Мотель "У погибшего ведьмака"

Прощаться Ник не стал. Да и кому оно нужно, это прощание? На эвакуацию оставалось все меньше и меньше времени, а люди, как водится, не были готовы покидать насиженные места. Нику приходилось выставлять их чуть ли не силой. Махать жетоном, орать то об утечке газа, то об опасном преступнике, взявшим заложников — в зависимости от того, кто открывал дверь и кто чему бы с большей вероятностью поверил. Выгнав всех жильцов на улицу, Ник еще раз проверил все комнаты, прихватил забытую кем-то из жильцов клетку с канарейкой. Отогнав людей метров на сто, Ник взял номер Виинсента у Мак-Рэя. — Я всех вывел. Тихо плакала в объятиях какой-то сердобольной женщины Делия. Мак-Рэй громко ругался, что-то кричал в телефонную трубку. Вдалеке раздавался вой сирен — Хэнк или местные? А Ник стоял и смотрел на опустевший дом, стараясь не думать о том, правильно ли он поступил, послушав совесть, а не букву закона. Эмоций как таковых не было — в подобных ситуациях Беркхард всегда ощущал странное опустошение. Будто все чувства и силы выели, выдернули, оставив пустую оболочку — не личность, просто тело, которое уже ничего не решало, но по-прежнему несло на себе ответственность в том числе и за чужие поступки, которым был дан зеленый свет. В такие моменты Ник ненавидел свою работу — Ещё раз спасибо, заслужил, — вздохнул голос в трубке — бесконечно усталый. — Ты необычный Гримм, при других обстоятельствах мы, может, стали бы друзьями. У меня предчувствие, что Делия родит девочку — пожалуйста, научи её стоять за себя, ты же коп! Не хочу, чтоб ей на дороге попались такие же изверги, как убийцы Лайлак. Когда моя дочь будет в состоянии понять и простить, расскажи ей обо мне. Прощай! Винсент выкрикнул звуки, которые соединились в некое длинное имя. В трубке грянули семь воплей, слившихся в один — и забормотал автоответчик, вещающий об «абоненте вне зоны досягаемости».