Слова, зажигающие сердце

Огромная поляна, залитая светом голубой звезды, была окружена высокими стволами, в которых знающий глаз тут же узнал грибы. Среди лазурной травы кое-где попадались другие грибы — поменьше. Быстро глянув перед собой, Пол насчитал около шести видов. — Где мы? — только и сумел выговорить Стамец, восхищенно осматриваясь. — У нас в голове, — ответил Хью. — Это всё… не настоящее? — Пол уже сидел в траве, осторожно рассматривая нежно-голубой грибок на тонкой ножке с шляпкой, похожей на светящееся кружево. — Если ты переживаешь — можно ли рвать, то нет, не настоящее. Рви, разбирай, никто не пострадает, — ответил Хью, улыбаясь, — Если тебе интересно, существует ли это на самом деле, то — да. Я скопировал поляну одной из планет гамма-квадранта. Пол поднял на партнера умоляющие глаза и тот сразу ответил: — Да, конечно же, ты обязательно на ней побываешь. Позже. Для тебя это будет позже. Стамец уже крошил в пальцах тело гриба, разбираясь со строением споровых пластин. — Хью! — он снова поднял полные восхищения глаза, — Это потрясающе! — Я знал, что тебе понравится. — Ты всё знаешь, — Стамец закатил глаза и вернулся к изучению гриба. — Нет. То, что происходит сейчас… С того момента, как ты согласился помочь мне. Это новая ветка реальности. Ее не должно было быть, потому что такие как я не вмешиваются в ход линейного времени. И все, что будет дальше, для меня такая же загадка, как для тебя. Признаюсь, это непривычно. Ведь при этом я продолжаю существовать во всех временах одновременно, — Калбер присел рядом с партнером, а потом привлек его, чтобы усадить на нежную траву и немного обнять. — Сколько времени мы можем пробыть здесь? — спросил Пол, ненадолго все-таки оторвавшись от гриба, хоть и продолжал поглядывать на другие, растущие в отдалении. — Здесь нет времени… — ответил Калбер. — Для всех на корабле пройдет всего минута, сколько бы мы ни разговаривали. Это просто контакт сознаний. Для наших тел он мимолетен. Для наших разумов — вечен. — Очень удобно, — улыбнулся Пол и снова посмотрел в сторону грибов. — Ты хотел поговорить, — напомнил Хью, прижимая партнера к себе. — Ты будешь выглядеть так? — вдруг спросил Стамец. — Мне казалось, так тебе будет привычнее, — доктор пожал плечами. — Всегда хотел, чтобы твое тело было покрыто плесенью, — лейтенант изобразил мечтательный взгляд. На коже Калбера начали появляется темные и белые пятна, которые быстро превращались в очевидные плесневые наросты. — Эй! — засмеялся Пол. — В ваших червоточинах не раздают чувство юмора? Верни как было. Мне нравится, как ты выглядишь. — Я старался, — внешность доктора вернулась к прежнему состоянию. — Как ты вообще придумал Хью Калбера? — вдруг спросил Стамец. — Хью — это мое настоящее имя, — ответил доктор. — Когда такие как я выходят в трехмерный мир, они выбирают себе имя, которое будет хорошо звучать на любом языке. — Я думал, ты такой один. — Нет. Бывает, что кто-то из наших приходит сюда. Например, Кью*… — по тону было очевидно, что этого Кью Калбер недолюбливает. — Врывается к разным расам и играет в Бога. Я сейчас даже не сориентируюсь, можешь ли ты уже найти упоминания о нем в архивах федерации… — А внешность? — Стамец расслабился и даже почти перестал смотреть в сторону грибного леса. — В одной из веток реальности ты встречался с похожим парнем. Большую часть я подчерпнул оттуда, изменив то, что тебе не нравилось. — Он тоже доктор? — Нет. Профессию я выбирал из соображений удобства. Можно было стать начальником службы безопасности — это тоже полезно. Но, думаю, с воякой ты бы не ужился. — Я ужился бы только с тобой, — Пол ласково улыбнулся. — Ты много о себе не знаешь. В одной из вероятностей ты даже женат на женщине, — засмеялся Хью. — Но в чем-то ты прав. В большинстве реальностей ты одинок. — Почему-то я не удивлен… — Пол посмотрел на небо. Голубое светило начинало клониться к закату. — Да