После рассвета

Эту ночь она все-таки провела в обычных эльфийских грезах, и до чего приятно оказалось отдохнуть на мягкой постели! Пусть тюфяк набивали соломой очень давно, а подушки пахли псиной – это было гораздо лучше, чем ночевка посреди леса на свернутом одеяле! Нет, лежать под настоящими звездами, разглядывая низкую луну и слушая шелест деревьев, Вирне понравилось, но все-таки она с детства привыкла к комфорту. А после холодной земли спина до сих пор немного побаливала. Утро застало Вирну уже проснувшейся. Она сидела на постели и расчесывала волосы, раздумывая, как поступить дальше. Вирна плохо представляла себе реалии наземного мира, даже прочитав все предложенные братцем книги, и совершенно не знала, какой монстр мог бы утащить людей в лес. С другой стороны, будь это что-то обыкновенное – деревенские бы уже обнаружили его. Значит, дело непростое даже для наземников. Как же они отчаялись, раз готовы принять помощь от сомнительной дроу, привезенной неизвестно откуда! Люди ждали от Вирны почти невозможного – спасения невинных… Как же нелепо! Джарлакс смеялся бы до колик, услышь об этом. Иногда Вирна самоуверенно думала, что, останься она в Бреган Д’Эрт и посвяти себя не мщению, а делу своей новой семьи, ей удалось бы завоевать расположение Джарлакса и, чем танар’ри не шутит, занять при нем пустующее место Матери Дома. Это было совсем не то, чего хотелось Вирне, но гораздо больше, чем она имеет сейчас. И Джарлакс казался вовсе не таким уж бесполезным… для мужчины. Хитрый, умный, рассчитывающий свои махинации на три шага вперед, но при этом не подобострастный – Вирне всегда втайне нравились именно такие. А связь с семейством Бэнр защитила бы ее от возможных неприятностей. Вирне стоило ответить на его намеки о близости, когда те последовали впервые, или хотя бы обдумать возможность такого союза. Но что сделано – то сделано. Не бывать Вирне Матерью Дома, как не бывать Дриззту его первым Оружейником. В мысли о Джарлаксе неожиданно ворвалось что-то новое и необычное. Музыка. Кто-то за окном играл на лютне и весьма неплохо. Вирна слышала эту музыку впервые, но легкость и нежность мелодии не вызывали ничего, кроме удовольствия. Неизвестный лютнист свое дело знал. У самой Вирны музыкальных талантов не было, однако уважать чужие она умела. «Интересно, что это за мелодия?» Вирна спустилась с кровати и подошла к окну. Лютнист оказался вовсе не таким, как она себе представляла. На скамеечке у дома напротив сидела полная женщина и с улыбкой бренчала на видавшем виды инструменте. Проходивший мимо крестьянин что-то сказал ей, она в ответ ловко крутанула лютню и продолжила играть, даже не сбившись с ритма. Неожиданная ловкость для такого исполнителя. И все-таки, что это за мелодия? Позади раздался стук в дверь. – Госпожа Вирна, вы уже проснулись? К вам можно? Вирна оторвалась от окна и набросила на плечи рубашку. – Входи. Эрдин заглянул к ней и улыбнулся. – Госпожа Вирна, мэр Хьюберт приглашает нас на завтрак вниз. – Я сейчас приду. Только после этого Вирна осознала, как хочет есть. Она быстро оделась и заметила, что музыка за окном стихла. Выглянув на улицу, Вирна обнаружила только пустующую скамейку. Неизвестная лютнистка пропала, но сыгранная ею мелодия продолжала вертеться в голове. Решив, что разузнает о женщине позже, если представится случай, Вирна вышла из отведенной ей каморки и спустилась по лестнице вниз. В общей комнате за большим столом уже сидел Эрдин, уплетая за обе щеки кашу и хлеб. Кроме него завтракали еще несколько человек: мэр Хьюберт, старая женщина с морщинистым обветренным лицом, женщина помоложе в неожиданно ярком наряде и совсем юный черноволосый мальчишка. Вероятно, все это были обитатели дома. Женщина в цветастом платье о чем-то рассказывала, громко смеясь, но