Никогда не поздно...

      POV Элеонтесса Марель       Сознание возвращалось медленно. Сначала вернулся слух, затем и все остальные органы чувств. Вокруг царила тишина. Неохотно разлепила глаза, села и огляделась. Лежала я на снегу посреди леса и... До моего затуманенного мозга медленно дошло, что мне холодно. Я почти взвизгнула от мороза, резко пронзившего все тело, и вскочила, спешно накладывая на себя согревающие заклинания. Отряхнувшись от снега, я снова огляделась, пытаясь определить свое местоположение. Получалось не очень, но окрестности были мне определенно знакомы.       «Ты в Городе Вечной Зимы. Точнее, недалеко от него», – флегматично ответила на незаданный вопрос Элен.       «Мм... ясно. Стоп, где?! Как я здесь оказалась?! Мы же вроде под торнадо попали... Кстати, а почему я жива вообще?.. Это ты меня спасла?», – пришла я к логическому выводу. В самом деле, я не наивный ребенок, чтобы поверить, что мне удалось выжить после того покушения природы, целью которого мы с Оливером оказались. Слишком мало шансов, да и удача – дама ветреная, увы. Но сейчас не об этом.       «Интересное предположение, но нет, вы оба выжили потому, что это торнадо – своего рода портал, причем стихийный, так что вы могли оказаться где угодно. Но тебе повезло переместиться прямо к Главе Клана Северных Кошек».       «А где Оливер?», – спохватилась я, вспоминая об одном идиоте-фаталисте. Увижу – убью, выбесил невероятно.       «Понятия не имею», – равнодушно.       Так, ясно, значит Вайса придется искать самостоятельно. Вздохнув, чем вызвала облачко пара, я без особого энтузиазма поплелась в Город Вечной Зимы. Периодически меня поправляла Элен, указывая правильный маршрут, и я послушно меняла направление.       Настроение было паршивым: есть хотелось сильно, да и пить тоже, но если желания своего тела можно было игнорировать, то с душевным состоянием все было не так просто. Я переживала за Басти: она же домашняя до ужаса. Да, де Лорейр умная, достаточно хитрая и ловкая, но вот как она поведет себя, оказавшись с врагом один на один? Одной только Магии известно. Так что причины для беспокойства были.       Я в очередной раз вздохнула, чем вызвала облачко пара, и, подняв голову, увидела город. Через пару секунд сообразив, что это Элен поуправляла моим телом, пока я пребывала в раздумьях, мысленно послала волну благодарности. Ответа как обычно не последовало.       Хмыкнула на это и вспомнила о пожеланиях своего желудка, поэтому зашла в первую попавшуюся таверну. Вообще, согласно уставу Клана, я должна была первым делом пойти к Главе, но голодная я – злая я, а это обычно приводит к неприятностям. Поэтому я предпочла пойти сначала поесть.       Села за столик и сделала заказ, после чего снова обратилась к Элен:       «Как ты думаешь, Басти выживет?», – этот вопрос мучил меня давно.       «Вспомни ее поведение и эмоции в день вашего знакомства», – равнодушным тоном ответила богиня.       Я напрягла память. Если честно, на тот момент меня больше интересовали Отто со своей бандой идиотов с садистскими наклонностями, чем их очередная жертва, но не заметить Басти было просто нельзя. Не потому, что она не вписывалась в обстановку Нижнего Города. Просто де Лорейр... не знаю, другая, что ли? Вряд ли ее учили защищать свою жизнь до конца, если рядом нет телохранителей. Я много в своей жизни видела аристократов, желающих острых ощущений, и для этого посещавших Нижний Город в одиночестве, без охраны. Обычно это очень грустно заканчивалось. Для посетителей, конечно же. Да и не искал их никто: объявляли об их трагичной гибели из-за засады подлых разбойников/наемников, нужное подчеркнуть, и забывали об этом уже через час. Потому что сами виноваты, думать надо, прежде чем что-то делать.       Были правда и те, от кого таким образом избавлялись. Правда и это тоже делали по разному: кого-то просто бросали в Нижнем Городе, и те либо умирали от голода/холода/обезвоживания, либо попадали в рабство, становясь чьими-то игрушками. Еще были те, кого продавали в рабство/на опыты/еще что-нибудь, кого-то отдавали местным криминалам, а что они с ними делали дальше – никого не волновало. Жестокое все-таки место, этот Нижний Город. Басти вряд ли осознает, от чего именно я ее спасла, когда убила тех идиотов.       «Ты отвлеклась», – хладнокровно прервала мои мысли Элен. Вздохнула и честно сосредоточилась на дне, который перевернул наши с Басти жизни, как бы пафосно это ни звучало.       Мне было скучно, я шла с тренировки, и меня привлекли обычные для Нижнего Города эмоции, а именно страх и решимость. Но сосредоточены они были в одном разумном, что было не настолько типично, а потому я из чистого любопытства решила посмотреть на происходящее.       А зрелище было поистине интересным: Отто, местный типа крутой, вместе со своей отбитой на всю голову бандой направлялся к напуганной, трясущейся от ужаса девчонке лет тринадцати. Вроде бы ничего особенного, но она сжимала в руках кинжал и в глазах вперемешку со страхом горела решимость если не победить, то хотя бы не позорно проиграть. Таких разумных я любила всегда: пусть трусов, но готовых биться до последнего. За себя, за свою семью, за родину, дом, детей. Неважно за что, главное, способных не сдаваться под давлением, любым.       До меня внезапно дошло, что я всегда относила Басти к категории таких вот решительных трусов. Захотелось засмеяться от осознания собственной слепоты, глупости, неумения видеть то, что лежит на поверхности, и я не стала себя сдерживать. Взгляд официанта, как раз принесшего заказ, я предпочла не заметить.       Вооружившись вилкой и проигнорировав нож (чай не на светском приеме), я начала свой, судя по виду из окна, поздний ужин. Быстро покончив с ним, я расплатилась и вышла из таверны, направившись к своему – о, Магия, до чего я дошла?.. – боссу. Идя по городу в направлении дворца, я пыталась понять, что не так. Интуиция беспокойно тренькала, оповещая об опасности, но откуда ждать удара я не понимала, и это меня нервировало.       В итоге, моя нервозность вылилась на несчастного стражника, попытавшегося меня остановить. Я уже говорила, что это бесполезное занятие?       – В чем проблема, господа стражники? – вопросила я в надежде на адекватный ответ.       – Вход во дворец посторонним разумным запрещен. У вас есть пропуск? – терпеливо заявил мужчина, старательно игнорируя мои подрагивающие от желания свернуть ему шею и пройти дальше без помех, пальцы. Останавливало меня только понимание, что сделаю только хуже.       – Нет, – абсолютно честно сказала я. – Но у меня важное сообщение для Главы Клана о местонахождении его дочери.       От стражника повеяло недоумением.       – У Главы нет дочери, только сын, Максимилиан, – осторожно заметил он. Теперь настала моя очередь недоуменно глядеть на этого темного.       – Что за чушь? Максимилиан де Лорейр имеет только дочь, Бастиэль, и он Глава Клана Северных Кошек.       – Максимилиан только принц, а наш Глава, Серго де Лорейр жив, и, хвала Магии, умирать в ближайшее время не собирается, – смотря на меня как на сумасшедшую, ответил второй стражник.       Наступила неловкая пауза. В моей голове уже успело пронестись сотни вариантов того, что произошло: начиная с того, что у меня начались слуховые галлюцинации, заканчивая тем, что мир вокруг, также как и произошедшее со мной – лишь плод моего воображения, а на самом деле я лежу в больнице для психов, убеждая лекарей, что все это правда.       Представшая перед глазами картина была настолько реалистичной, что я аж передернулась. Не-не-не, это уже бред! Правда по-любому прозаичнее.       Пока я приходила в себя от атаки собственного буйного воображения в наш разговор успели вмешаться.       – …пожалуйста, мою сестренку, она больна Архастом*, много всего путает, – говорил какой-то парень, стоя рядом со мной. Кажется, это был бармен в той таверне, в которой я недавно ужинала.       На меня посмотрели с сочувствием. Раздраженно скривившись, потому что ненавижу чужую жалость, а потом мысленно ошалев, когда до меня дошло, кем этот арлайквай ту* меня назвал, я тем не менее кивнула и сделала виноватое выражение лица.       – Ничего, мы все понимаем. Впредь следи за своей сестрой внимательнее, – посоветовал почти все время молчавший стражник, давая понять, что мы можем уходить с миром.       – Обязательно, – кивнул недавний бармен, понимая намек, и потащил меня в сторону от дворца. Я настолько удивилась появлению родственника, что даже не сопротивлялась, да и опасности не чувствовала. Правда, когда мы остановились возле какого-то дома, я пришла в себя и прорычала:       – Ты кто такой, кварсал*? Ашкаро ми тэль?!       «Лео, ты перешла на нижнегородский», – заметила Элен слегка обеспокоенно, а я прикусила язык, ибо не узнать нижнегородский – это надо быть последним идиотом. Проклятье, как я вообще умудрилась? При знакомстве с Басти и дальше мне удавалось сдерживать постоянно лезущие на язык фразочки из Нижнего Города, а сейчас так просто сорвалась…       «Все срываются. И ты не исключение», – спокойно сказала богиня.       «А ты видимо да, госпожа равнодушие!», – огрызнулась я.       «Ошибаешься. Я тоже умею чувствовать – я ведь иногда обижаюсь. В конце концов, кто виноват, что в этом мире мало того, что способно вывести меня на эмоции?», – хмыкнула девушка.       «Логика железная», – проворчала я скорее для вида, на деле же уже не злясь. На место гнева пришла грусть. А еще мне стало стыдно.       «Прости, Элен, я…», – но договорить мне не дали.       «Давай проясним одну вещь, Лео, – отстраненно начала Элен. – Ни ты, ни кто-либо еще не сможете специально вывести меня из себя, потому что я не реагирую на провокации, да и привычки обижаться на детские оскорбления у меня нет. Вывести меня на эмоции могут только твои поступки, но лишь при условии, что они сделаны не для того, чтобы мой эмоциональный диапазон расширился, ясно?».       «Ясно», – уныло согласилась я.       «Вот и отлично. Надеюсь, эта тема закрыта навсегда».       – Я не понял, что ты сказала, если честно, – выдернул меня из моих мыслей голос парня, про которого я не забывала, но особого внимания ему не уделяла, – но это неважно, вряд ли в твоих словах было что-то важное или доброжелательное. Меня зовут Генрих, и я из будущего. А точнее, твоего настоящего. Ну, примерно, конечно.       – Ты, шкха* недоделанный, что несешь?! Какое еще будущее? – разозлилась я, полностью переключившись на этого раздражающего типа.       – Ты еще не поняла? – удивился он. – Мы в прошлом.       – Мы? И что значит «в прошлом»?! – это объясняло звон интуиции, но звучало слишком бредово, чтобы я так просто поверила.       – Да, мы. Я понял, что ты тоже из 3732 года (примерно, конечно же), когда увидел деньги, которыми ты расплатилась.       – И что же с ними не так, нивар? – я насмешливо прищурилась.       – Может хватит меня обзывать? – несколько раздраженно спросил парень.       – Я назвала тебя бабочником. Не нравиться – смени стиль одежды, – я пожала плечами, намекая на бабочку, повязанную на шее. Генрих только вздохнул. – Кстати, тебе не влетит за побег с работы? И ты не ответил.       – Меня сегодня уволили, так что все нормально.       – Сочувствую. И ты по-прежнему не ответил. Что с деньгами не так?       – Не стоит. А на счет денег… купюры по двести фир появились только в 3731 году, так я собственно все и понял.       – Блин, надо деньги забрать! – всполошилась я, готовая бежать и требовать деньги обратно. Правда, других у меня не было, но я что-нибудь придумаю.       – Я уже забрал и оплатил счет за тебя.       – Да ты святой, нивар! Спасибо, можешь оставить эти деньги себе, в память о нашем настоящем, – серьезно произнесла я. Вряд ли у парня много вещей, указывающих на его настоящее время, а здесь он похоже давно.       – Спасибо, – бабочник слабо улыбнулся. – Тебе ведь некуда пойти?       – Ага, – кивнула я, понимая, что далее последует предложение остаться у него. Будь ситуация другой, я бы заподозрила неладное, а сейчас… его поведение логично, ведь мы в какой-то степени родственные души, ведь на данный момент я единственная, кто знает правду о нем, единственная, кто его понимает. – Но мне нужно найти одного фаталиста, он похоже тоже в прошлом оказался вместе со мной. И кстати, в каком мы году?       – В 3712. Кого ты ищешь? – с любопытством.       – Оливер Вайс.       – Что?! Герой войны с Южным Кланом Оливер Вайс?! – глаза Генриха засияли поистине фанатским огнем. Я даже почти испугалась.       – Ну да, – пожала плечами, удивившись столь бурному проявлению чувств, – наверное… я не знаю, герой войны он или нет.       – Ну брат Ноя-то у него есть? – возбужденно спросил парень, только что не кидаясь на меня от нетерпения.       – Вроде есть.       – Тогда это точно он! Как я счастлив! Понимаешь, я его фанат, – смущенно пояснил темный, увидев мое удивление.       – Мм… ясно, – покивала я. – А я над ним издевалась, – и глядя на потрясенное лицо парня, весело рассмеялась. Обожаю издеваться над разумными!       – Кстати, ты же знаешь, что сейчас идёт война?       – Что-о-о? – теперь настал мой черед удивляться. Хотя, Басти что-то такое говорила. Война вроде была между Югом и Севером. Мда... Угораздило же меня попасть именно в военное время.       – Ладно, сейчас не об этом, – улыбнулась, протягивая руку. – Меня зовут Элеонтесса Марель, и я пришла из 3732 года. Я – выходец из Нижнего Города, названая сестра Бастиэль де Лорейр и главный вандал Города Вечной Зимы.       Генрих удивленно посмотрел на меня, а потом искренне улыбнулся, пожимая мою руку в ответ.       – Меня зовут Генрих Фанслеер, и я уже пять лет живу в 3712 году. Я – обычный житель Города Вечной Зимы, когда-то бывший лучшим метателем кинжала своей родины и главной головной болью острова Камелия.       – Это же судьба! – весело рассмеялась я, и наше рукопожатие распалось. Кажется, мир достигнут.       Жить я осталась у Генриха. Он оказался вполне нормальным парнем, имел чувство юмора, посмеялся с моей истории о том, как я разукрасила лицо Основателя его Клана, пусть и ошалел порядком. В общем, Фанслеер мне понравился.       Не нравилось мне то, что нам так и не удалось найти Оливера. То ли он оказался в какой-то кхм... яме мира, то ли так хорошо умел прятаться, но факт оставался фактом: найти его не получалось. Это меня жутко бесило, но большая часть моей злости была попыткой скрыть беспокойство. Потому что как бы Вайс-старший меня не разозлил в день, когда мы виделись в последний раз, как бы он себя ни вел, я успела к нему привязаться. Не до такой степени, чтобы отдать за него свою жизнь, но достаточно, чтобы искать его до победного. И я продолжала поиски: доконала всех прохожих, облазила все таверны и гостиницы города, расспросила всех сплетников, оставила пару специальных намеков по столице, которые должны были дать ему понять, что я тоже здесь, в прошлом, в общем, старалась по полной. От того, чтобы повесить по всему городу нарисованный портрет Оливера меня остановил Генрих – как ни как, а Оливер Вайс в этом времени в двух штуках пребывает, причем он известен – герой войны же! Как же меня это бесило!..       А спустя три дня моего здесь пребывания, когда я была на грани того, чтобы к Магии сжечь столицу, чтобы хотя бы так привлечь внимание этого идиота и показать, что я здесь, в дом к Генриху ворвался его местный друг (а на дворе царила ночь, между прочим) и с порога выкрикнул:       – Прикинь, что я узнал?!       Мы с Фанслеером одновременно поперхнулись чаем, который так неосмотрительно решили глотнуть, что едва не стоило нам жизни. Едва удержавшись от того, чтобы совершить жестокое убийство одного наглого и невоспитанного темного, я просверлила его злобным взглядом и прорычала:       – И что же ты такого узнал, шумный придурок?!       – Эм... – растерялся парень, замявшись, чем разозлил меня еще больше. Умей я сжигать взглядом, он бы уже превратился в кучку пепла. Мгновенно. – Там какой-то идиот прикинулся Оливером Вайсом! Его поймали, а завтра на рассвете будет казнь!       Мы с Генрихом переглянулись. Кажется, мне пора вспомнить бурную молодость. И постараться не убить этого идиота, да...