Часть 18
22 декабря 2017 г., 16:23
В просторной комнате, что была отделана в темных тонах, стояла тишина. На двуспальной кровати спала парочка. Оба были совершенно голые, а следы на телах говорили о бурной ночке. Когда часы показали восемь утра, парень первым открыл глаза и протяжно зевнул.
Мариус проснулся, чувствуя приятную слабость по всему телу. Проснулся он, к своему удивлению, в районе восьми, хотя обычно поднимался на два часа раньше, а то и вовсе не спал. Чувствовал он себя просто отлично, сейчас был тот редкий момент, когда ему было плевать, что творится по ту сторону двери. Ему просто хотелось отдохнуть. Размышления парня были прерваны, когда он почувствовал движение справа. Посмотрев туда, он едва заметно улыбнулся: рядом спала Аделайн, устроив голову на его груди. Под ногтями женщины были следы крови и кожи, от чего Мариус улыбнулся и перевел взгляд на свою грудь, где были красные полосы от женских когтей. Такие же следы были и на спине, и на плечах.
Идиллию прервал топот ног, а спустя секунду дверь чуть ли не выбивается, впуская в полумрак комнаты яркий свет, а в дверном проеме стояли Блэк с Поттером и бывшая Тонкс.
— Мар… — Гарри не смог договорить, так как до него и стоящих за ним людей дошел смысл картины, что предстал перед ними.
— Ох, не будем мешать, — паскудно ухмыльнулся Блэк, утягивая своего крестника и свою племянницу, что напоминали варенных раков и выброшенных на берег рыб.
— Чертов Блэк, — с чувством выругался Певерелл.
— М-м-м, что? — это проснулась вейла, что протяжно зевнула и потянулась. Парень же едва слышно чертыхнулся, этот балаган разбудил Аделайн.
— Доброе утро, — улыбнулся Певерелл, обнимая ту за талию и втягивая женщину в поцелуй.
— Оно и вправду доброе, — также улыбнулась француженка, положив голову на грудь парня. Такой она не чувствовала себя никогда, даже смешно, она влюбилась в парня, что годится ей в сыновья. — Который час? — спросила спустя пару минут Маккуин, водя кончиками пальцев вдоль шрамов.
— Где-то в районе восьми, — ответил Мариус, что в данный момент обнимал ту за талию и смотрел вверх задумчивым взглядом.
— Что это был за шум?
— Гарри с Сириусом хотели что-то сказать, — в голосе появилось небольшое раздражение. — Надо вставать, — устало вздохнул Мариус, поднимаясь с теплой постели. В ответ Аделайн также вздохнула и поднялась с парня, сбрасывая покрывало, а Певерелл не отказал себе в удовольствии еще раз осмотреть прекрасное тело Маккуин.
— Ванна уже готова, — сказал парень, махнув головой в сторону двери. Француженка улыбнулась и попробовала встать, но, к удивлению парня, не смогла и упала на кровать. Впрочем, её успели перехватить, и вместо простыни её спина ощутила грудь парня, что приобнял её руками за талию.
— Похоже я не смогу ходить, ноги как будто ватные, — призналась та, посмотрев на парня.
— Тогда держись, — ответил тот, подхватывая её на руки.
— Это приятно, — призналась женщина, положив голову на плечо парня. Как бы странно это не звучало, но за все эти годы у неё было всего два ухажера, и ни с кем из них она не чувствовала себя так приятно. К тому же, руки Мариуса были такими горячими.
Парень на её слова только хмыкнул и направился в сторону ванной. Войдя внутрь, парочка оказалась в просторном помещении, отделанном в белых тонах, создавая резкий контраст с предыдущей комнатой. В комнате была просторная ванная, которая сейчас была наполнена водой и из неё шел легкий пар. Также здесь были и душ с раковиной и унитазом, хотя как гоблины протащили в замок последнее Мариус не знал, но был им за это благодарен.
