан ведь был не так уж и плох… С другой стороны, Виктор сделал все, что мог. Это не его, а Кьяртана просчет, что появился какой-то лорд Лойи с красным билетом и однозначным требованием. Так что Виктор вполне имел право на добрый сон, тем более что еще неизвестно, чем ему придется заниматься в ближайшую ночь. А Юри… С Юри все будет хорошо! Непременно. А как же иначе?.. - Теперь ты будешь жить здесь, - мурчащий голос дракона ворвался в беспокойную дрему Виктора, и он открыл глаза. Перед ним стоял высокий, поджарый, действительно красивый молодой человек. Виктор с трудом выпрямился, продолжая утопать в податливом пуфе. Лойи, в коротком коричневом халате, пестреющем золотистыми узорами, плавно шел к нему, и Виктора начало накрывать противоречивыми желаниями. Он чувствовал, что еще немного, и он вскочит на ноги, подбежит к Лойи, запустит пальцы в его невероятно пышные волосы, свободно спускающиеся на плечи, а затем прижмется к телу, чтобы выяснить, настолько же оно горячее, как тело Кьяртана, и каково все-таки на вкус золото. Но все эти желания были не его. То есть не совсем его, поскольку внутри сидел другой Виктор, ворчливым голосом напоминавший, что все его тело покрыто синяками, и в какой-нибудь другой раз он, пожалуй бы, и развлекся с этим парнем, но не сегодня, не вторую ночь подряд, в конце-то концов, после кораблекрушения и прочих неприятностей. И вообще хорошо было бы поесть. Виктор не знал, что Лойи прочел на его лице, но тот внезапно усмехнулся, и зарождающееся в Викторе желание как рукой сняло. - На тебе тоже живого места нет? - предположил дракон, подошел к Виктору и опустился на соседний пуф. Виктор старался не смотреть на его ноги, не скрытые халатом. Впрочем, лицо тоже не было безопасным островком, поэтому вместо ответа он тяжело вздохнул. - Жаль, - отозвался Лойи, неотрывно глядя в глаза Виктора. Они и сейчас были золотистыми и чуть узкими, уже, чем у Кьяртана, и прочесть по ним что-либо Виктор не мог. Лойи протянул руку и коснулся его волос, погладил прядь, а затем внезапно спросил: - Есть будешь? - Не отказался бы, - тут же отреагировал Виктор и улыбнулся. Он не ждал, что его накормят вдоволь: скорее всего предложат фрукты, которые и сами едят, и все-таки это уже кое-что. Интересно, фрукты будут из сада принца, или у Лойи есть свои плодовые деревья? - Тогда подожди немного, - мягко приказал дракон, с величайшей неохотой выпустил прядь из своих пальцев и легко поднялся на ноги. - Ты будешь овечье мясо или козье? - О-овечье? - не понял Виктор. - Мы их не для себя ловим. - Кого? - Кажется, Виктор окончательно утратил умение соображать. - Овец и коз, - совершенно спокойно объяснил Лойи. - Была у нас корова, но ее уже съели. Мы пытались разводить их здесь, но они не приживаются. Может, делаем что не то. - Вам пастух нужен, - без задней мысли тут же посоветовал Виктор. - На корабле был такой? - скрестил руки на груди Лойи и в тот же миг сильно понравился Виктору. Имелась в его характере некая схожесть с Кьяртаном, раз он думал об общем благе, а не личном. Или Виктору только показалось? В любом случае, на корабле никого подходящего на роль скотовода или пастуха не было, в чем он честно признался. Лойи кивнул и выпрямил руки, вопросительно посмотрев на Виктора. Тот же не понимал, чего еще от него хочет дракон, поэтому мило улыбался. - Так чье мясо тебе принести? Или ты не ешь мясо? - Ем! Давай бара… овечье. - Жди меня тут, - повторил Лойи и направился к двери. Не оборачиваясь, он скинул с себя халат и на ходу сменил форму, предупреждая: - Пока ты без метки, тебя может присвоить кто угодно. Но в мою комнату никто не зайдет, тут ты в