Радиоактивный. Переплетение судеб

      <21 глава> <Война>       Я уже доел ту банку фасоли, что сделал мне незнакомец. Пустая жестянка лежала рядом, а я, в потоке бесконечных мыслей сидел на бревне, думая обо всем, что со мной приключилось. Я достал из рюкзака запечатанную коробочку — все, что осталось у меня от Вайлета. Я пообещал ему, что передам ее жене Скерки, и я обязательно сделаю это. Мы так и не познакомились с неизвестным мне человеком с бордовым цветом волос. Однако, он приготовил мне поесть, а сам куда то пропал. Все его вещи лежали тут.       Вместо костерка оставались лишь тлеющие угли деревяшек. Я огляделся. Город был поодаль от нас, а мы были на каком то пустыре с высокой травой, посреди которого и находился этот привал. Нос лишь немного подмерз. Появился интерес к человеку с довольно нестандартной внешностью.       Я бесстыдно открыл его рюкзак, стал осматривать вещи. Ничего такого, бросающегося в глаза — фляга, тряпки, бинты, пара запасных носков, все в куче, не удобно было смотреть. Но на дне я нащупал твердый переплет книги. Стал доставать книгу и увидел лишь фиолетово-темные сгустки на обложке и огромную символику непонятно чего. — Нашел что-нибудь? — Спросил внезапно появившийся рядом незнакомец. — Я должен был проверить. — Это, конечно, хорошо, что ты любишь знать, что за инкогнито рядом с тобой, но не так уж нагло, и когда этот человек тебя спас, — он улыбнулся. — Ты из Сопротивления? — Да, а ты гляжу не определился? — он посмотрел на мою грудь, где была эмблема Дивизиона. — А… Я ни оттуда, ни отсюда, — ситуация стала комичной от моего наряда. — Хотя очень хотел бы в Сопротивление… — Ты же Хейтем, да? Я же того человека спас? — Хейтем. Рифт. А ты? — Хидж. — И откуда ты, Хидж? Зачем спас меня? — я сел на бревно, вдохнул грудью и чувствовал покалывание в боку. — Как видишь, из Сопротивления. У меня, да и у тебя теперь тоже очень важная миссия, дружок. — М? — Меня послали за тобой из Академии. Им нужен человек с твоей способностью к неуязвимости… — Стоп, стоп, стоп… Академия?! Откуда они узнали про способность? Я сам то про нее узнал не больше недели назад. — Слухи по этому мирку расползаются быстрее тараканов, когда включаешь свет. Так что это не удивительно. Реакция была мгновенной. В тот же день как дошла информация — отправили меня. Им давно нужен человек с эдакой причудой. Очень важное задание городского масштаба. Жизни тысячи людей будут зависеть от тебя, Хейтем. — Хм… — Да, может быть я и не выгляжу как супербоец или Рыцарь Пустоши Сопротивления, но это от того, что я сам по себе не такой как все… — он пощупал свои бордовые волосы до плеч. — Да и я не больно штабный солдат, часовой или еще кто-нибудь. Я Смотрящий. А нам позволительно выглядеть неидеально в силу пробывания снаружи большую часть нашего времени… — он уселся, смотря на догорающие угольки. — Как фасоль? — Ну можно было бы приготовить и получше, знаешь ли… — А, так ты у нас повар? — Между прочим, да… — Хорошо, на следующем привале покажешь, как сделать бифштекс из пластмассовой бутылки. Договорились. — Смотря где. На таком костерке я не смогу сделать нормально. — Ах, смотрите-ка, как он сразу дает заднюю, а. В Варлов-Артрессе, надеюсь, найдется тебе плитка по душе? ------       Ирвин стоял посреди открытого первого этажа, когда в главные ворота врезался снаряд и они отлетели, срезав полголовы стоящему рядом солдату. «Уже…» - промелькнуло в голове у Ирвина и он стремительно понесся в свою комнату за оружием. В здании поднялась суматоха. Простые женщины и дети с жилого комплекса разбежались по своим тканевым комнаткам, укрывая плачущих младенцев от шума и пуль. Обычные солдаты в рваных пуховиках с почти собранными недоавтоматами стали рассыпаться по укрытиям, но большая часть так и не успевала добежать. Точные попадания из-за ворот снаружи, где изнутри была видна только взбаламученная пыль.       