Закончив осмотр, Певерелл дошел до ванной и отпустил туда Аделайн, после чего зашел сам. Вода была немного горячей, и теперь царапины неприятно саднили, заставляя сморщиться. Едва парень сел, как к нему прижались спиной, а на плечо откинули голову. Мариус только хмыкнул, и обнял женщину чуть выше талии, прямо под грудью, намеренно задев рукой и саму грудь. От этого женщина вздрогнула и прижалась к нему еще теснее.
Через пару минут тишины, вейла захотела помыться, но когда ослабевшие ручки не справились с губкой и мылом, Мариус молча забрал их, и сам взялся за дело.
— Спасибо, — прошептала Аделайн, позволяя чужим рукам хозяйничать на её теле. После вчерашнего она была жутко слабой, но очень счастливой. Прикрыв глаза, женщина расслабилась, разомлев от процесса принятия ванны. Неожиданно, ладонь лорда, что покрывала мылом её грудь, задела сосок, от чего она едва слышно застонала.
— Нравится? — горячий шепот раздался в миллиметре от ушка вздрогнувшей вейлы.
— Да, — прошептала та, после чего открыто застонала, когда парень куснул её за мочку уха. По телу пробежала сладкая дрожь.
Далее мытье перешло ниже к плоскому животу, а после и к бедрам, которые парень поглаживал свободной рукой, доводя женщину исступления. Неожиданно парень, как самый настоящий вампир, впился в шею Аделайн, оставляя еще один засос и вызывая стон.
Вдруг по телу Маккуин побежали мурашки, когда та почувствовала, что руки парня стали двигаться вдоль бедер к промежности. От мысли, что они займутся сексом здесь и сейчас, женщина обняла парня одной рукой за шею и впилась ему в губы.
— Ну же, — прошептала Аделайн, на секунду оторвавшись от губ Мариуса. В ответ она почувствовала, как в неё вторглось что-то и она застонала прямо в рот парня и сама стала двигаться, стараясь, чтобы пальцы вошли в неё глубже. Но неожиданно пальцы исчезли, а когда женщина хотела что-то сказать, она почувствовала, что парень стал подниматься на ноги вместе с ней, после чего её прижали к стенке, а её промежность почувствовала прикосновение чего-то горячего. От этого Аделайн застыла на месте в предвкушении. Секунда, и она громко застонала, когда горячий член проник в неё, дойдя до шейки матки, точно также как и вчера.
Войдя внутрь Маккуин до предела, Мариус остановился, наслаждаясь ощущениями того, как сжимает его женщина. После чего парень принялся двигаться, вызывая томные стоны Аделайн и возбуждаясь еще сильнее.
— А что у тебя здесь? — донеслось до неё сквозь пелену наслаждения, через секунду она почувствовала палец, что играл с её второй дырочкой.
— Стой, только не… — женщина не договорила, так как она дошла до пика и сжалась неожиданно сильно, вызвав приглушенный стон у парня. Как только Маккуин немного расслабилась, парень вновь задвигался, начав двигаться гораздо глубже и сильнее. Женщина не сопротивлялась, лишь подмахивала ему и старалась за что-то ухватится, но не могла, так как стена была гладкой и ровной. Спустя пару мгновений, она громко застонала и стала сильнее двигаться в такт с парнем, так как свободная рука Мариуса накрыла её киску и стала массировать клитор. В таком ритме она смогла продержаться лишь две минуты, после чего второй раз дошла до пика, только в этот раз, чувство наслаждения, сопровождалось ощущением жара, что разливалось в её матке.
Тяжело дышащий парень покинул её киску, пытаясь отдышаться, через мгновение ему на плечо приземлилась головка Маккуин, дыхание которой было таким же как у неё, к тому же по ней стекал пот, и одна капелька прошлась по виску, перешла шею и стекла в ложбинку меж грудей. От этого зрелища он вновь начал заводиться.
— Ну как, тебе понравилось? — спросил Мариус отдышавшись.
