Танец для дракона

Виктора выпроводили из зала буквально сразу же. С драконом только начало спадать оцепенение, и их растерянный вид стал усладой для его глаз. Впрочем, большая часть драконов его не интересовала, и потому прежде, чем уйти, он посмотрел на короля Греттира — тот, в свою очередь, тоже смотрел не на Юри, а на Виктора, и на его лице отразилась смесь чувств, вызвавших у Виктора ликование. Так, как теперь смотрел на него король, не смотрят на надоедливых мух, присутствие которых терпят по собственной блажи, такого взгляда не удостаиваются и забавные зверушки, которых можно вышвырнуть за дверь, как только надоедят. Так следят за теми, с кем придется считаться. Виктор подарил королю широкою улыбку, мол, я же обещал вам зрелище, если буду рядом! Заметил ли тот, что он понял смену его настроения, или нет, Виктор понять не смог, но надеялся, что сыграл достаточно хорошо, чтобы не выдать себя. А затем он оказался в коридоре в компании Хельги и Лойи. Юри задержался — он должен был убрать лед. Как именно маг создает себе помещение, подходящее для выступления, и что делает с ним потом, Виктор не знал. А стоило бы: если он планирует побег, он должен досконально изучить средства, имеющиеся в его распоряжении. Что ж, если у Юри в запасе есть еще несколько несложных номеров, которые он сможет вспомнить всего за пару дней тренировок, остальное время они потратят на знакомство с возможностями парня, изучение местности и тому подобные вещи. Решившись дождаться Юри, Виктор прислонился к стене и бросил взгляд на своего дракона. Еще выходя, он заметил, что тот покидал зал, будто другие зрелища были недостойны его благородного взгляда. Конечно, Лойи сам признался в особом отношении всех драконов к любой ситуации, но Виктор припомнил разъяренного принца Рёнгвальда, и Лойи на его фоне смотрелся в более выигрышном свете. Вряд ли кто из драконов обратил внимание на то достоинство, с которым Лойи оставил их, но Виктор на его месте поступил бы так же. Проклятье! Эта скотина снова вызвала непрошенные чувства, особенно теперь, когда Лойи скинул маску величия и смотрел на Виктора с нескрываемым восторгом. В какое-то мгновение ему показалось, что дракон сейчас позабудет о присутствии рядом девушки, впечатает Виктора в стену и возьмет то, что принадлежит ему по местным законам. Или Виктор впечатает его в стену и… — Буду в своих покоях, — промурлыкал Лойи, так и не приблизившись, и наваждение рассеялось. Виктор снова мысленно выругался. И зачем, кто бы ему сказал на милость, требовалось использовать свою драконью магию, если не собирался доводить дело до конца? А если хотел увлечь Виктора за собой в спальню, поскольку мягкие перины и шелковые простыни дороже холодных каменных стен и пола, то почему развеял магию? Эта игра начинала Виктора раздражать. «Пора с тобой разобраться, — решил он, глядя вслед уходящему дракону. — Такое количество противников меня не устраивает». — А ты подождешь Юри? — спросила Хельга, снимая шапку. Виктор заметил, что при этом она аккуратно придержала волосы и опустила их на свободное от ремешка лютни плечо. Видимо, заботилась, чтобы пряди не застряли в струнах. Как ни странно, но жест вышел не менее красивым, нежели если бы она позволила волосам свободно рассыпаться по спине. — Конечно, — улыбнулся Виктор, но вдаваться в причины ожидания не стал. — А откуда у тебя такая подходящая для выступления одежда? — Ну я же ехала в Адмар! — воскликнула она и посмотрела на Виктора так, будто более идиотского вопроса он задать не мог. — Летом там не так холодно. — Я собиралась там задержаться. И как вижу, не зря подготовилась. Какая удача, что кому-то потребовались коньки, и со дна моря достали все вещи, в том числе и мои, — на последних словах Хельга любовно погладила ремешок лютни. — А ты, как вижу, не планировал долго жить на родине? — Предпочитаю ездить налегке, — пожал плечами Виктор, — а все нужное покупать на месте. — Немного расточительный подход к жизни. Отвечать Виктор не стал: его мысли уже занимал другой вопрос. Только теперь он заметил, что покидая зал, девушка держалась на ногах достаточно твердо, да и бедностью особой не отличалась. — Хельга, — нахмурившись, спросил он, — тебя драконы не жрали? — Почему не жрали? Жрали, конечно. Может, немного меньше, чем Юри — все-таки он был главным исполнителем, но и от меня откусили. Виктор, ты мне казался умным мальчиком, а задаешь такие нелепые вопросы! — Ты не выглядишь потрепанной. — Да, выступать здесь оказалось значительно проще, чем я боялась. Пусть драконов несколько, а не один, но и блюд им выдали достаточно, чтобы они нас слегка поднадкусывали и отпустили с миром. Может, первыми быть сложнее, но нас выпустили в середине программы, так что они были уже не так голодны. Да и к тому же мы задели струны в их сердцах — в этом весь секрет. — А как же все те рассказы про умирающих наложников? — задумчиво переспросил Виктор, пытаясь отогнать воспоминание о Юри, вернувшемся в пещеру после первого выступления. — Тут много тонкостей, Виктор. Ты