как только вошла Вирна – сразу замолчала. Остальные домочадцы тоже уставились на Вирну, но все совершенно по-разному. Мэр – с обреченностью и надеждой, старуха – с опаской, женщина – завистливо, мальчишка – восхищенно и с любопытством. – Госпожа Вирна, присаживайтесь! – поднялся с места мэр, усадив дорогую гостью за стол. – Пожалуйста, знакомьтесь. Это моя матушка – госпожа Клелия, жена – Алиста и сын – Морис. Моя вторая дочь Лейла приболела и еще спит, но с ней вы обязательно познакомитесь… Леди Вирна До'Урден – гостья из знаменитого Мифрил Холла, сам король Бренор Баттлхаммер послал ее к нам в деревню на подмогу! Семейство разразилось нестройными приветствиями. Вирна предпочла молча кивнуть, чем выдавливать из себя какие-то заверения в дружбе и признательности. – Как вы находите нашу деревеньку, леди Вирна? – медовым голосом пропела Алиста, начиная светскую беседу. – Наверняка вам редко доводилось бывать в столь уютном местечке! – Я пока мало видела, – коротко ответила Вирна, оглядывая стол. Дварфы, может, и были бородатыми коротышками с излишней тягой драматизировать, но на еду не скупились – даже пленную дроу кормили отменно. А вот за столом у самого богатого жителя Озера Меллы разносолами домочадцев и гостей не баловали. Салат с какой-то зеленью, соленья, каша с кусочками чего-то непонятного, хлеб... Зато пахло все очень вкусно. И Вирне так хотелось есть, что она проглотила бы даже менее аппетитные кушанья. – А хорошо ли вы добрались? – продолжала допытываться Алиста. – Я как представлю, что от Мифрил Холла нужно трястись в этой повозке Бандиса целых два дня, да еще спать в лесу! Бррр! – В лесу не так уж плохо, госпожа Алиста, – добродушно ответил Эрдин вместо Вирны, за что та была ему весьма благодарна. – И в дороге ничего такого с нами не случилось. Бандис был отличным проводником и много рассказывал нам о вашей чудной деревеньке. – Бандис – такой плут! – сладко улыбнулась Алиста. Вирне эта улыбка показалась даже слишком теплой. – Но говорить он мастер. Леди Вирна, а что нынче носят дамы в Мифрил Холле? Там ведь не только одни мужчины обитают, как говорят злые языки? Последнее, о чем думала Вирна в Мифрил Холле – это наряды дам. Попытавшись припомнить, что носят дварфийские женщины, она неожиданно поняла, что совершенно не обращала на это внимания. А ведь когда-то Вирна тщательно следила за волосами, за кожей и ногтями, покупала платья из редкого шелка и любила ловить на себе завистливые взгляды. Сейчас Алиста тоже смотрит на нее так, но много ли надо, чтобы перещеголять деревенскую женщину средних лет, да еще вульгарно разряженную? – Злые языки ошибаются, – наконец, произнесла Вирна. – Женщины встречаются там не реже, чем дроу. – А правду ли говорят, будто в Мифрил Холле серебро везде прямо под ногами валяется вперемешку с драгоценными каменьями? – неожиданно влез в разговор мальчишка. Эрдин принялся рассказывать о Мифрил Холле, болтая короткими ножками под столом, а Вирна постаралась поскорее доесть завтрак. Беседовать с глуповатой женой мэра и его любопытным сынком она точно не нанималась. Вот Эрдина разговоры то ли забавляли, то ли радовали. Понять этого Вирна до конца никак не могла. Судя по его словам и оговоркам других дварфов, Эрдина в клане не то чтобы не любили, скорее относились несерьезно. Будто к милому и бесполезному псу, который только кошек гонять в состоянии, а вокруг вора разве что попрыгает с лаем. Эрдин однако воспринимал это поразительно равнодушно. Сын мэра продолжал задавать вопросы гостям, Алиста вторила ему, и очень скоро Вирне надоело. Будто мухи зудят над ухом и отвлекают от еды. К счастью, мэр оказался человеком сообразительным. – Алиста, Морис, позвольте нашим гостям позавтракать спокойно. Я уверен, вам еще представится шанс их расспросить. Алиста