Ступенька за ступенькой, Ирвин оказался в комнате, где взял свой калаш, пистолет, патроны ко всему этому и противогаз. Выйдя на опоясывающий этаж, он увидел, как из пыли в проеме ворот внутрь стали проникать какие то мутанты. Штук шесть, потом пятнадцать, через мгновение их было уже тридцать. Животные на четвереньках пытались добраться до Босмерских вояк, но они были довольно медлительны, и погибали за пару-тройку выстрелов. Таких существ Эссевир еще не видел. Он скоропостижно спустился до первого этажа, где, заняв удобное место для сдерживания вражеского наступления, стал отстреливать прибегающих из пылевого облака — снаружи… дрессированных мутантов?       Из человек обороны Ирвин насчитал не больше пятидесяти бойцов, которые довольно стремительно терялись в количестве. Не от мутантов. Они чаще даже добегать не успевали. Просто пока Босмеры отстреливали плоть, бегущую к ним, из-за ворот снаружи кто-то очень точно вычищал вояк по эту сторону. А в пылу и бешенстве, что сейчас происходила, никто на это даже не обращал внимания. Кроме Ирвина, так как занимал тот довольно удобную позицию, как для наблюдения за общей картиной в здании, так и для отстрела вражеских единиц. ------       Тайбер сидел на крыше, когда Дивизион уже добрался до завода, когда они взрывали ворота и даже когда услышал дикие вопли битвы и выстрелы внутри здания. Ему было сейчас абсолютно плевать на все. Жизнь уже потеряла смысл. «Почему я до сих пор не сбросился? Наверное, не хотелось бы не умереть сразу. Это же снова мучения… Упав с четвертого этажа, нет гарантии, что я погибну, а вот страдать от душевных и физических травм после падения — это сто процентов.»       Глубокие и долгие переживания во время войны под бетонными плитами, на которых он сидел, были прерваны появившимся сзади Джонатаном Хантером. Тем темнокожим парнем с притона и левой кибер-рукой. — Ну и что сидишь тут? — Уйди нахуй лучше… — Эй, я не собираюсь осуждать за то, что ты не там внизу. Тут все предрешено — лагерю точно кранты. Я любитель постреляться под кайфом, это то еще веселье, однако тут все не так. Дивизион… Не шибко хочется с ними связываться. — Уйди, иначе я тебя скину отсюда. — Да хоть стреляй! Делаю что хочу и когда хочу, брат, — Хантер подсел к Ведервульфу на край и закурил. — Ля, вот это хороший косяк… Попробуешь? — Я уже попробовал однажды, что вы мне дали. — А… Так это ты тот паренек, что о Грегоре спрашивал с полчаса назад? Да-да припоминаю. Я не при делах, брат, я сам по себе. Просто люблю веселиться…       Джонатана перебил удар Тайбера по лицу. Ведервульф схватил его за шею обеими руками и стал душить, а Хантер в это время съехал по кирпичной старой кладке и теперь висел на руке не очень то любезного собеседника прямо на высоте четвертого этажа. — Весело тебе?! Весело?! Давай, ты же любишь веселье! Веселись!       Тайбер скинул Хантера… на крышу дома. — Съеби в ужасе, пока я не передумал, куда тебя отпускать… — Ты, брат, не с тем собачишься… — Джонатан слегка откашлялся, — Твоих близких убивают парочкой этажей ниже, а ты сидишь тут как крыса и плачешься хуй пойми о чем! Я не убил тебя еще до сих пор, потому что в чем то виноват перед тобой. Задумайся о том, что ты сейчас делаешь и сделай кой-какие выводы в своей жизни… Хоть раз.       Джонатан, как оказалось, сейчас было видно на свету, имел еще и кибер-ноги. Закуривая непонятную смесь в свертке, он осмотрелся с крыши и, спустя полминуты молчаний, сальтом сам сбросился с крыши в другую сторону. Ничем не удивленный взор Тайбера сопроводил его прямо до машины, в которую он приземлился, на ходу, и он уехал с бандой в сторону лагерей Дивизиона. Или может куда дальше… Тупик, Варлов или еще дальше. А Тайбер, смотря ему вслед пустыми глазами, услышал позади себя на крыше медленное хлопанье рук. — Уважаемый подход к решению вопроса. — Опять ты? — Не опять, а снова… — Сейчас я с оружием… — Неужели ты убьешь меня? Я ведь тебе жизнь спас, помнишь? Ну как нет? А противогаз тебе новый кто дал, а? Отпустил тебя кто? Я вреда не делал тебе, Тайбер, я лишь наблюдаю за тобой. Кстати, ты моего имени еще вроде не знаешь, да? Я — Денис.       