еще не понял? Или Лойи тебе не рассказал? Странно, мне показалось, что ты-то как раз во всем уже разобрался. — Ты забываешь, что я — просто любовник дракона, — рассмеялся Виктора. — Но это работает так же! Быстро умирают наложники, которые выступают перед одним хозяином и являются его единственным источником пропитания. Если они не могут вызывать отзвук в чувствах дракона, им приходится отдавать больше, чем талантливым ребятам. Драконы питаются эмоциями, Виктор, и если ты заставишь их чувствовать что-то, то они будут своего рода есть себя. Конечно, это их не убьет и не опустошит, а вот если мы будем отдавать себя полностью, то рано или поздно сгорим. И не важно, речь идет о творчестве или сексе. Это же так просто! Почему я тебе все это объясняю? «Может, потому что меня так никто и не ел, если не считать Кьяртана в самую первую ночь?» — злобно подумал Виктор. Он чувствовал себя уязвленным потому, что считал, что и правда должен был все это уже знать и понимать. Но нет, ему пришлось выслушать лекцию, причем прочитанную с таким снисхождением, будто большего дурака, чем он, Хельга еще не встречала. Замечательно! Но чувств своих Виктор не выдал и лишь робко улыбнулся, мол, я и правда не такой уж и гений, как ты обо мне подумала. Прости, что произвел неверное впечатление. Их разговор прервал появившийся в коридоре Юри — бледный и шатающийся от слабости, но улыбающийся вполне заразительно, с коньками в одной руке и маской — в другой. Хельга тут же подскочила к нему и закружила, смеясь. — Какой же ты молодец! — восхищалась она. — Я краем глаза наблюдала за тобой, и ты был так прекрасен! Юри даже не сопротивлялся и лишь ошалело улыбался. Коньки с грохотом упали на камни, и маска не миновала бы той же участи, если бы Виктор не ухитрился подхватить ее. Его удивляли собственные чувства, вызванные этой сценой: почему его так злило, что Хельга позволяет себе столь панибратски обращаться с Юри? Хельга, конечно, легкая в общении девушка, но Юри она знала всего ничего, а сейчас чуть ли не лезла целоваться. Обнимать Юри после выступления должен Виктор, а не она, ведь этот путь они прошли вместе, а она присоединилась лишь в конце. Она, конечно, спасла выступление, и… Виктор нахмурился. — Ты так быстро выучила песню с Золотых Островов? — задал он вопрос, о котором успел позабыть. — Ну что ты, Виктор, — рассмеялась Хельга, — я просто знала ее. — Это очень известная на Золотых Островах песня, — смущенно пояснил Юри, вступаясь за девушку, но получив от Виктора испепеляющий взгляд, стушевался окончательно и предпочел поднять коньки и проверить, не повредились ли они от падения. — Виктор, ну не зря же меня зовут «Блуждающим Огоньком»! Да, я была на Островах, как и много где еще. И знаю песни на многих языках — я коллекционирую самые красивые из них и иногда исполняю в других странах. — Выходит, ты знаешь и язык Золотых Островов? — хмыкнул Виктор. — Не в совершенстве, но довольно сносно, — улыбнулась Хельга, и Виктор снова хмыкнул. Понимание, что у Хельги и Юри куда больше общего, неприятно кольнуло его. Для Юри, конечно, только хорошо найти кого-то, с кем он сможет поговорить на родном языке, но Виктору совершенно не нравилось, что этим «кем-то» оказалась бард. Теперь, когда Юри стоял к ней немного ближе, чем к Виктору, тот почувствовал, что и следующий номер они смогут поставить вдвоем. Обойдутся без него. Виктор собрал волю в кулак и отогнал навязчивую мысль. Широко улыбнувшись обоим, он предложил отпраздновать прекрасное выступление и хорошенько отдохнуть, а обсуждать следующее выступление они начнут позже. Виктор не испытывал уверенности, что в следующий раз Юри будет кататься под песню Хельги: она, конечно, хороша, но вряд ли она в состоянии исполнить все песни мира. Наверняка имелись и такие, что не подходили ей по характеру, и как знать, не одну ли из них им придется взять для следующего выступления? Виктор не хотел, чтобы Юри подстраивался под определенную музыку, поскольку это он своими движениями по льду рождал мелодию, а не мелодия пробуждала определенные движения. Для Виктора этот момент казался наиболее важным, и терять его он ни за что не хотел. Предложение Виктора было принято единодушно, только Юри и Хельга попросили разрешение переодеться. Окинув взглядом их костюмы, Виктор сжалился и отпустил их, договорившись встретиться рядом с кухней. Сам он отправляться в комнаты Лойи, чтобы оставить там кофту, плащ и шарф, не стал: дракон наверняка поджидал его с какой-то целью, способной помешать сытному обеду в хорошей компании, и свою догадку Виктор решил не проверять. День они проверили на удивление хорошо. По началу бледный и еле держащийся на ногах Юри накинулся на еду, продолжая походить на молчаливую тень самого себя, но вскоре расцвел и начал посмеиваться над забавными рассказами Виктора и Хельги. Блуждающий Огонек оказалась кладезем множества историй, которыми с удовольствием делилась, но и жизнь Виктора была богата на события, только в отличие от девушки он рассказывал не про себя, а про тех, с кем