Out of time

5 февраля, 19:48

Вопрос вечера: как, черт возьми, Мистерион, во время своего единственного памятного визита, забирался на этот подоконник? В собственное окно Саманта, при развившейся привычке сбегать из дома затемно и приходить до рассвета, еще не выходила. Обычно ей не требовалось особых усилий, чтобы выбраться из дома: количество замков на двери постоянно росло, но мистер Нил никогда не выделялся инженерным гением, и дочь его с упорством Гудини расправлялась с многочисленными щеколдами и цепочками. Обычная детская хлопушка и заколка-невидимка могут сотворить чудеса. Сегодня, судя по приглушенному шуму работающего внизу телевизора, отец допоздна будет смотреть трансляцию гандбольного матча из Денвера, и ей придется проявить чуть больше изобретательности. Высунувшись в распахнутое окно, Сэм примерилась к расстоянию, отделяющему ее от земли, и не нашла вопросу вечера никаких разумных объяснений, кроме тянущейся с крыши трубы водостока в полутора метрах от оконной рамы. Надо будет спросить его как-нибудь в чате «Борцов за свободу». Достав добытую утром из гаража рацию, Сэм думала попробовать позвать с собой Баттерса, но в окне напротив не было света, да и ответного сигнала она не дождалась. Темны были соседние окна – в ванной и спальне Линды и Стивена Стотчей. Зато ниже, в мягком полумраке их уютной гостиной высвечивал через тонкую тюлевую занавеску экран работающего телевизора. Странно. Еще нет восьми, и вряд ли он спит. Может миссис Стотч уговорила мужа выпустить Баттерса из заточения? Или сам мистер Стотч позвал его вниз? Ладно. Завтра расскажет, если что. Ну, с богом, - подумала Сэм, и, оттолкнувшись подошвами ботинок от подоконника, повисла на железной скобе, удерживающей у стены водосток. Она намеревалась аккуратно спуститься вниз, упираясь ногами в стену, но промерзший насквозь металл мигом обжег ладони холодом. Девочка зашипела от боли, и, с позором выпустив трубу, повалилась в сугроб спиной вперед. Не быть ей сегодня Человеком-Пауком. Мысленно молясь, чтобы неудачного маневра не видели ни родители в гостиной, ни кто-либо из соседей, Сэм штурмовала квартал соседскими дворами через известные лазы в ровных белых заборах. На заброшенных руинах «ККК» печально пестрела леопардовыми плавками слегка потерявшая форму надувная кукла Антонио Бандераса, раскрашенная акрилом в зеленый, а через стеклянную дверь кухни Картманов она слышала, как Эрик орет матери, чтобы та принесла ему еще пончиков. Из окна Шелли Марш в соседнем доме лился очередной хит Лорде (а, может, это мистер Марш прослушивал свое новое творение?), а, перемахнув через ограду во двор Кайла, Сэм пришлось нырнуть в кусты и пробираться через них на четвереньках, собирая коленями грязь и снежное крошево. В окне напротив загружала посудомойку Шейла Брофловски, а сидящий рядом за столом мальчик в толстых очках что-то увлеченно рассказывал ей, обильно жестикулируя. Несносный кузен, приехавший в Южный Парк на неделю, был основной причиной, по которой Саманта не отправилась сегодня играть к Кайлу. Уж лучше продуваемый, провонявший мочой и перегаром крысятник МакКормиков, чем часовые исповеди о мозолях и бородавках от надоедливого пришельца из вселенной Стереотипных Евреев. От карманных денег, выданных в понедельник на неделю, оставалось почти тридцать долларов, и, прикинув расходы, Саманта оставила в супермаркете на углу помятую десятку, выйдя оттуда с полным пакетом лапши быстрого приготовления, по тринадцать центов за чашку, парой упаковок шоколадных кексов и гигантской пачкой «Орео». Она давно прояснила: идя в гости к МакКормикам, всегда лучше делать ставку на количество, а не на качество съестного. И, к тому же, сама изрядно проголодалась: после съеденного с утра сэндвича во рту у нее не было ни крошки. Дожились. Она убегает из дома, потому что в гостях у Кенни можно спокойно пожрать.

