Vir Assan

— Метида? Эльфийка остановилась, глядя на женщину перед собой. — Вирасан, — усмехнулась маг, — рада приветствовать тебя в этом мире. — Ты… Жива! — И вполне здорова. Твои похождения заставили меня изрядно напрячься и явиться сюда. В это Богами забытое место. — Н-но как? Как это возможно? Ты ведь умерла… Битва при Бруме! Ты там трупом была! Метида усмехнулась. — В том мире я мертва и не способна вернуться обратно, а здесь я вполне жива и здравствую. Голос Надир звучал так непринужденно и спокойно, что Вира невольно вспоминала те деньки, когда подрабатывала наемником для Гильдии Магов. Примечательно, что женщина никогда не изменяла своему стилю, что тогда, что сейчас. Короткое каре темных волос, чёрное платье, оголяющие плечи и руки, а так же плащ, который надевала Надир в редких случаях. Пока Вира предавалась воспоминаниям, Метида планомерно сканировала мерку. И с каждой секундой ее лицо смурнело. — Лисандор, — произнесла Метида. — И как тебя угораздило связаться с этим демоном? Последнее слово магнесса произнесла с особым отвращением. Вира поджала губы, но не ощутила недовольства демона. Он совсем молчал. — Ты играешь в опасные игры, Вира и вполне можешь не справиться. — Какая разница? Это моя жизнь и мне решать. — Какие мы самостоятельные. — Лицо Метиды тронула ухмылка. Она обернулась к телу умирающего эльфа. — Стоит ли мне его спасать? Вира подошла ближе, по-прежнему держа младенца в руках. Седрик выглядел очень плохо. Пока Вира играла в вершителя судеб, ее друг умирал от паршивой раны на животе, с вываленными внутренностями. Ему осталось не долго. И магия Асан, даже с помощью демона вряд ли поможет.  — А сможем? — тихо спросила босмерка. — Я тут не для красоты стою, Вирасан. Я пришла помочь и вижу, что дела совсем плохи. — Надир кинула еще один взгляд на эльфийку. — Что за ребенок? Зачем он тебе? — Плод насилия. А зачем, — она нахмурилась, пытаясь вспомнить, зачем взяла его с собой, а не оставила горе-мамаше. — Не помню. Нужен был для чего-то. Метида вскинула руки вперед, проводя над эльфом, подливая заклинание стазиса. — Я могу спасти эльфа, но тут это будет действовать за прицепом жизнь за жизнь. Этот мир скуден на магию, и я не могу вершить то, что делала в твоем мире или в своем. — Ты, — Вира уставилась на женщину, — предлагаешь… Иффре! — Именно это я и предлагаю. — Но…это же ребенок. — Как ты сказала, он плод насилия, а значит, его судьба будет сродни судьбе своего отца, в чей род вошел с рождением. И судя по твоему выражению лица, отец у него не образец для подражания. — Смотря для кого, — фыркнула мерка. Младенец в руках зашевелился. — Делай то, что должно. Седрик мне важнее, чем…он. По указанию Метиды, она положила младенца прямо на тело эльфа, а после вовсе отошла, подальше, повернувшись спиной и стараясь не думать о своем решении. Асан даже закрыла уши, что бы не слышать колдующую Надир. Только повторяла для себя, что сделала все правильно, что так надо. Судить ее будет только Иффре и никто иной, кроме него. Босмерка села на траву, зажмурив глаза и не сразу почувствовала, как Надир оказалась рядом. Ее рука легла на макушку эльфийки и ту, как током прошибло. В глазах потемнело, а окружающий мир затих, пока тьма все не окутала.

