Первый день в Ванхувере.
27 декабря 2017 г., 16:40
Примечания:
У меня был творческий кризис, я тупо не знал, чем занять это главу, поэтому... ну, результат увидите сами. Из-за такого промедления главу я сделал побольше. И все же, сложно писать такие истории одному, ну, по крайней мере, потому что некому даже проверить их на тупые косяки, вроде логики и стилистических несостыковок.
– И так… значит ты вот прям вообще ничего не чувствуешь? – спросила неугомонная кобылка, которая ближе к вечеру вдруг разговорилась.
– Смотря, что ты имеешь в виду под “ничего”, – произнес Рой, все так же таща её сумки на себе. Небольшие капельки пота стекали с его лица и груди, окропляя землю.
На самом деле тело парня совсем не походило на второсортного сотрудника передового научного комплекса, хотя, таким в их время никого не удивишь, всего за одну инъекцию можно было поменять кожу, например, на чешую или отрастить ещё пару рук, но сам человек достиг подтянутого тела упорными тренировками, которые он обычно проводил в подземном саду ещё очень давно. Пусть за время его форма уже и не была прежней, но все же была довольно хорошей, на что пони только сейчас обратила внимание.
– Например, я нахожусь в состоянии полнейшей апатии, но я не чувствую её. Я не чувствую страха, отчаяния и одиночества, не чувствую любви и ненависти, не чувствую жалости и сожаления, мне незнакома надежда. Я делаю что-то, если статистическая вероятность достаточно высока, – добавил человек.
От услышанного пони стало даже как-то жалко человека, но, с другой стороны, она даже завидовала ему.
– Однако отдельные ощущения и чувства я могу воспринимать из-за особенностей моего организма. Аппарат создавался универсальным, но всем не угодишь. В моем случае “Тринити” блокирует не все нейромедиаторы, потому что у меня редкая мутация гена HL-1034, из-за чего их состав отличается от стандартной модели. Так я могу отдаленно ощущать удивление, заинтересованность и что-то похожее на восхищение, но этим вещам в моем мире нет места, поэтому обычно я ничего не чувствую или делаю вид, что так, – все так же, в своей обычной манере, исполненной отрешенностью и бесчувствием, произнес Рой.
– А чего ты улыбаешься? – украдкой взглянув на его лицо, удивилась пони.
– Что? – он остановился, начиная ощупывать свою физиономию сантиметр за сантиметром. Действительно, он и сам не заметил, как его лицевые мышцы легонько напряглись, сделав почти незаметную, но все-таки улыбку.
– Да-да, у тебя на морде самая, что ни на есть улыбка… – не заметила, как пришла в восторг пони.
– Иннерсивная чувствительность… – тихо произнес тот, смотря на довольную мордочку кобылки. – Это не совсем хорошо, скоро начнется отторжение остатков препарата, мне может быть… – дыхание человека участилось, а он припал к земле под тяжестью накатывающей волны холода, сменившейся вдруг жаром.
– Что с тобой? – Лиала подскочила к нему, приподняв подбородок копытами. Человек тяжело дышал, а из его груди доносились глухие стоны. Кобылка тут же бросилась снимать с него сумки, чтобы облегчить дыхание.
Почувствовав, что с него сняли тяжесть, он перевернулся на спину и раскинул руки, продолжая хватать ртом воздух, будто бы он был последним в его жизни. Его спина ощущала каждый камешек на тропинке, каждую веточку и острую кромку листа, но это сейчас волновало его меньше всего.
– Дай… пару минут… - задыхаясь, произнес человек. Он с огромным, почти что титаническим усилием приподнялся на локтях, стараясь отползти поближе к невысокому дереву с широкой кроной, из-за чего оно было похоже на гриб.
– Лежи сколько понадобится! – взволновалась пони, кинувшись помочь ему. Она схватила его подмышки, стоя на задних ногах у него за спиной, чуть приподняв его и подтащив к дереву, на ствол которого он оперся спиной.
– Спасибо… – тихо промямлил тот, щуря глаза от света, проникающего сквозь редкие ветки кроны. На его лоб выступил холодный пот, да и в принципе на все тело тоже, даже ладони стали влажными.
– Может тебе воды? – взволнованно спохватилась пони, даже не удивившись тому, что он поблагодарил её.
– Нет… просто… просто дай немного отдохнуть, – переводя дыхание, устало произнес Рой. В его организме сейчас шла настоящая война между остатками “Тринити” и универсальными наноботами, непрерывно живущих в его организме с самого рождения. Так уж вышло, что дозировка “Тринити” должна быть одинаковой во всем периоде использования. Отклонения от нормы может вызвать тяжелые невропатические заболевания или осложнения, негативно влияющих на психику субъекта, угнетая его когнитивные функции. Поэтому идеальным решением было использовать именно этих микроскопических хирургов, которые круглые сутки могли хранить в емкостях, в которые они же и собирались, молекулы “Тринити”, доставляя только необходимое количество препарата в необходимые отделы мозга, где эти самые молекулы, распространяясь, блокировали специфические нейромедиаторы, тем самым делая невозможным передачу нервных импульсов.
Нужно сказать, что сами по себе наноботы не были бесполезны, они ускоряли регенерацию повреждений, связывали ЦНС (центральную нервную систему) с ЦИМ (центральная информационная магистраль), открывая доступ к невероятным вещам. Это был полноценный биотехнологический комплекс, обладающий огромным функционалом. Скорее даже не приспособление, а синтетический шестой орган чувства, позволяющий черпать информацию извне по ранее недоступным каналам, также этот комплекс делал возможной таргетированную доставку препаратов, не только “Тринити”, так же поступали и, например, со средствами для борьбы с раком, который уже черт знает сколько столетий назад научились излечивать в ста процентах случаев на любой стадии развития.
Естественно, никаких модных SCI-Fi интерфейсов перед глазами в таких случаях не возникало, информация передавалась прямо в мозг без каких-либо визуальных представлений. Конечно, кроме универсальных наноботов были так же и узкоспециализированные модели, для военных или, например, инженеров, где было что-то подобное, например, для анализа поля боя, которое помечалось тактическими метками с динамической приоритизацией.
Конкретно сейчас микророботы в организме человека избавлялись от остатков “Тринити”, для продолжения дозирования вещества уже не хватало, поэтому оно начало выводиться с потом, благодаря все те же наноботам, без которых, скорее всего, Рой бы уже умер от неоперабельных повреждений мозговой ткани.
– Эй, ты чего?.. – прохрипел человек, наблюдая, как кобылка улеглась рядом с ним, уткнувшись своей мордочкой в его ладонь, которую он тут же положил ей на голову, начиная поглаживать её мягкую гриву.
– Я волнуюсь… – стыдливо произнесла пони. Ей и самой было неприятно признавать это, но почему-то ей было жаль человека, а на душе грустно от осознания того, что она даже не может помочь.
– Разве там… у колодца, не ты ли сказала, что тебе плевать на меня? – даже испытывая сильное жжение в районе шеи, человек не унимался, однако теперь в его голосе чувствовалась явная усмешка.
– Это другое… – чуть отвернула голову фестрал. – Я хочу извиниться за то, что назвала тебя обузой… – пони вновь повернулась к нему, замечая довольную улыбку на его лице. – У тебя, кажется, снова с мордой что-то не так…
– Да нет, это просто я так счастлив… – его лицо расплылось в широкой и глупой улыбке, от чего пони пробило на смешок. – Что?
– Да нет… просто… просто ты выглядишь так, будто тебе растянули рот… – усмехнулась та.