20:21

Когда Саманта добралась до замусоренного крыльца, на который Стюарт МакКормик зачем-то притащил со свалки чей-то старый холодильник, вечер заметало снегом, и девочка недовольно думала, что на выходных отец снова подрядит ее расчищать подъезд к гаражу. Хмуро взглянув на серое небо и плотную стену засыпающих землю снежных хлопьев, Сэм постучалась в покрытую облезлой коричневой краской дверь. Дом МакКормиков никогда не пользовался среди четвероклассников особенной популярностью, да и развалины недостроенного комплекса «Содо Сопа», поначалу казавшиеся чертовски привлекательным местом для игры, потеряли весь свой шарм, как только к заброшкам начали стекаться бомжи и наркоманы со всей округи. Там все еще иногда ошивались дети – неугомонная мелочь чуть старше Айка Брофловски, или старшеклассники, прячущиеся от досужих глаз, чтобы бухнуть или курнуть что-нибудь втайне от всего мира, но привычная Сэм компания предпочитала держаться по цивилизованную и чистую сторону проржавевших насквозь старых железнодорожных путей, огораживающих «нормальную» часть города от «исторической». На стук почти сразу ответили: дверь открыл Кенни, взлохмаченный и в замызганной невесть чем футболке. Растянув губы в дежурной полуулыбке, Сэм безмолвно протянула ему пакет из супермаркета. - Заходи. Чего так много-то набрал? – заглянув в пакет, спросил Кенни, и пошел бодяжить водой лапшу, пока Сэм, потрепав по волосам завернутую в буррито из грязного одеяла Карен, присоединяла притащенную в рюкзаке приставку к телевизору. Устроившаяся на диване девочка выглядела плохо: сплошь обмазанная зеленкой, чуть дрожащая и бледная. Ожидаемо душераздирающее зрелище. - Привет, - едва слышным, совсем осипшим шепотом поздоровалась Карен, чуть приподнявшись на дырявой диванной подушке, - Ты не поздно в гости? Тебя не будут ругать? Господи, ты не обо мне беспокойся, - подумала Сэм, и, перевернув рюкзак, ссыпала на диван остатки закупленных в супермаркете угощений. - Ого! Это все нам? – округлила глазищи Карен. Вместо ответа Сэм выразительно указала пальцем на девочку, и тут же прижала его к губам, призывая к секретности мероприятия. Карен едва слышно хихикнула и принялась шуршать упаковками, изучая подарки, пока с готовой лапшой не вернулся ее старший брат. Никого, кроме Карен и Кенни в зоне видимости не наблюдалось, и, очевидно, это было решающим фактором его согласия на вечерние посиделки. Сэм не удивилась: оставить больного ребенка на попечение десятилетки и пропасть в многодневном запое – вполне в стиле Стюарта и Кэрол МакКормиков. Что ж, оно и к лучшему – если Шейла Брофловски могла и поинтересоваться, не слишком ли поздно засиделся за видеоиграми соседский ребенок, то дома у Кенни можно было не опасаться лишних вопросов. Интересно только, где шатается Кевин. Они ужинали, усевшись на пол перед телевизором под подбодрившееся сиплое щебетание Карен, и Сэм ощутимо повеселела, наскоро набив желудок. Здесь все еще было грязно, стойко воняло бомжатником, и накрытый досками сырой пол грозил отморозить задницу, но все это казалось мелкими неудобствами в сравнении с ужином в собственном доме. - Это что за херь у тебя на шее? – нахмурившись, внезапно спросил Кенни, когда Сэм отложила на пол рядом пустую пластиковую чашку. Непонимающе подняв брови, она ощупала горло, обнаружив под ухом отозвавшийся на прикосновение зудящей болью след-полосу. Бля. Она так выкручивалась из отцовской хватки днем, что от врезавшегося в горло ворота толстовки осталась ссадина. И как только раньше не заметила? Замоталась бы в шарф, чтобы не выглядеть сейчас неудачной жертвой удушения, пришедшей на ночь глядя, как какой-нибудь беженец, ютиться под дырявой крышей своего друга. С преувеличенно легкомысленной ухмылкой Саманта махнула рукой и подняла с пола контроллер. Этот его «инстинкт старшего брата» вызывал навязчивое беспокойство – да, она стоит на физкультуре по росту последняя среди мальчиков, да, она не может набрать ни нормального веса, ни мускулов, как ни старайся, но друзья все еще должны видеть в ней равного. Не девчонку, и не того, кому требуется покровительство или защита. Кенни не казался убежденным, и какое-то время она ловила на себе оценивающий, подозрительный взгляд голубых глаз.