— Глупый вопрос, — промурлыкала та, повернувшись к нему лицом и затягивая его в поцелуй. Руки вновь обняли её, а ладонь парня стиснула её ягодицу, от чего она вздрогнула. Посмотрев вниз, Аделайн увидела, что член парня и не думал опадать, от этого зрелища она сама начала возбуждаться, только в этот раз зудела не её горячая киска, а её ноющая в предвкушении попа.
Мариус это заметил, после чего чуть наклонившись вниз, ухватил ту за бедра и поднял. Охнувшая женщина, обхватила руками шею парня, а ногами пояс и прижалась спиной к стене. Смотря на лорда сверху вниз, Аделайн наклонилась и втянула Мариуса в еще один поцелуй. Сквозь поцелуй она почувствовала прикосновение головки члена к её попке, а через мгновение и медленное проникновение. И не сдержалась от слабого стона боли, всё же член парня был далеко не маленьким, а она сама еще ни разу этим не занималась.
— Прости, — сказал Певерелл, покрывая лицо женщины поцелуями, сам парень тоже занимался подобным впервые. От его действии женщина обмякла и расслабилась.
— Подожди, — сама Аделайн замерла с закрытыми глазами, стремясь распробовать новые ощущения. Мариус начал медленно двигаться, а женщина стала тихо постанывать от легкой боли и наслаждения, медленно втягиваясь в процесс, и чем сильнее она втягивалась, тем сильнее подмахивала бедрами, а под конец и вовсе стала сама прыгать на члене парня, пока тот играл с ее грудью и клитором.
Сам парень также был в подобном положении, попка Аделайн сжимала его очень сильно, и он едва сдерживался, чтобы не кончить. Решив приблизить кульминацию Маккуин, он вновь стал использовать «баубиллиус» на её груди и клиторе.
— Стой, только не это, — простонала Аделайн, не останавливаясь ни на мгновение. Женщина не продержалась и двух минут, с пронзительным стоном кончив и попкой и киской, чувствуя как её попу заполняет сперма парня. Когда парочка отдышалась, Мариус отпустил женщину, и та встала на ноги, которые немного дрожали и вейла была уверена, что если бы не руки Певерелла, то она бы точно упала.
— Думаю, пока что хватит, — на это та только кивнула, обнимая парня за плечи.
После этого парочка ополоснулась прохладным душем, приходя в себя, и отправилась в спальню парня, причем женщина по прежнему была на руках парня.
***
Когда Мариус выбрался из своей комнаты и пришел в столовую, было уже почти десять. Их игры затянулись на час с лишним. Едва Певерелл вошел в помещение, то сразу почувствовал на себе взгляды всех, кто собрался. Ехидные от Алексея с Блэком — эта парочка придурков спелась. Смущенный от Гарри и понимающий от Августа. О чем думали Нимфодора и её тетя парень не понял, так как первая не встречалась с ним взглядом, отводя глаза, а вторая прикрылась ледяной маской. — Доброе утро, — пропели русский с Блэком. — Ага, — буркнул Мариус, сев во главе стола, и приветствуя всех остальных. Через десять минут, когда все более менее успокоились, объявилась Аделайн, одетая в черную юбку с аналогичного цвета рубашкой и колготки. Притом шея вейлы была отлично видна, как и следы засосов и укусов, которые та не стала убирать. От этого Блэк присвистнул, Гарри с Нимфодорой покраснели до корней волос, даже Нарцисса едва заметно покрылась краской смущения. — Гарри, что за шум с утра? — спросил Певерелл через час, когда все позавтракали. — Мне прибыло письмо, — ответил тот, а всё остальные сразу же стали немного мрачными, включая Блэка, глаза которого потемнели. — От кого? — спросил парень, отпив чай. — От министерства, — от этого опекун закашлялся. — И что там? — прохрипел Мариус. — Приглашение на какую-то конференцию, устроенную Дамблдором, помимо нас приглашены все важные шишки министерства, главы отделов, сам министр, главы аристократии, даже Уизли, — ответил Поттер, с задумчивом лицом. — Мы же в числе особенных гостей, которые непременно должны там быть, — добавил мальчик. — Любопытно, и когда эта конференция? — обратился к компании лорд. — Через два дня, — ответила Нарцисса с таким же задумчивым лицом. — Ясно, — ответил Певерелл.***