Тайбер стал снимать автомат со спины, когда Денис развернулся к нему спиной и стал удаляться. Но он почему-то не выстрелил… Что-то загоняло его внутри в тупик, и это был совсем не Денис. По факту, он не сделал ничего Тайберу лично, а о другом ему было думать невдомек. Даже о том, что он все-таки мнимый лидер Стального Дивизиона, он вспомнил уже слишком поздно. Ему сейчас не был так важен этот человек, как слова Хантера…       «Слова кибердолбоеба что-то да весят…» - подумал Ведервульф и, перетянув затвор скар-эла, подаренного ему Бородой, двинулся к выходу с крыши прямо в человеческую мясорубку… ------       Босмеров становилось все меньше и меньше, они не успевали уже отстреливаться от подступающих мутантов, коих в здании уже было около восьмидесяти в живой или мертвой форме. Ирвин стал терять надежды. В помещение уже медленно стали пробираться и солдаты Дивизиона. Ирвин никогда вживую не видел столько трупов… Его в последнее время окружает слишком много потерь. Хейтем, Сиеран, все эти люди, умирающие вообще непонятно за что… «И я? Неужели и я погибну?.. Ну черта с два!» ------       Ведервульф спустился по лестнице и, не прицеливаясь, стал вбивать бесконечные очереди с автомата. Лестница была очень близко к воротам откуда они выходили, так что, только-только заходящие внутрь неприятели сразу падали под гнетом Тайбера. Даже какие то мутанты на четырех лапах получали по морде пуль. Немногих успел убить Тайбер прежде чем словить дурную пулю в грудь… «В самое сердце, падла…»       Его тело содрогнулось, а ноги подкосились сами собой, и он, окинув поле брани в последний раз, дернулся и упал с лестницы на второй этаж. ------       Ирвин, заметив своего друга, тоже дал волю адреналину и без какого либо страха стал расстреливать врагов от бедра. Мутанта почти подбежавшего к его ногам и пятерых солдат он точно прибил. Обойма кончилась и он выбросил автомат, вытащив из кобуры пистолет. Безнадега. Вот как она выглядит. Когда ты понимаешь, что вам все равно не одолеть врага, когда понимаешь, что все, с кем ты стоял спиной к спине и давал отпор — погибли. Понимать, что враг непобедим и его невозможно остановить… Они даже мутантов выдрессировали, так какой победе может идти речь?       Попадание в плечевую кость, и сразу же вслед еще и в живот. Ирвин оказался на коленях. Патроны кончились и на пистолете. Оглядевшись, Эссевир понял, что в живых осталось не больше десяти Босмерских солдат… В глазах мутнело. Пули метались тут и там, убивая людей по обе стороны битвы. Совсем рядом лежал, опрокинувшись на ящик, истекающий кровью, боец Тканевого Завода. Он смотрел на какое то фото в руках и плакал. Он сидел без противогаза, ведь понимал, что ему все равно не выжить. Присмотревшись немного, Ирвин заметил девушку и двух детей на картинке. «Семья, походу…»       «Все мы теряем кого-то… Я сам это понял… Понял на своей шкуре. Стоило найти действительно интересного человека в этом обоссаном мире, как он умер, пожертвовав собой. Стоило мне привязаться к хорошему, настоящему в эмоциях, способному научить меня жить, как он погиб… Видимо на то она и жизнь. Чтобы преодолевать такие события в жизни… Я преодолел. Справился с эмоциями. Однако, умер из-за долга чести… Долга задания…»       Глаза уже значительно размывали все перед ним. Голова закружилась, а рукой на животе он чувствовал тепло крови. «Неужели я погибну так? Не от старости в постели, и даже не от несчастного случая, а вот так… Сражаясь, даже не за свое государство…» ------       Тайбер лежал и молча, чувствуя как из него уходит жизнь, и что теперь он не «плакался», а погибает за некую, очень важную миссию… Какая к черту теперь разница? Смерть она и в Африке смерть — он ничего не будет чувствовать после. Самое главное, что теперь он, наконец, избавится от страданий в реальной жизни. Воссоединится с Иви… Хотя бы на том свете.       Тайбер недобитый растянулся в каком то закутке, за самодельными коридорами, по которым он когда-то добирался до «комнаты штурм-отряда». Здесь, он был отделен от открытого пространства, где происходила самая настоящая война. Так что идею, о том, что ему не придется додыхать вот так, как собаке, а его просто добьют выстрелом в голову, можно выкинуть. Придется домучиться здесь, чтобы не мучиться там, наверху.       