сводила его судьба. Юри же почти ничего не рассказывал, но слушал с удовольствием и смеялся вместе со всеми. Хорошо поев, троица отправилась гулять по замку: оказалось, Хельга его практически не изучала, найдя для себя уютный внутренний дворик. Виктору так и хотелось спросить девушку, неужели ее устраивает нынешнее положение, но он решил не портить всем настроение напоминанием, что они по сути рабы и останутся ими навсегда, если сами что-то не изменят. В этот день они были практически свободными, и Виктору не хотелось разрушать сказку. Юри, окончательно пришедший в себя, с радостью рассказывал Хельге, как они с Виктором искали в замке подходящую комнату для репетиций, а Виктор лишь улыбался и время от времени подтверждал, что так все и было. Хельга с неподдельным интересом слушала мага и без вопросов следовала за ним. А потом Юри внезапно предложил пойти в пещеру. — Но ты же без коньков, — напомнил ему Виктор. — Мне они совсем не обязательны, — улыбнулся в ответ Юри очаровательной улыбкой. — Мои тренировки проходят не только на льду. Я покажу вам одно место, не менее важное чем ледяная пещера. Виктор недоуменно посмотрел на Юри, но Хельга уже потянула парня за собой, так что Виктор просто молча пошел за ними. Значит, Юри успел обзавестись своим секретом? В целом ничего плохого в этом не было, если секрет не являлся чем-то важным. Пожалуй, настало время им всерьез поговорить о будущем побеге, чтобы в дальнейшем Юри ничего не скрывал от своего напарника. Точнее, этим они займутся завтра, поскольку сегодня у них выходной. У входа в проход Юри взял два фонаря и зажег их. Один оставив себе, второй вручил замыкающему группу Виктору. Виктор, успевший выучить проход, далеко не всегда использовал фонари, тем более что в самой пещере днем было светло. Зачем им целых два источника света? Ответ на этот вопрос Виктор узнал довольно скоро. Они прошли примерно треть пути, когда Юри остановился и стал рассматривать стену. — Здесь сначала будет немного узко, — бормотал он, продолжая что-то выискивать, но мы-то с легкостью пройдем. — Так, нет, не здесь… — он прошел чуть дальше и радостно вскрикнул. — Да, вот здесь, за этим выступом! Тут и правда проход был немного уже и подобный же выступ имелся несколько шагов назад. Впрочем, их было здесь достаточно и с одной, и с другой стороны. Виктор не придавал им особого значения, и как оказалось, зря. За выступом оказался уходящий в бок коридор, действительно узковатый сначала — драконам в своей полудраконьей форме по нему будет пройти проблематично, хотя Лойи, например, особой трудности не испытал бы. Постепенно проход расширялся и становился почти таким же, как и основной, хотя потолок и был немного ниже и Виктору в некоторых местах даже пришлось наклониться. — Вот мы и пришли, — внезапно объявил Юри и исчез. Виктор сделал еще несколько шагов и понял, что произошло: проход вывел их еще в одну пещеру, на этот раз не покрытую льдом, и Юри, свернувший направо, пропал сначала из поля зрения Виктора. Парень совершал обход вдоль стен и зажигал приделанные к ним светильники. — Ничего себе! — воскликнула Хельга, и Виктор мысленно с ней согласился: они оказались внутри не очень большой пещеры, пол которой был отделан досками, а на одной из стен висело зеркало. В потолке пещеры имелось небольшое световое окно, отчего в пещере дышалось сносно, но света было явно недостаточно. — В общем, вот здесь я и тренируюсь, — смущенно развел руками Юри. — Репетиции на льду — это еще не все, и надо… — А кто помог тебе обустроить это гнездышко? — спросил Виктор, рассматривая покрытые лаком доски. Пещера навевала воспоминания о танцевальном зале, где он тренировался вместе с Крисом. Жаль, что он не знал о секретной пещере раньше! Тут он с легкостью показал бы, что хотел получить от Юри под песню «Ночь в горах»! — Кхм, лорд Кьяртан, конечно, — ответил маг. — Он поставил пока одно зеркало, а должна быть целая стена, — Виктор с видом знатока кивнул и перебил: — И еще кое-что. Например, перекладина. В подобных комнатах учатся танцам. — Да, но она нужна еще и для поддержки тела в форме. — Разумеется! — Виктор даже мечтательно улыбнулся. А потом улыбка сползла с его лица: за все время его пленения, Виктор ни разу не вернулся к тренировкам. Конечно, он не собирался танцевать, но ведь он думал покинуть остров, и тогда он снова вернется к танцу. Внезапно его посетила блестящая идея. И как он до нее раньше не додумался? Схватив Юри за руки и заглянув ему в глаза, Виктор умоляюще выдохнул: — Юри! А давай тренироваться вместе! — В-виктор… но зачем тебе? — Чтобы я лучше понимал, на что способно твое тело! Думаю, нам еще нужно устраивать пробежку по пляжу. Выясним, можем ли мы это себе позволить. В глазах Юри читался неподдельный страх, но Виктор делал вид, что его не замечает, продолжая: — И в следующий раз, когда меня не будут устраивать твои движения, будем сначала отрабатывать их тут! Плохо, что ты показал эту комнату только сейчас! — Но лорд Кьяртан доделал ее не так давно… — Юри, у нас не может