безопасности. Дверь за ним захлопнулась, и Виктор действительно не услышал, чтобы повернулся ключ в замке, однако не вскочил тут же, а продолжил полулежать на пуфе, ошеломленный. Трансформация произошла слишком быстро, чтобы Виктор успел испытать отвращение, так что не она поразила его, а та легкость, с которой Лойи сменил облик, и то, что он, по всей видимости, пошел за едой обнаженным, и, конечно, что не запер дверь. Виктор мог встать и уйти, наплевав на его предупреждение. А что? Почему бы и нет? Встать, выйти, найти комнату Кьяртана… Виктор выругался. Он не знал, где та находится относительно комнаты Лойи, и понимание этого его разозлило. Хорош он! Не запомнил дороги, не соотнес увиденное ночью и утром! И пенять на состояние он не может. Если Кьяртан совершил ошибку, не учтя предпочтения Лойи, то Виктор продемонстрировал огромную глупость, получив шанс все исправить, но не сумев им воспользоваться. Он подумал, что попытаться все-таки стоит, вытащил себя из пуфа и осторожно подошел к двери. Выглянув, он тот же занырнул обратно: по коридору шли два дракона в полудраконьем обличии. По виду, стражники. Имели ли они право задержать невольника лорда? И что они бы с ним сделали, не увидев какой-то там метки? Виктор решил не рисковать, а дать им пройти. Коротая время, он отправился изучать комнаты Лойи. Как и Кьяртан, молодой лорд кроме гостиной имел и спальню, всю в медово-песочных тонах. Виктор скривился: кровать, конечно, была большой и мягкой, но от всего остального ныли зубы, будто он переел сладкого. А ведь ему придется здесь проводить каждую ночь! Других кроватей Виктор пока не встречал, да и не думал, что такие предусмотрены для наложников. За спальней имелась просторная ванная комната, в которой Виктор обнаружил гардероб с множеством одежды. Большая ее часть была сшита из полупрозрачных легких струящихся тканей, отчего возникал вопрос: придется ли ее носить Виктору, или же это любимые наряды Лойи. Впрочем, рядом висели военные мундиры и были сложены кожаные доспехи. И все-таки это нездоровое увлечение роскошью вызывало раздражение. Все оттенки желтого, стремящиеся к золотому, слоновая кость, или что-то, на нее похожее, не хватало только инкрустаций рубинами и изумрудами, чтобы посетитель окончательно убедился, что он находится в покоях благородного лорда. Комнаты Кьяртана ему понравились значительно больше. В них было какое-то суровое великолепие, выражающееся не в блестящих завитках и драгоценной россыпи, а в качестве материалов. У Кьяртана имелся вкус, Лойи же… С досадой Виктор вышел обратно в гостиную и тут же вспомнил о своем плане. Осуществить его он не успел: Лойи вернулся с подносом, на котором в тарелке дымилось мясо, лежали блестящие капельками воды свежие овощи, ловил блики солнца высокий прозрачный кувшин с водой и изящный бокал. Слишком голодный, Виктор даже не посмотрел на дракона и без лишних слов подошел к столику, на который тот опустил поднос. Виктор сел на низкую табуретку и с жадностью уставился на еду. Затем отыскал нож и вилку и только после этого взглянул на Лойи. Тот снова принял человеческое обличие и успел надеть халат. - Так это мясо вы называете не “овечье”? - спросил он с легкой ноткой любопытства в голосе, присаживаясь рядом со столиком на колени. - Мы называем его “баранина”, - охотно сообщил Виктор, пододвигая к себе тарелку. - Какое мясо ты еще ешь? - Говядину… то есть мясо коровы. Свинину - мясо свиньи. Козлятину я не пробовал. - Некоторые едят и вроде не умерли. Виктор лучезарно улыбнулся на этот комментарий и попытался приступить к еде. Нож и вилка, конечно, оказались слишком тупыми. Он не стал скрывать