Новые открытия
9 мая 2018 г., 19:09
Помещение просторной комнатушки Строука ярко заливал свет красивой золотой люстры, а также яркие солнечные лучи, пробивающиеся сквозь распахнутое оконце, шторки которого колыхал легкий ветер с улицы. В воздухе, несмотря на проветривание, стоял стойкий и терпкий запах канифоли, приходящийся по вкусу всем радиолюбителям. Долго же Рой не чуял этого аромата, можно сказать с юности… А комната у пегаса была прямо-таки типичной мальчишеской мечтой — большой стол у левой от входа стены, но он был необычный, а как бы вмонтированным между шкафом с двумя большими ящиками в нижнем отделе и такой же как и шкаф по высоте стойкой для полок с большим отделением для хранения снизу с открывающейся дверцей. Так как сам стол держался за счет его «соседей», место под ним так же представляло собой хранилище всяких «нужных» и очень «важных» вещей типа коробок и всяких громоздких штуковин. По обе стороны от окна на стенах висели небольшие, но широкие полки, на которых стояли различные фигурки из чего-то напоминающего полимерную глину. Будучи скорее всего самодельными, изображали они, по всей видимости, любимых героев Строука, напоминая типичных супергероев, большинство из которых имело обличия пони. Остальное место занимала одноместная раскладывающаяся диван-кровать, тумбочка, шкаф для одежды и пара небольших ящиков по сторонам от двери, наполненных неизвестным металлическим барахлом, которое, похоже, тот тащил с улицы. Все это умещалось в небольшой, но весьма комфортной и уютной комнате, создающей атмосферу простора для творчества.
— О… вы уже здесь! — вдруг произнес Строук, услышав звук вошедшего человека.
Пегас оторвался от своего занятия, а именно спаивания тонких медных и цинковых пластинок с небольшими медными проводками.
— Кажется… мне стоило постучать? — слегка задумался тот. От пребывания в этом доме складывалось странное впечатление. Здесь было настолько уютно… настолько тепло… Конечно, это были всего лишь безобидные глупые мысли, но почему-то он раздумывал о том, что он и сам не прочь иметь такой же дом, однако что-то внутри явно говорило ему, что даже будь у него такое же здание, так хорошо бы в нем он себя не чувствовал, будто бы что-то выбивалось из картины… чего-то не хватало, однако «чего?» он не знал.
— Да нет, все нормально! — встрепенулся тот, слегка качнув крыльями, а затем приглашающе махнул человеку копытом. На голове пегаса красовались большие, по всей видимости, инженерные очки с тремя кожаными ремешками для фиксации на голове. В них был встроен небольшой налобный фонарик и набор увеличительных линз, подключаемых при необходимости. Однако было видно, что малышу они ещё великоваты. Очки то и дело сползали с его головы, стоило только ему подтянуть их.
— Неплохо… — рассматривая с любопытством комнату, произнес парень. В детстве он бы, наверное, отдал бы все за подобный уголок, ведь здесь было все, о чем только можно было мечтать, но при этом ничего необычного и непомерно дорогого.
— Хорошие очки, кто-то подарил? — поинтересовался Рой.
— Нет, не подарили. Это очки отца, он никогда с ними не расставался, все командировки с ними проездил, а в эту почему-то мне их оставил… Сказал, что я уже достаточно взрослый, чтобы доверить мне такую важную вещь, только вот все равно не пойму… для чего?.. — вновь задумался тот, почувствовав запах канифоли, которая уже начинала разъедаться жалом паяльника.
— А часто он того — уезжает? — поинтересовался человек, глядя на его работу. Несколько узких, но длинных медных и цинковых пластинок отдельно друг от друга были обезжирены и спаяны с медными проводами.
На столе помимо большого листа миллиметровой бумаги, на которой творился некий творческий беспорядок, стоял стакан свежего молока, блюдце с шоколадным печеньем, нотки которого улавливались даже сквозь горькую канифоль и пара яблок. Тут то до него начало кое-что доходить… Яблоки, пара медных пластинок, провода — не уж то он решил сделать фруктовую батарейку?