быть секретов! Сколько ошибок и проблем мы могли бы избежать, если бы ты от меня ничего не скрывал. — Но я же выступил хорошо… — Юри! — не унимался Виктор, продолжая удерживать ладони мага, хотя тот уже откровенно пытался вырваться из его хватки. — Да, сегодня ты выступил невероятно прекрасно, но что мы бы делали, если бы у тебя не имелся этот номер? Или я не нашел Хельгу? Или Хельга не знала бы песню? В этот раз нам очень повезло, но больше ставить на везение мы не будем. Никаких секретов, понял? — Угу. — И совместные тренировки! — Угу… — И бег по пляжу! Юри удрученно кивнул. — И плаванье в океане! — Виктор! — застонал маг, но тот не собирался останавливаться. Он хотел выдвинуть еще одно условие, но его прервал перезвон струн лютни. — А теперь давайте танцевать! — объявила Хельга. Она заиграла быструю мелодию, и Виктор, рассмеявшись, утянул Юри за собой в центр пещеры. *** К Лойи он вернулся уже под вечер. Дракон сидел на пуфике возле столика, читал книгу и поедал виноград. Увидев Виктора, Лойи озарился лучезарной улыбкой. Почему-то он принял полностью человеческий облик и облачился в один из своих любимых полупрозрачных халатов. Вместо ожидаемого возбуждения, этот облик вызывал страх. Виктор скинул теплые вещи на один из пуфов возле входа и подошел к столику, на котором кроме фруктов стоял еще и чайник с чашками. Что-то подсказывало Виктору, что чай уже давно остыл. — Я хотел покормить тебя отменным обедом, но узнал, что ты не стеснялся и все взял сам, — сообщил Лойи, поднимаясь на ноги и подходя ближе. Его волосы все так же были собраны в хвосты, и Виктор почувствовал: еще немного, и он сделает так, чтобы они прядями упали на плечи дракона. Желательно, уже обнаженные. — Ты не за скромность меня выбрал, — с улыбкой ответил он и взял одну из виноградин. Она оказалась крупной и сочной, без косточек — фрукт, действительно достойный знати. Лойи замер очень близко — еще один шаг, и они прижались бы друг к другу, но единственное, что он делал — это пожирал Виктора глазами. Виктор чувствовал, как его накрывает наваждение, но в то же время яростно понимал, что разрядки снова не получит. Как же он устал от этой игры! — Ты будешь меня сегодня есть? — напрямую спросил он, глядя в золотистые глаза дракона. — Нет, я не голоден. «Ну еще бы, подлец», — мысленно фыркнул Виктор и криво ухмыльнулся. — Тогда я буду спать здесь. И хватит использовать на мне свою драконью магию, если не собираешься трахаться со мной. Если же тебе просто хочется, чтобы я взял тебя силой, то так и скажи. — Виктор, — ласково промурлыкал Лойи, взяв его за подбородок и чуть приподняв лицо, но тот не повелся на тон: в глазах сквозила неприкрытая угроза. В какой-то момент Виктор даже подумал, что перегнул палку, и дракон накажет его за дерзость, но тот лишь ухмыльнулся, отпустил его подбородок, развернулся и пошел к двери в спальню, по пути скинув халат: — Если тебе так нравятся пуфы, не буду тебе мешать. — Подонок, — процедил сквозь зубы Виктор, когда за драконом закрылась дверь. Возбуждение, как и образ обнаженной фигуры Лойи, так и не исчезли, как бы Виктор не пытался их отогнать. Подобрав его халат, Виктор разделся и устроился на пуфиках. *** — Просыпайся, Виктор! В список голосов, которые он ожидал услышать с утра пораньше, довольно-таки обширный и включающий даже самые неожиданные варианты, этот голос точно не входил. Виктор приоткрыл один глаз и сквозь упавшую на лицо челку разглядел лицо, полное энтузиазма. Его обладательница нависла над Виктором словно орлица над спрятавшейся в зарослях травы полевкой. Решив, что притворяться нет смысла, Виктор резко сел, и Хельга рассмеялась, хлопая в ладоши. Лойи был здесь же: вальяжно сидел возле столика и пил чай. На нем красовался халат из менее прозрачной ткани, но все равно до неприличия короткий. Облик — полностью человеческий. Виктор решил, что гостья разбудила и его, крича что-то под дверью, и дракон, не желая одеваться, как и разгуливать полностью обнаженным перед чужой наложницей, принял человеческое обличие и накинул халат. Вид его был умиротворенным и несколько растрепанным, намекающим, что в этом полностью вина Виктора, что вызывало досаду. Виктор своей наготы стесняться не собирался. Впрочем, лежащее на коленях покрывало придавало ему вполне приличный вид. Сладко потянувшись, он с улыбкой спросил гостью: — И зачем ты меня разбудила? — Как «зачем»? Когда Хельга удивлялась, ее глаза становились особенно красивыми, после чего она очаровательно морщила носик и чуть качала головой, отчего колыхались пряди ее волос. Не девушка — мечта поэта! Впрочем, она и сама поэт… Кажется. Виктор не слышал ее песен и потому не мог о ней судить, как об авторе. А Хельга, продемонстрировав всю красоту изумления, потянула Виктора за руку, и тому пришлось распрощаться с пуфами, халатом Лойи и покрывалом. Будь в нем остатки стыдливости, потерял бы и их, но девушка опоздала на несколько лет, чтобы их застать. — Пора репетировать новый номер! — напомнила она, утягивая Виктора за собой, при этом мужественно