Посланник Дьявола

      Дверь тихонько скрипнула, впуская в дом прохладный ветерок с улицы, потревоживший парящие в солнечных лучах снежинки пыли. Не сказать, что сегодня на Инквелле как-то особенно свежо и солнечно: обычное утро после ночного дождя. Один из тех заурядных дней, когда вряд ли может случиться что-то непоправимое.       Магмен прошёл по залу, и повернул в комнату, где на своей кровати сидел Капхед, листая одну из его книг. Как раз ту, которую заметил на столе пару дней назад. Кружка присел рядом с ним, любопытно заглядывая в книгу. Заметив это, чашка оторвался от чтения и перевёл на него взгляд. — Ты злишься из-за вчерашнего? — неловко спросил голубоносый. — Нет. Я просто расстроился, — кратко пояснил чашкоголовый, вернувшись к своему делу. — Но сейчас все хорошо.       Он редко злился на брата, особенно из-за таких пустяков. Просто не любил показывать свои настоящие чувства, считая это слабостью, вследствие чего все считали, что он груб. В отличие от брата, у Магмена такой проблемы не наблюдалось: его открытость миру и эмпатия не раз помогали преодолеть многие трудности. — Хорошо… Значит, мы всё ещё в мире? — уточнил Маг. — Хе-хе… В мире, — чашка мило улыбнулся. — Может, поделаем что-нибудь вместе? — Я как раз собирался это предложить. Пойдём!       Кап положил книгу на стол и последовал за братом, который направился куда-то на улицу. Сегодня особенно суетливый день, столько народу в городе бывает крайне редко. Все куда-то спешили и толкались. Казалось, что люди просто затопчут друг друга в таком темпе. — Сегодня какой-то особенный день? — спросил Капхед, не понимая, куда все так торопятся. — Не знаю. Наверное, у них много работы. Как-никак понедельник, — объяснил Магмен, почесав затылок. — А где тогда был ты? — Я просто бегал в одно место. — И что это за место? — Увидишь. Туда мы и идём.       Какими бы не были обстоятельства, у одного из братьев всегда найдутся планы на день, особенно, если они по душе обоим. На этот раз была очередь Мага, хотя, по сути, в подобной теме никогда и не существовало очереди. — Мы пришли! — выкрикнул он, остановившись на небольшом холмике, через подножье которого протекала речка.       Это место находилось недалеко от города и отделялось перелеском. Спокойствие природной красоты ландшафта нарушалось лишь приглушенным чириканьем птиц и шуршанием потревоженной ветром листвы. — Пошли! — подозвал Магмен брата, спускаясь вниз по холму. — Ты ходил именно сюда? — уточнил Капхед. — Ну да. Помнишь, мы были здесь в детстве? Дедушка тогда ещё запрещал нам заходить дальше, чем по пояс. — Хех… Помню. Раньше здесь было как-то иначе, — Капс осмотрелся, почесав затылок, и ностальгически улыбнулся. — Давай сюда! — Магз присел на одно колено и опустил руку в речку, поводив пальцами по дну. — Не бойся, вода теплая. — Ладно. Я спускаюсь, — пробубнил Капс и аккуратно шагнул вперёд по крутому склону. Но неуклюже оступился и упал прямо перед братом. — Ау! — Твоей грации и Пирулетта позавидует, — съязвил кружка, поднявшись на ноги, а затем протянул ему руку. — Давай помогу. — Я сам, — отрезал чашка и, вскочив с земли, отряхнулся. — И, Магс, завидуй молча… ты бы так красиво носов в траву улететь не смог. — И не говори, — согласился Магмен со смешком.       Он взял горсть маленьких камешков, прибившихся к берегу волной, и начал кидать один за другим, делая на воде блинчики, разрезающие водную гладь в недолгом, но изящном полете. — Хочешь тоже покидать? — предложил парень задумавшемуся брату, вернув его к реальности. — Нет. Спасибо, — отказался чашкоголовый. — Как думаешь, там глубоко? — спросил Маг, отправив последний камень в путешествие. Он доскакал почти до середины реки, пока не остановился и не пошел ко дну, оставив в напоминание о себе круги по воде. — Не знаю. Как насчет того, чтобы проверить?       Кружка собирался что-то сказать, но Кап опередил его: — Давай с разбегу баттерфляем! — он толкнул брата в воду, широко улыбнувшись. — Эй! — Магз точно не ожидал этого, отряхиваясь, словно попавший под дождь кот. — Ну? Как водичка? — усмехнулся чашка, смотря на него сверху вниз.       Выплюнув пресную жидкость, попавшую в рот, тот в шутку ответил, не вставая с мелководья: — Бодрит, — после этого он схватил Капса за руку и потянул за собой со словами: — Не хочу мокнуть один! — Ну всё… держись! — красноносый приготовился наброситься на кружкоголового, но тот первым ринулся с места и побежал вдоль берега, подальше от брата.       Тот, естественно не растерялся и пустился бежать за ним. Из-под ботинок летели брызги, оставляя за собой круги. Парни, как обычной, здорово проводили время, что, впрочем, не редкость. Прямо, как в детстве, когда мальчикам было лет по десять, а мир казался веселым и беззаботным местом.       Обычно, всё веселье у ребят заканчивалось ближе к вечеру, но, к сожалению, в этот раз получилось гораздо раньше. — Не догнал! — подразнил Магмен чашку. — М-маг… П-подожди, — Капхед остановился и, опираясь руками о собственные колени, боролся с отдышкой. — А? — кружка повернулся назад и, заметив обессиленного брата, помчался к нему. — Кап, ты в порядке? — Всё хорошо. Просто немного устал.       Не поверив ни единому слову, голубоносый приложил руку к его лбу, ощутив слегка жгучее тепло: — Немного устал, да? — саркастически переспросил он. — Думаю, нам лучше пойти домой. — Я в порядке, честно.       Не став его слушать, кружкоголовый молча взял его за запястье и повёл от реки в сторону дома.