уныние и печально посмотрел на дракона. - Что не так? - Это мясо слишком жилистое, чтобы я смог его разломать этим, - он продемонстрировал приборы. - А есть руками, вгрызаясь в целый кусок… Лойи чуть качнул головой и встал. Он вышел в спальню и вернулся уже в полудраконьем обличии, обмотав вокруг пояса полотенце. Снова устроившись на коленях возле столика, Лойи когтем нарезал мясо на небольшие кусочки. Виктор следил за ним, как завороженный. - Покормить? - мягко поинтересовался Лойи, и Виктор поразился, что даже в облике дракона он будто мурчал, только вместо котенка ему теперь представлялся тигр. Предложение, конечно, тоже было внезапным, но стоило ожидать, что наложники для драконов своего рода игрушки, и каждый из них развлекался в меру своей извращенности, так что Виктор сопротивляться не стал и широко улыбнулся в ответ. Лойи с легкой улыбкой наколол на коготь один кусочек и отправил Виктору в рот. Было в происходящем нечто отталкивающее. Виктору не нравилась отведенная ему роль, но поставить себя иначе сейчас он не мог. Сыграть то, что от него хотят, он, конечно, сумеет, и Лойи будет в восторге, только долго придерживаться образа он не захочет, да и смысла не видит. Только сможет ли он переиграть дракона? С таким противником Виктор еще не сталкивался, поэтому пока соглашался покорно есть с когтя, внимательно наблюдая за ним. Еда, впрочем, оказалась превосходной, и даже если драконы не представляли, как выращивать скот, в приготовлении мяса они знали толк. Лойи в свою очередь наблюдал за Виктором своими чуть суженными золотистыми глазами, подперев второй рукой щеку. На его губах блуждала легкая улыбка, которую Лойи переодически пытался скрыть, но та все равно возвращалась: ему определенно нравилось происходящее, и Виктору стоило больших усилий, чтобы не отшатнуться и продолжить изображать довольство на своем лице. - Так о чем вы сговорились с Кьяртаном? - будто между прочим спросил Лойи, и кусок, который Виктор не успел дожевать, скользнул в горло. Виктор закашлялся. Лойи потребовалось всего лишь раз ударить Виктора по спине, чтобы тот избавился от злосчастного куска, и мозг Виктора смог сосредоточиться на действительно важном вопросе: что ответить проницательному дракону. Виктор взял кувшин, налил воду в бокал и сделал несколько глубоких глотков, давая себе время обдумать дальнейшую стратегию. То, что отвечать придется, он понимал, хотя Лойи и не повторял вопроса, но при этом он сидел, продолжая разглядывать его пронизывающим взглядом, и Виктор, не опускающий глаз, только теперь заметил, что дракон не моргает. Это завораживало. Виктор поставил бокал на стол. Отвечать придется, но сыграть дурака не выйдет. Если Виктор скажет ему, что ничего не было, и Лойи только показалось, тот не захлопает ресницами, не наморщит лоб, не почешет задумчиво щеку когтем, потому что Лойи был умен и не страдал излишней мнительностью. Игра в глупые кошки-мышки с тем, кто вырос из подобных развлечений, сулит неприятности, а Виктор не знал, на что способен разгневанный дракон. Но и выкладывать все он не собирался, а потому лишь пожал плечами и взял с подноса огурец. - Да уже не имеет значения, - беззаботно сообщил он, хрустя овощем. - Не срослось, так что можно и забыть. - Тебе очень хотелось вернуться к нему? - не отступал Лойи, спрашивая все тем же пугающе-нежным тоном. Виктор дожевывал огурец, думая, что вот-вот начнет ненавидеть всех представителей кошачьих. Мысль показалась ему смешной, ведь перед ним сидел скорее рептилия, но его речь и движения совсем не напоминали о скользящих чешуйчатых существах. Виктор даже не удивится, если узнает, что в