После рассвета

Лес был удивительно хорош. Ветер время от времени беспокоил верхушки деревьев, слышались крики птиц и стук клюва дятла. А еще, куда ни кинь взгляд, всюду – зелень. Вирна никак не могла привыкнуть к столь буйному многообразию цветов и деревьев. Высокие и низкие, тонкие и огромные – ни одно не похоже на другое. Огромные корни заставляли перешагивать через них, под сапогами похрустывали ветки и чавкала грязь. Тайнолесье вовсе не выглядело опасным. Но Вирна отлично знала, что самая большая угроза обычно скрыта там, где ее не ждешь. Вирна даже сбросила капюшон ненадолго, чтобы почувствовать всю гамму запахов, звуков, ощущений. Если Дриззт тоже испытывает нечто подобное в лесу, то его страсть к природе вовсе не удивительна. Легкий ветерок шевелил волосы на голове Вирны и делал ее почти счастливой. Они с Эрдином бродили здесь уже несколько часов. Но с каждым новым шагом Вирне все больше казалось, что они ищут иголку в стоге сена. Тайнолесье было очень большим, а ведь это лишь его южная часть, самая безопасная! На поясе Вирны висели в ножнах два длинных кинжала. Она предпочла бы парные булавы, но у Бандиса в запасах «на черный день» их не сыскалось. К сожалению, кинжалы были не лучшие – сталь обругал даже плохо смысливший в оружейном деле Эрдин. Ну да Ллос с ними. Временно сойдут и эти, а потом Вирна добудет себе что-нибудь поприличнее. – Как думаете, госпожа Вирна, живы ли еще пропавшие? – озабоченно спросил Эрдин между тем. – Вряд ли. За столько времени их можно уже сотню раз выпотрошить и сожрать. – А может у похитителя на уме другое? Вирна пожала плечами. Разговаривать в лесу громко не следовало, но Эрдин одним своим присутствием здесь создавал столько шума, что еще немного вряд ли станет проблемой. С другой стороны – говорить с ним Вирна и не хотела. У нее возникли определенные трудности с чтением следов, и она отчаянно пыталась адаптировать свои знания к новым условиям. Ох, как пригодился бы сейчас братец! Или просто знаток, способный дать совет. Но никого поблизости не было, и приходилось доходить до всего самой. «Как типично: когда мужчина нужен – его нет рядом». – Почему вы никогда не верите в лучшее? – не отставал Эрдин, врываясь в ее мысли и в очередной мешая сосредоточиться. – А почему ты всегда думаешь только о хорошем? – раздраженно бросила Вирна. – Моя богиня учит, что мир полон радости и любви – нужно только уметь их видеть. Если всегда представлять лишь плохое, то никакого желания жить не останется. Зачем, если все равно умирать? Это неправильно. Вирна хмыкнула. – Что хорошего в твоей жизни, дварф? Насколько я поняла, другие презирают тебя из-за глупой веры, семья не уважает и не ценит, и даже богиня с трудом отличает от зудящей над ухом мошки. – И вновь вы, госпожа Вирна, видите все однобоко, – улыбнулся Эрдин, ничуть не выведенный из себя ее резкими словами. – Я счастлив служить Шариндлар и рад, даже если она уделит мне всего мгновение своего бесценного внимания. Семья предпочла бы видеть меня на поле битвы или в кузнице – это так, но быть жрецом – не менее почетно. Вам, должно быть, показалось, будто Шариндлар – это мелкая никчемная богиня, которую дварфы прячут от других народов из стыда. Отнюдь. Храмы Шариндлар почитаются наравне с храмами других богов нашего пантеона. И жрецы Ее – те, кто приносит в мир радость, милосердие и любовь. Особенно любовь – это Шариндлар очень угодно. Вы любили когда-нибудь, госпожа Вирна? Вопрос застал ее врасплох. На мгновение перед глазами Вирны пронеслись все те многочисленные связи, которые случались у нее в Мензоберранзане. Но можно ли назвать хоть кого-то из той вереницы мужчин «любовью»? В языке дроу и слова-то такого нет. Мужчины-рабы спали с ней, потому что не могли отказаться, а прочие – ради достижения власти и влияния в обществе. И если очередной любовник надоедал Вирне, она могла заменить его другим. Какая же тут любовь? Может быть, если бы Джарлакс… Разозлившись, Вирна вдруг поняла, что вовсе не обязана делиться своими душевными переживаниями с дварфом. Да как он вообще смеет задавать подобные вопросы и лезть в ее жизнь?! – Не твое дело, дварф, – холодно ответила она. – Можете не отвечать – вы и сами правду знаете. Но хотели бы когда-нибудь полюбить? И почувствовать себя любимой, нужной, счастливой? Верно? В данный момент Вирна хотела только огреть Эрдина какой-нибудь палкой по голове, но тут вдруг буквально почувствовала на себе чужой враждебный