– Ладно, тогда и ты извини меня за то, что я тебя назвал лошадью, хоть и маленькой… – он вновь протянул к ней руку, начиная гладить ту по щечке.
– Эй, я тебе что, животное домашнее? А спросить? – возмутилась пони. Только сейчас человек заметил каким забавным и немного пискливым становится её голос, когда она возмущена. Даже её клычки забавно торчали наружу, что не могло не заставить его умиляться. – Хотя… знаешь… это довольно приятно… – промурлыкала та, вновь прильнув к теплой руке человека.
Приятные ощущения бархатной шкурки под его ладонью заставили человека немного расслабиться, немного отвлекая от ускоренной детоксикации. Его рука сместилась чуть выше, он аккуратно провел большим пальцем, очерчивая изгиб её большого глаза, случайно прикоснувшись к большим выразительным ресницам. Пони чуть отвела голову подальше, так, что его рука легла прямо на её переносицу, а затем двигалась все ниже и ниже, уже гладя её носик и мордочку.
– Мне уже лучше, – произнес парень, прекратив гладить её, и начал вставать, хотя его голова все ещё немного кружилась.
– Ты уверен? – с тревогой в голосе и нотками недоверия спросила Лиала.
– Да, все в порядке, пойдем, только дай мне… – хотел было он вновь надеть на себя его сумки, как копытце несильно шлепнуло по его руке. – Ай! За что? – потирая руку, посмотрел на ту человек.
– Моя очередь, – самодовольно произнесла пони. – Вдруг опять упадешь, а у меня там ценные вещи! – на самом же деле человек понимал, что пони просто не хочет нагружать его после такого потрясения.
Через пару минут, когда пони вновь ощутила тяжесть своего груза, которая теперь была приятной, а человек почувствовал себя ещё лучше, оба двинулись в путь по бывшим топям, на месте которых сейчас был лишь редкий лес с невысокими, но широкими в кроне деревьями. Солнце уже собиралось клониться к закату, всего пара часов, и их настигнут сумерки…
***
– И… и это он? – удивленно произнес Рой. – Вау! – А ты что думал? Домики из палок и грязи? – выгнула свою изящную бровку хищница. Сейчас оба стояли у ворот в Ванхувер. Город, стоящий на самой границе все ещё теплого климата и Холодного севера, известного своими жестокими ветрами. Из-за достаточно высокой стены, которой был обнесен главный вход в город, он не мог разглядеть это великолепие полностью, но то, что он уже видел, давало ему надежду на то, что местные обладают хоть какими-то интересными, а возможно даже и уникальными технологиями. Как минимум, небоскребы они строить умеют, а это уже впечатляло парня. – А как вы умудрились построить все это? У вас же ла… тьфу, копыта! – все ещё пребывая в восторге от увиденного, произнес Рой. – Я тебя сейчас дам! Копыта… Ты меня вообще слушал, когда я тебе про единорогов говорила? – пригрозила ему пони, явно прослеживая насмешку над её неуклюжими, с первого взгляда, конечностями. – Так, а теперь заткнись и подыграй мне… – тихо произнесла пони, чтобы их не услышали стражники, дежурящие у самого входа в город. Вечер был в самом разгаре… Небо окрасилось в розовато-оранжевые тона, а у самого горизонта вообще стало красновато-фиолетовым, из-за чего белые облака, проплывающие рядом, казались какого-то неестественного фиолетово-голубого оттенка. Ветра не было совсем, даже в верхних слоях атмосферы он был достаточно медленным, о чем говорили облака, практически не сползающие с места. Высокая бетонная стена с парой дозорных башен, к которой они подходили. Прямо у большой арки со шлагбаумом, ведущей внутрь, стояли три стражника, двое из которых были пегасами и лишь один земнопони. Вдохнув полной грудью, выпятив её вперед и нанеся на мордочку самое грозное выражение, Лиала приблизилась к стражникам, которые, сначала, даже не обратили на неё внимания. – Открывай, – надменно произнесла пони, но жеребцы, разговаривая между собой, даже не повернулись к ней. – Я сказала, открывай! – на этот раз крикнула пони. – И что это у нас тут за крикунья? – возмущенно произнес один из жеребцов, тот самый, что был земнопони. – Ты что же, мешок с компостом, совсем уже обнаглел? Ты как к старшему по званию обращаешься? – удивленно произнесла пони. – Капитан второго корпуса королевской гвардии, Лиала ХертПис (Liala HeartPeice)! – гневно выпалила та, начиная наступать на жеребца, крича в его морду так, что её слюна попала в его зеленоватую гриву и мордочку. – А ты у нас кто такой, мальчик? – добавила сразу же Лиала. – Она? – удивленно прошептал один из пегасов другому. – Да… это точно она, я её на параде видел… – пришел в ужас тот, быстро выпрямившись, как и положено на посту, его примеру последовал и первый. – Б… брай… – что-то промямлил тот, нервно сглотнув, заметив, что его сослуживцы выпрямились в стойку перед этой кобылой. – Что? Что ты там сказал? А ну немедленно доложить по форме, рядовой! – взглянув на грудь жеребца, где на броне было обозначение ранга, накричала на того пони. – Рядовой Брайан Спирс, Мисс ХертПис, – выпрямился тот, схватив одной ногой своей позолоченный шлем, который трясся на его голове, как и все тело жеребца. Рой просто смотрел на этот цирк и офигевал. Ни одно слово не может заменить то, что испытывал человек, кроме как “офигевал” и его нецензурных аналогов. Одна карликовая лошадь-вампир, являющаяся по совместительству капитаном королевской гвардии, отчитывает другую карликовую лошадь, которая, по всей видимости была парнем, за то, что тот не пускает её и найденного в лесу человека в город. Для мозга Роя это было слишком жестоким испытанием. – Вы только поглядите на это стадо баранов… – раскрыв свои крылья, оглядывала Лиала строй из троих жеребцов, представших перед ней. – Брюхо висит! – она стукнула по боку пегаса. – Шлем надет неправильно! – она хлестнула своим хвостом второго пегаса по грудине. – Держишь копье совершенно не верно! – она стукнула по его древку, от чего пони, который готов был закричать от стресса, нахлынувшего на него с этой внезапной проверкой, быстро крутанул его в копытах, чтобы оно смотрело острием в противоположную сторону. Три жеребца с трудом скрючили серьезные морды, пот скатывался по их шерсти прямо на все ещё теплую вечернюю каменную плитку у входа. – Недоумки… – ударила копытом себе по лбу пони. – Исправлять вас бесполезно, а поэтому три отряда вне очереди после дежурства здесь! – Лиала вновь выпрямилась, стараясь успокоиться. Все эти армейские штучки здорово её заводили, и она вполне могла войти во вкус… опять… – Идем, – крикнула она человеку, уже думая войти с ним в город, как вдруг… – Мисс, пропускная политика предписывает производить проверку неизвестных существ, Мисс! – выйдя из строя, отчеканил трясущийся жеребец на свою же голову. – Хоть что-то вы недоумки выучили… – цокнула языком та. – Это мое домашнее животное, все? – развернулась полубоком к троим пони. – Никогда не видел таких, мисс ХертПис! – произнес пегас, украдкой посматривая на человека. – Это человек из Лунного леса, – заявила кобылка, слыша в ответ удивленное мычание жеребцов. – Эти бедные безмозглые создания бегают там совершенно одни, представляете? – с наигранной грустью произнесла та. – Они настолько глупые, что иногда едят камни и ветки, от чего особо долго не живут, – пони