окончательной форме Лойи - не крылатая ящерица, а крылатый лев. Только проглотив огурец и прогнав все непрошенные ассоциации, он ответил: - Хотел. Но теперь я у тебя, так что не важно, что мы планировали. - Что-то против короля? - Кьяртан - не предатель. То, что мы задумали, связано с королем, но должно было принести ему пользу, а не вред. Никаких дворцовых переворотов и прочих занимательных развлечений, все мило и невинно. - А точнее? И снова вопрос, от которого не уйти. Виктора злила эта манера задавать вопросы так, что собеседник понимал: либо ответит, либо понесет неприятное наказание. Увы, ему почти не встречались люди, обладающие такой способностью, так что Виктор не знал, как все вывернуть на третий вариант: ничего не ответить, но и выйти сухим из воды. Возможно, драконы вообще видели у всех ситуаций только два исхода, никак не больше. Либо зрелища, либо секс. Либо ответ, либо наказание. И если в первом случае он был согласен на второй вариант, то во втором предпочитал выбрать первое. Лучше он сначала покажется послушным невольником, а затем в самый неожиданный момент продемонстрирует острые клыки, чем сразу заартачится, и Лойи его сломает. - Лорд Кьяртан хотел обменять меня и того парнишку на кого-то из людей короля. Лойи изумленно посмотрел на Виктора, а затем рассмеялся. Смех его был звонким, как колокольчик, но сейчас он совсем не очаровывал Виктора. - Мы думали, что Кьяртан забирает себе обычный камень, а на деле под сажей скрывается золотой самородок, - отсмеявшись, не спросил, а уверенно высказался Лойи. - Я бы сказал, что бриллиант, - задумчиво отозвался Виктор, вспоминая выступление Юри, такое же прозрачное и сверкающее, как этот драгоценный камень. Он вздохнул и покачал головой: - Но уже не важно. Все равно камень останется камнем. - А у меня второй бриллиант… - Какой я бриллиант? - отмахнулся Виктор. - Нет, бриллиант только Юри. - Тогда зачем нужен был ты? И почему Кьяртан собирался обменивать именно двоих, если паренек действительно бриллиант, а не кварц? - Потому что бриллиант требует огранки, и в качестве ювелира должен был выступить я, - сдавшись, окончательно признался Виктор. Вряд ли открывшаяся правда могла осложнить жизнь ему или же Юри, а ему, если честно, не хотелось держать все в себе. А может, виноват во всем немигающий взгляд, и Виктор, сам того не желая, подпал под его магию, как некоторое время назад, когда чуть не отдался Лойи, не поев и как следует не отдохнув? А Лойи молчал, явно ожидая продолжения, и Виктор недовольно фыркнул: - Он не станет выступать, даже если ему будет угрожать смерть. Ты же заметил, что он предстал перед теми, кто разбирал себе игрушки в кровать. Он не признался, что обладает талантом тогда, не признается и теперь. - Настолько скромен? Виктор не выдержал и рассмеялся, затем покачал головой. - Для него спасать свою шкуру за счет выступлений на потребу публики все равно, что… благородной девушке торговать своим телом, лишь бы выжить. Лучше умереть, чем… Думаю, вам, драконам, это не понять, и потому вы не найдете достаточных рычагов, чтобы вынудить его продемонстрировать, на что он способен. На этот раз Лойи погрузился в задумчивое молчание. Он даже отвел глаза и цокнул языком. Когда он снова посмотрел на Виктора, тот с трудом сглотнул, пронзенный лукавым взглядом. - Но ты знаешь подходящие слова. И мог бы подарить нам его искусство, а его избавить от унизительной участи быть любовником Кьяртана. Неужели Багряный Лорд настолько плох в постели? - Он очень хорош, - попытался улыбнуться Виктор, но губы его дрожали. Ему потребовалось еще мгновение, чтобы окончательно взять себя в руки, повести