***

Вира очнулась в постели. Самой настоящей, мягкой и чистой постели. Вставать не хотелось. После всех лежанок и шкур на земле, грех было не насладиться кроватью, достойной всех аэдра. Зажмурив глаза от удовольствия, эльфийка потянулась, кряхтя суставами как уцененная марионетка, а затем замерла с четким осознанием того, что она не знает, где очутилась. Сев на кровати, Асан осмотрелась. Во-первых, она была одета в белую ночную рубашку, чистую. Ее, кажется, вымыли, и причесали? Во-вторых, комната была небольшой, но по-своему уютной. Минимум мебели, горящий камин и поднос с едой, стоящий на столе. Вира принюхалась, угадывая жаркое из дичи, пирожки с капустой, хороший стейк с кровью и вино. И кому, собственно, говорить спасибо за такую сказку? Вира встала, поправив ночную рубашку, сделала пару неуверенных шагов, прислушиваясь. Тишина. Затем, крадучись, как вор, села за стол и принялась за пищу, поняв, что была голодна как никто другой. Одиночество было нарушено, когда Асан практически расправилась со стейком. Двери в комнату внезапно открылись, впуская перепуганного Седрика в одних коротких бриджах. Его безумный взгляд прошелся по мебели и стенам, пока не остановился на босмерке. Та замерла, даже перестала жевать и уставилась на эльфа.  — Что ты делаешь? Где мы? Что это за место? Почему мы здесь? — он схватил ее за плечи и немного потряс.  — Ем? — неуверенно ответила Вира на первый вопрос, проглотив содержимое рта. — А на счет остального — без понятия. Ты бы тоже поел. Выглядишь, как Йорвет после кастрации.  — Он кас… Что?!  — Шутка юмора, Седрик, не нервничай. Садись и поешь. Думаю, скоро мы получим ответы на наши вопросы. Твои вопросы. — А у тебя нет вопросов? — Пока я ем, у меня не возникает никаких вопросов. Эльф присел на край стула, взялся за еду с тем же остервенением, что и Вира. Последняя же, поглядывала на вполне живого эльфа, не вспоминая, кто стал причиной его спасения. Его кожа была гладкой, не осталось ни единого шрама, видимо Надир немного переусердствовала, увлекшись исцелением, получив энергию жизни, убрав старые отметины. Седрик не замечал такого пристального внимания к себе, полностью отдавшись еде. Вира налила себе вина, пригубила кубок, оглядываясь по сторонам в поисках чего-то примечательного в комнате. Но та аж раздражала своей простотой. Вздохнув, она повернула голову к столу и встретилась с изучающим взглядом Седрика. — Ты изменилась. — Эээ? — Вира оставила кубок на столе с недоумением глядя на эльфа. — Ты стала…практически целой? — его указательный палец уперся ей в лоб, точно по центру. — Осталось еще немного, верно? — Ты в порядке? Вира понимала, о чем он говорит, только напрочь отказывалась выдавать свои тайны, пока сама в них не разберется. Узнать имя и обрести часть своих воспоминаний, всего того, что происходило до Бравила, много стоит, только неизвестно, сколько осталось покрытыми завесой тайны, сколько скрыто от нее. — Знаешь, я себя прекрасно чувствую, будто вновь молод. Даже голоса не мучают, точнее сказать. Они есть, но стали такими упорядоченными, послушными. — Ты исследовал дом? — Какой там, открыты только две двери, эта и моя комната. Остальное все заперто. — Значит, будем ждать. Пока предлагаю немного проспаться. — Снова спать? — Не снова, а опять. Когда еще представиться шанс поспать в чистой, теплой постели? Седрик пожал плечами. Только легли они не сразу. Пока не выпили все имеющиеся вино, не успокоились, а после этого, самозабвенно лежали на мягкой постели в комнате, где очнулась Вира. Для обоих, постель немного кружилась, но это не мешало им с глупыми улыбками следить за рукой Виры, которая морозными заклинаниями выводила крупные снежинки на потолке. — Седрик, ты спишь? Устав творить магию, мерка опустила руку, наблюдая за тем, как таяли на потолке снежинки, капая на постель и на них самих. — Пытаюсь. — Зачем? — Сама же сказала, спать. — Это да, просто…зачем? Зачем мы все это делаем? Седрик издал какой-то непонятный стон. — Отлично, философия. Ну, давай, пообсуждаем