— Достаточно, раз в четыре месяца уезжает на пару недель…, а ведь он обещал, что мы сделаем проект вместе! — раздосадовано произнес тот, а затем выдохнул. — Хотя… — лукаво взглянул на человека тот. — Он не совсем уж и не выполнил обещание, но все равно обидно.
— Думаю, этим поступком он хотел сказать не только о том, что доверяет тебе, может он хотел извиниться? Взрослым часто приходится менять свои планы, причем обычно не по собственному желанию. Думаю, у него очень важная работа… — заключил Рой, повертев в руках яблоко.
— Он инженер-архитектор, сейчас в Кристальной империи… Ты прав, это в любом случае важнее чем какая-то там школьная ярмарка, — чуть приободрился жеребчик.
— Думаю твоя ярмарка тоже была для него очень важной, — сам того не заметил, как слегка улыбнулся ему человек.
Но Строук лишь молчаливо кивнул, опять готовясь напялить свои очки, но Рой прервал его, слегка пристукнув яблоком о стол.
— Дай угадаю, ты решил добыть из яблок электричество? — положив его на место, произнес парень.
— Электричество из яблок? — недоумевая, взглянул жеребенок на того. — А может тогда сразу и вулкан на соде и уксусе с пищевым красителем? Ну прям детский сад какой-то… — смышленый жеребенок опять вернулся к работе. — Наш с отцом проект… — он указал на высокий аппарат под полками. — Он почти готов, осталось лишь разрядник подправить.
— Погоди… вы что… вы собрали трансформатор Теслы? — удивился человек, глядя на характерную вторичную обмотку в виде тороида, размещенной поверх первичной медной.
— Какой ещё «Теслы»? — недоумевая, произнес Строук. — Это называется… эм… высокочастотный резонан… резонансный трансформатор на роторном промежутке, во! Отец так его называл, — пони спрыгнул со стула, прихватив с собой небольшой диск для разрядника, на котором были размещены четыре медных электрода из пластин. — Должно сработать… — чуть неуверенно произнес тот, подойдя к небольшой, но высокой конструкции, а затем принялся накручивать диск на мотор, которые вместе становились разрядником этой странной машины.
— Оу, схема на дросселях? Умно, я часто видел, как на таких штуках коротит обмотки из-за утечки напряжения, — человек и вправду был удивлен, его мнение о народе пони изменилось в куда лучшую сторону, осознание того, что они не только освоили подобные технологии, но уже и мастерят их на научные школьные выставки, наводило его на мысль, что эти лошадки могут похвастаться более продвинутыми образцами техники, хотя, катушка Теслы выглядела примитивной, прямо как те, что когда-то на земле люди использовали для увеселения, а не для реальной пользы.
— Мы собрали эту штуку из всего, что было под копытами. Проволока для катушек и высокочастотных фильтров была взята от старых электродвигателей, электронные элементы я выпаивал из старых ненужных плат, которые мне давал отец, а в качестве источника питания два силовых трансформатора от старых микроволновок, которые мы нашли на помойке… — восторженно рассказывал жеребенок, чуть смутившись под конец.
— Хех, знал бы ты откуда я доставал компоненты для своих безделушек, парень… Это была гигантская свалка на месте бывшего цента связи. Каждый поход туда был… ну… как лотерея? Никогда не знаешь, что будет под листом обшивки или полимерной панелью, а быть там могло все, что угодно. От фрагмента мирадиевого проводника до разбитой капсулой с ртутью или радиоактивных отходов… — усмехнувшись, произнёс тот, глядя каким ошарашенным стало выражение мордочки жеребенка.
— Да ладно тебе… знаю, звучит ужасно, но, как видишь, я вроде жив, — похлопав себя по груди и коленям, произнес человек.
— А откуда вы вообще? — отшатнувшись от машины, произнес Строук.