плечами и лениво подпереть щеку, пальцами второй руки поглаживая упругий бок помидора. - И все-таки всем будет лучше, если Юри станет удовлетворять ваши потребности иным способом. - Очень интересно, - улыбнулся Лойи. - Только ума не приложу, с чего вы решили, что королю требуется преподнести и бриллиант, и ювелира, обработавшего его? - Я же сказал… - Только то, что лишь ты убедишь парня выступать. Конечно, я получил титул не так давно, и все-таки не слышал, чтобы наложники одного дракона не имели право общаться с наложниками другого дракона. Кьяртан, конечно, больше в этом сведущ, но лично меня не будет смущать, если мой небесный мальчик будет коротать дни в компании других людей, пока по вечерам он возвращается в мою постель. Виктор, уже поднесший ко рту помидор, замер на мгновение, не веря услышанному. Лойи действительно только что разрешил ему сходить к Юри? Но если все драконы такие сговорчивые, почему Кьяртан не предложил подобный вариант, а согласился, что ему нужны и Юри, и Виктор вместе? Глупый вопрос! Потому что другим потенциальным хозяином Виктора мог стать только принц Рёнгвальд, который вряд ли бы смотрел на дневные похождения своего любовника сквозь пальцы. Да и долго бы протянул Виктор под его крылом? К тому же неизвестно, захочет ли король, чтобы его бриллиант общался с каким-то там наложником недавно получившего титул лорда. Нужно было обсудить это все с Кьяртаном, но пока Виктор мог задать возникший вопрос только Лойи. - А тебе что с этого всего? - Я стану одним из заговорщиков против его величества, да к тому же моим подельником будет сам лорд Кьяртан. Мало ли? - чуть не смеялся тот. - Но это не заговор против короля… - Как посмотреть. А еще я надеюсь, что узнав, кому нужно быть благодарным за выступление мальчика-бриллианта, король позволит и мне на них смотреть. Ты меня заинтересовал, и я хочу видеть, что мы чуть было не упустили и что вы так старательно спасали от сластолюбца принца. *** Лорд Кьяртан был немало удивлен, когда в его комнату вошли сначала Лойи, а затем и Виктор. Лойи не стал откладывать встречу “ювелира” с “драгоценным камнем”, и единственное, на что они отвлеклись - это на метку. Виктор ожидал что-то более мучительное, раскаленный металл и тому подобное, но обошлось: Лойи нанес на его правое плечо, чуть ниже, ближе к лопатке, некий узор с помощью особых игл. Ощущения были не совсем приятными, но не такими болезненными, которые так ждал Виктор. Рассмотреть свое клеймо он не успел - Лойи хотел поскорее разобраться с ситуацией вокруг Юри. Он сильно загорелся возможностью раскрытия его таланта и всю дорогу напевал какую-то песню, напомнившую Виктору военный марш. - Он все знает, - с порога объявил Виктор и прошел в центр комнаты. - А где Юри? - В спальне, ест, - кивнул лорд Кьяртан, и Виктор улыбнулся: все-таки в хорошие руки попал молодой маг, и даже если с королем ничего не получится, он не пропадет. - Я могу с ним поговорить? - спросил он. - А вы пока обсудите все остальное. Кьяртан кивнул, и Виктор направился в знакомую ему комнату, где действительно обнаружил Юри. Тот сидел на кровати и отстраненно смотрел в окно. Поднос, уже пустой, стоял рядом с ним, немного отодвинутый. На Юри была прежняя одежда, только плащ валялся возле кровати, что, впрочем, не делало его менее беззащитным. Виктор попытался не обращать внимание на ноющее чувство, возникающее в груди при взгляде на паренька, и ободряюще улыбнуться: ведь он нашел выход, и теперь все у Юри будет хорошо. Юри, заметив, что в комнате уже не один, посмотрел на него и улыбнулся, но лишь слегка, затем приветливо кивнул. Виктор подошел к кровати и сел