***

— Тебе лучше? — взволнованно спросил Магмен, положив руку на плечо брата. — Вроде того, — тихо ответил тот, сложив руки на столе. — Уверен? — Не совсем.       Оба сидели в гостиной за столиком, заставленным всякими микстурами, которыми Магмен усиленно поил ослабевшего брата, чтобы привести того в чувство. Капхед сопротивлялся, как маленький капризный ребенок, но его брат оставался непреклонен, в итоге добившись кое-какого позитивного результата. — Кажется, температура спала, — предположил кружечный, снова трогая его лоб. — Угу, — вздохнул Капхед и отвел взгляд в сторону.       Воцарилось весьма неловкое молчание. Магмен не знал, что ему делать: подбодрить Капхеда или дотошнее расспросить о его состоянии. В последнее время Капс часто болел, возможно, из-за своей вредной привычки шататься где ни попадя поздними вечерами, когда резко холодало.       Внезапно Магмену вспомнился тот случай, когда несколько дней назад Капхед вот так убежал из дома, сильно расстроившись из-за таинственной записки, оставленной для него дедушкой. Любопытство оказалось сильнее предосторожности. Магмен знал, что пожалеет об этом, но все же задал вопрос, огорошив брата: — Я всё ещё не понимаю. Что было в той записке, которую оставил дедушка? Зачем ты её порвал? — Это так важно, мамочка? — чашкоголовый ловко скрыл своё волнение под сарказмом. — Не обязательно следить за каждым моим шагом. — Важно, Капхед, — строго заявил Магмен, слегка повысив тон, но пока что продолжая держать себя в руках. — Ты постоянно скрываешь от меня вещи, которые касаются нас обоих! — А вот тут ты не прав, это касается только меня, — чашечный недовольно скрестил руки. — Да ладно? Я терплю все твои сдвиги и выходки всю свою жизнь и ты не можешь просто посвятить меня в свои, так называемые, дела? — кружка уже был готов встать и уйти, но вовремя подавил в себе это желание.       Капхед устало потер лицо ладонями. — Почему тебя это вообще волнует, Магс? — «Почему»? Я твой брат! Да и к тому же, ты обещал рассказывать мне абсолютно всё. Или забыл? — Ну, значит, не сдержал обещание. Только не устраивай из этого скандал. — Постой… то есть… ты… Агрх! К чёрту всё это!       Не выдержав, Магмен наконец выскочил из-за стола и быстрым шагом направился в комнату, но Капхед успел остановить его на половине пути, хватая за локоть: — Подожди! Я просто не хочу с тобой ссориться… снова, — он был уже не таким упрямым, как пару мгновений назад. — Да кого ты обманываешь? Меньше чем за месяц произошло столько всего, что я даже не в силах вспомнить! — в отличие от брата, кружечный не собирался идти на попятную. — О чём ты вообще? — чашка ещё сильнее заволновался, и на этот раз не смог скрыть это чувство, но последующие слова Магмена перевели разговор в более агрессивное русло. — О чём? О том, что у меня уже мозги пухнут от этого дурдома, который ты постоянно устраиваешь! — Хватит кричать! — разозлился Капхед. Это он устраивает дурдом?! Как бы не так! — И так голова болит. — Поздравляю! Из-за меня у тебя болит голова. Какая ирония! — Не трепи мне нервы! — Кто из нас кому их трепет?!       Окончательно потеряв контроль над ситуацией, Капхед сжал кулаки и злобно выпалил: — Заткнись!!!       Магмен замолчал и судорожно сглотнул, смотря на Капхеда испуганным взглядом. В его голосе прозвучало что-то дикое, совсем не родное. Он и раньше мог крикнуть на Магмена, но каждый раз после на лице читалось искреннее сожаление за то, что повысил голос на родного человека. Сейчас во взгляде больших глаз была лишь исступленная ярость.       