Без чувств

      – Эах… – протянула пони, громко зевая. Кобылка все еще лежала под своим же пледом, переделанным под одежду для человека. Её голова чуть болела, а по всему телу чувствовалась усталость, будто бы она ничуть не выспалась, однако, вместе с тем, она ощущала приятное тепло, разливающееся под шкуркой…       Внутри стало жарковато, и фестрал решила выползти из-под ткани, но сначала сделала свои фирменные “потягушки”, растянувшись, лежа животиком на траве.       Только сейчас она осознала, что более не чувствует ногу человека, у которой заснула.       – И все-таки… – опять зевнула она. – Я была права.       Сначала из-под ворсистого фиолетового пледа показалась вытянутая мордочка фестрала, её носик забавно подергивался, а сама она мило пофыркивала, будто бы распробывая свежий воздух, который, на удивление, оказался вполне теплым. Затем вылезла и вся её голова с большими пушистыми ушками, вставшими торчком и чуть подрагивавшими от легкого ветерка.       Выползши из-под ткани, они пригнулась передней частью тела к земле, а круп выпятила, разминая свою затекшую спину. Её аккуратненькие перепончатые крылья, которые она раскрыла на полную, подергивались ветром, словно гигантские лепестки лиловой розы.       – Что же… – поднесла копытце к ротику пони, готовясь вновь зевнуть. – Одной двухметровой проблемой меньше.       Вдруг, её чуткие ушки уловили какие-то странные громкие шорохи сзади, будто бы кто-то крался в кустах. Хищница сразу же встала в оборонительную позицию, прижавшись к земле и напрягши все тело, словно пружину, готовясь в любой момент прыгнуть на нападающего.       Но шорохи все продолжались, а никто так и не показался, что не могло не удивить фестралку.       – Что такое?.. – недоумевая, произнесла та. Она решила узреть воочию, что же происходит на низине за пригорком, на котором она находилась в данный момент.       Передвигая копытце за копытцем, двигаясь у самой земли, словно гепард, она выглянула из-за зарослей травы у склона пригорка и увидела…       Нет… главное не то, что она увидела, а то, какое выражение приняла её мордочка. Сказать, что пони была удивлена – ничего не сказать. Её личико неестественно скрючилось, выдавая крайнее удивление, а носик сморщился, но совсем не от отвращения, скорее от осознания того, что ей предстоит... Она громко захрипела, а потом и закашлялась, подавившись собственной слюной, которую она, на мгновение, забыла сглотнуть.       – Что ты здесь делаешь? – с какой-то отчаянностью и безграничным удивлением в голосе, произнесла Лиала.       Среди пышных кустов черники, облепленных темно-синими гладкими ягодами, со своим обычным выражением каменного лица, измазанного ягодами, сидел Рой, уплетая большие блестящие ягоды, набирая целые горсти в руку. Он сидел корточках, а весь его голый торс был измазан синим соком ягод, который, высыхая, приобретал фиолетоватый оттенок.       – Ты уже встала, – утвердительно произнес парень. – А я думал ты до вечера проспишь. Хочешь? – протянул он ей руку с ягодами.       – Ты что, издеваешься? – пони уже подскочила к нему, ощупывая его копытами, не веря, что это действительно не иллюзия. Поняв, что это действительно самый, что ни на есть человек, она схватилась копытами за голову, отчаянно повалившись на землю.       – Я сделал что-то не так? – украдкой поинтересовался человек, все так же продолжая есть ягоды.       – Почему ты все ещё здесь? – валяясь на траве, произнесла пони.       – Я же говорил тебе, что твой колодец не имеет никакого отношения ко мне, – завершив поедание ягод, он привстал и кашлянул в руку. – Ну так и что теперь? – увидев странную реакцию Лиалы на свое появление, спросил человек.       – Откуда я знаю… – она вжалась лбом в землю. – Вот за что мне это? – смотря на человека, раздраженно спросила кобылка. – У тебя нет ни крыльев, ни магии. Почему я должна теперь и с тобой нянчиться?       – Ты в любой момент можешь оставить меня… – ещё раз кашлянув, произнес парень. – Я не привязывался к тебе, ты ведь сама предложила помощь. И почему ты говоришь так, будто я годовалый ребенок? Да, пусть у меня нет крыльев и этой вашей “магии”, но если физические законы вашей вселенной не так сильно разнятся с вашими, мои знания вполне могут пригодиться где-нибудь… – размышлял вслух человек.       – Ну уж нет, я не собираюсь бросать тебя, как минимум, пока не доведу до ближайшего города, – прервала его фестрал.       – Почему? – с нескрываемым интересом произнес человек. Ему действительно было непонятно, почему она собирается и дальше помогать ему, когда никто не обязывал её это делать.       – Потому что хочу, какая разница? – пони встрепенулась, мотнув своей растрепанной гривой, а затем вновь взглянула на человека. – И все-таки не понимаю я… Вроде бы взрослый, умный, а есть как нормальное разумное существо мы не в силах, да? – смотря на его перепачканные в голубике грудь и бока, произнесла Лиала.       – Ты про это? – он взглянул на себя. – Нет, это я упал просто, – заключил человек.       – Как это упал? – удивилась пони, не понимая, как ему это удалось.       – Ну, ты спала, а я ещё на подходе эти кусты приметил. Вот и пошел восполнить силы хоть немного, мне, как потерявшему много крови, по идее, необходим отдых и усиленное питание. В общем, я только хотел с пригорка спуститься, и голова начала кружиться. Ну я и полетел кувырком прямо в кусты и измазался, – рассказывал Рой, присев рядом с пони.       – Даже не знаю… что и сказать… – смутилась Лиала. Вместо раздражительности и злости она вдруг испытала сожаление и раскаяние, а также немного сострадания к этому существу. – Извини… – его слова вновь напомнили о совершенном ею поступке, от чего пони понурила голову и прижала к голове пушистые ушки.       – Ты лишь зря расстраиваешься, – хоть и холодно, но все же произнес человек, пытаясь подбодрить её. – Ты уже загладила свою вину, – он привлек её внимание, положив свою руку на её голову, аккуратно проведя пальцем вдоль ушка, которое тут же встало дыбом.       – Так, хватит! – вдруг подорвалась пони. Её весьма смутило это прикосновение человека, а когда он провел по её шерстке, продвигаясь к кромке уха, она и вовсе готова была замурлыкать, если бы умела. Может натура пони и была вспыльчивой и изменчивой, но одна вещь все же являлась для неё константой – она ненавидела, да и не умела выражать свои глубокие и искренние чувства, но ей это особо и не приходилось делать во время работы. – Пойдем, у нас ещё много дел.

***

      Солнце уже было в самом зените, освещая большое поле желтой, но ещё совсем не золотой ржи. Колоски медленно качались в такт редким порывам ветра, но в основном опять наступила все та же жара, что и вчера. Но самым необычным был запах, заполонивший округу. Странная помесь запаха земляники, раскалённой грунтовой дороги, луговых трав-медоносов и духоты, которая тоже имела свой запах. Без преувеличения можно сказать, что именно это и есть запах самого настоящего лета.       Пони и человек вяло брели по широкой насыпи грунтовой дороги, что лежала, с одной стороны, вдоль редеющего леса, а с другой - вдоль громадного поля ржи, огороженной забором.       – Неужели здесь кто-то живет? – обратился к пони Рой, смотря на это поле.       – Да, и как видишь весьма неплохо. Удивительно, что место, находящиеся к Ледяному северу так близко, может иметь такой непривычный жаркий климат, – громко вздыхая, произнесла пони. – Помог бы что ли… – фыркнула она на человека, слегка толкнув его крупом чуть ниже пояса.       – Ты ведь не просила, – не понял её странных претензий человек. Который, кстати, все так же щеголял с голым торсом, ведь носить в такую жару ту тогу из теплого пледа – настоящее самоубийство.       – А ты не видишь, что маленькой кобылке тяжело? – она остановилась, решив отдохнуть.       – Где же ты маленькая? – оценивающе посмотрел на неё человек. – В холке ты мне до живота достаешь, а в длину, я думаю, до шеи даже дотянешь, – примерно прикидывая её размеры, сопоставляя их с собой, произнес парень, видя, что недовольство уже начинает вырисовываться на её запыхающейся мордочке.       – Заткнись уже наконец… – она отошла к краю дороги, сбросив с себя груз и присев на мягкую траву.       – Посмотрим… – её седельная сумка представляла собой две достаточно высоких тканных сумки, объединенных двумя широкими лямками, цепляющимися за карабины. Нести в руках такое будет тяжело, да и не практично, а вот если…       – Эй, ты чего делаешь, я же просто… – удивленно произнесла пони, когда увидела, что человек и впрямь решил понести поклажу.       Он поднял их над собой, просунув голову между лямками, а сами сумки расположил так, что одна из них была на его груди, а вторая - на спине. Получился странный бутерброд из человека и двух сумок.       – Я говорила, что ты нелепо выглядел в том пледе? – спросила Лиала у парня.       – Да, – в своей обычной манере ответил тот, поправляя груз.       – Забудь, потому что это намного нелепее! – рассмеялась кобылка, ведь зрелище было ещё то. Весь в небольших царапинах и синий от ягодного сока, он стоял с одетыми на себя сумками, приподнимая свои плечи, чтобы лямки не скатывались в стороны.       – Если тебе не нужна моя помощь, ты вполне можешь понести свои сум… – хотел было сказать человек, видя её реакцию.       – Нет, нет, нет! – подскочила пони. – Все отлично… – ещё раз усмехнулась она, прыснув в копытце. – Что же, пойдем дальше! – бодро подпрыгивая, кобылка зашагала впереди парня. Ей было так приятно вновь расслабить затекшую спину и натертые крылышки…       – Я видел на твоей карте, что тут прям по пути есть водоем, может зайдем туда? – вдруг спросил у неё Рой.       – Что? Зачем? – сначала не поняла его задумки пони.       – Я хотел бы отмыться от этого сока, он неприятно стягивает кожу под этим палящим солнцем. Весьма неприятно. Да и тебе тоже не помешает помыться, – на свою голову, хватило ума ляпнуть человеку под конец.       – Что ты сказал? Ты сказал, что я грязная? – развернулась в нему Лиала, перекрывая путь.       – Косвенно. Но могу и прямо сказать, что ты грязная, если нужно, – оглядывая её, произнес парень, вообще не чувствуя страха… ах, да…       – Да я тебе!.. – разозлилась пони, подняла свое переднее копытце, уткнув его в живот человеку. Украдкой она взглянула на него, а затем и вовсе уставилась, вдруг начиная оглядывать себя полностью. Местами шерстка слипалась от крови и грязи, пропитавших её, вся грива была растрёпана и настолько была жирной и засаленной, что даже с виду казалась покрытой какой-то слизью. Шерсть на спинке была покрыта пылью, от чего становилась неестественно темного оттенка. – Да… ты прав… – смутилась пони. Ей стало стыдно, что она ходит перед ним вот в таком вот состоянии уже какое время. Она дернулась назад, а затем, развернувшись, как-то вся сжалась, то ли от стыда, то ли от обиды. Ей хотелось просто спрятаться ото всех, чтобы никто не видел некогда прекрасную пони такой грязнулей.       Спустя всего пару минут ходьбы, слева, там, где находился лес, показался поворот, ведущий к тому самому озеру. Небо заволоклось небольшими тучками, которые, если и могли чем-то грозить, то небольшим грибным дождиком, как максимум.       Пройдя сквозь заросшую малинником дорогу, они оказались у берега, с которого открывался прекрасный вид на небольшое озерце. Они вышли как раз к небольшой заводи, которая не поросла высокими камышами, как многие другие части берега. Слышалось приглушенное кваканье редких лягушек, а небольшие травинки осоки, растущие своеобразными кочками, щекотали ноги человека, начинающего раздеваться, но он и не думал подавать виду, ощущая лишь легкое покалывание в ступнях.       Он снял свои коричневые осенние ботинки, в которых уже собирался тогда покидать злосчастную лабораторию. А затем и свои легкие светлые брюки, в которых ему было комфортно работать. Затем пошло и нижнее белье, состоящее из одних лишь широких трусов, похожих на плавки.       – Стой, подожди, ты чего делаешь? – естественно, пони догадывалась, что он скрывает под слоем одежды, ведь никаких волосяных покровов, в отличии от тех же пони или алмазных псов, у него не было.       – Извини, но у меня нет сменного комплекта одежды, поэтому, мне придется мыться голышом. К тому же, сама знаешь, что особого стеснения я не испытываю, – одним ловким движением он полностью оголил себя, от чего пони сразу же отвела от него взгляд, а её щеки стали пунцовыми.       – Какой ужас… – негромко произнесла пони, обдумывая происходящее.       – Да ладно тебе, ты вообще все время голая ходишь, – украдкой взглянул на неё человек.       – А ты не вздумай на меня пялиться! – крикнула она парню, который уже начинал заходить в воду.       – Я и не пялился, но очевидно ведь, что ты голая, да и иногда, когда ты резко поворачиваешься или качаешь хвостом… – продолжал Рой.       – Все! Заткнись, не хочу даже слышать об этом от тебя, это мерзко! – она вновь посмотрела на него, замечая, что теперь ничего не будет резать ей глаза, ведь он по грудь стоял в воде. – Теплая хоть? – вздохнув и медленно выдохнув полной грудью, чтобы успокоиться, спросила Лиала.       – Весьма теплая. Кстати, у тебя не будет какого-нибудь моющего средства? Мыло, шампунь? Боюсь, что без них эффективность мытья будет крайне мала, – он опустился в воду полностью, ощущая под ногами мелкую гальку на дне и немного ила.       – Кусок хозяйственного, другого нет, – она достала из сумки продолговатый кусок зеленоватого мыла с запахом киви. Лиада расправила крылья, а затем взлетела, с мылом в копытцах, доставив его прямо человеку. – Держи, - она передала ему кусок, на мгновение зависнув в воздухе.       После этого, чуть снизившись, она плюхнулась прямо в воду, а затем всплыла на спину, распластавшись на воде.       – Ух… как же приятно… – протянула пони, ощущая, как теплая вода проникает к её темной шкурке.       Рой вышел поближе к берегу, чтобы, как минимум, его торс не был в воде, ведь так отмывать его было бы проблематично. Чуть пополоскав кусок в воде, он принялся намыливать им запачканные места. Мыло было весьма хорошим - добротно пенилось, да и запах был приятным. Мыло-то было хорошим, да вот только ягодный сок тоже был не из простых. Смылись лишь пару небольших пятен, остальные стали намного тускнее, но все же остались украшать его грудь.       – Ладно, я сделал все, что мог, – рядом он увидел пони, которая выплыв, держала в зубах небольшую рыбешку. – Когда ты успела?       Увидев, что она понадобилась парню, она просто перекусила этого пескарика надвое, а затем подплыла к нему на отмель, вставая на все свои ноги.       – Просто мне скучно было… – усмехнулась та. – Чего ты хотел?       – Я закончил, остальное не смывается, хотел предложить помочь тебе помыться, твои копыта не выглядят особо удобными для этого, – произнес Рой, все так же стоя по пояс в воде.       – Смотри сюда, дружок, – она выхватила у него из рук мыло, показывая, что она может держать его одним своим копытцем, без видимых на то причин, будто бы оно прилипает у неё.       – Что? Как это? – удивился человек, сначала геоцентрическая звездная система, где тела двигаются по воли каких-то принцесс, затем вот это…       – Это называется “Копытокинез”, – на её лице появилась легкая усмешка. – Но я думаю ты прав, тебе и вправду стоит помочь мне, потому что я не дотянусь до шеи и спины. Погоди, ты что делаешь? – она заметила, как он начал выходить из воды, уже почти оголив свои срамные части.       – А как ты хочешь, чтобы я мыл тебя отсюда? Да и к тому же, чего тебе бояться? – поинтересовался человек.       “А действительно?..” – подумалось пони, ей ведь и впрямь незачем было волноваться во поводу его наготы, тем более, она просто может отвернуться. Так она и поступила.       – Ладно… Но ты смотри, сделаешь какую-нибудь глупость… – сощурилась пони, а зачем отвернулась, все равно стесняясь его.       – Интересно, какую же это глупость я могу совершить? – поинтересовался Рой. Он подошел к ней на отмель и присел рядом на колени, упираясь ими в дно каменистого грунта.       – Все, просто забудь, проехали… – быстро произнесла растерявшаяся кобылка.       Выхватив из копыта фестралочки мыло, он быстро всполоснул его в воде, начиная намыливать сперва её спинку и поглаживая второй рукой, чтобы средство проникало глубже в шерстку и лучше действовало.       – А как мыть твои волосы? – вдруг задался вопросом человек, продолжая аккуратно взбивать на её шерстке пену.       – В каком это смысле “Как?”. Берешь и моешь, – удивилась его вопросу пони.       – Насколько я знаю мыло - вредно. Они могут стать сухими и ломкими, – предостерег он девушку, но та лишь фыркнула ему в ответ. – Как скажешь… – продолжил свою работу человек.       Спустя несколько минут вся фестрал была покрыта небольшим слоем пены, её мокрые волосы свисали прямо на глаза, а сама она довольно улыбалась, чувствуя, что небольшой зуд в некоторых местах действительно ушел. Но парень знал, что всполаскивать её ещё рано, ведь он ещё не намылил её хвост.       – Ты чего это делаешь? – вдруг послышался возмущенный голосок пони.       – Хвост собираюсь помыть. Или тебе не надо? – все так же отстраненно произнес человек, в принципе, не чувствуя какого-то смущения или стыда.       – Ты совсем уже обнаглел что ли? Или ты этот… как его… извращенец? – недовольство кобылки росло пропорционально углу, на который поднимался её хвост.       – Лиала, перестань, я просто помогаю тебе помыться. Если бы я хотел от тебя чего-то, о чем ты сейчас думаешь, я бы сказал это напрямую. К тому же, ты совсем меня не привлекаешь, а точнее, не привлекала бы, если бы я и мог чувствовать к тебе симпатию, – он слегка распушил хвост, начиная проводить брусочком мыла от основания и до кончиков с забавными завитушками, не забывая всполаскивать мыло, чтобы оно лучше пенилось.       – Разве? – слегка угомонилась кобылка.       – Я тебя уверяю. С моей стороны мысли о подобным были бы сродни чистейшей зоофилии, нет, конечно, я понимаю, что ты разумная, поэтому этот термин тут не применим, но, если учесть, что… – пытался объяснить ей тот.       – Я поняла, – перебила его пони. – Этого достаточно, чтобы я была спокойна… – с неким облегчением, но все же с небольшой досадой произнесла Лиала. С одной стороны, хорошо, что ему на неё, в принципе, плевать, потому что и ей тоже не особо интересен человек. Но с другой… ей было немного обидно, что она не смогла бы понравиться ему.       – Я закончил, можешь всполаскиваться… – как только он сказал это, пони, вырвавшись из его хватки, скакнула в воду, сходу нырнув.       Даже всполоснувшись, она не спешила возвращаться обратно на берег к человеку, который ожидал её, сидя на большом камне, нагретом солнцем. Он до сих пор был голым, потому что лезть мокрым в одежду – явно не лучшая идея. Солнце, кстати говоря, уже вновь показалось из-за небольшой кучки тучек, пролетевших куда-то на юг. Небо вновь стало голубым и чистым, а всюду раздавался удивительный запах душистого аира, похожий на смесь пряной корицы и свежего зимнего мандарина, ну… а человек лишь видел пони, купающуюся в озере, в принципе, как и всегда, больше ничего не ощущая, кроме тепла солнечных лучей и камня под ним.       – Какой же странный, по-своему абсурдный, но все-таки уникальный этот мир… – задумался человек. – Был бы у меня АМНИ или хотя бы обычный исследовательский планшет типа “Гелиос”… сколько же ценной информации мог бы я добыть. Остается лишь надеяться, что местные имеют уже хоть какие-то понятия об электронике. Судя по тому, что я видел, а именно, лямки, соединяющие её сумки, были из полимерных волокон, а значит что-то в химии они понимают.       – Эй, ты чего? – вдруг послышался слева от него знакомый голос. – Ты в порядке? – он стал ещё былее обеспокоенным.       – А, что такое? – человек чуть повернулся налево, приподнимая голову. Он увидел Лиалу, только вышедшую на берег, но на её мордочке было странное выражение, будто бы она за него… переживала?       – У тебя… у тебя кровь! – осторожно подошла к нему кобылка, осматривая его голову. Из его левой ноздри шла пока ещё узкая, но заметная красноватая полоска, капли которой, падая с лица, окропили его грудь, ноги, и камен под ним.       – Надо же… – Рой прислонил палец к губам, а затем взглянув на него, убедился в этом лично.       – Это… это нормально? – тревожно спросила пони. Ещё страшнее было от того, что человек так безэмоционально относится к этому.       – Уже не уверен, раньше подобное происходило не чаще раза в месяц, а за сегодня это уже второй раз, – приподнявшись, он присел на колено у берега, смывая кровь с лица и остальных участков тела.       – Может тебе помочь? – осторожно поинтересовалась фестралка, стоя позади него, смотря как багровые разводы окашивают воду.       Странно, вроде бы ещё несколько мгновений назад Лиала полагала, что ей абсолютно все равно на него, но уже сейчас она сама себе давала понять, что это не так.       – Ладно, потом разберемся, – он приподнялся, чувствуя, что уже, в принципе, обсох, пока сидел на камне. – Кстати, неужели только что ты пыталась оказать мне что-то схожее с заботой? – равнодушно спросил Рой, напяливая на себя одежду.       – Да пошел ты… – со злости она ударила копытом по песку, от чего небольшая кучка, вздернутая ею, улетела прямо на штанину парня. Пони развернулась, начиная медленно ступать в сторону дороги.

***

      Прошло не менее двух часов с момента их пребывания на озере. Сейчас они плелись по огромному холмистому лугу, сквозь который проходила пыльная дорога, вымощенная разбитыми каменными плитами. Но они совсем не привлекали внимания, в отличии от луга, на котором росло просто неимоверное количество самых разнообразных пестрых цветов. Целые ковры розоватых цветков клевера, кустов ярко-фиолетового дербенника, высокие багровые стебли бузульника с яркими пятиконечными соцветиями цвета восходящего солнца. На этом лугу раскинулись пёстрые каскады из розовых васильков, невероятно сочных цветов вездесущих купальниц и длинных ярко-красных соцветий монарды, напоминающей какие-то тропические цветы. Не обошлось и без привычных глазу фиолетово-голубоватых цветочков шалфея, колокольчиков, белоснежно-белых корзинок тысячелистника и густых зарослей вереска, источающего сладкий медовый аромат с легкими цветочными нотками. Так же в этот причудливый букет запахов вмешивалась своенравная и чуть резковатая гвоздика, сладкая и напористая ветреница, а также легкий и невесомый аромат пирамидальных соцветий дельфиниумов, которые, казалось, отобрали себе почти все краски от фиолетового до голубого участка спектра этого луга.       Наверное, именно в такие моменты и стоит жалеть, если ты не можешь ощутить все это… Но вот забавный парадокс, не зная этого счастья, ты никогда не сможешь горевать о его потери, даже примерно не представляя себе, что ты теряешь.       Человек просто плелся за кобылкой, которую ему все же удалось догнать. Она не очень-то торопилась сбежать от него, медленно идя по дороге, чуть свесив голову. Тем более, что все её вещи тащил именно Рой.       – Перед тем, как ты снова сделаешь что-то, – человек чуть ускорился, поравнявшись с кобылой, а затем положил ей на шею руку, от чего та притормозила. – Скажи, что это было? Там на озере? Я ведь не сказал ничего плохого или даже примерно обидного, насколько это могу судить я. Пусть я и не чувствую ничего, но это не значит, что я не могу хотя бы попро… – все говорил и говорил человек, но пони вдруг села на круп, повернувшись к нему полубоком.       – Извини… – с явным усилием, произнесла та.       – Что? – с легким недоумением, насколько это мог сформулировать его холодный бесчувственный разум, произнес Рой.       – Я говорю… прости… – вновь выдавила из себя пони. Её щеки чуть надулись не то от обиды, не то от злости, но затем она выдохнула полной грудью, и её мордочка опять стала спокойной. – Я не должна была делать этого. Просто… понимаешь, сейчас у меня такое время…       – Критические дни? – вдруг произнес человек.       – Нет! – хотела было накричать на человека пони, а затем, вновь выдохнув и посчитав про себя до шести, успокоилась. – В моей жизни творится полнейший бардак, Рой. Сначала проблемы в семье, потом эти идиоты на службе… – она ударила копытом по каменной плитке, отколов от той ещё кусок, который с глухим звуком завалился куда-то в щель. – Потом я вообще лишилась родителей, а вместе с тем и дома, и друзей, которые друзьями-то никогда не были… – удивительно, но на её мордочке не было ни капли сожаления, обиды или потерянности, даже расстроенной кобылка не была, лишь суровый взгляд, источающий серьезность, был направлен в сторону парня. – А теперь ещё и ты со своими идиотскими подколами…       – В каком это смысле “подколами”? Все, что я спрашивал у тебя, я говорил на полном серьезе. Или ты забыла о моей особенности? Я даже не способен подшучивать над тобой в данный момент, не говоря уже о чем-то более крупном, – все так же бесчувственно произнес человек, от чего фестралу стало не по себе.       – Я понимаю, но… но и ты меня пойми, я вечно в раздумьях о том, что же будет дальше, я вечно пытаюсь найти хоть что-то, что заставит меня отвлечься на секунду от этого, но не выходит. А все, что ты говоришь, я воспринимаю чересчур близко к сердцу… – она сощурила глаза от яркого солнца, вдруг показавшегося за телом парня, когда тот чуть двинулся в сторону. А затем повернула мордочку чуть в бок, вздернув носик.       – Значит и я тоже для тебя проблема? – заметил человек, присев перед ней на корточки. – Если я мешаюсь тебе, я в любой момент могу уйти.       – Нет, нет, все совсем наоборот… Знаешь, кажется ты и есть та самая вещь, благодаря которой я и могу отвлечься от своих проблем, пусть и ненадолго, – усмехнулась та, вспоминая их страшное знакомство. – Просто… просто пообещай, что будешь чуть сдержаннее в своих фразах… – добавила Лиала, взглянув тому прямо в глаза. В его совершенно бесчувственные, практически стеклянные зеленые глаза, будто бы пытаясь найти в них что-то…       – Без проблем, – в ту же секунду, как он это произнес, фестрал выпрямилась вперед, обхватив его шею своими передними ногами и совершила что-то типа объятий, повиснув на его плече.       – З-знаешь… кажется это была не самая хорошая идея, – нервно улыбнулась пони, испытывая некое смущение на грани со стыдом.       – Да, не самая хорошая… – подтвердил человек, – чуть кашлянув в руку, на которой вновь остался след от крови, чего пони не могла не заметить.       – Давай, идем скорее, тебе совсем нехорошо, как я погляжу… – она обскакала его сзади, начиная толкать в спину своей головой.       – Хорошо, хорошо… – произнес человек, чуть улыбнувшись, чего пони уже не могла заметить…       Сам Рой не мог не заметить, как на пользу пони пошли водные процедуры. Её темная лилово-синяя шерстка была такой мягкой и блестящей. Её короткая пурпурно-красная грива с сливовыми прядками более не выглядела куском засоленных тряпок, пусть она и не была красиво уложена, однако это никак не мешало ей быть объемной и прекрасной, покачивающейся от каждого дуновения лёгкого июльского ветерка. Хвост стал особенно пышным и шелковистым, он красовался своими лилово-голубоватыми завитушками на кончиках, которые теперь выглядели просто волшебно. Удивительно, как всего одно купание сделало из этой дикой на вид пони настоящую красавицу.       Солнце уже клонилось к вечеру, легкий ветер, усиливающийся временами, колыхал луговые цветы и травы, разнося их чудесный аромат по округе. А фестрал и человек все так же неспешно продвигались вперед, надеясь до вечера добраться до Ванхувера, шпили высоких зданий которого, уже показывались на горизонте…