— Хотел бы и я знать, — присел на пол рядом с катушкой человек, начав внимательнее осматривать структуру. — Возможно с другой планеты, а возможно даже и галактики. Не исключено, что и из другого измерения.
— Дай-ка отвёртку и ключ на пятерку, — прищурившись, произнес парень.
Приподнявшееся солнце слегка задевало его встрепанные волосы, пробиваясь лучами сквозь легкий тюль на окне. А канифолевый аромат потихоньку начал выветриваться из помещения, ведь паяльник уже был давно выключен.
— Измерения? — удивленно произнес пони, подвинув ему небольшой ящик с инструментами, в котором уже капался человек. — Это типа… как единороги умеют?
— Не знаю, что там умеют единороги… — начал Рой. — Погоди, а почему… — человек задумался, несколько минут почесывая затылок, переводя взгляд то на нижний ярус фанерной конструкции, то на первый контур.
— Почему контурный конденсатор так соединен с фильтрами? Если ты запустишь это, произойдет замыкание, МОТам сразу придет конец, а остаточное напряжение утечет через искровик прямо на первичную обмотку и замкнет её со второй. — взглянув на недоумевающего жеребенка, произнес тот, продолжая копаться в устройстве этой машины, которое было уме отчасти неясно. То ли дело было в разных физических законах, то ли компоненты здесь работают по-другому, а может сборка была неправильной? Кто знает?
— Строук, я не доверяю этой схеме. У тебя есть какой-то сборочный чертеж или типа того? — заинтересованно произнес Рой.
Подумав немного, жеребенок куда-то ускакал и уже через мгновение вернулся с большой миллиметровкой в зубах, где была обрисована эта адская машина вместо с принципом работы и комментариями отца мальчика.
— Эм… — что это за символы? — удивился тот.
— Ну ты даешь, — усмехнулся Строук. — Это же новый эквестрийский. Как можно не знать языка, на котором ты разговариваешь? — недоумевая, добавил юный инженер.
— Стой, стой… — развел руками мужчина, глядя на эти каракули, похожие больше рисунки, чем на язык.
— Ты хочешь сказать, я говорю на этом? — пальцем он ткнул в символ, похожий на подкову. — Я разговариваю на стандарт… — вдруг в глазах человека все поплыло. — Что происходит… — он выронил из рук отвертку, попытавшись встать, но теперь кроме обычной мутной темноты в глазах что-то сверкнуло.
«Протокол «гамма» инициализирован» — гласила огромная надпись голубыми буквами перед глазами человека.
— Какой к черту протокол? — громко произнес человек, попятившись назад, от чего тут же упал спиной на пол.
— Эй, что с тобой, — подскочил к нему жеребенок.
Надпись очень скоро исчезла.
«Регистрация изменений…» — заместо больших букв перед глазами, появилось в левом верхнем углу обзора.
«Обновление списка периферийных устройств…» — перед его глазами предстало несколько сводных таблиц, обновляющих свое содержание, преобразуя его в простую инфографику.
— Центральная шина нейроинтерфейса — незначительные повреждения, реконфигурация в процессе.
— Доступ у ЦИМ — нет ответа, повторный запрос через 5 секунд.
— Перераспределение сенсорной топологии — успешно, перезагрузка в процессе.
— Репликация нанитов — в процессе, ожидаемое время завершения операции — 26 часов.
— Дублирование нейронных связей, реконфигурация речевого центра, — отменено, необходим анализ.
— Обнаружен протез сетчатки… реконфигурация устройства — в процессе.
— Внутрителесные датчики широкого спектра — перезапуск в процессе.
Рой успел разглядеть множество всяких разных строчек и узнать об устройствах в своем теле, о которых он слышал вообще впервые. Например, он знал о сетчатке, которую ему заменили ещё в детстве, после отслоения родной. Но там было ещё очень много непонятных ему устройств.
— Рой, что с тобой? — вскрикнул жеребенок рядом, на которого человек тут же перевел взгляд.