взгляд. Живя в Подземье столько лет, волей-неволей учишься чувствовать опасность. Отточенные тренировками умения спасли ее. Вирна резко упала на землю, и тут же над головой просвистела стрела, впиваясь в дерево. Эрдин охнул от неожиданности и запоздало крикнул: – Берегитесь! Вирна перекатилась вправо, снова увернувшись от стрелы. Быстро вскочила и бросилась за деревья, загораживавшие ее от выстрелов. Стрелок попался явно неопытный, но испытывать удачу не стоит. На ходу Вирна сунула руку за пазуху и сжала ониксовую статуэтку. Гвенвивар появилась мгновенно и оглядываться по сторонам даже не стала. Огромное черное тело ринулось туда, откуда вылетали стрелы, на ходу увернувшись от еще одной. Почти сразу за утробным рыком раздался сиплый вскрик, и все затихло. Вооруженный топором Эрдин медленно приблизился к опасным кустам, а Вирна пошла следом, держа ладонь на рукояти кинжала. Прорвавшись через ветви и листья, они обнаружили тихо рычащую Гвенвивар, которая прижимала кого-то к земле. Вирна подошла поближе и криво усмехнулась. Из-под огромной кошки на нее с ненавистью и страхом смотрел встрепанный незнакомый эльф. – Молодец, – похвалила Вирна и нежно погладила Гвенвивар по голове. – Вот неожиданность, – удивленно почесал макушку Эрдин, опасливо обходя Гвенвивар с другого бока. – Так это он что ли людей ворует по ночам? – Конечно, – усмехнулась Вирна. – По нему ведь сразу видно – чудовище. – Это ты – чудовище! – гневно отозвался эльф, ерзая под огромной кошачьей лапой. – И никого я не ворую по ночам! Отзови своего зверя немедленно, дроу! – Повежливее, darthiir. Гвенвивар сегодня еще не обедала, а ты можешь надоесть мне слишком быстро. – И это ты первый начал стрелять, – заметил Эрдин, носком сапога отпинывая подальше лук эльфа. – Зачем? – А ты бы не выстрелил, обнаружь вдруг совсем рядом женщину-дроу? – огрызнулся эльф. Вирна должна была признать, что с этой логикой не может поспорить. Но тут Гвенвивар приподняла голову и оскалилась. Вирна поняла причину ее беспокойства почти сразу – шаги. Кто-то прорывался к ним через заросли высоких кустов впереди, не особенно скрываясь. И каково же было удивление Вирны, когда оттуда выбралась та самая лютнистка, что играла под ее окнами утром! Женщина отряхнула плечи и с беспокойством оглядела представших перед ней действующих лиц. А потом обратилась к недовольно скривившемуся эльфу: – Когда я сказала: «Давай наладим знакомство», – то не имела ввиду: «Давай ты обстреляешь их из лука, а потом будешь униженно копошиться на земле»! Эльф промолчал, и женщина заговорила с Вирной: – Тысяча извинений, леди. Мой друг, должно быть, переволновался и сделал глупость сгоряча. Со всеми бывает. – Он чуть не убил госпожу Вирну! – возмутился Эрдин. – Это вряд ли. Хэл и в бочку не попадет, даже если вы ее в красный цвет покрасите и в двух шагах от него поставите. Вирна фыркнула: – Ты издеваешься, женщина? – Отнюдь. Уверяю – он парень безвредный, понятливый и больше вас не тронет. Пожалуйста, отпустите его, и мы поговорим спокойно. Покрасневший эльф молчал и выглядел так, будто готов был вот-вот провалиться под землю. Вирна снова погладила Гвенвивар по макушке. – Если он не хотел убить, то зачем стрелял? – Я не говорила, что Хэл не хотел вас убить, – тонко улыбнулась женщина. – Только то, что он – плохой стрелок. Эльф – плохой стрелок! Чего только в мире не бывает. Откровенность женщины Вирне понравилась. Но и насторожила. Прожив больше века среда интриг дроу, Вирна не ждала от такого начала разговора ничего хорошего и сразу почуяла какой-то подвох. – Гвенвивар, отпусти его, – все-таки велела Вирна, решив, что переговоры надо начинать с пряника. А уж с кнутом она обращаться умеет. Гвенвивар неохотно отошла в сторону, и эльф немедленно вскочил на ноги. Он оказался выше Вирны почти на полголовы. – Мы не с того начали знакомство, – вновь улыбнулась женщина. – Меня зовут Дымка, а этого типа – Хэлимрит, но лучше просто Хэл. Мы, вроде как, бродим по миру, помогаем людям, ищем приключения на свою голову... – Что же, вы их нашли, – сложила руки на груди Вирна, и не думая представляться в ответ. – Дальше. – Мэр нанял нас расследовать пропажу людей, – подбирая с земли лук, пробурчал Хэл. – И мы пришли сюда, чтобы проверить кое-какие догадки. Вы, надо полагать, здесь за тем же. Мэр сказал мне, что приехали двое посланников короля Мифрил Холла, и что нам бы следовало работать сообща. По-моему, это не лишено