благовоспитанно кивнула, хотя Вирна готова была поклясться, что вопросов у нее было заготовлено много. Как и у недовольно надувшегося мальчишки. Но после этого Вирна смогла поесть спокойно – за столом возобновилась какая-то тихая семейная беседа, и гостей больше не трогали. После завтрака мэр пригласил Вирну и Эрдина составить ему компанию в саду. И если вечером садик возле крыльца показался Вирне очень богатым, то утопавшие в ярких цветах грядки за домом выглядели по-настоящему роскошно. За ночь прошел дождь, и теперь на листьях блестели капли влаги. Над алыми, пурпурными, желтыми, голубыми, белыми бутонами кружили десятки пчел, редкие осыпавшиеся лепестки украшали подстриженные клумбы, как робкие бабочки, а каменная тропка между зарослями какой-то светло-зеленой травы буквально зазывала пройти по ней и затеряться среди этого великолепия. Но вместо путешествия по саду мэр предложил гостям присесть на лавку в тени высокой яблони. – Итак, я не хотел бы задерживать вас пустой болтовней, но должен объяснить детали происходящего. Уверен, Бандис кое-что уже рассказал... – Да, – кивнул Эрдин. – Но мы бы хотели и вашу версию послушать. Чтоб, так сказать, понять лучше. – Ну, все началось несколько недель назад. Пропал сын кузнеца, Ялло. Родители сперва не очень волновались – Ялло был пареньком себе на уме, часто исчезал на несколько дней и бродил где-то. А тут ушел куда-то в лес посреди бела дня и не вернулся. Более того, затем посреди ночи пропал Ларс – его друг. Этот ночью не высунулся бы из дома добровольно никогда, он даже заплывать в озеро далеко боялся, хотя плавал отменно. Мы начали поиски – увы, безрезультатно. Обошли все Тайнолесье, куда могли добраться без угрозы для себя. Остается думать, что ребята скрылись в опасной части леса... Но тогда они уже обречены. Ни Ялло, ни Ларс драться толком не умеют. Пока мы искали их, неожиданно из дома пропала девушка. Тогда все поняли, что положение серьезное. Мегата с Ялло и Ларсом дружила, но не до такой степени, чтобы вместе убегать из дома под покровом ночи! После пропажи четвертого паренька, недавно приехавшего из Амтыни, люди стали запирать на ночь окна и двери. А тут Бандис народ перебаламутил, решив в Мифрил Холл за помощью поехать. Все стали надеяться на короля, а я-то знаю, что он нынче не в лучшей форме... Хотя все-таки рад видеть, что ошибся в нем. В общем, положение у нас тут незавидное. Еще одна девушка пропала буквально вчера, и я уже не знаю, что делать. – Неужели никто ничего не видел? – сочувственно цокнул языком Эрдин. – Бандис говорил про каких-то свидетелей... – Старик Махти утверждает, будто Йевен – четвертый пропавший – сам уходил в сторону Тайнолесья, своими ногами, и никто его туда не гнал. Но старик Махти после бутылки самосваренного эля недавно и голую Аластриэль верхом на единороге видел, так что сами понимаете... Приемыш его, впрочем, то же самое про Йевена говорит. Только сомневаюсь я. Мальчонке в тумане что угодно привидится с его воображением, тем более, если под локоть пьяный Махти толкает. А Йевен всего-то пару месяцев у нас прожить успел, убегать ему не с чего. Вирна задумчиво пнула носком сапога мелкое гнилое яблочко. Если когда-нибудь она обзаведется собственным домом, обязательно поселится подальше от таинственных, полных опасности лесов. И, пожалуй, посадит вокруг дома яблони. – Как думаете, с чего нам лучше начать поиски? – с энтузиазмом спросил Эрдин. – Вот уж не знаю. Можете попробовать опросить родственников пропавших и свидетелей, попытаться найти следы у дома жертв… Но самое очевидное – отправиться в Тайнолесье. Все концы ведут туда. – Думаете, там поселилось какое-то чудовище? – Тайнолесье не зря так называется. Порой оттуда слышатся такие звуки, что кровь в жилах стынет, а иногда