подошла к человеку, а затем встала на задние копыта, опиревшись о его грудь передними, и потерлась о него макушкой. – Вот я и решила помочь одному из этих малышей. Вы только посмотрите на него! Разве может быть что-то беззащитнее этого существа? – пони на секунду отвернулась от них, смотря в глаза человеку. Её щеки надулись, а сама она вот-вот была готова взорваться смехом, но умело сдерживала этот порыв. – А вы уверены, что он не набросится на жителей? – произнес жеребец-земнопони. – Не совсем, ведь он настолько глуп, что иногда кусает собственные руки, думая, что это еда… бедненький… – пони потерлась бочком о его ногу, мельком взглянув в лицо человека, который был готов вот-вот взорваться смехом. – Но не волнуйтесь, под моим надзором он никого не тронет. – Так ведь, миленький? – обратилась она к человеку. – Уууууу, – невнятно промычал что-то тот, подыгрывая ей. – Хорошо, можете проходить, мисс ХертПис, – произнес второй пегас, прядки голубоватой гривы которого были видны из-под шлема. – Так-то лучше, господа. И не забывайте… два наряда вне очереди… – протянула последние четыре слова фестралочка, исчезая вместе с человеком в арке. – Вы ведь говорили три, разве нет? – почесав голову, произнес один из пегасов, за что сразу же отхватил пару оплеух от сослуживцев. – Ах да, точно, три наряда вне очереди, спасибо, что напомнили… – не оборачиваясь, усмехнулась кобыла. – Я еще одного такого случая не переживу… – дождавшись, когда капитан исчезнет подальше в арке, земнопони кинулся к земле, часто вздыхая. – Что это было вообще? Почему она так сюсюкается с этой горилой? – недоумевал один из пегасов. – Кобылы… – протянул другой пегас, приставив копыто к голове и покрутил им у виска. – Крыша у неё поехала… – Надо валить из этой армии… – произнес валяющийся жеребец, часто и громко вздыхая. Пони и человек радостно шагали по главной площади, куда и выходила эта арка. Здесь было множество красивых фонтанов разных размеров и типа, многие из них были украшены скульптурами известных пони-деятелей. – Что… что это сейчас было? – громко рассмеялся человек, смотря на пони, которая тоже залилась хохотом. – Нет… ух… ну ты видел их морды? – содрогаясь от смеха, произнесла та. На странную парочку обращали внимание редкие прохожие, но им особо не было до них дела. – Ты что… и в правду капитан? – все ещё смеясь, но уже не так сильно, поинтересовался Рой, громко вздохнув, пытаясь перевести дух, ведь ему уже было больно смеяться. – Да… – чуть растерялась та. – А что? – спросила у человека Лиала, будто бы это могло изменить его отношение к ней. – Ничего, просто… просто я бы никогда и не подумал… – смутился тот. – Что, не похожа? – полюбопытствовала кобылица. – Если честно, ни чуточки… – тепло улыбнувшись, произнес тот. – Пока тебе на глаза не попадутся три стражника, – оба вновь рассмеялись, не в силах забыть произошедшее только что. – Так, хватит, – успокаивалась фестрал. – Пора бы и ночлег поискать… – озадачила человека действительно важным делом пони.***
– Итак, подведем итоги… Обойдя шесть гостиниц и пару гостевых домиков, мы поняли, что без валюты мы тут никому не сдались, а вечером заработать биты здесь негде, – произнесла пони, сидя у стены очередной гостиницы, из которой их вышвырнули. – А ещё здесь вечером холодает… – добавил Рой. – И ещё это… – суммировала итог Лиала. – Что будем делать? – человек и пони слегка подрагивали от холода, опираясь спиной о бетонную стену. Её сумки стояли между ними. – Может тебе есть что предложить им? У тебя, по-моему, много барах… нужных вещей есть, может кто и купить даже захочет? – предложил человек. – Вряд ли. У меня из ценного есть только несколько медалей и орденов, но их я ни при каких условиях не продам. Большая их чаcть принадлежала отцу, – отвергла его идею Лиала. – Понятно… – слегка грустно произнес человек. – Значит спим на улице? – поток холодного ветра мазнул по его щеке, говоря о том, что мгла уже не за горами. Стояли поздние сумерки, мглу прорезал лишь гул цикад, стрекотание сверчков и кваканье лягушек на небольшой запруде за стеной города. Всюду летали маленькие стайки светлячков, которые, оседая на кронах редких городских деревьев, заставляли их слабо преслабо мерцать. Но это слабое сияние было едва уловимо из-за ярких броских вывесок, загорающихся по ночам, частых экипажей такси с мощными фонарями, да и просто из-за света сотен окон. Рядом, можно сказать, прямо перед носом у жителей этого прекрасного городка раскинулось чудо, которого они не замечали. Звуки природы медленно меркли, по сравнению с громкой городской суетой, которая лишь усилилась с наступлением тьмы. – Почему сразу на улице? – задала риторический вопрос пони. – Я бы могла притащить пару облаков, но, думаю, ты провалишься сквозь них, – надумала пони, а затем чуть поникла, понимая, что идея, скорее всего, провалится. – Лиала, облака невозможно перенести, это ведь водяной па… – он взглянул на фестралочку, рядом с собой, взгляд которой выражал отрешенность. – Ах да, забыл совсем… – тоже поник человек. – Может забраться в подъезд многоэтажки, в принципе, там в любом случае тепло… – Так вы не врали? – прозвучал грубоватый и чуть осевший женский голос слева от стены, опиревшись на которую, сидели двое. C небольшого крылечка вышла не то, чтобы и старая, но и не молодая кобыла, скажем “средних лет”. Разглядеть её было невозможно даже Лиале. Конечно, фестралы имеют улучшенное, но никак не ночное зрение. – О чем это вы? – встрепенулась Лиала, шагая размеренным шагом к кобылице, насколько это можно было судить по голосу. – Ну, вы же не думаете, что в Ванхувере так мало умников, желающих получить бесплатный ночлег? – усмехнулась та. – А фразы “Извините, у меня нет денег… совсем” или “Пожалуйста, пустите, мы всего лишь одинокие путники” так и вообще по несколько раз в день слышу. Только вот потом у этих недотеп деньги и в кино, и на выпивку находятся, и даже на кобылок, не славящихся своими принципами. Щелчок, и на секунду её личико озарила вспышка зажигалки, в которой все равно было сложно разглядеть внешность пони. – Так вы поможете нам? – с небольшой надеждой, но все же произнес человек. – Пусть это будет обмен, ладно? Я пущу вас к себе и дам одноместную комнатушку, а вы за это поведаете мне свою историю, уж очень интересно узнать, откуда в Эквестрии взялся второй человек, – все это время кобыла стояла в тени крыльца с навесом, выкуривая длинную сигарету с мундштуком. – В каком это смысле второй? – приподнялся Рой, пребывая в небольшом недоумении. – Все по порядку, можете пока проходить, а я ещё полюбуюсь… – несильно затянувшись, кобылица выпустила несколько дымных колец, врезавшихся прямо в лицо человека. Удивительно, но то, чем были напичканы её сигареты совсем не походило на табак, скорее на какую-то вытяжку из лепестков розы. Спустя минут двадцать трое уже сидели за небольшим круглым столиком в баре при этой же небольшой гостинице. Внутри пахло выпивкой, прокуренной древесиной и мелом, которым натирают острие кия, на удивление человека, пони и в бильярд играли. – И так, все просто, – произнесла та самая кобыла по имени Черри Берри, пригласившая их сюда. Это