«Объект №4 Физер Строук. Возраст: неизвестно. Рост: 62,58 сантиметров. Особые приметы…» — «нацелившись» на него взглядом, человек увидел, как система тут же начала сканировать пони, начиная доставать из памяти все связанные с ним моменты, тут же выводя информацию в отдельном поле.
«Реконфигурация центральной шины завершена, необходима перезагрузка ЦНС.»
— Прекрати это, — схватившись за голову, произнес человек. — Что за… тело мгновенно онемело, и он упал на пол, даже не в состоянии пошевелиться. Глаза сами собой закрылись и сознание померкло.
***
Пользователь: Рой Вэндел. Личный Ай-ди: 21485 — приятный женский голос прозвучал со всех сторон. Человек находился… неизвестно, где он находился. Вокруг была лишь кромешная и неестественная тьма… Гладкий каменный пол под ногами и огромный голографический интерфейс, плывущий в воздухе — вот, что предстало перед ним. Ярко-голубоватое свечение слегка резало глаза… резало бы, но все это было нереально. Это первое, что понял парень. — Личность подтверждена. Подтвердите запуск последовательности загрузки базовых систем… «Ожидание ввода» — вырисовалось на интерфейсе. — Что здесь происходит? — недовольно произнес пользователь. — Синхронизация с центральной магистралью не происходила на протяжении трех дней. Визуальные системы не нашли сходства планеты, на которой вы находитесь, её флоры и/или фауны, с планетами зарегистрированными в базах данных Империи, — произнес приятный женский голос со всех сторон. — И что с того? — удивился человек. — Протокол «Гамма» определяет следующие положения… — в руках человека появился тонкий и гладкий черный планшет, на котором перелистывались системой какие-то документы, найдя нужное, она остановилась и выделила фрагмент для удобства. «В случае принятия пользовательского соглашения, Zelwan Nanite Systems сохраняет за собой право внедрения в ваши личные надстройки протокола «Гамма». Протокол переходит в активное состояние, если системой были распознаны чрезвычайно важные объекты для исследования и/или ресурсы, представляющие высокий интерес для сбора, а также ранее неизвестные биологические и небиологические формы жизни, ранее не зарегистрированные в официальных архивах. Так же протокол «Гамма» вступает в силу экстренных ситуациях, связанных со смертельным риском для носителя, конечное использование и/или активация базовых функций возлагается на распределенную нейроморфную систему» — Реконфигурация нанитов была активирована тридцать шесть часов назад, когда было обнаружено, что вы покинули сектор действия информационной магистрали. Однако лишь сейчас я имею доступное количество средств, чтобы связаться с вашими нервными центрами напрямую, так как большая часть нанитов была выведена из строя жестким электромагнитным излучением, еще часть была утеряна из-за кровопотери. Все доступные наниты были заняты сбором и дезактивацией дефектных и нерабочих единиц, которые могли стать причиной сильной токсикации организма наночастицами. — Во-первых, я никогда не подписывал подобные документы, — недоумевая, произнес Рой, вскидывая одну из рук от недоумения. — Во-вторых, эти формы жизни не представляют серьезного интереса для исследования, если исходить из моих наблюдений. Их цивилизация даже не владеет технологиями орбитального позиционирования, о чем вы вообще? — добавил тот. — Данный документ был подписан вами двадцать четвертого июля трех тысяча двадцать девятого года, — на планшете тут же был показана его подпись на официальном соглашении с услугами, предоставленными компанией Zelwan и ей политикой. — Но…, но это невозможно. Я не помню этого! — руки человека затряслись, планшет выпал из них и, так и не ударившись о пол, исчез в воздухе. — И тем не менее, вы его подписали. Также, вы принимаете Тринити, одними из побочных эффектов которого является: тошнота, галлюцинации, временное помутнение