глядя на выход из комнаты, а не на своего пленника. — Пора, — не стал спорить тот. — Но при чем здесь ты? Хельга обернулась, одарила Виктора еще одним удивленным взглядом и, подбоченясь, сообщила: — Потому что я в команде. Виктор ответил ей самой милой улыбкой из возможных и мягко, будто разговаривал с маленьким ребенком, поинтересовался: — И кто тебе это сказал? — Его величество король Греттир, — довольно патетично произнесла девушка, выдержала паузу и озорно улыбнулась. — Я же говорила, что за мной силы посерьезнее? Не в обиду, лорд Лойи, — тут же поправилась она и поклонилась дракону (поклонилась скорее как мужчина, нежели как женщина, отметил про себя Виктор). Тот улыбнулся в ответ и кивнул, мол, какие обиды? — Моя госпожа, — продолжила объяснять Хельга, — леди Раннвейг — близкая подруга короля — была в восторге от нашего с Юри «дуэта». Королю выступление тоже очень понравилось, и хорошенько обсудив, они пришли к выводу, что и дальше нам следует выступать вдвоем. Ну же, Виктор, что за кислая мина? Теперь тебе не придется искать барда каждую неделю! — Не придется, — сквозь зубы выдавил тот. — Всего лишь Юри придется подстраиваться под тебя. — Не обязательно, — пожала плечами девушка, несколько озадаченная реакцией на свое сообщение. — Мы с ним сможем выбрать песню, которая устроит и его, и меня. Я ведь знаю много песен из разных стран! Конечно, мне хотелось бы петь и свои, но все будет зависеть от вас, мальчики. Я подстроюсь! Все-таки Юри — основа номера. Вы задаете темп, я подбираю музыку. И все счастливы! Виктор продолжал сверлить Хельгу взглядом, и та, смутившись, сделала шаг назад. Она не отрывала глаз от лица Виктора, но явно чувствовала себя не по себе — и было почему. Ярость, что зашевелилась после ее сообщения, что она — часть команды, поднималась змеей все выше и выше, заполняла каждую клеточку Виктора и была готова вырваться наружу. А ведь она даже не понимает, что в этой ситуации не так! Хотя что Виктор от нее ожидал, если она до сих пор ни разу не задумалась о побеге? — Нет, Хельга, не все счастливы, — ледяным тоном ответил ей Виктор и сделал шаг вперед. Девушка снова попятилась. — На этот раз они просто предложили вам выступать всегда вместе. Через неделю они скажут, что хотят видеть именно любовный номер. Или военный. Или еще какой. Потом попросят, чтобы вы подготовили номер на определенную песню. А что потом? Им станет мало выступлений раз в неделю? Они захотят, чтобы вы каждый день показывали им что-то новое? — Не захотят, — осипшим голосом возразила Хельга, продолжая отступать от надвигающегося на нее Виктора. — Откуда тебе знать?! — не выдержал тот и повысил голос, махнув рукой. — Ты думаешь, что отлично их понимаешь? Ха! Ты — всего лишь бард, которая выступала по тавернам и на площадях. Ты никогда не была среди аристократов и уже тем более правителей. Так что ты знаешь? Они уже сговорились за спиной Юри, поставив его перед фактом: ты будешь выступать с ней, и нас не волнует, что ты об этом думаешь! Да, ты талантлива, ты нас выручила и была невероятно прекрасна! Уверен, что у тебя потрясающий репертуар, но дело не в тебе. Дело в том, что они вмешались в процесс, в который не должны были лезть. Юри выбирает, какой номер он будет исполнять, а я ищу для него барда. Будет надо, отправлюсь искать портного для нового костюма, займусь декорациями и все тому подобное, но сначала Юри определится, какой именно номер он хочет показать. Не я это решу, не ты, и уж тем более не драконы, будь они трижды королями! Они — просто зрители, и все. И они должны знать свое место. — Но Греттир — король драконов, — осторожно напомнила Хельга. — И как ни крути, мы — всего лишь наложники… — Нет, Блуждающий Огонек, мы не наложники. Мы артисты и мы собираемся показать им самые лучшие наши выступления. И как мы это сделаем, если позволим связать себя по рукам и ногам? И если ты всегда подстраиваешься под зрителя и не даешь им что-то особенное, чего они никак не ожидают, то нам с тобой не по пути. Виктор развернулся и принялся собирать одежду, сразу надевая ее. — Виктор, что ты задумал? — тихо спросила Хельга. Когда он вновь поднял на нее глаза, то увидел невероятно бледную, чуть ли не дрожащую напуганную девочку, а не наглого барда, способного заставить плясать под свою лютню кого угодно. — Напомню Греттиру, какова его роль во всем этом, — спокойно сообщил Виктор, застегивая рубашку. Он не заметил ни единого движения, что являлось его провалом: схватывать каждую мелочь в окружающем его пространстве, даже если он был занят чем-то конкретным, когда-то составляло часть его натуры, почти той же функцией организма, что и дыхание, доведенное до уровня инстинктов, о которых не задумываешься. Теперь же Виктор не услышал, как Лойи поднялся на ноги и подошел к нему, не увидел этого краем глаза, не почувствовал. И только когда дракон коснулся пряди его волос, Виктор понял, насколько он расслабился. — Ты необыкновенный, — с улыбкой промурлыкал Лойи, играя с его волосами. — Ты правда потрясающий, небесный