была единорог в возрасте, удивительным её отличие было то, что канавки рога были инвертированы, то если закручены совсем в другую сторону, что сразу же бросилось в глаза фестралке. У неё была нежная кремовая, почти что белая шерстка с редкими коричневато-желтыми полосками у груди. На голове красовалась пышная ниспадающая вишневая грива, закручивающаяся у кончиков. А хвост, на удивление, был прямым, расходясь неким веером. На столе стоял поднос, принесенный одним из официантов. Колода игральных карт, три коктейля “Санрайз Твист”, изготавливающиеся из ананасового сока, рома, дольки апельсина и корицы, несколько кексов с вишенкой на верхушке. – Играем три игры, проигравший выпивает коктейль, если я хоть раз выпью его, можете хоть всю ночь наедаться до отвала в этом заведении за мой счет, – усмехнулась та, потянувшись к картам. – К чему такая щедрость? – поинтересовался человек. – А ты и вправду думаешь победить меня? – расплылась в озорной улыбке та. – Рой… можно тебя на пару слов, – позвала его кобылка. – Что такое? – он наклонился к ней, начиная разговаривать шепотом. Тут же послышался характерный для таких мест звук пьяного угара, которым было ни что иное как смех небольшой компании и громкое падение жеребца со столика неподалеку, от чего Лиала тихонько пискнула. – Извините меня, нужно кое-что уладить… – Мисс Берри, как звали её все в округе, пошла разбираться с неугомонными посетителями, что она умела неплохо, к тому же, в её распоряжении всегда была парочка вышибал. – Рой, у меня плохое предчувствие… – нервно произнесла Лиала. – Она не кажется мне той, кто вот так бы запросто дала каким-то незнакомцам разорять её… её… я даже не знаю, что это за место, не то закусочная, не то бар! – растерялась кобылка. – Не переживай, будто нам есть, что терять, в любом случае, хотя бы попробуем коктейль. За столиками неподалеку вновь послышался громкий смех хора охрипших и давно пропитых мужских голосов. – Может ты и прав, и я попусту волнуюсь? Кстати, раз уж на то пошло, я хочу стейк с кровью… – радостно облизнулась та. – Я… я конечно не знаю, но ты думаешь здесь будет… ну, мясо? – человек, перешептывающийся с пони оглянулся, замечая, что на столах стоит либо пиво, либо какие-то закуски, явно не мясного происхождения. – Глянь во…он туда, – протянула слово кобылка, указав ему копытцем на барную стойку. На большой деревянной доске над стойкой были изображены пони, дракон и грифон, странно, что изображения были похоже на геральдические. А снизу была надпись, гласящая: “Здесь точно найдется что-нибудь для вас!” – Что же, ладно, но сначала бы победить ещё… – почесал голову парень. Пьяная компания вновь захохотала, однако на этот раз послышался звук биться посуды, за которым последовало выволакивание этих пропитых морд тремя алмазными псами, одетыми в кожные куртки. – А это ещё кто? – удивился парень, наблюдая новых для себя существ. – А, это? Да это псы алмазные, не обращай внимания. Вечно грязные и вонючие типы, с которыми не стоит иметь дел, – пони положила копытца на стол и уткнулась в них мордочкой. Только её длинные пушистые ушки с кисточками стояли торчком, забавно поворачиваясь. Вдруг, проходящий мимо их столика жеребец, что был не в самом лучшем своем состоянии, задел боком голову Лиалы, даже ничего не сказав. – Эй, ты! Осторожнее надо быть, морда пьяная, – злобно рявкнула на него та. – Ух ты, какая красотка… – заплетающимся языком произнес пони, а затем совершил что-то типа поклона, от которого чуть не свалился с ног. – Пардоньте… мадам, – попытался улыбнуться тот, но состроил совсем уж неприятную рожу. – Иди уже, куда шел… – фыркнула на него кобылка, чтобы тот отвязался поскорее. – Но мадам, как же вы можете быть одной в столь прекрасный вечер, – жеребец с темно-синей шёрсткой, испачканной какой-то жидкостью сбоку и гривой фиолетово-ультрамаринового оттенка, подошёл к ней чуть ближе. От него несло вонью и перегаром, что не могло не отразиться на выражении мордочки фестралки, испытывающей явную неприязнь. – Приятель, она со мной, так что иди отсюда, – вдруг сердито произнес Рой, которому порядком надоело такое отношение к своей, без малого, подруге. – А ты что ещё за обезьяна, да я тебе… – он замахнулся копытом, стараясь ударить человека, сидящего на стуле. Но не тут-то было, услышав, что человека назвали обезьяной, кобылка тут же вспорхнула со стола, кинувшись на этого жалкого пропойцу. Она повалила его на спину, встав пред ним во всей красе. Её ультрамариновые глаза сияли в приглушенном свете заведения, а большим расправленным крыльям напротив – хватало света, чтобы, проходя сквозь них, он становился насыщенно-багровым. Придавив его к земле, она наступила на его грудь своим копытцем, вдавливая сильнее с каждой попыткой сопротивления. Ярость все ещё закипала в её крови, поэтому, смотря прямо в его глаза, она открыла свою пасть так широко, как только могла, и совершила громкий рык, насколько это может фестрал. В пьяную морду тут же полетели её слюни, пачкая его. От такого он, кажется, даже немного протрезвел. Страх вперемешку с растерянностью вылезли на его довольную ранее морду, являя его трусливую натуру. В Лиале будто бы что-то щелкнуло. Вместо резкой и агрессивной, она вдруг стала озорной и игривой. В баре затихли все посетители, наблюдая за этой сценкой… – Ты ведь понимаешь, что не стоило злить меня и моего друга? – ласково произнесла та, хитро улыбаясь. – Д-да… я… я больше не буду так… – стуча зубами от страха, пролепетал жеребец. – О нет, нет, нет… Нет, милый, так не пойдет, – очаровательно рассмеялась пони. – Ты испортил нам вечер, так где же твои извинения? – с наигранной озадаченностью произнесла фестрал, смотря своими большими глазами прямо в его маленькие и сощуренные от страха. – Ох, Селестия милостивая, прошу, прости меня, я не хотел… – хрипло произнес тот, потому что кобылка сильнее сдавливала его грудь копытцем. – А как же мой друг? Ведь, о ужас! Ты и его тоже обидел! – усмехнулась Лиала. – Прости, прости, я просто обычный пьяница, чего тебе от меня надо! – закричал тот, чувствуя горячее дыхание кобылки на своей шее. Кажется, ей доставляло немалое удовольствие издевательство над ним. – Эх, как же все-таки обидно, что все вы не оставляете мне шанса полакомиться вами… И почему самые отвратительные на вид всегда так манят мой аппетит? – разочарованно произнесла пони, а затем уткнулась в его шею мордочкой, начиная обнюхивать её. – О, да… я чувствую её прямо внутри тебя. Теплая, аппетитная, густая кровь, щедро сдобренная алкоголем для меня… Ох, как же это мило, – рассмеялась та. Она высунула свой длинный язык, проводя им по шее пони, который просто застыл от ужаса. – Лиала, кажется ты немного увле… – попытался вразумить её человек, он положил ей на шею руку, но та слегка отдернулась. – Тс… – зашипела хищница, намекая на то, что должна быть тишина. – Я хочу услышать, почему мне стоит оставлять в живых эту пьянь. Ну же, народ, давайте, дайте мне повод! – захлопала крыльями фестрал, призывая и других подключиться к этому странному представлению. Но никто и слова не вымолвил. – Вот видишь, сладкий мой… – она вновь приблизилась к его