дровосеки даже в безопасной южной части леса находят огромные когти или обескровленные тела животных… Но ума не приложу, кто способен выманивать молодых ребят из дома посреди ночи! И почему именно их? Да, они дружили, но в Озере Меллы все друг друга знают, а молодежи не так уж много живет… – Понятно, – протянул Эрдин. – Вы ведь позволите нам поспрашивать людей? Ну, чтоб выяснить подробности? – Спрашивайте, – кивнул мэр и покосился на Вирну. – Только уж пожалуйста, госпожа, накиньте капюшон. Ни к чему зазря людей смущать. Вирна пожала плечами. Капюшон – так капюшон, лишь бы получить информацию. – И еще. Я же не думал, что Бандис правда кого-то приведет... – мэр замялся. – В общем, я нанял двух искателей приключений решить нашу проблему. Вчера они почти весь день рыскали вокруг, задавали вопросы, осматривали дома. Не знаю, правда, нашли ли что-нибудь. Вы уж, пожалуйста, с ними поосторожнее. На вид эти двое вроде мирные, однако я на службе в городе всяких людей повидал, и даже самый кроткий котенок все равно имеет когти и зубы. – Нам неприятности ни к чему, – заверил Эрдин. – Мы ведь общее дело делаем. Жизни людей – превыше всего. – Да, – довольно согласился мэр. – Вижу, Бандис не ошибся в вас. А раз так, обещаю, что если отыщете наших пропавших – заплачу за это вам, а не наемникам. Так сказать, для повышения мотивации. Сотня золотых, и вам всегда будут рады в Озере Меллы и моем доме. Ну как? – Да нам не нужно... – начал было Эрдин, но Вирна решила, что пора брать переговоры на себя, и ткнула своего телохранителя локтем в бок. – Две сотни. А радость можете оставить себе. Мэр нахмурился. – Да что вы, госпожа Вирна, у деревни и денег-то столько не найдется свободных... Сто пять. И отказываться от нашего благорасположения я бы так быстро не стал. – Сто девяносто. Благорасположение – замечательная вещь, но еду на него не купишь. А свободные деньги у вас очень быстро сыщутся, если люди продолжат пропадать. – Я-то думал, вы по милости короля Бренора помогать собираетесь, а не обдирать нас приехали. Сто десять, и ни монетой больше. Еще немного повоевав, мэр с Вирной сошлись на ста сорока золотых и остались друг другом довольны. Эрдин все это время сидел с глупым огорченным видом, но мешать не стал – и на том спасибо. «Теперь осталось самое сложное – выполнить работу». Узнав у мэра всю информацию о пропавших, Вирна с Эрдином откланялись. Сам он остался сидеть под яблоней, хмурясь и что-то подсчитывая в уме. Проходя мимо окна с резными ставнями, Вирна бросила беглый взгляд за стекло и заметила наблюдавшую за ними девушку. Но, поймав взгляд Вирны, та мгновенно юркнула за занавески. «Должно быть, та самая дочка мэра». – Госпожа Вирна, – подал голос Эрдин. – Может, не стоило деньги требовать? Мы ведь здесь не ради них. – Мэр сам предложил, если помнишь – я не просила его об этом, – немедленно заявила Вирна. – Но раз тебе, дварф, деньги не нужны, то я заберу все. Жить на поверхности без единой монетки в карманах мне что-то не хочется. Она и так планировала присвоить деньги себе, а теперь для этого будет еще и законный повод. – Да забирайте, во имя молота Морадина, мне вовсе не нужна награда. Я хочу помочь людям и вам, госпожа Вирна. А вы поступайте, как знаете. «И что я на это должна ответить?» Вирна предпочла промолчать и сосредоточиться на предстоящем деле. За полдня они с Эрдином обошли, кажется, всех жителей Озера Меллы, но к разгадке исчезновения людей не приблизились ни на шаг. Родители пропавших ребят то причитали, то впадали в задумчивость и злость, то начинали рассказывать про дурные сны и приметы, и толком добиться от них чего-то полезного не получалось. Даже Вирне, буравившей каждого раздраженным взглядом из-под капюшона. Только заставила излишне впечатлительную мамашу одной из