вечное, если тебе спать не хочется. Он подполз ближе к подруге, ложась совсем рядом, помогая ей устроится на своем плече. — Седрик, а знаешь, что я была бездомной? — Нет. — Теперь знаешь. Я бродяжничала на улицах Бравила, попрошайничала. Без памяти, зная только собственное имя. — А что потом? — Меня нашла магичка. Метида Надир. Подобрала, обогрела, накормила, выдала деньги, оружие и отправила в гильдию бойцов. Там-то я и обосновалась. Работала, спала, ела. Стабильный заработок. А в свободное время выступала на Арене Имперского Города. Легкие деньги для тех, кто не боится умереть перед ревущей толпой. — Это ужасно! Это такие развлечения были в твоем мире? — Почему были, они и сейчас есть. Наверное. Я давно в Сиродиле не была. Седрик фыркнул, а Вира продолжила: — Потом мне попалось письмо, даже не помню, кто мне передал его. Просили помощи в обороне замка. Я и пришла. Одна. Замок Боевого Рога. На него напали мародеры, убили хозяина, но тот успел в завещании написать, что, мол, кто придет спасать его дом, станет следующим Лордом. Пришла я, всех спасла, и замок стал мой. — Так ты Леди? — Хуеди, слушай дальше. — Под хохот Седрика, она продолжила, — в день, когда я устроила там праздник, позвав всех своих знакомых, я встретила его. Мартин Септим. Он пришел со своим другом, чтобы нанять меня в сопровождение к Мартину, помочь ему добраться до Кватча, где ему предстояло стать настоятелем храма Акатоша. — Женщина защищает мужчину, что дальше? Ведьмаки начнут спасать чудовищ? — Я согласилась. В пути мы пробыли буквально несколько недель, а я влюбилась и знала, что чувства были взаимны, хоть Мартин стеснялся и был более сдержанным, но то, как он смотрел на меня, Седрик…- голос Виры немного захрип, — мы попрощались в Кватче. Затем я отправилась дальше, выполнила пару тройку дел и загремела в тюрьму Имперского города. — Как? — Ну, немного повздорила, учинила пьяный дебош, зацепила стражника. Ну знаешь, случайно. — Ага, нос сломала? — Челюсть выбила. — А что в тюрьме? — Имперская тюрьма вообще славилась своим жестоким обращением к узникам, мало кто покидал камеру живым. Но, видимо богам было слишком скучно и они решили разыграть представления. Именно в той камере, где я сидела, был тайный ход с Имперского дворца. Именно этим путем спасался от убийц император Уриэль VII Септим… — Стой, так твой Мартин, сын императора? — Как оказалось, но узнала я об этом позже. В общем, спасался император и остатки Ордена Клинков, которые должны были этого императора и всю его семью защищать. Но, его сыновья убиты, а он сам бежал. Я бежала вместе с ними, только мне пришлось самостоятельно пробираться через подземелья и канализацию Имперского города. А затем, перед самой смертью императора, я вновь его увидела, а он мне отдал Амулет Королей и велел отнести Джоффри, тому самому другу Мартина. — Интересное сплетение дорог. — Вот, и я о том же. Я отправилась прямиком в приорат Вейнона на поиски Джоффри и он мне поведал эту тайну. Мартин оказался бастардом Уриэля VII и единственным оставшимся наследником древней династии. Мне надлежало отбыть в Кватч, дабы разыскать его и привести в приорат. Но на подходе к городу, я увидела, что он атакован. Врата Обливиона открылись там, сам Мерунес Дагон, даэдра, стал на моем пути. Позже оказалось, что секта, культ Мифический Рассвет, поклоняющиеся Мерунесу Дагону, решили захватить Нирн, освободить Сердце Лорхана от пут смертных. Мне никогда не было так страшно. К городу было не подобраться из-за врат, открывшихся прямиком перед проходом. Мне пришлось впервые побывать в плане этого даэдра и скажу тебе, что приятного было мало. Всюду огонь, кипящая лава, толпы младших даэдра, которые так и желали тебя прикончить. Мне удалось закрыть врата, удалось пробраться в город, отбить храм и вновь увидеть Мартина. Он был не особо рад видеть меня, что, скажем так, было не слишком приятно, ведь я постаралась, что бы добраться к нему, рискнула своей жизнью. В общем, разговор я отложила до тех пор, пока со стражника не