Грейнджер и неприятности

      Последняя работа, размашисто перечёркнутая красными чернилами, легла в стопку с контрольными второкурсников-гриффиндорцев. Профессор зельеварения положил перо на стол и откинулся на спинку кресла, косясь на потайной шкафчик, в котором стояло несколько флакончиков с воспоминаниями — маленькая личная коллекция Северуса Снейпа. Вообще, всё, что там хранилось, было извлечено из собственной памяти, например тот случай, когда Минерва перед важным педсоветом выпила чаю, не заметив добавленной туда кошачьей мяты, а потом радостно мурчала на весь коллектив и просилась на ручки к Дамблдору. Но вот уже некоторое время, как ряд сосудов с серебристой жидкостью пополнили воспоминания Грейнджер о Бернарде Валуа. Не то, чтобы это обошлось особенно дёшево — Снейпу пришлось пообещать назойливой студентке несколько консультаций по вопросам подготовки её к экзамену и всяческую помощь в виде научных журналов. В целом, всё шло весьма неплохо, зельевару нужно было только перетащить кучу книг в свой дом в Паучьем Тупике, дать коварной девушке туда доступ и иногда там появляться. Уже прошло две недели после памятного вечера, а Гермиона до сих пор не забросала своего бывшего преподавателя сотней вопросов, что было весьма подозрительно. Возможно, дело было лишь в том, что они до сих пор ни разу не встречались, хоть, благодаря следящим чарам, мужчина точно знал, что волшебница в его доме бывает регулярно.       В дверь постучали:       — Профессор Снейп!       О, нет! МакГонагалл жаждала крови за снятые утром сорок три балла с Гриффиндора. Спешно схватив последний выпуск «Зелий и жизни», слизеринский декан стремительно покинул комнаты и направился к выходу из Хогвартса:       — У меня нет времени, Минерва! Я опаздываю на встречу с Грейнджер! — и, ускорившись до такой степени, чтобы уже не молодая профессор трансфигурации не могла поспеть за своим вечным соперником, Снейп устремился к воротам. Весь его вид говорил о том, что это было не бегство, а тактическое отступление. Мантия за спиной развевалась, как большие чёрные крылья, грозное и решительное выражение лица заставляло младшекурсников пищать от ужаса и бросаться в разные стороны с траектории бывшего Пожирателя, и никакая мелочь не портила тщательно выверенный злодейский образ. В этом мужчина был уверен даже без зеркальца. Выходные он, пожалуй, проведёт в Паучьем Тупике.       Удобно устроившись в старом кресле в своей гостиной, Северус налил бокал вина и взял в руки старую книгу, описывающую путешествия какого-то Бильбо. Но, не успел мужчина пригубить, как с характерным аппарационным хлопком возле книжного шкафа материализовалась формальная причина сегодняшнего… отступления. Волшебник сглотнул, но не мог вымолвить ни слова, обдумывая всю абсурдность ситуации, и разглядывал представшую перед его глазами картину. Гермиона в милой серо-белой пижамке и пушистых тапочках-оборотнях тянулась к книге на верхней полке. В лохматых волосах, похоже навечно застряла волшебная палочка, в правой руке ведьма держала тетрадь и неизменный карандаш, а зубами сжимала зубную щётку. Добившись успеха в нелёгком деле выковыривания книги, девушка открыла нужную страницу, подняла согнутую правую ногу и упёрлась коленом в шкаф, образуя таким образом некую горизонтальную поверхность для письма. Три раза сверившись с текстом и исправив что-то в конспекте, Грейнджер издала радостный булькающий звук, победно подняла над головой фолиант, вернула его на место, и с хлопком исчезла.       Снейп покосился на бокал. Пить он, конечно, ещё не начал, но, может, чего-то нанюхался? Иначе с чего бы вдруг такие галлюцинации? Нет. Тут нужна помощь специалиста. Применив по назначению горсть летучего пороха, профессор вызвал на связь Малфой-мэнор. В гостиной, где располагался камин, неожиданно оказалась мужская половина семейства. Люциус удивлённо воззрился на зелёное пламя:       — Северус, чем обязан?       — Мне нужна твоя помощь, у меня тут… э…       — Мерлина ради, у тебя там Лорд, что ли, воскрес? — беловолосый маг схватился за сердце.       — Нет, Грейнджер, — помотал головой профессор.       — Воскресла?! — а этот вопль ужаса принадлежал уже Драко. Снейп вздохнул и потёр нос. Нужно было найти нормальные слова для объяснения всей ситуации.       — Нет, живая она, живая…       — Расхаживает по твоему дому в неглиже, а ты совершенно не знаешь, что делать? — выдвинул ещё одно предположение старый друг. Младший из Малфоев несколько смутился.       — Это уже больше похоже на правду, но…       — Сев, мне тебе заклинания подсказать что ли? Заранее не мог подумать? — на лице аристократа отражалась смесь жалости, брезгливости и дружеского подтрунивания.       — Люциус! — взревел осознавший последнюю мысль зельевар. — Скажи пожалуйста, ты бы стал аппарировать в мой дом?       — Когда у тебя там полуголая Грейнджер ходит? — усмехнулся Малфой. — Звучит, конечно, заманчиво…       — Отец! — нервно икнул Драко.       — Но я женат, знаешь ли, — демонстративно удручённо произнёс светловолосый маг.       — Нет, вообще.       — Нет, Северус, я не идиот, — мужчина покачал головой. — Я прекрасно знаю, сколько всяких охранных радостей на твоём жилище: у тебя чего только ни понавешено помимо антиаппарационного купола. Так что у меня не только бы ничего не получилось, но и меня бы ещё и поджарило.       — А вот Грейнджер это только что удалось. Материализовалась в двух метрах от меня, посмотрела в книжку и так же исчезла, кажется, даже не заметив моё присутствие. Заклинания все в полном порядке.       — А при чём тут неглиже? — несколько разочарованно поинтересовался Драко.       — Да ни при чём. В пижаме она была. И зубы чистила.       — Ладно, вылезай там у себя из камина и открывай его на приём, посмотрю, что там у тебя с защитными чарами.       Люциус расположился в кресле рядом со Снейпом. Защитные чары были проверены — в дом бы не проскользнула живой и невредимой даже мышь. Особенно мышь — после жизни под одной крышей с Петтигрю зельевар не питал никаких тёплых чувств к грызунам. Мужчины взяли бокалы вина. Оно выглядело даже почти волшебным в свете магических светильников и так и манило к себе, обещая наслаждение вкусом. Профессор практически убедил себя в том, что явление гриффиндорской всезнайки ему померещилось, и уже намеревался наконец-то испить желанного напитка, когда планы опять пришлось отложить. В гостиной раздался аппарационный хлопок. Расслабившиеся маги вздрогнули. Северус покосился на вино, словно именно оно было виновато в произошедшем. Люциус ухмыльнулся и, совершенно не стесняясь, стал разглядывать незваную гостью, внешний вид её отличался от уже виденного зельеваром разве что отсутствием зубной щётки. Пальцы сосредоточенной девушки скользили по корешкам книг, что-то выискивая. Вот она вытащила одну…       — Мисс Грейнджер! — рявкнул Снейп так, что нарушительница его душевного покоя подскочила и обернулась, впрочем, так и не выронив искомую книгу.       — О! Профессор! — как только студентка осознала, кто перед ней находится, испуг на лице сменился просто до неприличия радостной улыбкой. Северусу стало не по себе. — Я так рада вас видеть! — как невольно отметил зельевар, вызывать такие эмоции у весьма привлекательной, хоть и странной, девушки было весьма приятно. — Я как раз хотела кое-что спросить! — ан-нет, показалось. Гермиону как обычно интересовали только знания. Подобного подвоха следовало ожидать.       — Доброго вечера, мисс Грейнджер, — произнёс Люциус, прерывая, очевидно, поток бесконечных вопросов. Судя по выражению лица гриффиндорки, ещё одного человека в комнате она заметила только что.       — И вам того же, мистер Малфой, — Гермиона кивнула, отложила книгу и открыла тетрадь, — Профессор, я тут выписала…       — Помолчите минуту, Грейнджер! — зельевар поморщился и приложил руку к глазам. — И сядьте, пожалуйста, — он мотнул головой в сторону последнего свободного кресла, и волшебница удивительно тихо и покорно села. — Сперва у меня к вам несколько вопросов. Кстати, вино пьёте? — дождавшись утвердительного кивка, Снейп призвал ещё один бокал и, наполнив его, вручил гостье, как бы ненароком коснувшись её руки. Та оказалась вполне себе материальной и тёплой. И как-то по-особенному приятной, но об этом пока что не было возможности думать.       — Мисс, — Люциус смотрел на девушку с некоторым недоумением, — а вы комфортно себя чувствуете, распивая вино с двумя мужчинами в… таком виде? — он демонстративно оглядел девушку с головы до ног. К слову, к внешнему виду аристократа придраться было невозможно, он словно собирался на великосветскую вечеринку: аккуратно стянутые в хвост серебристые волосы лежали на плече облачённого в модную дорогую мантию мужчины, а трость придавала образу мужественности и элегантности.       Гермиона же, кажется, совершенно не оценила этого контраста, хоть ей и полагалось срочно покраснеть, извиниться и попытаться исчезнуть сжавшись в комочек. Девушка же только вопросительно подняла бровь и посмотрела на свои ноги:       — Вам не нравятся мои тапочки-пёсики?       — Мерлин помилуй, мисс Грейнджер! — Малфой возмутился. — Вы ещё с третьего курса должны были запомнить, что это оборотни!       — Сэр, — тяжко вздохнула студентка, глядя на бывшего Пожирателя, — если тётушка Кейтелин сказала, вручая мне свой бесценный подарок, что это — тапочки-пёсики, значит, это — тапочки пёсики.       — Но зубы и глаза…       — Тётушка Кейтелин сказала, что пёсики. Даже если бы у них были хоботы и крылья, я бы не рискнула спорить.       — Но… Ай, неважно, — Люциус скрипнул зубами.       — Мисс Грейнджер, — Северус вмешался в разговор, — мистер Малфой намекал на то, что вы предстали перед нами в одной пижаме.       — Ну не без неё же! — невозмутимости Гермионы позавидовал бы сам Снейп. Собственно, он и завидовал. — Сэр, я живу в соседней комнате с Роном и Блейзом, в моей спальне вне зависимости от степени её запертости в любой момент дня и ночи могут оказаться эти двое!..и в конце концов, пижамка у меня вполне милая… — девушка посмотрела на очаровательных совят, нарисованных на кофте. Маги просто не могли не согласиться с последним утверждением. Гермиона бесстыдно скинула тапочки и поджала под себя босые ноги.       — Кхм-кхм, — прокашлявшись и отведя взгляд от стройных ножек, Снейп посмотрел в глаза волшебнице, та как раз отпила из бокала и облизнула губы, — мой вопрос как раз-таки касался темы «запертости». Как вы тут оказались?       — Эм… — девушка пожала плечами, — аппарировала? — в голосе гостьи было некоторое недоумение.       — А почему так неуверенно?       — Потому что я как-то не задумывалась над этим. Если честно, мне просто очень нужно было кое-что проверить в книге… — она почесала затылок и наткнулась рукой на волшебную палочку, — О! Так вот где она! А я её полдня искала… — девушка встала и направилась к зеркалу вынимать свой колдовской инструмент.       — Ну, Северус, — усмехнулся Малфой, когда студентка вышла из комнаты, — могу сказать только то, что, очевидно, твой дом решил принять Грейнджер как хозяйку, — как раз отпивший глоток злополучного вина зельевар поперхнулся.       — Что ты имеешь в виду?       — Есть у меня одна теория… — но договорить Люциус не успел, потому что в гостиную вернулась уже причёсанная и радостно помахивающая палочкой Гермиона. — Мисс Грейнджер, — отец одного из самых нелюбимых её одноклассников в задумчивости потирал пальцем гладко выбритый подбородок, — не расскажете нам, как же вы спасли Северуса от укуса Нагайны?       Девушка вздрогнула, но не пролила ни капли из бокала.       — Нет, вы не хотите этого знать, — она покачала головой.       — Я настаиваю, мисс Грейнджер, — процедил зельевар.       — Эм… — гриффиндорка закусила губу. — Сэр, у вас же наверняка есть какие-то предположения, как я это сделала? Может, сперва вы выскажете их…       — Ну… — Снейп задумался. В свете последних событий он был практически уверен, что девчонка каким-то образом исполнила один из сложнейших магических ритуалов, связывавших спасителя и спасаемого узами брака. Это бы объяснило, почему дом принял девушку как хозяйку. Мужчина внутренне содрогнулся. Неужели она в самом деле принесла такую жертву и ни словом не обмолвилась? Судя по смущённому внешнему виду гостьи, так оно и было. — Я подозреваю, что тут не обошлось без сильной тёмной магии…       — Сэр, — отставив в сторону уже пустой бокал, гриффиндорка закрыла лицо руками и покачал головой, — вы точно не хотите этого знать! Это вас… расстроит!       — Я настаиваю, — мужчина встал и подошёл к студентке, грозно нависнув над ней. Люциус застыл, словно восковая фигура, и почти не дыша наблюдал за разворачивающейся перед его глазами картиной. — Гермиона, я хочу знать правду.       — Вы разочаруетесь, — девушка тяжело вздохнула и отняла руки от лица, — но раз вам так неймётся… Профессор, у вас хорошая память. Помните год, когда у нас преподавала Амбридж? — Снейп кивнул. — Помните видения Гарри? В том числе одно из первых, где змея напала на мистера Уизли? — зельевар вновь кивнул, а в душе начали скрести книззлы от дурного предчувствия. — Ну, вот и ответ, я ещё в конце шестого курса приобрела в Мунго противоядие…       Северус машинально сел в своё кресло. В душе была какая-то пустота. Это было слишком тривиально и очевидно.       — Но… — он всё ещё надеялся на что-то более захватывающее. — Вы что-то говорили про женскую магию… — зельевар чувствовал себя обманутым.       — А ведь я считала вас знатоком сарказма, — Гермиона покачала головой. — Я всего лишь имела в виду, что почему-то именно женщины склонны всегда носить в своей сумочке всё необходимое на случай внезапного зомби-апокалипсиса или нашествия динозавров, — девушка умолкла на несколько минут. — А теперь, если у вас больше нет вопросов, я хотела бы спросить кое-что про антиликантропное зелье…       Маги долили вино в бокалы. Разговор предстоял долгий.