Кружка повесил голову и продолжил говорить, но мягче и тише, чем до того: — Что с тобой происходит, Кап? Ты раньше никогда не вёл себя так агрессивно. Ты никогда мне не врал, а главное: никогда не оставлял меня в неведении. Ты всегда был упрямым и самоуверенный, и я, как твой брат, принимал это как должное, но сейчас… сейчас ты ведешь себя, словно чужой. — Я… я… не знаю. Что-то постоянно борется во мне. А иногда хочется просто… — Что — просто?       Капхед замолчал, не зная, как выразить свои переживания. И стоит ли их вообще выражать… Да, Магмен — самый близкий для него человек, он всегда был рядом и помогал ему, но… теперь все иначе. Возможно, это выработанная за последние месяцы привычка или желание защитить брата от возможных последствий, но Капхед не смог заставить себя открыться, ограничившись емким: — Ничего. — Ну вот опять! Почему ты скрываешь это от меня?! У братьев не должно быть секретов! Я, конечно, тоже не многословен, но я не вру тебе так, как это делаешь ты! — Маг… — Погоди… я ещё не закончил. Плевать на то, что ты заключил контракт с Дьяволом. Плевать, что ты скрываешь от меня то, что касается не только тебя. То, что ты постоянно мне врёшь… Плевать! Я понял, что ты не изменишься, это заложено в твоей голове. Просто пойми. Ты никогда никого не слушаешь, даже меня… но хотя бы раз послушай свою совесть. Иногда мне кажется, что у тебя её нет.       Молчание. Пустое беззвучное молчание воцарилось во всей комнате… снова. Тишина давила на несуществующие уши, подавляя желание действовать. Только неотрывный взгляд друг на друга не давал расслабиться. В глазах обоих читалось чувство тревоги и одновременно глобальной злость. Пристыженный Капхед боялся сказать хоть слово, и безразличие на лице брата не помогало побороть страх испортить все еще больше. Словно поняв это, Магмен нарушил гробовую тишину: — А знаешь что… мне всё это надоело, — он развернулся, открывая дверь в комнату. — То есть… ты хочешь оставить всё, как есть? — дрожащими губами спросил Капхед. — Нет. Всё началось со сделки — ей всё и закончится. Но на меня можешь не рассчитывать.       После этих слов последовал громкий хлопок двери. Чашка застыл на месте, понимая, что он не шутит, волнение продолжило нарастать, но через пару секунд в нём проснулась ярость, преобразуя негативное чувство в яростный крик: — Вот значит как? Решил просто взять и бросить меня, да?! Ну конечно! Кому я нужен?! Между прочим, это я подставлял тебе своё плёчо, когда ты нуждался в помощи! Именно я был с тобой всё то время, до и после того, как родители погибли! Даже сейчас я пытаюсь оградить тебя от всего этого, но ты лезешь вперёд меня в пекло! Ты просто не понимаешь, чего мне всё это стоило! Ты всегда был любимчиком! Идеальным ребёнком! Тебя всегда ставили мне в пример. А знаешь что! Теперь я скажу всё, что думаю! И плевать на то, что я кричу тебе через закрытую дверь! Я ненавижу тебя!!! Ненавижу всем сердцем!!! Лучше сразу умереть от лап Дьявола, чем прожить ещё семь лет с тобой!!! Если ты так хочешь, я уйду! Но тогда, это был наш последний разговор!       Капхед пулей рванулся вон из дома, хлопнув дверью так, что стены чуть не начали шататься. Ему хотелось порвать кого-нибудь на части, разорвать на куски, ненависть переполняла его всего. Даже фобия собственной магической силы мгновенно улетучилась. Он знал, куда направится теперь, знал, зачем и с какой целью.       Магмен прекрасно всё слышал и внимал каждое слово, но выйти и остановить брата не удосужился. Безразличие и усталость подавляли желание что-либо предпринять. Теперь это уже не его проблемы. Но… в глубине души он все же надеялся, что Капхед на эмоциях не выкинет какую-нибудь глупость.