разобрались с остальным. Освободили город, спасли жителей. — А твой Мартин засранец. — Это пока что. По дороге нам удалось наладить отношения, перейти к…более близким. В приорате мы отразили нападения сектантов, он узнал всю правду о себе, стал замкнутым, и мы отправились на Север. Храм Повелителя Облаков находился на вершине одной из гор и был самым защищенным местом. Потом я исполняла всякие мелкие поручение, доставала все книги, ингредиенты, пока Мартен пыхтел надо книгами и пытался найти способ достать Амулет. После очередной вылазки в руины за какими-то камнями, я пошла обмыться к озеру, и знаешь, что я поняла? — Что сиськи маловаты? — Что они стали слишком большими! — Вот это… ПОВОРОТ! — Седрик резко дернулся, перевернувшись на бок, чтобы смотреть в лицо Виры. — Да. Пузо тоже немного больше. В общем, у меня было прозрение. И стало страшно, совсем-совсем страшно. Даже минотавр не так меня пугал, как это. — Минотавр? — Человек-бык, крайне туп и агрессивен. — И что дальше? — Дальше, я отправилась в Замок боевого Рога, показаться своему лекарю. Мартину я послала гонца с вестью и посылкой этих самых камней, что была ранена и должна отлежаться. Срок у меня был уже не маленький, а о том, кто отец — сомнений не было. Я спала только с Мартином за этот период времени. — И что дальше? — Что-что… Мартин явился собственной персоной, вбежал в мои покои, разгоняя всех слуг, чтобы убедиться, что я в порядке и застал меня за переодеванием, верха. — Иии? — нетерпеливо произнес Седрик. — Мне пришлось выяснить, как он быстро так добрался. Оказалось, что к нему прибыла та самая магнесса Метида Надир, дабы помочь и узнав, что я ранена, сделала ему портал. Вот он и явился. — А как он отреагировал на беременность? — Весьма эмоционально. Он орал на меня так, что стены содрогались. Называл дурой и прочими нехорошими словами, потому, что задания в этот период у меня были слишком опасные и каждый раз мне удавалось выбираться живой и практически невредимой, а тут… В общем, поорал, потом расцеловал и запретил мне лишний раз пальцем шевелить. Его поручения выполняли другие, а я дожидалась пока рожу. — И? — Мальчик, Белланарис. Оставив его няне, я отправилась на войну. В битве с даэдра и культом мы потеряли многих, в том числе Надир. А когда, казалось, все кончено, злодей повержен и осталось только короновать Мартина, как явился нам Мерунес Дагон, разрушая столицу. Это был самый тяжкий бой в моей жизни. Их было слишком много, надежды практически не оставалось, как внезапно Мартин побежал в храм Акатоша. Оказывается, Амулет Королей имел секрет. Мартин, став на алтарь, сломал Амулет и впустил в себя бога-дракона Акатоша и сумел остановить Мерунеса, навсегда изгнав его из Нирна. Дракон навсегда застыл камнем в разрушенном храме, Империя лишилась Императора, а я лишилась любимого. Белланарис лишился отца, которого все равно не знал. Мартин так и не смог его увидеть. — Это… Ужасно. — Я поступила как сволочь. Оставив сына на своего наставника, я отбыла в очередной поход, очередная миссия, где я желала умереть. Только я выжила и на долгих двести лет заняла место Безумного Бога. Вира замолчала, прижавшись к Седрику. Он обнял ее, переваривая полученный рассказ. Асан не стала рассказывать о ее прощании с Мартином, о всем том, что происходило, когда никто не видел. — Знаешь, нужно еще вина. — Внезапно отозвался эльф. — Только в этот раз больше, чтобы не было потом таких рассказов. — Да, ты прав. Двое остроухих поднялись с кровати, расхаживая по комнатам, тем самым двум в поисках припрятанного бочонка, но нашли на столе внезапно появившейся кувшин, литров на три. Вира аккуратно подошла, принюхалась, опустила туда палец, лизнула. — Чтоб мне провалиться в Бездну! Это шейн! Откуда здесь шейн?! — Что за шейн? — Вино из коммуники, крепленное. Это ягода такая из моего мира. Садись. Они сели за стол и Вира с чувством ностальгии, разлила им по кубкам шейн, а после выпили, без тоста. — Вкусно, — отозвался Седрик. — Еще бы! — Ох, сейчас бы в Морровинд.