мальчик. Таких, как ты, не было здесь и вряд ли когда появятся. И все-таки он — король. Король драконов. И он привык, что его уважают. Виктор выругался сквозь зубы и мотнул головой. Рука Лойи соскользнула и безвольно повисла вдоль тела. В его глазах что-то промелькнуло. Тоска? Сожаление? Сочувствие? Виктор отвернулся и направился в спальню, через которую мог пройти в ванную комнату. Греттир любил, чтобы его уважали. Что тут удивительного? И он, как и любой дракон, терпеть не мог проигрывать. Виктор посчитал, что одержал над ним победу — и вот месть в ответ: его взяли за шкирку и как шкодливого щенка ткнули мордой в пол. Знай свое место, наглая муза! Диктовать правила будем мы, а не ты. Однако Виктор просто так сдаваться не собирался. *** Виктор был уверен, что Юри его поддержит. Ему казалось, что он достаточно понимал этого мага, чтобы делать выводы о его реакциях на те или иные события. Юри, вероятно, и не стал бы поднимать восстание, но и прогибаться под кого-либо было не в его характере. И уж точно он не позволит никому лезть в его магию и его творчество. Юри сам ставил номера, которые подходили ему, являлись отражением его души. Даже «Ночь в горах», так не созвучную с его характером, он взял не в угоду кому-либо, а потому что ему понравился танец Виктора и он захотел его повторить. Такой человек просто не мог слепо согласиться с навязанными правилами! — Виктор, это замечательная новость! — воскликнул реальный Юри, и образ, который успел создать Виктор, разбился вдребезги. — Теперь тебе не придется тратить время на поиски барда, а мне — на подстройку исполнения номера под песню. С прошлым бардом мы промучались целый день, помнишь? А Хельга другая: она прекрасно чувствует, какой должна быть музыка в данный момент, может ускорить или наоборот, замедлить мотив, сыграть немного иначе. Да и репертуар у нее должен быть разнообразный. И если она имеет общий язык со своей драконицей, мы сможем договариваться, если выступление придется перенести. Виктор? Ты так не считаешь? Конечно, он так не считал. Но как сказать это вслух? Как объяснить Юри очевидное: им начали диктовать условия, и на этом не закончат. Первое из них было всего лишь подачкой, чтобы они проглотили и довольные завиляли хвостами. Следующее, наверняка, тоже покажется приемлемым, хотя и не настолько хорошим, как первое. А там они и глазом не успеют моргнуть, как Юри придется делать все, что пожелает король драконов, и от его искусства не останется ничего — только видимость. Но Юри не понимал этого, не видел так далеко, и сейчас в его глазах светилась радость, разрушать которую Виктор не имел права. Юри наверняка уже представлял следующий номер, и если Виктор попытается навязать ему другого барда, то тем самым влезет в его творчество, а ведь именно этого он не хотел допускать. Юри устраивало такое положение вещей, и Виктору не оставалось ничего, как согласиться. Вскоре в пещеру пришла Хельга, и Юри начал с ней обсуждать песни, которые та могла исполнить. Виктор их почти не слушал, все еще удивляясь, как он мог так ошибиться в Юри. Он понял, что и Хельга, и Юри видят картину совсем иначе, а значит у него просто-напросто нет сообщников. И как разрабатывать план побега, когда ты один, а те, кто мог тебе помочь, не видели в своем положении ничего ужасного, а значит, и не собирались ничего менять. Виктор очнулся от своих мыслей и внезапно понял, что Юри уже давно рассказывает про то, какие элементы танца можно было бы подобрать под какую-то песню. Выходит, с песней они определились, прекрасно обойдясь без Виктора. Отлично! Так оно даже и лучше. И для чего Виктор вообще теперь был нужен Юри, раз у него появилась прекрасная во всех отношениях напарница? Он не ушел с репетиции только потому, что не хотел никак объяснять свой поступок, но и следил он за ней без особого интереса: Юри катался, Хельга играла на лютне и пела, временами она останавливалась и просила Юри начать все сначала, или останавливался Юри и предлагал попробовать еще раз. Что им не нравилось, Виктор не понимал. К нему они даже не обращались, и Виктор решил на следующую репетицию не приходить. Вернувшись в покои Лойи, он сразу же наткнулся на валяющийся посреди комнаты халат и вспомнил поведение дракона. На столике стояла ваза с фруктами, вокруг уютно лежали пуфы и подушки, и все здесь намекало на творящийся разврат, которого на самом деле не было. Виктор усмехнулся своим ощущениям: будь он моложе лет на пять, только бы радовался, что не приходится лезть в постель к малознакомому типу только из-за обязанностей, которые ему навязали; сейчас же он чувствовал себя почти что преданным, обманутым. Очень странные ощущения, если задуматься. Не желая встречаться с Лойи и снова испытывать на себе драконью магию, Виктор вышел из покоев и отправился бродить по замку. Мысли его путались, ровно как и желания. Он пытался остановиться на чем-то рациональном — например, на мысли о побеге, но тут же налетали другие: побег нужен был только ему, а Юри все устраивало; сам он сбежать никак не