уж, оторвать тебя от работы и заставить поднять глаза хоть на кого-то было тем еще испытанием, — доктор улыбался и Стамец был бесконечно благодарен ему за то, что он смог дать им возможность отдохнуть от забот. Они давно не разговаривали так спокойно. — Но если уж ты с кем-то встречался, — продолжил Хью. — То обычно они были темнокожими. Видимо твои гены альбиноса тянутся к противоположности, подсознательно выбирая партнера любого пола так, словно ты хочешь иметь от него детей. — Тебя я выбрал не по внешности, — ответил Пол. — Меня привлекла твоя честность, открытость и прямолинейность. — А вот это вышло случайно, — Хью нежно улыбнулся и сильнее прижал партнера к себе, — Но я бесконечно рад, что так получилось. — Зачем я тебе нужен? — тон Пола не изменился, но Калбер заметно напрягся. — Тебе придется рассказать, иначе я решу, что ты на самом деле в меня влюбился и просто хочешь положить всю вселенную к моим ногам. Я конечно знаю, что я гениален. Но подозреваю, что есть что-то еще. Хью вздохнул. — Я могу многое в вашей вселенной. Ты видел, что я могу управлять энергией, могу проникать в сознание, могу генерировать какие-то объекты, такие как это тело… Но я не могу перемещать предметы сквозь пространство или время. И если я хочу серьезно работать с Федерацией… — Тебе нужен корабль со споровым приводом, — закончил за него Стамец. — Не просто корабль… Мне нужен целый флот. Большой флот кораблей со споровым приводом. — И как ты хочешь… — Пол задумался — Хочешь меня клонировать? — Не совсем… — Хью замялся, и пришла очередь Стамеца напрячься. — Скажи, Пол, когда ты изучал тихоходку, что именно ты успел узнать о ней? — Не много, но и не мало… — Расскажи всё. — Космическая тихоходка имеет много общего со своим земным сородичем, — глаза Стамеца заблестели, как и всегда, когда он говорил о работе. — Она может переносить огромные нагрузки, очень высокие и низкие температуры, а в состоянии ангидробиоза** может провести сотни лет… — А как она размножается? — Половое размножение с откладыванием яиц, но без сложных стадий развития, как у насекомых. Кстати, та тихоходка, которую мы поймали, оказалась самкой. Я еще вспомнил тогда, что в экстремальных обстоятельствах они способны к партеногенезу и подумал… Подожди-ка? — Пол неверяще уставился на партнера. — Ты все правильно понял, — Хью улыбнулся. — Ты хочешь сказать, что и я теперь… самка? — по выражению лица Стамеца невозможно было понять, в ужасе он, удивлен или восхищен. — Не совсем так. Но ты действительно можешь производить потомство. Яйцеклада у тебя нет… Но когда я проводил обследование… Я не стал включать это в официальный отчет… — Спасибо хоть на этом! — засмеялся Пол. — В общем, в твоем теле теперь есть камера с недозревшими яйцеклетками. Они могут сформировать полноценные оплодотворенные яйца. Тогда я извлеку их из тебя хирургическим путем. — Наверное, сейчас я должен сказать, что пока не готов к детям, — Стамец нервно засмеялся. — Ты уже знаешь как спровоцировать зачатие? — Скажем так, у меня есть идеи, которые стоит опробовать. Мы вернемся к этому позже. — Хью еще крепче обнял партнера. — Ты хотел поговорить о чем-то еще? — Да… — на лицо Стамеца вернулась серьезность.— Расскажи мне, за что мы боремся. — Я ждал, когда ты наконец спросишь! — и тут уже глаза Хью взволнованно заблестели. — Такие как я видят устройство вселенной куда глубже, чем это возможно из трех измерений. — Логично, — Пол весь обратился в слух. — Упорядоченная часть космоса — это лишь малая часть мироздания. Всё остальное — первозданная тьма… Хаос. И он всегда и бесконечно стремится поглотить наш мир… эту… упорядоченную часть. Поглотить космос. Вернуть его себе. — Ты можешь показать мне, как это выглядит? — с надеждой спросил Стамец. — Вряд ли ты сможешь полностью воспринять это так, как я… По крайней мере, сохранив рассудок… Но я могу устроить для тебя небольшую визуализацию. Хью