шее. – Пожалуйста… – из глаз жеребца покатились слезы. – У… у меня дети… – завыл тот, предчувствуя конец. – Неужели ты думаешь, что это делает тебя выше в моих глазах? – усмехнулась Лиала. – Где-то там сидят твои дети, а ты пьяный пристаешь к кобылкам… ай-ай-ай! – покачала головой та. – Нужен ли твоим детям такой папаша? – она заглянула в его глаза, полные страха и отчаяния. Это сводило её с ума, пьянило её разум, отдавая волю инстинктам. – Я еле пересиливаю себя, чтобы не проткнуть твою сладкую шейку своими зубками, – шепнула в его ушко пони, забавно клацнув клычками. – Да вот думаю, что сделаю тебе и твоим детям слишком большое одолжение… Беги… – отпустила его грудь пони. Почувствовав, что он свободен, жеребец без лишних слов ретировался, кажется, полностью протрезвев. – А вы… что уставились? – сердито произнесла Лиала. Взгляд её сверкающих ультрамариновых глаз пал на всех посетителей, что с опаской поглядывали на фестрала. Но ей было все равно, поэтому она обратно присела на стул рядом с парнем. – Что… что это сейчас было? Лиала? – обомлел человек. Сейчас она была в точности, как и тогда, когда набросилась на него в лесу. Властительная, жестокая, коварная, но вместе с тем озорная, игривая, полная грации и совершенства… Озорная улыбка слезла с её личика, а ушки пони прижались к голове. – Извини, я опять сорвалась… – она опустила свои глаза в пол. – Именно об этом я и говорила тебе… Рой сразу же вспомнил их разговор на той поляне с колодцем. – Это… это было потрясающе! – восхищенно произнес тот, разглядывая пони. – Ч-что? – аж заикнулась та. – Простите, мисс, – обратился к ней официант, высокий земнопони, одетый в ковбойскую жилетку и широкую шляпу, ведь местное заведение было стилизованно под салун. – Это вам от мадам Берри, – он поставил на стол высокий извилистый стакан, наполненный странной желтоватой прозрачной жидкостью, в которой плавали большие красные пузырьки, переливающиеся от нежно-розового до насыщенно красно-темного. – Спа… спасибо… – растерялась та. – А что это? – удивленно произнесла Лиала, осматривая и обнюхивая своим носиком высокий стакан, из которого торчала длинная спиральная трубочка. – Это Блистер, – тут же вымолвил слегка грубоватым голосом высокий жеребец. – Что-то крепкое? – принюхалась та. – Извините, нам не надо. – Что вы, обычный зеленый чай. А эти шарики сделаны из водорослей и наполнены сладким клубничным сиропом, – сходу разъяснил тот. – Попробуйте, не пожалеете, – подмигнув ей, жеребец ушёл обратно к стойке. Пить девушке особо не хотелось, но интерес все же заставил её хотя бы попробовать. Она осторожно притронулась к широкой трубочке, начиная потягивать этот напиток. По началу ничего особенного она не распознала. Обычный слегка подслащенный зеленый чай со льдом, вроде ничего такого. Но когда первый шарик попал в её ротик, она легонько надавила на него, от чего тот лопнул. Сладкая клубничная начинка, смешиваясь с крепковатым, слегка вяжущим рот зеленым чаем давала просто ошеломительный результат. – Вау, это так вкусно! – довольно протянула кобылка, начиная с удовольствием потягивать напиток. – Так все же не пойму, чем я понравилась тебе такая… ну… знаешь? Другая… – Я даже не знаю, это звучит как-то дико, но… но ты была просто великолепна. Идеальный баланс красоты и опасности… Честно, у меня аж мурашки по спине пробежали, когда я наблюдал за тобой. Ты была такой… такой… – хотел было договорить человек, но их прервала подошедшая обратно кобылица. – Извините, друзья, что пришлось так надолго покинуть вас, дела… – подсела к ним Черри Берри. – Как я погляжу у одной кобылки тут есть то, чего у нынешних жеребцов не найти… – усмехнулась та. – Простите, я… я не специально, просто он… – попыталась оправдаться Лиала. – Все в порядке девочка, я весьма рада, что ты дала отпор этому пьянчуге, теперь остальные будут вести себя скромнее, ведь за вами наблюдало немало глаз… Не думаю, что кто-то ещё захочет пройти через подобное. Так что я ещё и должна тебе спасибо сказать, – улыбнулась та. – Итак, теперь, когда мы разобрались со своими делами… – начала мадам Берри. Спустя двадцать минут остался лишь один не выпитый коктейль, остальные два уже давно находились где-то в кобылке и её спутнике. Играла троица в обычного дурака, так, как только в него человек играть и умел. – Можно тебя на пару слов? – процедила сквозь зубы Лиала, чуть придвинувшись к парню. Завершающая игра ещё не началась, но Рой уже был уверен в их проигрыше, потому что, как он понял, Черри была не простым предпринимателем, а профессиональным игроком в карточные игры, а может даже и шулером. Своими, на первый взгляд, неуклюжими копытцами она управлялась куда лучше, тасуя так, как человеку с его руками и не снилось. В её копытцах карты будто бы становились живыми, послушно следуя всем её командам. – Что такое? – шепотом произнес Рой, приблизившись к пони. – Ты вроде бы говорил, что умеешь играть? – сердито нахмурилась кобылка. – Я сказал, что когда-то играл… – нервно сглотнул тот. Несколько капелек пота скатились с его лба, упав прямо на штаны. Рой все ещё был голым выше пояса, но посетителей его вид как-то не особо смущал, скорее наоборот – никто не обращал на него внимания. – Если я не получу свой стейк… – она загадочно улыбнулась, а затем облизнула свои клычки. – Да понял я, но что я могу сделать? – он протер лоб рукой, загладив растрепавшиеся длинноватые волосы. – Кто говорил, что он умный? Вот и придумай что-нибудь! Все, давай… – пони развернулась обратно к кобыле, тасующей карты различными способами, от чего она больше походила на какого-то иллюзиониста, который вот-вот вытащит шестерку буби из вашего рукава.***
Игра была в самом разгаре, накаляя и без того жаркую обстановку. – Ну-ну, ни к чему так волноваться, – усмехнулась пони, смотря на человека, все лицо которого явно изображало волнение. В колоде осталось всего десять карт, в то время как человек имел в своем распоряжении целых восемь, вместо штатных шести, как Черри. – Давай-ка, дружок, ты мне лучше расскажешь что-нибудь о себе, скажем, как ты очутился здесь? – попыталась разрядить эту обстановку кобыла. – Работал в научно-исследовательском центре, а в один прекрасный день коллеги просто обманом сделали меня подопытным кроликом, классика. Да и не такой уж я важной фигурой был, в принципе, что-то рациональное в этом было, меня всегда может заменить такой же человек, в моем нынешнем государстве личность ничего не значит, если не обладает какими-то незаурядными способностями и талантами, – наконец он сделал ход и положил десятку черви на стол. – Хм, интересно… И давно у вас так? – не сказать, чтобы Черри была удивлена, но что-то её явно заинтересовало. А карта человека тут же была отбита шестеркой пик, ведь она была козырной. – Лет восемь, примерно, с тех пор, как попал в плен к Империи и стал её невольным гражданином прошло около восьми лет, да… – задумчиво припомнил Рой. Не сказать, что это были самые приятные воспоминания в его жизни, но и далеко не самые худшие. Отыгравшие свое карты отправились к другим, а на стол легла дама треф. – Восемь лет ты был узником в другом государстве? – теперь уже чуть удивленно