сможет, а Юри ему помогать не станет; да и собственно, зачем бежать Виктору, ведь его никто не ест, не использует как любовника (ну а на эпизоды с нереализованными желаниями можно закрыть глаза, тем более что проблема эта вполне решаемая). По всему выходило, что побег терял всякий смысл. Но отказаться от него Виктор не мог — это означало бы смириться с ситуацией, забыть о свободе, предать самого себя. И Виктор снова и снова хватался за мысль о том, что он когда-нибудь совершит. Нужно только найти надежных сообщников. В том, что это ему удастся, Виктор не сомневался. Очнувшись от мыслей, он обнаружил себя на пороге комнат, которые он и не думал когда-либо еще раз посетить. Кабинет не пустовал: Кьяртан занимался какими-то бумагами. Услышав негромкий шум, он резко поднял голову и нахмурился. — Виктор? Что-то случилось? — Как насчет секса? — спросил тот напрямик. — В любой позиции. — Ты не мой наложник, — напомнил ему Кьяртан, поднимаясь из-за стола. — Можешь меня не жрать, — пожал плечами Виктор. — Или угостись — считай благодарностью за все, что ты сделал. — Мне не нужны подачки с чужого стола, — осклабился Кьяртан, обошел стол и навис над ним. — Если бы хозяин того стола хоть раз попробовал это угощение… — прошептал Виктор и собрался уйти: глупая идея, как ни крути! Но ему надоело снимать напряжение самостоятельно, ему хотелось почувствовать рядом кого-то, кто заинтересован в нем, того, кому он почти доверял. — Ты хочешь сказать, что Лойи тебя не касался? — недоверчиво переспросил дракон, и Виктор замер, так и не успев развернуться к двери. — Касаться, может, и касался, но далеко мы не ушли, — грустно усмехнулся Виктор. — Но он брал тебя именно для секса. — Да, я отлично это помню. Ладно, забудь. — И я действительно забуду: неприемлемо, чтобы драконы отбирали наложников у других драконов, не взирая на ранги, и питались ими без разрешения хозяина. Даже если хозяин сам не хочет питаться наложником. — В таком случае, — беззаботно улыбнулся Виктор, — представь, что меня тут не было. Он поклонился и вышел за дверь. Но уже на следующую ночь Виктор делил постель с Кьяртаном, и никого из них не заботили правила и традиции драконьего общества. *** Виктор не считал дни, которые проводил в одном из внутренних двориков, разминаясь и заставляя свое тело вспоминать, на что оно способно. На репетицию Юри он почти не ходил: когда ноги все-таки выводили его в ледяную пещеру, он замечал, что тренировки идут полным ходом, а Юри с Хельгой отлично ладят. Виктор стал для них лишним, и потому он предпочел не мозолить им глаза. Ночи же он проводил неизменно в спальне Кьяртана. В основном они просто лежали и говорили о каких-то незначительных вещах или вообще молчали, временами предавались ласкам, и до секса дело доходило далеко не каждую ночь, но Виктор все равно ощущал себя рядом с Кьяртаном иначе, нежели с Лойи, и потому был доволен их общением полностью. О Лойи он старался не вспоминать и за все это время так и не вернулся в его покои. Лойи его не искал. Видимо, он действительно не знал, что делать с наложником, и только радовался, когда тот куда-то сгинул. Все были счастливы и довольны жизнью. — Нет, Юри, так не получится! Виктор встрепенулся и удивленно посмотрел на Хельгу. Он снова зашел в пещеру, но скорее для того, чтобы послушать ее пение и полюбоваться на игру света на ледяных стенах, но вместо приятной мелодии вдруг услышал крик, в котором сквозило отчаяние. Может, ему только показалось? — Я могу усложнить номер… Мы с Виктором так и планировали сначала поступать! — Не знаю, что вы там планировали, но не пойдет. Они хотят чего-то нового, Юри! Им не нужен повтор уже виденного! — Это не совсем повтор: прыжки будут выше, вращения — изящнее, я добавлю элементы… — Но в целом будет тот же номер. Юри… Как ты не понимаешь?.. — В чем причина спора? — улыбнулся Виктор, искренне предполагая, что сможет разрядить обстановку. — В тебе! — вдруг яростно выдал Юри, буравя его взглядом. — Во мне? — не понял Виктор. — А я тут причем? — Так, я лучше пойду, — выдавила Хельга и осторожно пошла к туннелю. Юри на нее не обратил ни малейшего внимания. — А при всем, Виктор, — стальным тоном, которого тот не ожидал от него услышать, продолжал говорить маг. — Где ты был последнюю неделю? — Я посмотрел, что у вас все отлично получается, и решил… — Ничего у нас отлично не получалось! Песня словно рассказывала о своем, а танец — о своем! Мы пытались их свести, но не выходило. И нам нужен был ты! Нужен твой взгляд, твои советы, но где ты был? Даже когда приходил сюда, витал где-то в облаках и ничего не говорил. Да ты будто нас не видел и не слышал! И вот, осталось два дня до выступления, а у нас нет номера, и мы не знаем, что делать. — А я-то здесь вообще при чем? Это ваше выступление, не мое. — Наше, значит? — злобно переспросил Юри и шмыгнул носом. — А как же твои обещания?! — Какие еще обещания? — Виктор! Ты обещал, что будешь помогать мне, что не оставишь меня! И когда увидел пещеру для тренировок, ты сам попросил заниматься вместе, но