22:49

Они увлеченно устраивали геноцид ордам демонов в третьей «Дьябле» почти три часа, пока сонно наблюдавшая за ними с дивана Карен не задремала, уронив на пол печенье. Кенни подобрал его, обдул от грязи, и, сунув в рот, поднял сестру на руки, чтобы отнести в кровать. Тогда, не без сожаления, Саманта поняла, что стоит и ей собираться домой. На удивление, выйдя, чтобы проводить ее до двери, мальчик принялся натягивать парку. - Надо помочь Мистериону с небольшим делом, - тихо пояснил он, выдав одну из своих фирменных загадочных ухмылок. Ответный, скептически-хмурый взгляд Кенни прочитал как на ладони, застегнул парку, не набрасывая на голову капюшона, и вышел во дворик, засыпанный пушистой свежей снежной шапкой, тускло искрящейся в полумраке. В такой снегопад его дом выглядел почти нарядно – если не считать уродливого каркаса высящегося поодаль недостроя. Сэм подтянула на плечах лямки рюкзака и вышла следом, проваливаясь в снег по щиколотку. - Сегодня он работает один. Ну конечно, - внезапный приступ горечи сдавил грудь. Единственный в пестрой компании «Борцов за свободу» настоящий супергерой, на удивление тренированный и сильный для четвероклассника, Кенни всегда ставил «Баттлорда» особняком от остальных – наличие суперспособностей многое решает. Раньше Сэм могла этим гордиться, могла чувствовать себя важной. Знать, что с ней считаются на уровне, не доступном кому-либо еще. Но теперь, похоже, он всегда будет работать один. Преодолев ржавые железнодорожные шпалы, они разделились было, но, перейдя через пустую дорогу на тротуар у дома Кайла, девочка поняла, что Кенни остановился. - Эй, Сэм. Саманта притормозила и обернулась. В пятне уличного фонаря, на облитом электрическим светом свежем снегу, отбрасываемая им тень казалась сейчас особенно четкой и темной, а тускло блестящие глаза в полумраке были почти черными. Странное дело. Он оставался сейчас все тем же придурком Кенни МакКормиком, который одевал суперобложки от учебников на порножурналы, и тайком почитывал их на уроках. Мальчишкой, который больше интересовался коллекционными модельками гоночных машинок, сиськами и бесплатными школьными обедами, чем судьбами окружающих его людей… и одновременно казался совсем другим. Более взрослым и ответственным. Более серьезным. - …Заваливайся завтра на к нам на баскетбол после уроков. По пятницам тренер заказывает на всех пиццу. Глупо, но ей мгновение думалось, что он скажет что-то совсем другое. Поблагодарит за то, что она порадовала Карен, или спросит, все ли в порядке дома – казалось, что вопрос так и висел в воздухе. А может быть, это просто хотелось услышать. После отменно паршивого дня бывает приятно знать, что кому-то… не все равно. Сэм внезапно вспомнилось, как Мистерион пытался завести разговор другой ночью, совершенно не похожей на эту. Когда они оба, разряженные в свои дурацкие костюмы, лавировали на этой самой улице меж творящегося вокруг хаоса. Тогда она убегала из дома среди ночи по той же причине, что и сегодня – пытаясь оставить происходящее тогда в семье где-то далеко, в жизни, принадлежащей как будто не ей, а совсем другой, незнакомой девочке. И еще тогда ей тоже мучительно хотелось ответить. Казалось, что Сэм потребовалась вечность на то, чтобы упрямо сжать губы в тонкую ниточку, согласно кивнуть, и, круто развернувшись, отправиться домой прежним шагом – ссутулившись и поглубже запихав руки в карманы. Она не оборачивалась, но еще несколько секунд затылком чувствовала на себе чужой взгляд.