произнесла пони, карту которой все ещё разглядывал человек. – Не совсем, меня, в принципе, никто и не держал. Просто пути назад мне уже точно не было, – почесал затылок парень. – Это почему? – подключилась Лиала, которая да этого тихо лежала на столе головой, думая о своем. – Посчитали бы изменником или шпионом, а в так называемой “Свободной Республике”, – человек сделал акцент на слова “Свободной”, - с такими не церемонятся. Если не считать тоталитарного режима власти, то в Объединённой империи было куда лучше. В то время, как остальные группы прошлых сил сопротивления более походили на дикарей, – глубоко вздохнул человек, вспоминая, как нелегко ему приходилось во время войны, в которую он попал ещё совсем пацаном. – Почему ты так просто говоришь об этом? Будто бы ты вовсе и не жил те восемь лет… – слегка сощурилась Черри. У неё был нюх на вранье, но при всем том, что говорил человек, она не могла понять, правда это или ложь. – Можно сказать, что это и не совсем я был. Мы делали инъекции специальной сыворотки, которая угнетает эмоции. Я… даже не знаю, сам не могу понять, что я чувствовал все это время, я будто бы и не жил тогда… – только сейчас парень, кажется, осознал, что он сейчас не под “Тринити”. Что он может чувствовать что-то и вообще… – Как странно… – он взглянул на свои карты. – Я будто бы совсем разучился чувствовать что-то… Даже не знаю, что мне чувствовать из этого… – он положил поверх её дамы треф десятку пик. Обе пони были в неком ступоре. Лиала, потому что думала, что он по своей воле принимал эту гадость, а Берри, потому что сам факт того, что восемь лет чьей-то жизни были лишены эмоций, заставлял содрогнуться. – Бито, – в обычной своей манере произнес человек, негромко зевнув. Странно, но сейчас ему как никогда хотелось забыться. После всех этих разговоров внутри него бушевала какая-то странная, доселе неизвестная или просто хорошо забытая обида. Разумом он понимал, что это глупо и его жизнь, как индивида, для целой империи ничего не стоит, но что-то внутри него заставляло его питать ненависть к этим “людям”. Не сказать, чтобы они до этого просто играли в тишине, но это были, в основном, безобидные вопросы, которые не вызывали какого-то шока, как то, что поведал чуть подвыпивший человек. Дело было не в том, что он выпил много, просто он пил на пустой желудок, да и организм давно алкоголя не видал. На стол легла бубновая восьмерка – самая мелкая карта, что была у парня. – Рой, но ведь это… это ужасно, – Лиала притронулась копытцем к его боку, как-то жалобно взглянув на того. Пусть она и была служивым, но жестокости таких масштабов пони не видали никогда, хотя в далекие темные времена кровопролитные войны, безжалостные убийства и предательства были для них обычным делом. – Невероятно… – выдала свое удивление его соперник. Даже для кобылы, видавшей далеко не самые хорошие вещи, которые, порой, можно было представить себе лишь в кошмарах, это был шок. – Давайте просто сменим тему? – вдруг выдал человек. – Мне сейчас за долгое время впервые хорошо, я не хотел бы омрачать этот момент. Между тремя повисло неловкое молчание, и лишь шелест карт и звуки постояльцев заведение хоть как-то разряжали обстановку. Через несколько ходов у обоих осталось по две карты, однако человек с момента, когда кончилась основная колода, понял, что победа ему не светит. Он вел подсчет и точно знал, что у Черри сейчас король буби и туз пик. А он в свою очередь располагал лишь дамой черви и бубновым валетом. – Что же… – не дожидаясь хода кобылицы, произнес парень. – Извини, Лиала, но я проиграл… – обратился он к пони рядом, что оживленно наблюдала за игрой, предвкушая свой стейк. – С чего ты взял? – вдруг произнесла кобылица, вишневые прядки гривы которой ей пришлось сдуть с мордочки. – Вы прекрасно знаете с чего… – он сбросил карты и потянулся к коктейлю, чтобы завершить это. Но вдруг копыто Черри стукнуло по его руке, перехватив сосуд с подноса. – Можете заказывать, что пожелаете… – тяжело вздохнула та. – Ч-что… что это значит? – удивленно посмотрел на ту человек. – Я ведь проиграл, а значит… – Уговор был на то, что, если я выпью это, – она покрутила в копытцах коктейль, – вы будете обслужены за мой счет, так что… – она осторожно притронулась губами к стеклянному бокалу, начиная отпивать крепкое содержимое. – Ура! – крикнула пони. – Спасибо тебе, спасибо! – она подскочила на табуретке, вцепившись копытами в шею человека и чмокнула его в лоб. Через мгновение Лиала уже была у стойки для заказов. Пред кобылкой предстала большая деревянная стойка из красного дерева, на которой уже красовалась знакомая вывеска и рисунками. За ней на высоком стуле сидел тот самый жеребец-земнопони, что и приносил им заказы. – Здравствуйте, не думала, что вы ещё и кассиром работаете, – усмехнулась та. – Скорее наоборот – я не работаю официантом, обычно, – улыбнулся Лиале жеребец, на нем красовалась большая ковбойская шляпа, которая хорошо дополняла его жилет. – Просто все заняты были, а клиены либо уже валяются на полу, либо уже все заказали, – рассмеялся пони. – Что бы вы хотели? – Большой стейк с кровью, пожалуйста и два… как их там… та штука, что вы приносили мне… – все не могла вспомнить название девушка. – Блистер? Тот что с клубникой? – кажется понял её пони. – Да-да, он самый, – радостно произнесла та. – Кстати, у нас есть разные вкусы: клубника, черника, киви, апельсин. Может что-то из этого хотите? – добавил жеребец-ковбой. – Ну давайте один с клубникой и один с черникой, думаю другу понравится, – вспомнила о человеке та и обернулась. Тот лишь заинтересованно болтал о чем-то с Черри, придвинувшись к ней поближе. – С вас двадцать четыре бита, – вывел её из ступора голос кассира. – Запишите на Черри, она сказала, что сегодня за её счет, – как-то неловко произнесла Лиала. Даже так было как-то стыдно брать что-то за чужие деньги, даже если она и была владельцем этого заведения. – Неужели вам удалось обыграть её? – ошеломленно произнес тот. – Мадам!.. – обратился он к Черри, что оживленно разговаривала с Роем, но она на полуслове повернулась и кивнула ему, подтверждая сказанное кобылкой. – Не верится даже… – жеребец снял шляпу и помахал на себя, отходя от удивления. – Ещё никому не удавалось обыграть Мадам Черри. – Мы, как бы это сказать, и не победили, она сама выпила последний коктейль, хоть мы и проиграли… – усмехнулась пони. – Фух… – выдохнул жеребец. – Это хорошо, потому что у меня на год пари с поваром, что, если мадам хоть раз проиграет, я отдам ему весь свой месячный оклад. Но пока она выигрывает, я могу уплетать три любых блюда в день, – жеребец рассмеялся. – А неплохо вы того бедолагу отделали! Никогда не видел фестрала в действии, – уже без смеха произнес тот. – Ух, и не напоминайте, мне так стыдно, но он вывел меня из себя… – чуть стушевалась Лиала. – Не стоит, вы сделали правильно, пусть даже и переборщили немного… – разговор был прерван звоном небольшого звоночка у окна в кухню, через которое уже показался стейк для пони…***