так и не пришел. Виктор, почему ты оставил меня? — Может, потому что ты выбрал Хельгу и Греттира? — оскалился Виктор. — Я никого не выбирал! — Ты согласился на его условия. — Согласился, потому что они мне подходили. Хельга — прекрасный бард! И она готова подстраиваться под меня, на что не каждый исполнитель согласится. И я не вижу ни единой серьезной причины отказываться от этого союза. Но без тебя все равно ничего не выходит! Может, будь у нас больше времени, мы бы и нашли выход… не знаю. Знаю только, что ты сразу подмечаешь, чего мне не хватает в номере. И сейчас мне требовался твой совет, а ты вместо этого… — Юри судорожно выдохнул и опустил глаза. Казалось, он вот-вот упадет на колени после того, как выплеснул все накопившееся у него на душе, потеряв оставшиеся силы. — Виктор, где ты был? Даже Лойи не знал, где ты пропадаешь… — О, только не упоминай при мне этого скотину, пожалуйста, — презрительно фыркнул Виктор, хотя мысленно он был благодарен, что Юри вспомнил о драконе: теперь он мог сменить тему и вдоволь обругать своего несостоявшегося господина. Это было куда лучше, чем молчать и не знать, что сказать на обвинения мага. Для Юри у него не было подходящих слов. — Скотину? — переспросил тот и поднял удивленный взгляд. — Почему ты так о нем отзываешься? — Потому что он воспользовался мною. Моей договоренностью с королем. И вместо того, чтобы жрать своего наложника — видимо, слишком обычное блюдо из меня выходит — он подобрался к деликатесу, который ему никогда не светил. К тебе, Юри. — Виктор, — прошептал тот, моргнув, — но Лойи не жрал меня. — Как это не жрал? — фыркнул Виктор. — Он присутствовал на твоем выступлении и был поражен им не меньше других. — Как и ты, Виктор. И как и ты, он меня не жрал. — Не понимаю… — Мне сложно объяснить, но я словно чувствую на себе протянутые от драконов веревки… когда они меня едят. Веревки, по которым расходятся частицы меня. И у меня была возможность разглядеть каждую из этих веревок. К Лойи не шло ни одной. Он просто смотрел выступление. Как и ты. — Но… — Виктор не нашел, что сказать, закрыл рот, потом снова открыл, усмехнулся. — Нет, глупость какая! Зачем ему тогда было приходить на твое выступление? — Может, он просто хотел посмотреть, что я вытворяю на льду? — чуть улыбнулся Юри. — Он ведь не видел ни разу ничего подобного. Да и другие выступления тоже. Он недавно стал лордом — мне лорд Кьяртан рассказывал. Для него все это вновинку. Видимо, ему было просто интересно. — Но чем же он тогда питается? — удивился Виктор. — Может, фруктами? Я не знаю. Ты у него не спрашивал? Виктор покачал головой. То, что сказал Юри, не должно было сильно поменять отношение Виктора к ситуации, однако с логикой тот, похоже, давно расстался. Наверное, потерял ее во время кораблекрушения, и если вещи удалось найти, то логика Виктора так и осталась лежать на морском дне. И поэтому он еле сдерживался, чтобы не развернуться и не помчаться по коридору, чтобы отыскать Лойи и наконец откровенно поговорить с ним. Он любил игры, но сейчас они превратились в ненужную головную боль, да и прояснить все он хотел уже давно. Только вместо этого предпочел избегать Лойи и находить разрядку в объятьях Кьяртана. Кажется, скотиной здесь оказался совсем не золотой дракон. — Виктор? — осторожно окликнул его Юри и умоляюще посмотрел в глаза. — Так что мы будем теперь делать? Мы с Хельгой остались вдвоем? Без тебя? — Без меня? — переспросил тот и покачал головой. — Без меня вы не справляетесь. Нет, дуэт из вас ужасный! Возвращаемся к трио. Что там с вашим номером? Юри заулыбался, развернулся и покатил в центр пещеры. — Не думаю, что даже ты успеешь его исправить, — прокричал он, выписывая круги. — Тогда прибегнем к проверенному варианту. У мага с Золотых Островов был прекрасный репертуар! Удивлюсь, если у тебя не осталось еще каких-нибудь номеров — желательно, не очень сложных. — Конечно, несколько вариантов имеется. — Ты пока определись, а я верну нашего барда. Юри кивнул и сделал очередной круг, который завершился вращением. Виктор заметил, как сразу изменились его движения: маг полностью сосредоточился на своем номере. Улыбнувшись, Виктор отправился на поиски Хельги. Он все еще считал, что соглашаться на условия короля было для них губительно, но теперь он был готов признать, что мог и ошибаться. Он до сих пор не знал, кто такие драконы на самом деле, что ими движет, насколько сильно Греттир захочет влиять на выступления. Виктор не имел возможности наблюдать за ним достаточно, чтобы предсказывать его будущие решения. Он вполне мог создать неверный образ, как поступил с Лойи. Лойи, золотой дракон. Исключительный во всех пониманиях. Он наверняка не был типичным драконом, и по его поведению Виктор не собирался судить о других его сородичах, но Лойи показал ему, что Виктор ступил на неизвестные ему земли, а потому не имеет права считать себя единственным верно понимающим ситуацию. С Греттиром нужно быть начеку, с Лойи, возможно, тоже. Но перед Лойи Виктор все равно должен извиниться.