рассудка, чрезмерная рассеянность, провалы в долгосрочной и краткосрочной памяти, беспричинное чувство эйфории, сменяющееся невыносимой болью и так далее… — показала система на экране огромный список противопоказаний и побочных эффектов принимаемого человеком препарата. — Также, местные формы жизни не представляют интереса, в то время как вещество, которое было опознано вами, как «золото», судя по образцам, взятым во время вашего тактильного контакта с образцом «монета», показывают, что это ни что иное, как карит. — Карит? — возмутился человек. — Невозможно, это ведь один из самых редких элементов во всей вселенной, он никогда не встречается на планетах с атмосферой! — будто бы пытался поспорить с бездушной машиной тот. — Поэтому образец был проверен три раза, и все три раза тест на содержание карита был положительным, — произнес женский голос. — В реальном мире вы все так и лежите на полу, изредка подергиваясь от спонтанных конвульсий из-за реконфигурации синапсов, ваши глаза закатились, а ваш маленький друг онемел от ужаса. Вы ведь не хотите, чтобы все это продолжалось? — поторопила его система. — Погодите, так что же, я теперь инструмент в руках компании? — удивленно произнес тот. — Это неправильное утверждение. Вы преследуете свои интересы в то время, как компания преследует свои, я лишь попытаюсь, чтобы они чаще совпадали. От вас потребуется лишь немного усилий для сканирования объектов флоры, фауны, а также проведение геологических анализов. Действовать вы будете по ситуации, исходя из моих рекомендаций и инструкций, все остальное время вы можете пользоваться функционалом нового режима в своих целях, в это время я буду заниматься поддержанием вашей жизнедеятельности на приемлемом уровне — прямо произнесла система, не увиливая и не скрывая неудобные факты. — Что же… идет, — задумался человек. Для него такой расклад более чем подходящий. — Подтверждаю последовательность загрузки, — решительно произнес тот. «Активация базовых систем — в процессе» — вырисовалось на огромном интерфейсе, в тоже время все перед глазами парня вновь померкло. — Да очнись же ты, — на человека выплеснулось содержимое стакана с молоком, стоявшем на столе Строука. — Ай, ты чего де… –подскочил Рой. — Ты… ты упал, а потом… потом… — дрожащим голосом произнес жеребенок. — Не волнуйся, теперь все в порядке, — человек стряхнул с подбородка капли молока. — Где здесь можно умыться?..***
— Слушай, ты странный какой-то… Все точно в порядке? — поинтересовался жеребенок, сидя рядом с человеком, который увлечённо разглядывал схему, которую ему предоставили, попутно чертя свою на чистой миллиметровке. — Да-да… — отстраненно произнес тот. Сейчас ему было совсем не до малыша, ведь он в реальном времени переводил письменность пони. Перед его глазами уже был удобный минималистичный интерфейс, сопоставляющий эквестрийский алфавит с различными языками со всей вселенной, ища закономерности в развитии, правописании и прочих лингвистических тонкостях. Новые знания не просто запоминались, они встраивались прямо в память посредством манипуляций над специально заготовленными нейронными связями, которые были предварительно дублированы и обнулены, чтобы все прошло безопасно. — Рой, ты ведь говорил, что не понимаешь этот язык… — недоумевая, произнес пони. — Забудь, Строук, я просто… просто немного устал. Все нормально, — улыбнувшись, чтобы было чуть убедительнее, произнес парень, но эта улыбка была искусственной, совершенно неискренней, что пони, конечно же, не мог не заметить. — Вот, что я сделал, — он отодвинул в сторону схему, заготовленную отцом Строука, явив ему свою разработку. — Что это? Похоже на схему отца, но… — взглянул пони, начиная вертеть головой в разные стороны, будто бы смотря на карту и не понимая, той ли стороной держит её. — Я изменил её немного. Убрал ненужные узлы, поднял частоту