– Вы говорили, что вы Эквестрии есть ещё люди? – вдруг прервал неловкое молчание человек. За столом сидел лишь он и кобылица, это было в то время, как Лиала только ушла заказывать. – Да, но всего один человек, – чуть подумав, ответила та. – И… и как он оказался здесь? – это действительно был интересный вопрос, если учесть, что невероятная случайность определила дальнейшую судьбу Роя, не говоря уже о том, как ему повезло, что он не только благополучно совершил квантовую телепортацию, но ещё и остался цел. – Если честно, я не знаю точно, но говорят, что он попал сюда после смерти… – шепотом произнесла Черри. – Что за глупости? – удивился человек. – Если бы все было так просто, у вас бы тут не один миллиард людей был, даже если учесть, что шансы ничтожно малы, – добавил он же. – Откуда он? – Насколько я знаю, он из мира, под названием Земля, – она придвинулась чуть ближе к парню, который заинтересованно слушал её. В тот же момент рой заметил, как странно покосилась на них Лиала. – Земля – это не мир, а планета. И я могу абсолютно точно сказать, что он не оттуда, – с нескрываемой самоуверенностью произнес Рой. – Почему же? – удивленно произнесла пони. – Потому что Земли уже как целое столетие не существует. На протяжении пятисот лет Земля была пристанищем для инопланетных беженцев, а людей там практически не было, а потом даже они покинули её, потому что солнце начало коллапсировать в сверхновую, ну, а потом оно взорвалось и… В общем, врет ваш человек, если ему, конечно же, лет не двести. – Значит ваше солнце взорвалось и уничтожило ваш дом? – теперь она была ещё больше впечатлена познаниями Роя о своем мире, но вместе с тем и невероятно удивлена таким фактам, хотя она поняла и не все, что он сказал. – Ты в этом уверен? – Абсолютно, но пока что нет причин волноваться, ведь я намерен лично встретиться с ним, может быть всплывут факты, о которых я не знаю, – естественно парень собирался встретиться с ним, однако, он был явно уверен в том, что его собрат что-то скрывал от здешних разумных видов, разве что он не путешествовал во времени, но это невозможно, в чем Рой был абсолютно уверен. – А вот и я! – послышался радостный голосок Лиалы, которая несла на голове поднос с своим угощением. – Эй, Лиала, осторожнее, ты же сейчас… – подскочил человек. Поднос завалился на бок, но пони видимо этого и хотела, она тут же схватила его, так что он даже не успел наклониться настолько, чтобы соус вылился из чашки и вылился на пол. – Ты, видимо, ещё не понял с кем имеешь дело, да? – усмехнулась та. Глядя на неё, Черри тоже рассмеялась. – Что же, не буду мешать вам, когда закончите, спросите у Хуфф Стомпа, он покажет вам ваш номер, – зевнув, Черри встала из-за столика, направляясь к выходу. – С…спасибо… – как-то неловко проговорил человек. Его удивил альтруистичный поступок этой кобылицы, которой, в принципе, не должно было быть никакого толку до каких-то бедных путников. Но та лишь рассмеялась, не оборачиваясь. – А кто такой этот Хуфф Стомп? – жадно впившись в кусок мяса, произнесла Лиала, но эти звуки, отдаленно все же Рой разобрал, и не только он… – Это я, – ответил на её вопрос подоспевший пони. Тот самый, что обслужил кобылку. Он принес те самые блистеры, что она заказала. – Спасибо… – протянул человек, понимая, что Лиала заказала и ему эту штуку. – А вы ничего не желаете? – поинтересовался жеребец, поставив поднос на столик. – Вообще-то нет… – хотел было отказаться человек, но глупо было признавать, что он не голоден, ведь есть ох хотел, и хотел сильно и давно. – У вас есть омлет?***
Уже было около полуночи, когда оба, наконец, насытились и собрались отдохнуть. Хуфф Стопм отвел их к небольшому номеру, как сказал сам жеребец, он был предназначен для персонала, не имеющего личного жилища, но сейчас таких здесь нет, поэтому Черри так просто и предоставила им эту комнатушку. В принципе, она была неплохой, если не считать немного запылившийся письменный стол в углу и треснувшее оконце под потолком, ведь это был подвальный этаж. – Погоди, она что, издевается? – только сейчас Лиала увидела одну странность, в комнате была всего одна кровать, хотя и двуместная. – А что не так? – не то, чтобы ему не было неловко, просто он не видел ничего сверхужасного в сложившейся ситуации. – Ну ляжем спинами друг к другу, в чем проблема-то? – Да я не об этом, она что, думает, что мы… пара? – покраснела кобылка. – Лиала, ты несешь какую-то чепуху, нам дали бесплатный номер и накормили, с чего ты взяла, что ей захотелось бы поиздеваться над нами? Скорее всего других таких номеров нет, – Рой присел на край кровати, слегка покачавшись на нем. – А что, вполне мягкая… – Хотя… что-то я действительно сглупила, радоваться же надо, – улыбнулась та. В номере была даже небольшая ванная комнатка, которой поспешил воспользоваться человек, чтобы смыть с себя высохший пот, который накопился на нем за все это время. К его удивлению, залежавшиеся у сушилки полотенца были вполне пригодны, а на полочке даже остался небольшой кусочек мыла и флакон шампуня. Ну, а Лиала в это время всполоснула копытца в ведре, предварительно набранном, пока человек не ушел мыться. Так странно она себя ещё никогда не ощущала. И дело было совсем не в том алкогольном коктейле, что ей пришлось выпить из-за их первого поражения. Он ведь был таким маленьким и всего одним. Просто впервые за эти месяцы она чувствовала себя не такой, а точнее, совершенно не одинокой, впервые она ожидала кого-то, и знала, что он точно придет. Пони залезла на кровать и уткнулась мордочкой в подушку. Впервые за долгое время она лежала на более-менее мягком матрасе, а не на жесткой земле. Впервые в желудке ощущалась приятная наполненность, но при этом она не чувствовала себя каким-то чудовищем. – И ведь все благодаря этому чудику… – усмехнулась пони. – Может он и впрямь не такой уж и плохой? – и действительно, ведь, если бы не он, вряд ли бы череда этих событий привела её в этот номер. Вдруг дверь в ванную отворилась, и в ней показался Рой. Вокруг его пояса было обернуто большое белое полотенце, а сам он натирал свою голову полотенчиком поменьше. – Извини, тут задвижка сломана, из-за сквозняка, наверное, открылась, – слегка смутился человек, глядя на пони, но та плашмя валялась на кровати, не подавая признаков жизни. – Лиала, все хорошо? – немного обеспокоенно поинтересовался парень, заканчивая вытирать волосы. – Да, вполне, просто устала немного, – пони потянулась, забавно высунув язык, а затем перевернулась, раскинув ноги в стороны. – Слушай, я тут подумала, а почему мы друг друга понимаем? Ну, в смысле, наверняка у вас был свой язык, откуда ты знаешь Эквестрийское наречие? – чуть приподняла голову та, заметив, что человек почему-то странно пялится на неё. – Эй, ты чего? – Я? – поднял на уровень её глаз взгляд Рой. – Да нет ничего, просто… – но тут до пони дошло, что раскинула она все ноги, лежа прямо напротив парня, вышедшего из ванной, а значит она… – Ничего? Ничего! Да я тебе сейчас покажу, ничего, извращенец! – она кинулась на человека, но тот успел забежать обратно и подпереть собой дверь. – Лиала, успокойся, я просто… – пытался как-то оправдаться человек, но ничего не приходило в голову, ведь он действительно пялился на её… кобыльи прелести, причем не специально, просто взгляд