Спустя названный срок, Мариус с Гарри, Нимфодорой и Сириусом прибыли в атриум министерства, где уже сновали работники и прочие. Осмотревшись, компания заметила в дальнем конце огромного зала сцену с занавесками и прочим. Перед сценой были стулья для тех, что уже прибыли. — Пошли, — сказал парень, двинувшись туда. Все молча последовали за ним. Когда компания добралась туда, они заметили среди сидящих знакомые лица, в том числе Малфоев, Гринграссов, Ноттов, Уизли и прочих. Когда Певерелл и остальные подошли туда, перед ними встал служащий министерства, который сразу проводил до их места, оказавшегося по соседству с Забини и Гринграссами. Поздоровавшись с коллегами, Певерелл сел на свободное место. Рядом с достоинством опустилась Нимфадора, что уже привлекала внимание своей красивой внешностью и необычными глазами, что сразу бросались в глаза. А с другой стороны опустился Сириус, к которому внимания было приковано ничуть не меньше, чем к его племяннице. Гарри же сел чуть дальше в компании сверстников и сразу же влился в разговор с Забини. До начала конференции было еще десять минут, потому Певерелл принялся осматриваться, замечая в толпе знакомые лица. В компании Малфоя-старшего сидели Фадж с Амбридж: министр о чем-то переговаривался с лордом, а жаба смотрела на всё вокруг, сохраняя на лице мерзкую улыбку. Также Мариус отметил Скитер, чье перо уже что-то чиркало в блокноте. Спустя десять минут на сцене объявился Дамблдор, чей приход принес моментальную тишину. Одет директор был в яркую цветастую мантию с золотыми звёздами. Встав в центре сцены, тот прокашлялся и начал: — Я приветствую всех, кто сегодня прибыл на эту конференцию, — в ответ раздались аплодисменты от простых служащих и обычных магов, что прибыли сюда просто так. Данная публика, в отличие от приглашенных, стояла на ногах. — Теперь же, о цели самой встречи, — после этого вся аристократия напряглась. — Как вы знаете, на нашу долю выпали тяжкие испытания, последним из которых стал лорд Волан-де-Морт, — от имени Томаса толпа ахнула, а Мариус поморщился. — В эти суровые дни многие достойные волшебники пали, но благодаря Гарри Поттеру мы сумели победить, — в ответ раздались крики одобрения со стороны министерских и простых приезжих. — Теперь же, я рад сообщить вам, что теперь, когда враг окончательно повержен, я могу быть откровенен с вами. В тяжелые годы они скрывались, вели тайную борьбу с врагом, чтобы разрушить его планы, а после того как враг был повержен, они продолжили борьбу со злом, и теперь я могу сообщить вам, что родители Гарри Поттера — живы, — от этой новости толпа застыла в шоке, а после взорвалась бурными аплодисментами, когда чета Поттеров вышла на сцену. Мариус на это хмыкнул, и скосил взгляд на Блэка, который сейчас был бледным, словно труп. В глазах отражался натуральный шок, который медленно сменялся огнём гнева, а кулаки сжались до побеления костяшек. Заметивший это Певерелл наступил на ногу мужчины, приводя того в чувства. — Что? — вырвался рык, который не произвел на лорда абсолютно никакого впечатления, а вот услышавшая это Дора побледнела от страха. — Успокойся, сейчас не время устраивать скандал, — голос был спокоен. Небольшая игра в гляделки, после которой Сириус глубоко вдохнул и выдохнул. Удовлетворенно