Тайбер уже почти не чувствовал тела… Он оказался на облаке, словно на обычной кровати, что едет как лифт прямиком наверх. Вот и приехали. Ворота в рай, видимо — огромные, золотые. А все вокруг окутано огромными розовыми творожными массами. Ведервульф будто оказался в машине, что накатывает сахарную вату на палочку. Но сколь бы он не был рад окружению, и возможности, наконец, воссоединиться с любимой, он никак не мог встать. Его будто парализовало. Вот вокруг стали формироваться люди. Много людей. Прямо-таки толпы. Все они были счастливы и довольны, все были одеты в свободную одежду и каждый был занят тем, чего душа желала. Вот мама с сыном бегут, чтобы успеть на трамвай. Дедуля, что перебежал через дорогу в паре метров от машины. Тройка ребятишек играющих в мячик с маленькой собакой. Пара мускулистых парней играющих в «лесенку» на турнике. И все было в таких ароматно-приятных оттенках, атмосфера манила сама собой. «Так вот как выглядит рай? Это мир до войны?» — Смотри-ка, что бредит? — подбежал из толпы довольный Спирт. — Спирт, помоги мне встать, я тоже хочу быть счастлив! — совсем не свои голосом попросил Тайбер. — Я тебя не только подниму, дружище… Ой-ей-ей… Тут тяжелый случай. Пуля в сердце! — Она там давно, Спирт, не парься, меня это уже не волнует… — Тебя уже конкретно контузит, Восьмой… Я тебе помогу, только прошу, держись… ------       Сиерану становилось все хуже и хуже… Люди в масках стояли вокруг и чего то ждали. Из тени к кругу подошел человек в маске, очень напоминающей философа древней греции Сократа. Он был в накидке черно-красного цвета, обувь — не привычные кирзачи, а красивые туфли с торчащим носиком. Крейн застыл в позе на коленях и не мог пошевелиться из-за онемения в теле. Даже слова он не мог произнести.       Послушники в масках подняли свечи над головой, и стали читать все вместе одинаковые слова. Именно читать. Они не держали никаких книг, но интонация произношения была такая, будто перед их глазами был молитвенный лист, с которого они монотонно скандировали текст.       Сиеран смотрел на свои руки, и заметил, что они стали рассыпаться. В прямом смысле, на песок. Песок этот поднимался вверх к решетке над головами, и будто скапливался в огромную песчаную бурю. Этот вихрь песка кружился и увеличивался в размерах, в соответствии с потерей тела Сиерана. И все происходило так быстро, что Крейн даже и не успел ничего понять. Рассыпаться начали веки, удаляя зрение Крейна. Ноги, из-за чего он будто бы погружался под пол. Грудная клетка, сквозь которую можно было бы увидеть друг друга. Послушники все также читали какие то молитвы. В один момент все свечи разом потухли. Все моментально замолчали, кроме главного в маске Сократа. Он продолжил.       Круг засиял слабоватым красным огнем, и все вокруг обагрилось в его слабом свете. Пол, на котором они все стояли, затресся. Посыпалась требуха с сырого каменного потолка. Кровавый оттенок стал сливаться в танце в единое целое, пульсируя, подобно сердцу. Песок впитывался в красный воздух, создавая очертания человека. Сначала физическую форму обрело сердце. После, песок стал вихрями кружиться вокруг него, создавая тело. С каждым слоем призрачный силуэт превращался в песчаного человека, однако следом за ложившемся песком медленно ступала волна формируя из песка кости, мышцы, кровь, кожу. А после — свечи снова зажглись без помощи рукоприкладства кого-либо из масочников и, ненужные для тела остатки песка моментально рассыпались в круг, размывая границы начертанного обрядного диска. ------       «Я бы хотел сказать, что не намерен сдаваться, но здесь уже просто глупо думать о каком либо спасении… Кому нужна эта свалка вещей… Свободе? В таком виде уже и вовсе не нужна… Белсаду? Им есть чем заняться и помимо этого проклятого союза… Ну нет, конечно, Белсаду выгодно, чтобы не они граничили с Дивизионом, а некая группа полубомжей, но ради этого вступать в войну заранее… Не думаю… Сука, как обидно то, что друзей всех погубил на этом задании… Рифт… Спас меня отдав противогаз… Крейн… Скорее, задержал противников, чтобы мы успели уйти… Ведервульф… Погиб только что на моих глазах сражаясь невесть за что… И я… Убил их всех, чтобы, Аттердольфу не