жестом направил взгляд партнера наверх. Все небо почернело, с него исчезли облака и светило. В центре темного полотна зародилась сверкающая переливающаяся всеми цветами точка. Она постепенно увеличивалась, становясь прекрасным перламутровым шаром. Вдруг тьма вокруг словно ожила, пошла волнами и резко нахлынула на него, снова превращая в еле-заметную точку. Но точка снова ширилась, превращаясь в шар, еще более прекрасный, сложный и удивительный. А черные волны продолжали лизать его берега, пока не съели, вновь оставив лишь слабый отсвет. И так это повторялось много раз, и каждый раз шар становился всё невероятнее. Потом сквозь картину постепенно стало проступать небо, пока чернота не исчезла. Демонстрация закончилась. Стамец дрожал. Казалось, его сознание затопили одновременно первобытный ужас и высшее восхищение. — Все хорошо? — спросил Хью и погладил его по голове. — Да… — голос Пола немного охрип. — Я понял, о чем ты говоришь… И долго продолжается подобное? — Боюсь, на твой вопрос невозможно ответить… — Да… Точно, — Стамец взял себя в руки. — Я никак не могу к этому привыкнуть. — Я тебя понимаю, — Калбер усмехнулся. — Мне так же сложно было принять концепцию времени. — Так значит ты планируешь бороться с первозданной тьмой? Я правильно тебя понимаю? — лейтенант выглядел ошеломленным. — Бороться с ней невозможно, — ответил Хью. — Но такие как я, и другие высшие существа, — на фразе «высшие существа» Стамец закатил глаза, но промолчал. — Стремятся постоянно усложнять космос… повышать систематизированность нашего мира. — Снижать энтропию? — Пол понимающе кивнул. — Да. Так мы можем эффективнее противостоять Хаосу. — И почему ты решил отделиться от остальных в этой борьбе? — Они не берут в расчет трехмерный линейный мир, — в голосе Калбера послышалась неподдельная злость. — Я убежден, что именно в вашем мире кроется разгадка. Что ваш мир, разрушая сам себя, повышает энтропию, работая на Хаос. Что разумная жизнь появилась в этом мире не просто так. Она должна была повысить упорядоченность… А вместо этого… — Но тебе не удалось донести эту мысль до остальных? — Стамец подумал о том, как знакома ему невозможность объяснить кому-то значимость своего открытия. — Да, они не хотят меня понимать. Поэтому я пришел сюда, чтобы своим примером показать, что творение внутри вашего мира возможно. Что возможно менять даже время. Я создам новую ветку реальности и отвоюю у хаоса еще часть мироздания. И тогда они вынуждены будут согласиться. И весь ваш мир обретет гармонию… — Но как ты видишь… — Пол замялся, формулируя. — Как это будет происходить на практике? Что ты будешь делать? — Я начну работу в альфа-квадранте. Таковы мои договоренности с Доминионом***. Я не лезу на их территорию, они — на мою. Они строят свой порядок так, как они его видят. И пока они делают это — они работают на меня. Хоть в какой-то степени… — Что ты хочешь получить в итоге? — Хью был доволен искренней заинтересованностью в голосе Стамеца. Он все еще не мог привыкнуть к тому, что не знает, что тот скажет дальше, и это слегка нервировало. — Равные возможности для всех разумных существ. Раскрепощение и пробуждение высших творческих способностей для каждого из них…. — глаза Хью светились нечеловеческим огнем. —Но это…. невозможно, — Пол нахмурился. — Ресурсы вселенной безграничны, — ответил Калбер. — Если мы распределим их между всеми видами, то получим цивилизации, которые не будут нуждаться в материальном и смогут полностью сосредоточиться на развитии и росте. Мы подарим им технологии и знания, сподвигнув продолжать прогресс во всех его проявлениях. Мы покажем им истину о строении мироздания, как я показал тебе, и они будут вынуждены отказаться от мифов и предрассудков. Мы будем направлять их мягко, постепенно объединив в общем порыве, объединив общей целью… — Весь альфа-квадрант? — в глазах Стамеца читалось восхищение. — Всю вселенную!