и сделал безопаснее. Я распаяю проблемные части и упрощу их, затем немного поколдую над МОТами, а тебе доверю спаять блок из конденсаторов, — решительно произнес человек, производя кое-какие расчеты в голове, записывая их на миллиметровку, поясняя свою конструкцию. — Погоди, но зачем, мы ведь с отцом так долго делали это! — возмутился жеребенок. — Малыш, я все понимаю, но многие составляющие вашей схемы очень странные и, как мне кажется, приведут к замыканию и катастрофе. Я по образованию инженер, Строук, я точно тебе говорю, что ничего хорошего из этого не выйдет, — он взглянул в глаза пони, которому было не по себе. — Я… я не знаю… — тихо произнес тот. — Ой, да ладно тебе, давай просто сделаем… по-моему. Ведь ничего принципиально нового кроме эффектности разрядов не изменится визуально, я тебе обещаю, — протянул ему свою руку парень. — Эх, — тяжело выдохнул пони. — Но отец тоже по образованию инженер… — все не мог согласиться со словами человека жеребенок. — Думаешь он ошибался? — Возможно его поторопили обстоятельства, и он упустил что-то, а возможно я чего-то не понимаю в вашей технике. Но, Строук, ты ведь не хочешь, чтобы кто-то пострадал? — обратился Рой. Человек по своей природе был весьма недоверчив и всегда сомневался во всем, но сейчас он точно знал, что в схему закралась фатальная ошибка, которая может стать причиной смерти нескольких пони и даже его самого. — Конечно, — жеребенок слегка улыбнулся, стукнув копытцем по руке человека, но все равно выглядел опечаленным.– Но ярмарка в 7 часов, успеем ли мы? Рой взглянул на большие настенные часы в форме ракеты, увидев что стрелки часов показывают лишь пол второго дня. Конечно успеем! — решительно произнес человек. Успеем, если ты поможешь мне, — обратился к погрустневшему пони человек, планируя привлечь и его к работе, чтобы он немного развеялся. — Моя помощь? — недоумевая, произнес тот. — Хм… показывай, что нужно! — не менее решительно чем некогда Рой, произнес пони, напялив очки отца, которые немного спали на его носик. — Мне нужно, чтобы ты выпаял эти компоненты, — Строук сидел за своим столом, нацепив защитные очки, а парень, стоящим за ним, показывал карандашом на элементы платы, которые необходимы для осуществления задуманного. — Затем параллельно спаяешь вот эти конденсаторы, — тот указал черным грифелем карандаша на кучку средних по размеру цилиндров. — А ты? — взяв в копытца паяльник, произнес пони. — А я немного поколдую… — взяв набор миниатюрных отверток со стола Строука, напористо произнес Рой. В комнате кипела работа. Слышался характерный звук трещотки ключа со сменными головками, скрежет металлического корпуса старых блоков питания и звонкий писк слегка подзаевших тугих гаек, снимаемых c болтов. Воздух вновь наполнился густым дымком и характерным запахом канифоли, работники совсем не заметили, как проработали несколько часов, за это время Рой пытался разжевать принцип работы этой машины жеребенку попонятнее, но он ведь был ещё ребенком из начальной школы, хоть и необычайно смышленым для своих лет. Вскоре, когда стукнуло уже за шесть часов дня на часах, работа была окончена. Ну… или почти окончена? — У тебя есть паяльная лампа или что-то типа того? Керосиновая горелка? — поинтересовался Рой, смотря со стороны на их совместное творение. Теперь высокую конструкцию в небольшом фанерном каркасе украшала высокая башня из мотков тонкой проволоки, оканчивающаяся большим кольцом из гофрированной фольги. — А зачем? — удивился Строук, поправляя свои обычные домашние очки. — Все ведь готово! — Готово-то готово, но, как и вишенке на торте, этой штуке не хватает терминала, — отстраненно произнес парень, вертя в руках не длинный металлический цилиндрик. — Что такое «терминал»? — уже в сотый раз обходя их совместное творение, произнес пони. — Ну… знаешь, это такая небольшая металлическая