вдруг зацепился. – Неужели я виноват, что ты расхаживаешь голая? – Ах, так это ещё и я виновата? Ну, сейчас я из тебя все выбью! – грозно зашипела пони, от чего человеку почему-то стало смешно. Она и впрямь была весьма милой, когда злилась, ну… по крайней мере до момента, пока у неё не срывало крышу, как сегодня в том заведении. Пол в ванной был скользкий, а от напора сильной кобылы парень начинал сдавать позиции, скользя ногами по полу. – Слушай, прекрати, мы же дверь сейчас вышибем, давай я выйду, и мы спокойно разберемся, – пытался уговорить разъяренную пони человек. – Ну что же, выходи дава… – пони ослабила напор на дверь, чуть отойдя от неё и не успела даже договорить, как она вдруг распахнулась и из неё вылетел человек, который, схватив её под передние ноги, полетел прямо на кровать, придавив собственным телом. Как он и ожидал, такая молниеносная атака шокировала Лиалу, от чего ту вообще парализовало. Именно сейчас, лежа на ней он ощущал её чудесную бархатную шерстку, которая, трясь о его кожу, вызывала какие-то странные ощущения. – Ты… ты чего… – смущенно проговорила пони, оказавшись прижатой практически голым человеком к мягкой кровати. Её пыл сразу поубавился, а щеки залились краской. – Извини, конечно, но я уже видел, какая ты страшная в гневе, поэтому прошу тебя, успокойся… – он сильно, но в меру, давил своим телом на пони, руками придерживая передние копытца. – Отпусти меня, дурак… – чуть брыкнулась кобылка. – Будь я в гневе, я бы не стала ломиться к тебе в ванную, а терпеливо ждала бы, пока ты выйдешь, а потом прикончила, а так я хотела дать тебе пару оплеух и все! – вдруг она почувствовала, что человек ослабил давление и слез с неё. – Надеюсь, ты не так сильно на меня злишься… – отползая к краю кровати, нервно улыбнулся Рой. – Лиала, прости, но я и вправду не хотел делать этого, просто так вышло… – добавил тот. – Эх, ладно, думаю, у меня будет ещё море шансов прикончить тебя… – хищно оскалилась та, клацнув зубами в его сторону, от чего Рой дрогнул. – Ты такой забавный, прямо как ребенок. Неужели ты думал, что я и впрямь тебе убью? – усмехнулась та. – Вообще-то… – почесал затылок парень. – Я думал ты меня неплохо так отделаешь за такое, – стыдливо смотря ей в глаза, произнес он. – Ну ты и дурак, – рассмеялась кобылка. – Кто же за такое избивает? Ну может пару раз бы стукнула тебя, но не на полном серьезе же… – Я думал… думал ты сильно переживаешь из-за этого… – смущенно произнес Рой. – Вообще-то это не очень приятно, но, что поделать, не для того я тебя из леса тащила, чтобы прибить в какой-то гостинице. Через пару минут, когда они разобрались со своими проблемами, оба легли на кровать, а свет, который излучала небольшая люстра с тремя плафонами, из которых работало только два, был погашен. Они лежали спинами друг к другу, укрывшись одним большим одеялом, потому что тут было далеко не жарко. Это было странно… очень… Парень просто лежал и пытался понять, что его терзает. Он находил что-то странное в этой пони, что-то весьма и весьма притягивающее его. Но не как девушку, нет, об этом он даже не задумывался. Это ведь была пони, черт возьми. Маленькая, чудная и милая, прямо как красивая детская игрушка. Но Лиала была далеко не игрушкой, что так же понимал Рой. Будь она просто милой, ему не было бы никакого дела до этой лошадки, но в фестралке его привлекало совершенно иное. Её поведение было таким странным, таким… таким иррациональным и непредсказуемым, но больше всего его манила потаенная сторона её личности. В том заведении, тогда он увидел её полностью. Такой, какой она была по сути – жестоким хищником, однако жестокость никак не влияла на наличие в её поведении какой-то изюминки, той самой, что заставляла её играться со своей жертвой. Было в этой кобыле что-то своеобразное и непостижимое, что-то такое, что манило человека, но не как парня, а как исследователя. В это же время не спалось и самой Лиале, она просто лежала и не могла понять одной вещи. Сначала он говорит, что она совершенно безразлична ему в плане девушки, скорее даже противна, но потом он засматривается между её задних ног. И как она должна была понимать это? Удивительно, как много всяких мыслей приходило им на ум, но в основном парочка, прямо или косвенно, рассуждала друг о друге, пытаясь понять, что же они хотят друг от друга. – Лиала… – прошептал человек, перевернувшись на спину, вглядываясь в потолок. – Что? – так же перешла на шепот кобылка. – Тоже не спится? – он заметил, что и пони перевернулась на другой бок, недовольно взглянув на него. – Сам-то как думаешь? Да, не спится, а что ты хотел? – она устало прикрыла глаза, хотя это особо и не помогало заснуть. – Я тут подумал над твоим вопросом и понял, что это вообще невозможно… – широко открыв глаза, произнес Рой. – Ну, про различие языков. – Не могли же два вида, развивающихся изолированно друг от друга, придумать абсолютно идентичный язык, не говоря уже о диалекте, – он просто смотрел в низкий потолок и понимал, как многого ещё не постиг в этой вселенной. Ведь, казалось бы, люди уже давно умеют передвигаться по всей галактике и целые звезды превращать в энегростанции, строя вокруг них плотную сферу из спутников. – Должно быть это магия… – оставался только этот вариант, именно поэтому она и произнесла это. – Ну да, магия, как же… А, ну да… – сначала рассмеялся человек, а потом понял, что это действительно возможно в этом мире. Повисло неловкое молчание, им было не о чем говорить больше, но говорить все равно хотелось. На улице отчетливо слышалось завывание сильного северного ветра и стук колес экипажей такси. – Слушай, Лиала, извини за нескромный вопрос, но можно тебя приобнять? – вдруг выдал человек, повернувшись к ней. – Что, прости? – сконфузилась от такого пони. Она смотрела в его покрасневшие, широко раскрытые и безумные глаза, в которых читалась явная усталость. – Все не могу забыть это странное чувство, когда я к твоей шерстке прикоснулся… Она такая мягкая и приятная… Можно? Ну пожалуйста! – протянул руку к груди пони парень. – Эм, ну ладно, – она, конечно не какое-нибудь животное, чтобы давать себя вот так просто гладить, но почему-то сейчас она была совсем не против, тем более, что ей и самой были весьма приятны прикосновения его ловких рук, покрытых теплой и мягкой кожей. Пони перевернулась на спину, а человек осторожно прикоснулся к её мохнатой грудке ладонью, осторожно начиная водить ладонью к шее и обратно. Так странно, но от его приятных поглаживаний Лиала так сильно расслабилась, что вот-вот была готова заснуть, чувствуя теплую негу во всем теле. Заметив, что пони притихла, он прилег чуть поближе, приобняв её и уткнулся головой в её чудесную ароматную гриву. Не сказать, что ему была так важна эта пони, все дело было в ощущениях, которые он получал от этого процесса. Из-за долгого отсутствия чувств и эмоций, как таковых, изучение каждого нового чувства и ощущения, недоступных ему ранее, было настоящим чудом, в которое человек до сих пор не мог поверить, от чего испытывал невероятную радость, каждый раз прикасаясь к Лиале. Но вскоре он заснул, как и сама пони, так и не выпустив её из своих объятий.