пришлось отдавать сокровенных вояк для моей защиты… Иронично, жизнь… Самое интересное то, что я даже не знаю сути своего послания… О чем они договориться пытались… Не ясно… Ясно лишь то, что я погубил четверку самых интересных людей на этом свете… Отец, ты горд за меня? Я погиб достойно? Он не услышит, я знаю… Как там интересно он наверху поживает… Небось встретил уже моих друзей, сидят, выпивают, меня ждут… А я скоро, пацаны… Скоро уже…»       В самый последний момент, перед тем, как Ирвин вырубился, он был одним из последних, когда за группой солдат в черном, в количестве в двадцать-тридцать человек, залетела огромная тварь, которая стала месить всех вокруг подряд… ------ - Какой плыан? - Выгатор... Ты огромный кусок просто напрочь конченного идиота... - Запыхавшись, от попытки не повторить участь Крейна, говорил Радист. - Ыэ? Где Сера?! Куда ты деть нашего друга?! - Огр не на шутку разозлился. - Постой... Ты помнишь зачем мы сюда прибежали? - Э-э... Помогать хорошым льюдишкам против плохого Дивизиона! - Пра-авильно! Сиеран уже внутри! Осталось и тебе следом за ним пойти и помогать хорошим людям. - Дивизиона уже там? - Угу... - Радист приподнялся из-за холма и взглянул на Завод в метрах пятидесяти от их позиции, - Давно пора, Выгатор, давай! Беги, круши! - А ты?! - Я должен пробраться через другой вход. Я буду, э-э, вести огонь со второго этажа, пока ты будешь крушить плохих людей прямо на месте. - А пачиму не с нами?! - Все то ты не уймешься! Меня же пристрелят на твоей спине за пять секунд, я даже не успею ничего сделать. - А-а... Хм... - Все, хватит думать уже! Сиерана могу поранить, пока ты тут филосовствуешь. - Сера?! Сера, держись, я бегу! - Огр трехметровыми прыжками понесся ко входу, с которого велся штурм лагеря.       Осмотрев поле боя, Радист прикинул, что в захвате лагеря участвует по большей степени не больше сорока человек. "Тогда где остальные?". Рядом с главными, уже разорванными, воротами находилось всего около пяти боевых внедорожников черного цвета и два грузовых транспорта. - Дружище... - Сзади Радиста кто то помял легонько за плечо, - а это еще что нахрен за машина?       Радист обернулся и перед ним стоял темнокожий парень с кибер-рукой и кибер-ногами. Поодаль стояло авто еще с шестью бойцами. Только в отличии от темнокожего они были в противогазах. - Даже не спрашивай, я сам до сих пор не понимаю. - Советую убраться отсюда подальше. Тут бойня, и поверь мне, нихрена не на жизнь, а на смерть. - Я понимаю исход битвы... И с моей стороны было ошибкой отправлять туда Выгатора. Моя первостепенная задача уничтожить генераторную... Любой ценой. Этот гигант мой единственный шанс. Он в одичноку рвет целые толпы людей... Я сам видел. - Чувак... Не совсем понимаю, что происходит, но мне интересно чем это кончится! - Проклятье... Мне все же нужно туда. Я идиот... Нужно будет вытурить огра сразу после боя. Пока умалишенные босмеры не проявили к нему агрессию... - Ну, тогда желаю удачи, мэн. Если будешь в Варлове, заглядывай, потусим. Я Джонатан Хантер, если что, - собеседник протянул руку. - Просто Радист, - они пожали друг другу руки и разошлись. ------ - Почти дошли. - То есть... Академия лично вызвала меня, чтобы я выполнил для них задание? - Тебя это удивляет? Они многих используют, лишь бы все было так, как они хотят. - Но ведь они делают все во благо. - Ну... Да. - А ты то тут каким боком? Ты же из Сопротивления. - Хм... Как тебе объяснить, Хейтем... Академия и Сопротивление часто ведут дела вместе. У Академии знания, а у Сопротивления огневая сила. Никто не сравнится в мощности с Рыцарями Пустоши. И вот, зачастую, когда Академии что то нужно достать, принести или даже... устранить. Они просят о помощи Сопротивление. А те, в свою очередь, не обижают их компонентами высокого уровня технологий. Эксклюзив, что есть только у Сопротивления. - Эх... Я всю жизнь, что себя помню, хотел стать Смотрящим Сопротивления... - Хех! Многие хотят, но не многие достойны. У нас дураков не держат. Каждый солдат чего-то стоит. Иначе-бы, Башня давно уже рухнула под натиском проблем этого мира. - Хидж... А кем ты был до