штуковина, которую следует расположить…, а вот здесь, например, — он приставил цилиндрик к венцу из гофры, оценивая результат, только его обязательно нужно припаять, иначе разряды будут не такими зрелищными. — У отца было что-то подобное, но он не разрешал мне пользоваться этой штукой. Он говорил, что это слишком опасно… — слегка смутившись, произнес пони, медленно шагая к двери. — Конечно опасно, Строук, любая огнеопасная вещь представляет повышенную угрозу для жизни! Именно поэтому паять буду я, поверь, это ненадолго, — он положил деталь в карман штанов, которые, нужно сказать, успели многое повидать за эти дни, поэтому и выглядели соответствующе. — И… да, ты ведь не собирался нести это на ярмарку так? Я имею в виду, эта штука весьма тяжелая даже для меня! — попытавшись поднять машину, произнес человек. — Ах, ну да, сейчас… сейчас все принесу, — пони спешно скрылся за пределы двери, слегка прикрыв её.***
— Ну… долго там ещё? — завороженно наблюдая за огненной струей, вырывающейся из сопла горелки, произнес Строук, поправляя очки. — Уже почти… — прижимая раскаленную деталь пассатижами к гофре, произнес человек, слегка вспотев, ведь они находились на улице, прямо у крыльца дома. Выкатить генератор им удалось благодаря небольшой погрузочной тележке, на которых обычно грузчики возили ящики по складам. Солнце, пусть и готовившееся к не скорому закату, неплохо припекало, а ещё это жаркая струя пламени перед носом… — Оу, мальчики, а вы что тут делаете — вдруг послышался голос со стороны. Человек медленно перекрыл доступ газа и, не отжимая раскаленный цилиндр, повернул голову, увидев Линду. Пони шла, а рядом с ней левитировали два больших пакета. Один, по всей видимости, с продуктами, а второй… с одеждой? Но ведь они договаривались лишь на рубаху… — Мы как раз закончили проект для ярмарки, — заверил её человек. — Ох… удивленно произнесла пони. — Это та самая штука, над которой Строук и Лайт Стрим почти весь месяц работали? — она обошла устройство вокруг, приблизившись к сыну, который тут же бросился под её копытца. — Впечатляет, в последний раз она была другой, когда я видела её. — Мама, это все Рой придумал, он улучшил нашу с папой идею, а потом ещё и помог мне все это переделать! — радостно произнес Строук. — Правда? — не то, чтобы удивленно, скорее для виду, произнесла пони. Ведь на меньшее она и не надеялась. — Ну… на самом деле ваш муж неплохо постарался, я лишь внес некоторые изменения исправил один недочет… — почесал затылок тот, держа в левой руке пассатижи. — Хм, кажется… скромность — это ваш порок, не так ли, Рой? — усмехнулась пони. — Раз уж вы закончили, а Роуз и Крим, думаю, уже закончили занятия, прошу к столу, — улыбнулась пони. — Мам, но через час уже регистрация на ярмарке! — недовольно произнес тот, боясь опоздать. — Кстати… я купила твои любимые бисквитные печенья, Строук. — Ну… думаю несколько минут ярмарка может и подождать! — улыбнулся жеребёнок, глядя на мать щенячьими глазами. — Но сначала овощная запеканка! — поставила Линда свое условие, поднявшись на крыльцо и распахнув дверь, пропуская обоих в дом. — Что же, только если ради печенья… — тяжело вздохнул тот. — А вам, Рой, я, как и обещала, принесла заказ… — пропуская человека в дом, сообщила Линда, пошуршав пакетом. Как оказалось, кобылка с самого начала планировала сделать для него нечто большее, чем просто рубашку. Так что теперь у человека были: футболка с незамысловатым принтом в виде отличительного знака Селестии, плотная клетчатая красная рубашка с темными и светлыми полосами, довольно неплохая темно-серая ветровка с капюшоном, а также длинные темные шорты и, что удивило его больше всего, вполне себе самые обычные джинсы. — Погодите… Мы не договаривались об этом… — удивлённо произнес человек, смотря на содержимое пакета, разложенное на диване. — Ох, не волнуйтесь, большинство из