на ее край. Он тут же рассказал Юри о положении дел. Юри слушал его внимательно, не перебивая, но когда на словах, какая перспектива его ждет, если он не признается в своем таланте, маг даже не покраснел и не отвел взгляд, Виктор осекся. Они какое-то время молча смотрели друг на друга, и этого прямого взгляда было достаточно, чтобы Виктор понял: он проиграл. - Я знаю, что для тебя твои выступления, - сделал он еще одну попытку убедить Юри. - Знаю, потому что сам такой. И это не бравада, ведь ты понял, кто я. Возможно, узнал не сразу, но узнал, что я - тот самый Виктор Никифоров, чей танец ты переложил на свое выступление. Поэтому я знаю, что будет, если ты больше никогда не выйдешь на лед. - То же, что будет и с тобой, если ты не будешь танцевать, - прошептал в ответ Юри, но хотя его голос и прозвучал тихо, Виктор услышал в нем непререкаемую уверенность, и сердце его ухнуло вниз. На самом деле Виктору стоило бы радоваться, что он верно описал Юри своему дракону, что он ни в чем не ошибся и увидел Юри именно таким, каким он был. И все-таки он проиграл, потому что на чуть искривленных губах Юри читалось: “Ведь ты не умрешь, хотя и не сделал шаг вперед, когда Кьяртан спрашивал танцоров. Не умру и я”. Потому что Юри, как и Виктор, найдет выход, как не предать себя и при этом не сдохнуть глупо-благородным образом. И Юри, возможно, будет даже проще это сделать, поскольку Кьяртан слишком занят, чтобы следить за ним постоянно. А вынужденный секс… что ж, оказалось, что для Юри это не такая уж и проблема. Виктор подавил желание ударить кулаком матрас рядом с магом. Ну уж нет! Он не собирался сдаваться! Он делал все, чтобы выступления Юри состоялись, и не согласится на ночные катания под звездами, когда его никто не видит, разве только сам Виктор. И дело уже не в обещании, данном Кьяртану, и не в несчастном писателе, которого они пытались спасти, даже не в том, что Виктору совсем не хотелось представлять Юри в постели с драконом - Юри наверняка не девственник, хотя тогда на сцене он и показался Виктору чистым, невинным. Виктор не собирался сдаваться, потому что не привык. И не умел. И он плотно поел, так что уже не испытывал усталость, от которой прежде чуть не махнул на все рукой. Да, он по-прежнему не был уверен, что на свете имелись слова, способные переубедить упрямого мальчишку, но его мозг уже старательно искал выход. Его поступок был продиктован вдохновением, не иначе, но Виктор верил во вдохновение и потому, не задумываясь, рискнул: он наклонился к уху Юри и прошептал всего несколько слов, в целом, невинных, но оказавшихся достаточными, чтобы щеки Юри наконец-то залились краской, его рот приоткрылся, а широко открытые глаза недоверчиво уставились на Виктора. Виктор улыбнулся ему и кивнул, мол, тебе не послышалось, и тогда Юри моргнул. Раз, другой. - Л...ладно, - выдавил он наконец. - Я… я соглашусь, только… Только мне нужна моя маска и коньки. А они где-то на дне океана. - Маска? - переспросил Виктор. - Зачем она тебе? От кого тут скрываться? - Дело совсем в другом, - покачал головой Юри. - Ты же заметил, что у меня не очень хорошее зрение. Я сделал маску, в которую вставил линзы. Как в очки. И она подогнана так, что не мешает на выступлениях. Костюм тоже не помешал бы: не во всякой одежде будет удобно выступать. И коньки, конечно. - Коньки, костюм, маска, - перечислил Виктор, загибая пальцы. - Если я все это раздобуду, ты выступишь перед королем? Юри кивнул, но тут же торопливо добавил: - И то, что ты сказал. Не забудь. - Конечно, не забуду! - воскликнул Виктор, хотя его голова уже была занята предстоящими приготовлениями к выступлению Юри.