***

      Казино. Такое большое величественное и удивительное место, но сколько ужасных страданий оно принесло людям. Ведь это казино самого Дьявола.       Массивная дверь тяжело отворилась, и чашкоголовый вошёл внутрь. Здесь было темно и тихо, что, впрочем, нормально: под вечер все посетители расходятся, а должники отрабатывают свой долг. Не все, конечно.       Пройдя по пустому мрачному залу, Капхед остановился в самом его центре, заметив высокую чёрную фигуру. Дьявол стоял полубоком, опираясь на свой трезубец. Нельзя было сказать, что он не обратил внимания на чашку, но с точность было понятно, он здесь не просто так, как и сам парень. — Какие-то проблемы, чашечка?       В ответ на приторный тон Капхед недовольно прорычал. — Оу… Наша маленькая чашечка сердится, — всё та же до жути слащавая и наигранная манера говорить вызывала только большую ярость в глазах Капа: он смотрел на него исподлобья, грозно скрестив руки на груди. — Мне жаль. Твой братик так тебя подвёл. Как это печально. Должен признать, я потрясён твоей реакцией. Не каждый способен напрямую высказаться о своём брате вот так.       Сатана медленно покручивал пальцами древко трезубца. Как ни странно, его реплика пробудила в чашкоголовом что-то, кроме ненависти. Раздирающая ярость сменилась моральной болью, заставив Капхеда вспомнить собственные слова. Кажется, только сейчас до него дошло, что именно он сказал Магмену. Сказал, что ненавидит… что предпочтет Дьявола родному брату. Нет… этого не может быть. Но, очевидно, всё-таки может. Разум и тело охватило ранее неизвестное ему чувство: смесь стыда, страха и отчаяния. Алчность всегда была его злейшим врагом, превратившись в пожирающего изнутри демона. Капхед обессилено рухнул на колени, на глазах наворачивались слёзы, стекая по щекам и падая на пол. Что же он натворил… — Ц-ц-ц… Какое самокарание. Я бы посочувствовал тебе, будь во мне хоть капля сострадания, — рогатый растянулся в широкой улыбке. Раздвоенный язык прошелся по белоснежным клыкам.       Парень поднял голову, вытирая слёзы перчаткой и набираясь храбрости. Ему нужно было только одно — контракт. Если он не может избавить себя от страданий, то хотя бы попытается сделать это ради Мага, ведь именно он виновен во всём случившемся с ним. Но в тоже время, ненависть всё ещё гуляла на просторах его создания, прорываясь сквозь толщину смешанных чувств.       Из темноты за Дьяволом послышался какой-то мерный стук, напоминающий неторопливые шаги. Дьявол покосился себе за спину, а Капхед немедля вскочил на ноги, прицелился и выстрелил в противника. Но вместо ожидаемого результата только повторил старую ошибку: из-за плохой видимости попытка вышла неудачной, и световая пуля попала в плечо рогатого. Он вскрикнул, не столько от боли, сколько от неожиданности, закипая от злости. Уже через пару секунд оно зажило, не оставив и следа от попадания. Дьявол медленно повернул голову к чашкоголовому: — Это ты зря, чашечка. Очень зря.       Подчиняясь инстинктам, Капхед медленно попятился назад, постепенно ускоряя шаг. Он боялся отвести взгляд от Дьявола, и просто надеялся не наткнуться на игральный стол и не упасть, как в прошлый раз. Все-таки рогатый соврал ему… Он пообещал, что вернет способность стрелять, но не упомянул, что отныне она будет действовать не так эффективно, как раньше. Теперь Капхед сообразил, в какую неприятность попал, и как ему не хватало поддержки Магмена… — Ну уж нет, не уйдёшь, — Сатана полностью развернулся, крепко сжимая древко трезубца в когтистой руке, и пошел на него. — Дайс, держи его!       В сию же секунду, парень почувствовал, как сзади его обхватывают мужские руки, заключая в мёртвой хватке. Он услышал за собой тихий знакомый голос, заставивший его оцепенеть: — Прости, малыш. — Браво, Дайси! — улыбка не сходила с лица Дьявола. — Я думал, ты всё-таки оставил прошлое позади. Но сейчас я вижу, что ты повёл себя, как последняя крыса, предав того, кто доверял тебе всё это время. Я горжусь тобой… а ведь было хотел тебя убить. — Я… я верил тебе! Я думал, ты на нашей стороне! — закричал чашечный, вырываясь из рук кубоголового, но тот крепко зажал ему рот, не сказав ни слова. — Потише, чашечка. Мы ведь не хотим ещё больше проблем, — длиннорогий немного приблизился к нему. — Месть — это блюдо, которое подают холодным. А мы ведь это знаем, верно?       Капхед пытался что-то сказать, но из намертво закрытого рта выходило только прерывистое мычание и стоны. Из глаз снова потекли слёзы, а по телу побежала дрожь. Паника овладела его разумом, вытесняя из памяти всё, что произошло за это время, не оставив ничего, кроме боли. В этот момент он понял, что ему по-настоящему не хватает помощи от того, кто видел правду во лжи всё это время, и только сейчас осознал, что молить о пощаде поздно. Слишком поздно. — Не бойся, малыш, — Дьявол подошёл ещё ближе и приставил остриё трезубца к горлу парня. — Это будет больно!