этого вещи сделанные на заказ, но так и оставленные владельцами, не думала, что когда-то смогу найти применение этим джинсам, которые почти год назад заказал один минотавр… Кстати, эти вещи почти идеально подойдут вам, поскольку вы похожи. — Вы сказали «Минотавр»? — ошарашенно произнес человек. — Хотя… чему я удивляюсь? — он протер глаза рукой, сдавив пальцами переносицу. — Линда, это хорошо, что вы так добро относитесь ко мне, но я ведь ничего особого не сделал, прошу вас, осознание факта того, что кто-то трудился ради этих вещей, а я получил их почти за даром лишь стесняет меня, — робко произнес Рой. Конечно, он хотел эти вещи, но что поделать, он не знал как вести себя в подобной ситуации, и хотя разум упорно говорил, что эти вещи ему нужны, что-то подсказывало ему, что это неправильно. — Рой, вы поймите, эти вещи просто выкинут на помойку. Они никому не нужны. Поэтому… глупо было бы отказываться от них? — она погладила копытцем рубашку. — Послушайте, а давайте сделаем так… Пусть это будет… будет приобретение в рассрочку? Насколько вы сказали, вы бы хотели расстаться со старой жизнью и начать новую здесь, в Эквестрии, так что же помешает вам расплатиться со мной как-нибудь в другой раз. — Знаете, это хорошее предложение, но я… — прежде чем человек успел произнести «откажусь», он вдруг замолчал, почувствовав неестественную сухость в горле, рот будто бы сморщился, не давая вымолвить и слова. «Весьма глупое и опрометчивое решение. Для начала эти вещи подойдут идеально, иначе вы рискуете приобрести гипотермию, сопряженную с риском воспаления легких и/или высоким риском заболевания широким спектром различных болезней, вызванных переохлаждением.» — сообщил женский голос в голове. «Как ваш персональный гид по выживанию в малоизученных инопланетных средах, я рекомендую принять предложение…» — добавил голос. «Черт бы тебя побрал…» — подумалось человеку. Горло тут же отпустило, и несколько секундное неловкое молчание наконец прояснилось. — Эм… Рой, с вами все?.. — слегка сморщив носик от недоумения, произнесла единорожка. — Да… да, все в порядке. Все отлично, — неловко улыбнувшись, произнес тот. — Знаете, я тут ещё раз подумал, ваше предложение весьма щедрое… возможно я поступаю неправильно, но… я все же приму его, — еле промолвил парень, буквально переступив через себя, но виной тому была не гордость, которой он в принципе и не знал. — Вот и отлично, — широкая улыбка озарила личико пони. — Ой, там ведь все уже заждались за столом! Давайте переодевайтесь и скорее к нам! — произнесла Линда, быстро направляясь в гостиную. «Только подумал, что начинаю понимать их… и вот опять!» — задумался человек. — Странные эти пони. Линда совсем не знает меня, зачем же она помогает мне? Чушь какая-то… — растеряв все крупицы понимания, которые человек собирал так долго, обессиленно выдохнул тот. «Видимо, представления местных обитателей о таких качествах, как доброта, гостеприимство, щедрость, забота и многих других, весьма разняться с теми, что были знакомы вам. Не стоит отчаиваться, изучив местных жителей ещё немного, вы сможете составить паттерны поведения, с помощью которых можно будет попробовать манипулировать самыми сильными чувствами для получения дополнительной выгоды…» — вновь прозвучал знакомый Рою голос в голове. — Просто… просто замолчи, ладно? — шепотом произнес тот, потирая щеки ладонями. Прошла только половина дня… половина того дня, как они с Лиалой расстались, а все уже так… так странно обернулось для него. Но сейчас человека совсем не интересовало его будущее, намного больше его интересовала фестрал, к которой он до сих пор испытывал странный интерес, называть который любовью, а тем более обычной романтической симпатией было бы крайне некорректно. Или Рой и сам не знал, что чувствовал к ней? Возможно, он просто привязался к кобыле, а возможно… кто знает?