смысла, так как я, признаться, буду рада помощи. – Хорошая идея! – одобрительно кивнул Эрдин. – Главное ведь – найти пропавших! А чем нас больше, тем больше шансов. – Я не собираюсь работать с вами, – отрезала Вирна. – Эльф пытался убить меня, вы не забыли случайно? – Хэл извинится, – заверила Дымка и пихнула товарища локтем. – Еще чего! – возмутился тот. – Извиняться перед дроу?! Может, теперь и перед убитыми орками прощения просить?! – Оркам уже все равно, а леди обижена. Извинись немедленно. Тебя что, не учили с дамами обращаться? – Не нужны мне его извинения, – вскинула подбородок Вирна. – И ничего больше не нужно от вас. Проваливайте. Почувствовав ее настроение, Гвенвивар вновь зарычала. – Вам-то наша помощь, может, и не нужна, – посерьезнела Дымка, оценив размер клыков Гвенвивар. – А вот пропавшим – пригодится. Я-то думала, клан Боевого Молота превыше всего ставит долг и честь, а не личные обиды. – Я – не часть клана Боевого Молота и прежде всего ценю свою жизнь. – Но ведь угрозы не было, госпожа Вирна, – напомнил Эрдин. – Леди Дымка сама так сказала. – Зачем тогда ты стрелял? – Глаза Вирны впились в недовольного и смущенного Хэла. Тот, помолчав, вдруг усмехнулся: – Ну, попытаться стоило, особенно если знаешь, что все равно промахнешься. Зато мы наконец-то познакомились, да еще так, что я нескоро тебя забуду. От возмущения у Вирны перехватило дыхание, и Эрдин этим нагло воспользовался. – Вы только больше так не делайте, сударь Хэл. А то и правда некрасиво получилось. Госпожа Вирна нервничает, когда в нее стреляют. – Ее можно понять, – добродушно заверила Дымка. – Так что, поработаем вместе, дварф? – Да, и можно просто Эрдин, – покраснел тот. – А это – госпожа Вирна До'Урден. Дымка задумчиво нахмурилась. – До'Урден... Что-то я слышала про «До'Урдена», но не могу вспомнить... Прежде, чем Эрдин вновь открыл рот, Вирна поспешила вмешаться. – Довольно. Раз уж вы хотите работать вместе, самое время обменяться информацией. И посмотрим, будет ли ваша помощь хоть немного полезной. Дымка и Хэл поделились своими находками весьма охотно. Они тоже опрашивали людей и тоже пришли к выводу, что беда пришла в Озеро Меллы из Тайнолесья. Но кое-что новое им все-таки раскопать удалось. – Пропавшие были друзьями, – уверенно сказала Дымка. – Деревня маленькая, все молодые люди тут дружат, – не согласился Эрдин. – Да, но четверо пропавших были из одной компании. С детства знакомы, всегда вместе гуляли и шкодили. А теперь вот вместе стали пропадать. Вот разве что Йевен был приезжим, но с пропавшими сдружился очень быстро. Мне кажется, это прямо указывает на связь с нашим делом. Вообще-то их часто видели вшестером, и я могу с высокой долей вероятности утверждать, что следующей жертвой станет сын лекаря. Странно, что никто до сих пор не обратил внимания на этот факт. Может, из-за Йевена, который в схему встает с натяжкой… У Дымки был интересный говор, а речь выдавала в ней ученого человека. Вирна, даже более-менее выучив язык наземников, не сразу понимала, о чем та говорит. И зачем только эта женщина подалась в искатели приключений? – То есть, мы сможем устроить засаду? – уточнил Эрдин. – И поймать похитителя на живца? – Да, но мы не знаем точно, когда он появится или когда начнет воздействовать на свою жертву. И что за это время будет с уже пропавшими – тоже неизвестно. – Либо мы можем прочесывать Тайнолесье, пока какой-нибудь оборотень не укусит тебя за задницу, – вставил Хэл. – Дурная идея. – Вариантов не так уж много, – невесело усмехнулась Дымка. – Но если мы полезем в глубины Тайнолесья, то по крайней мере не вдвоем. Вирна наконец-то уразумела, зачем этой парочке нужна помощь. «Опасаются за свои шкуры. Вполне разумно и понятно. Но когда настанет черед делить деньги – пусть даже не думают, будто я уступлю». – То есть, либо мы выжидаем, чтобы схватить виновника наверняка, либо пытаемся найти что-нибудь путное в лесу сами? – сделал вывод Эрдин. – А почему не совместить? Днем ищем, а ночью высматриваем злодея у окон лекаря? – Эрдин, ты представляешь, что такое лес, кишащий гоблинами, оборотнями и тварями, способными учуять твой запах за пару лиг? – вскинула бровь Дымка. Эрдин, может, и не представлял, зато жившая в Подземье Вирна представляла очень даже. Уже начинало темнеть, а потому дальнейшие поиски в лесу вести не стали. Вирна считала это правильным. И вообще – если уж местные ничего не нашли, то пришлым остается только сразу сдаться.