посмотрев на Сириуса, Слизерин скосил взгляд на Гарри, и результат ему не понравился. Тот был в шоке, но шок быстро сменился гневом и обидой. Мариус же просто воспользовался правом опекуна и отдал тому ментальный приказ успокоиться. И, к счастью, приказ сработал — мальчик глубоко вдохнул и выдохнул, после чего стал смотреть на сцену абсолютно безразличным взглядом. Дальнейшая часть конференции прошла обыденно, посыпались вопросы от репортеров, на которые отвечали Поттеры. Фотографы щелкали как ненормальные, было очевидно, что завтра об этом узнают все волшебники в стране, и Поттеры поднимутся на вершину общественной популярности. Последний вопрос пришел от Скитер, которая задала их больше, чем все остальные репортеры вместе взятые: — Мистер и Миссис Поттер, а что же будет с вашим сыном Гарри, ведь у него есть опекун, при том признанный магией? — все взгляды скосились на Мариусе, который на это и бровью не повел. — Я уверен, что лорд Певерелл согласится снять с себя полномочия рег… кхм, опекуна, — ответил Джеймс с небольшой запинкой. После чего внимание толпы вновь вернулось к Мариусу, ожидая его ответа. — Что вы ответите, лорд Певерелл? — вопрос пришел от всё той же Скитер. — То же, что и на нашей прошлой встрече, мистер Поттер. Я, помимо того, что являюсь опекуном, также исполняю обязанности регента родов Поттер и Блэк, пока Гарри не станет достаточно взрослым, чтобы возглавить их самому. И если я отдам опекунство кому-то другому, то вместе с ним я должен буду отдать и титул регента, а такое нельзя решать без согласия наследника, а наследник — Гарри, — ответил парень, чувствуя на себе напряженный взгляд Гарри. — Тогда вопрос к мистеру Поттеру: Гарри, мальчик мой, ты вернешься к своей семье? — подключился Дамблдор, улыбаясь благодушной улыбкой. После его вопроса, все повернулись в сторону Поттера, который сидел с безразличной маской, и прожигал своих родителей холодным взглядом, и ответил, коротко и лаконично: — Нет, — от его ответа толпа застыла в шоке. — Почему? Гарри, мы любим тебя, вернись к нам, — подключился Джеймс, старательно изображая маску доброго отца, и это у него получалось. — Почему? Странный вопрос — я рос без родителей, сколько себя помню. Лишь недавно я обрел родных мне людей в лице Сириуса и Мариуса, которые заменили мне семью. Вас я и вовсе не знаю, а теперь вы приходите спустя четырнадцать лет и говорите мне: «Гарри, мы любим тебя, вернись к нам», — толпа ахнула от этих слов, и в помещении застыла тишина. — Мерзкий темный маг! — разорвал тишину голос Молли Уизли, которых пригласил сюда сам директор. Женщина вскочила с места, и указала палочкой на Мариуса, что посмотрел на неё растерянным взглядом. — Это всё твоя вина! — от её крика все одновременно поморщились. — Простите, миссис Уизли, но в чем я конкретно виноват? — в отличие от своей собеседницы Певерелл был спокоен и вежлив. — Ты виноват в том, что Гарри стал таким! — очередной визг. — То есть вы обвиняете меня в том, что Гарри вырос вот таким, — уточнил парень, в голову которого пришла заманчивая идея. — Да! — этот визг был сильнее, чем все другие вместе взятые. — В таком случае, думаю, вы не откажетесь доказать это на суде? — от этого вопроса Уизли застыла с открытым ртом. Дамблдор, предчувствуя проблемы, нахмурился, а аристократов, особенно Малфоя-старшего, искренне веселило происходящее. — Что? — пришла в себя Молли. — Вы без каких-либо доказательств навесили на меня обвинение, и если не сможете это доказать на суде, то за беспричинное обвинение лорда будете виновны уже сами. Мистер Крауч, если я не ошибаюсь, вы занимали пост главы Департамента Магического Правопорядка, а