войны? - Я был гитаристом рок-группы... Мы с двумя ребятами, моими давними друзьями давали концерты, записывались на студиях... Эх... Все было как в кино, о том, как группка энтузиастов добивается высот. И все было как на мази... До поры, до времени. Один был снаружи во время вспышки, другого застрелили через три года, за долги. А жить потому что, не на что было. Если ты сейчас на ногах, то ты должен благодарить своих родителей за то, что они в такой трудный период жизни смогли тебя обеспечить хотя-бы необходимым... А зарабатывали более-менее в то время только Смотрящие. А быть Смотрящим, я тебе так скажу, не из легких, особенно в Сопротивлении. Вообще, со временем, имя Смотрящего погрузили в грязь... В первую пору Смотрящими становились лишь лучшие из лучших и выполняли самую грязнейшую работу, что могла бы быть найдена на просторах мертвого города. А сейчас... Сейчас Смотряками себя называют все, кому не лень. О-о, смотрите, я выбрался наружу, теперь я Смотрящий! Да хрена с два! В таком случае, ты просто глупый мальчишка, что не знает себе дела в более безопасном месте и мнит себя героем, так ничего толкового и не сделав. - Знаешь, Хидж... Ты мне напоминаешь одного очень близкого человека... Которого уже не стало. - Сочувствую, дружок. - И ведь его погубила не какая-нибудь изощренная тварь, а, сука, жестокость человека! Знаешь, Хидж? С появлением этого дара, я захотел изменить этот мир. Я стал понимать, как, всё же, люди глупы. МЫ не ценили того, чего имели в достатке. Чистого воздуха, прогулок по пляжу, поедания мороженого на скорость, понимаешь? И я теперь могу хоть от части получить то, что, даже чисто физически не мог полноценно почувствовать. Мне было семь лет, я даже не помню жизнь до войны... И ты даже не представляешь, как был сладок чистый уличный воздух. Не эта копченая лагерная вонь в перемешку с нестиранными носками и блевотни для свиней. Боже, ты не представляешь как глубоко засел этот запах, от которого я до сих пор не могу избавиться внутри. Я хочу поделиться этим с остальными. Есть добрые, есть злые... Не мне решать, кто есть кто. Однако, такой жизни не заслуживает никто... Кроме одного человека... И я уверен есть способ, чтобы избавиться от того, что мы сейчас имеем. Маленькими шажочками, но мы сделаем это совместными усилиями, и я... Черт возьми, готов на все, лишь бы моя жизнь не прошла напрасно, и я, имея такую особенность в жизни, даже не постарался, чтобы передать это остальным... - В чем то ты прав. Знаешь, думаю, в этом плане у вас с Академией совпадут желания. - Я верю, что у меня великое предназначение... Я не буду оглядываться назад, Хидж. Я теперь просто иду к цели, и я знаю свой путь в жизни. - Так держать, молодой, - Хидж усмехнулся, - такой настрой частенько помогает выживать Смотрякам. - Получается, следующий привал в Варлов-Артрессе? - Угу... В великом лагере кузнецов Нового Мира. Один из самых крупных и организованных лагерей. - Я никогда там не был... - О-о, тебе понравится. Этот лагерь находится, практически, в центре города, поэтому это идеальная точка для торговли. Здесь большие деньги мутятся, я тебе так скажу. И кузнецам хорошо - товар разлетается под заказ на раз, два. И у продаванов есть чем заинтересовать проходящего. - И что, неужели никто не посягает на это место? Судя по твоим словам, золотая жила. - А никто и не сунется. За пять лет гении-инженеры вместе с техниками обустроили прям по периметру лагеря толстенную огромную стену. Штурмом лагерь практически невозможно взять. И даже, если и есть мелкий шанс провернуть невероятно спланированную атаку, внутри существует уже очень давно группировка Молот, которая, по-настоящему, оберегает местных. - И что, лагерь никому не принадлежит совсем? - Насколько я знаю, этот лагерь полностью независимый. Есть ли какое-либо руководство внутри или нет, честно, не знаю. Наверняка уж, поставили кого-то в главенство, а то без правящей руки, даже такой великий лагерь как Варлов раскрошился бы на мелкие кусочки. Уже темнеет, но мы успеваем. Нам всего метров четыреста остается. - И есть уже как раз хочется. - Ну с тебя бифштекс из бутылки, помнишь?