***

Вира проснулась от незначительной головной боли и прилипшим к нему языком. Хотелось пить. Привстав на локтях, она осмотрелась в поисках хоть какой-то жидкости, но обнаружила только себя и мирно сопящего Седрика рядом, немного накрытым одеялом, но не трудно было догадаться, что под ним ничего не было. Сон как рукой сняло. Бросило в холод, в жар, а потом все же эльфийка отправилась на поиски воды, накинув на себя рубашку, найдя ту на полу. Кувшин с водой оказался на столе, а вот следов вчерашней попойки, не считая голых эльфов, не осталось. Жадно осушив несколько порций воды, Асан наконец приобрела ясность мыслей. И ясно было одно, она ни черта не помнила. Шейн хорошо по голове дал, раз так память отшибло. — Отдохнули? — Срань Ситиса! Вира схватилась за сердце, когда прямо перед ней появилась Надир. Когда она пришла, да и как так бесшумно, непонятно, но мерка перепугалась до скампов. — Нельзя же так пугать! — Мне надоело ждать. Я планировала выдать вам инструкции еще пару часов назад, но вы оказались слишком увлечены сновидениями. Буди своего ненаглядного и будем общаться. Вире не понадобилось много времени, что бы добудиться до Седрика, а так же в двух словах объяснить, почему он голый и что она вообще от него хочет. Через минут десять Надир вновь явилась и перенесла их в свою лабораторию. Это был огромный зал, заставленный стеллажами с книгами, пробирками, с макетами, алхимические столы, полки с ингредиентами, кристаллами и прочее. А главное, тут был стол, добротный, дубовый и кресла. Сама чародейка села за стол, а эльфам указала на кресла напротив. — И так, для тех, кто меня не знает, я Метида Надир… — Так, стоп, — перебил ее Седрик, — Ты же сказала, что она погибла. Вира пожала плечами. — А вот тут начинается самое интересное… — ответила эльфийка. — Вам достаточно знать, что пока я жива в этом мире. А сейчас, сосредоточьтесь. Глаза на меня, рты на замок. Эльфы дружно кивнули. — Вира, я нашла способ, как ты можешь вернуться в Нирн. — Хвала Иффре! — Но… — Ну естественно… — Нужные врата находятся под Лок Муинне. В недрах подземелий и активируются твоей кровью. — Значит Лок Муинне. А это далеко? — Если учесть, что вы сейчас в Ковире, то не очень. Сердрик нервно хихикнул, а Вира схватилась за волосы. — Это же жопа мира! Надир прискорбно вздохнула, мысленно сетуя на слабоумие эльфийской расы. — Мы добираться несколько месяцев будем. — Седрик смотрел на мерку, полностью разделяя ее опасения по поводу путешествия. — Видимо шейном вы последние мозги растеряли? — холодно заметила Надир. — Я тут чародейством балуюсь и естественно вас подкину ближе к тому месту. Но, Вира, у тебя есть реальный шанс отправиться домой в определенный момент. Через несколько дней, луна войдет в нужную фазу и откроет доступ к вратам. Не прозевай его, прошу, потому что в следующий раз будет уже без моей помощи. Вира внезапно перестала валять дурака, а точнее дуру и внимательно посмотрела на Метиду. — Ты…того? — Это ты того, а мое время в этом мире уже подходит к концу. Так что я стараюсь успеть по максимуму вам помочь. Вирасан, если ты захочешь кого-то забрать с собой, то самое время думать кого. — Всех эльфов? Бедных и несчастных белок! Босмерка посмотрела на Седрика. — Мой мир, конечно, не конфетка, но, во всяком случае, такого дерьма как тут нет. — Не нужно мне это рассказывать, я все равно для себя решил, что останусь с тобой. — Это когда ты такое решил? — Когда соблазнил тебя! — Обоссаться можно… Надир пожелала как можно скорее отделаться от Виры и ее компании, что бы воцарился покой.

***