значит были судьей, я прав? — Да, — раздался голос Бартемиуса, что сидел вместе с другими главами отделов. — Тогда опровергните меня, если я не прав, или же я прав? — Абсолютно, — сухой кивок от Крауча. — Да как ты…? — начала вновь заводиться Молли. — Мадам Боунс, — перебил ту Мариус, посмотрев на тётю Сьюзен. — Вы правы, лорд Певерелл, — кивнула нынешний глава Департамента Магического Правопорядка. — Если я прав, то миссис Уизли, ждите повестку в суд, — обратился к той Певерелл. — Мариус, мальчик мой, ты немного погорячился, Молли не хотела тебя беспричинно обвинять, — вступился Дамблдор, одним блеском очков заткнув матриарха Уизли. — Профессор Дамблдор, я сколько раз просил вас, так меня не называть, но вы всё равно продолжаете, списывая это на свой возраст и забывчивость. У меня уже возникли подозрения, — переключился на директора парень. — Подозрения? — удивился и напрягся Дамблдор. — Да, и исходя из своих подозрений, я могу дать вам один адрес, — кивнул Мариус, внутренне уже взрываясь от смеха. — Адрес? Что это за адрес, мальчик мой? — проявил любопытство тот. — Адрес притона, где работают мужеложцы, а то от ваших «мальчик мой» у меня возникли подозрения, что у вас проблемы в личной жизни, — после его слов в помещении наступила гробовая тишина, которая была прервана сдвоенным громогласным смехом. Первым оказался Сириус, что согнулся в кресле пополам, а вторым был Грюм, который стоял в тёмном углу и оглашал всё вокруг своим хриплым смехом. После этого раздались смешки и в толпе, даже аристократы едва сдерживали улыбки, так опозорить директора не мог никто, притом таким образом, что и за оскорбление это считать не получится. Всего лишь за беспокойство о жизни Дамблдора, пусть и личной. После этого было объявлено об окончании конференций, Поттеры официально вернулись и более не числились среди покойников. Компания покидала министерство в почти хорошем настроении. В то время, как сам Мариус был в размышлениях, теперь у него была еще одна задача, а именно, просьба Совета Попечителей. Поиск преподавателя ЗоТИ, и Певерелл собирался пропихнуть на эту должность Люпина.***
Тридцать первое августа. Певерелл-мэнор. Малая столовая.
В данный момент в столовой сидел один лишь Мариус, так как сейчас было пять утра и нормальные люди спали, но Певерелл никогда не причислял себя к этим нормальным. С той конференции прошел месяц, завтра он с Гарри должен будет торчать на перроне, а после и школа. К тому же он поступает на пятый курс, а значит в этом году будет сдача СОВ. Также в этом году будут отпрыски Поттеров. Но всё это занимало его мысли в последнюю очередь, больше всего его расстраивала новость, что он будет лишен общества Аделайн и Нимфадоры на целый год. Конечно, будут каникулы, но это не то же самое. С проталкиванием Люпина на должность профессора ЗоТИ Мариус облажался. Когда он почти уговорил упрямую псину, прибыла весть, что директор всё же смог достать нужного человека на должность профессора. В итоге две недели работы пошли под откос. Мариус был этим очень недоволен, но, решив успокоиться, он просто пожелал директору подавиться лимонной долькой насмерть. Размышления парня были прерваны появлением свежего выпуска Ежедневного Пророка. Этим сплетником он никогда не интересовался, но новости там всё же были, пусть и требовалось их отфильтровать. Открыв первую страницу, Певерелл сделал глоток кофе и начал просматривать новости, вот только едва он дошел до первой новости, как выплюнул весь кофе, что успел выпить и, не обратив на это внимания, принялся читать новость:Из Азкабана сбежала опасная преступница и Пожирательница смерти Беллатриса Лестрейндж!