пропавших девчонок упасть в обморок, но это ничем не помогло. Все разговоры вел Эрдин, и каким-то непостижимым образом собеседники проникались к нему симпатией, хоть ничем важным поделиться и не могли. Никаких следов у пропавших в доме, никаких необычных звуков и криков. Будто и не пропадал никто. Только старый рыбак Махти, обдавая Вирну и Эрдина запахом алкоголя и нечистот, клялся, будто видел пропавшего Йевена уходящим в лес. – Чонти свидетель – так оно и было! Как раз коза из хлева выбежала – Бакля, вон та, чернявенькая. Я – за ней, и приемыш мой тоже помогать кинулся. Луна светит, коза эта бодучая упирается, тишина и благодать... Тут – гляди-ка! Идет себе в лес парень, как блажной. И не оглянется, ни по сторонам не посмотрит, ни под ноги. – Точно так! – закивал стоявший рядом мальчик. – Один идет, никто его не гонит. – От моего дома тропку к лесу видать как на ладони! С утра парнишку хватились, я им пытался втолковать правду-то, значит. А эти олухи деревенские: «Ты пьян, Махти! Сам не знаешь, что говоришь, старик!». Токо я скажу, что глаза у Махти к старости видят зорче ястребиных! Кузнечика в траве разгляжу, белку в ветвях и сома на глубине! – А правда, будто вы и саму леди Аластриэль тут недавно видели? – уточнил Эрдин. Старик насупился. – Не хошь – не верь, дварф. Я ведь тогда даже и не пил почти – так, пригубил малость на рыбалке. Иду через лес, любуюсь, понимаешь, деревьями, заплутал чуток... А тут – она! Да этак подмигивает зазывно, выгибается на кобыле своей рогатой. Сразу видно, что давно у ней мужика-то не было! Махти староват уже для таких упражнений, но девицам отказать никогда не мог, особенно в такой беде оставить, хе-хе... А тут, как назло эль в обратку попер. Еле до кустов добежал, чтоб перед владычицей не опозориться... А как обернулся, ее и след простыл. Наверное, торопилась куда-то. Вирна выслушала его бред до конца и поскорее покинула дом старика. Кажется, даже Тибблдорф Пвент пах лучше, а уж его в любви к мытью невозможно было заподозрить. Не говоря о манерах и прочем... – Странное дело, госпожа Вирна, – поделился с ней мыслями Эрдин, подходя. – Никто толком ничего не видел, но люди пропали. Думаете, старик не придумывает? Могли они уйти в лес сами? – Отчего же нет? – пожала плечами Вирна. – Старик выглядит полным идиотом, но зерно смысла в его словах есть. Даже в Подземье хватало тварей, умеющих управлять чужой волей. Наверняка такие водятся и здесь. – Что-то не могу припомнить ни одной. Ну да я не знаток чудовищ... – Очень жаль. Потому что такой в Тайнолесье нам бы пригодился. Эрдин вздохнул. – Так и думал, что нам придется туда идти. – Скажи-ка мне, дварф – не сможет ли твоя богиня указать нам путь к пропавшим? – предложила Вирна, скривившись. Мысль просить богов о помощи ей совсем не нравилась, но грех не воспользоваться шансом облегчить себе жизнь. – Извините, госпожа Вирна, – покачал головой Эрдин. – Я умею исцелять раны, даровать облегчение души, благословлять на добрые дела... Но Шариндлар пока не отпустила мне большего могущества. Вот мой двоюродный дядюшка Коббл был воистину великим дварфом и жрецом, его вся семья уважала... Слушать про семью Эрдина Вирне не хотелось, и она прервала его взмахом руки. – Тогда придется искать по старинке. В Подземье Вирна худо-бедно умела ориентироваться, разведчики Бреган Д'Эрт также научили ее немного читать следы и заметать их. Насколько годится этот опыт для поверхности? Похоже, самое время узнать. Но прежде чем бросаться в лес на поиски, Вирна завернула к дому Бандиса. В конце концов, человек – бывший наемник, и наверняка у него в доме припрятано какое-нибудь оружие. С голыми руками встречать опасность Вирна не собиралась. Может, она и лишилась своих жреческих сил, но прочие полезные умения никуда не пропали.