Трое мужчин и не-леди

Сцена четвертая, в которой Юре признаются в любви Проснулся Бек от требовательного стука в дверь. — А это кого еще черт принес? — тихо спросил Юра. Он лежал справа, закинув на Бека ногу и уткнувшись лицом ему куда-то в ключицы, и отстраняться не спешил — то ли был еще сонным, то ли больше не смущался, то ли замерз без одеяла. — Может, копы? — раздался слева шепот Джей-Джея. — Копы стучать б не стали, — немного поразмыслив, сказал Юра. — А просто выломали бы дверь или открыли запасными ключами. — Кто бы там ни был, ждать хорошего не приходится, — отозвался Джей-Джей. — Поэтому предлагаю не открывать. — Понятное дело, что нельзя открывать! Просто сделаем вид, что никого нет. Этот хрен постучит-постучит, ему надоест, и он уйдет. — А вдруг не уйдет? — Ну не будет же он до утра там стоять. — Если он и дальше будет так стучать, — вмешался в разговор Бек, — то перебудит всех постояльцев, а нам лишнее внимание не к чему. В следующую секунду проблема разрешилась сама собой: шум стих, и в коридоре послышались удаляющиеся шаги. — Пронесло, — выдохнул Юра и заерзал, устраиваясь поудобнее. — Давайте уже спать, — душераздирающе зевнул Джей-Джей. — Завтра нас ждут великие дела… Спрашивать на сон грядущий, что за великие дела надумали Юра и Джей-Джей, пока он спал, Бек не стал. А то можно и вовсе сна лишиться. Вместо этого он последовал примеру товарищей и прикрыл глаза. Из дремы его выдернул тихий скрежет, происхождение которого сонный мозг определил не сразу — только когда окно уже распахнулось, и внутрь ввалился чей-то темный силуэт. Быстрее всех среагировал Юра: вскочил, будто и не спал вовсе — хотя кто его знает, может, и правда не спал, — включил свет и схватил с прикроватной тумбочки стеклянную бутылку. Бек заморгал слезящимися от яркого света глазами и попытался разглядеть вошедшего. Платиновые волосы, опухшая челюсть... — Приве-е-е-т! — сказал Виктор Никифоров, улыбнулся и замахал рукой с таким видом, будто был долгожданным гостем, а не взломщиком. — Но здесь же второй этаж! — удивился Джей-Джей. — Как?! — Ерунда, — отмахнулся Никифоров. — Моя питерская квартира на четвертом, так я всегда через окно лезу, когда забываю или теряю ключи. Затем его взгляд упал на Юру, и он мгновенно посерьезнел. — Моя милая леди, я не могу даже представить, что тебе пришлось пережить за последние сутки, но теперь этот кошмар закончился. Я спасу тебя! Юра оглянулся через плечо, словно ожидая увидеть кого-то позади, а когда не увидел, то нахмурился и непонимающе уставился на Никифорова. — Ты что, слепой? Какая я тебе нафиг ле... — О, я наконец-то тебя вспомнил! Ты же тот денди из «Паутины», которого вырубили одним ударом! — перебил Юру Джей-Джей, до этого задумчиво наблюдавший за разворачивающейся перед ними картиной, и после его слов Бека словно озарило. Ведь точно! Именно Никифоров был тем щеголем, к которому весь вечер клеилась Аня и который потом полез ее защищать от рейнджеров, за что и получил живописно опухшую челюсть. — Из «Паутины»? — приподнял брови Никифоров. — А, ты про тот бар, который вы вчера ограбили? Что касается удара — я не держу на вас зла, просто отпустите леди. — Ты где тут леди увидел? — возмутился Юра, а внимание Бека привлекло другое. — Ограбили? — переспросил он. — Вот что, значит, про нас говорят? Что мы ограбили «Паутину»? — Ну да — ограбили и разрушили салун. Ну а потом, — взгляд его погрустнел, — вероломно взяли в заложницы эту прекрасную нимфу и скрылись. — Ну дела-а, — потянул Джей-Джей. — Теперь мы еще и грабители. Что, Бек, все еще хочешь сдаться? Интересно, что за сволочь решила нас так подставить? — Уверен, что Челестино, — сказал Бек. — Нечего было обниматься с его подружкой. Говорят, итальянцы ненавидят так же страстно, как и любят… — Изабелла не его подружка! — возразил Джей-Джей и обернулся к Никифорову, меняя тему: — А ты то тут как оказался? — Ну… Я начал вас искать, объехал сначала все мотели в городе, затем в его окрестностях… Пришлось, конечно, повозиться, но в итоге я нашел старичка, который опознал по описанию маленькую леди. — Подожди-ка, — сказал Бек. — Получается, ты все это время искал ег… э-э-э, нашу Юрио? «Что?!» — одними губами произнес Юра, а Никифоров мечтательно закатил глаза. — Юрио, какое необычное имя! Французское? Ты похожа на француженку, а, как говорят французы, «шерше ля фам»! А еще оно напоминает мне имя древнегреческой музы Клио, хотя для меня ты скорее Терпсихора или Эрато, муза любви. Как говорил Демокрит, только та любовь справедлива, которая стремится к прекрасному, и эти слова напоминают мне мои выступления, а именно тот момент, когда страсти накаляются, а музыка становится все напряженнее, а затем достигает самой высшей точки, а затем, когда происходит развязка, в зале наступает тишина и — катарсис, и кажется, будто ты родился заново… «Что за бред он несет?!» — беззвучно произнес Юра. Джей-Джей пожал плечами: «Может, его слишком сильно стукнули по башке?», а Никифоров, не замечая этого молчаливого диалога, продолжал: — Я великий фигурист, многократный чемпион России, чемпион мира, чемпион Гран-при. У меня есть все, о чем только можно мечтать: популярность, слава, деньги... Казалось бы, живи и наслаждайся, но… — Он печально покачал головой. — После последнего выступления во мне что-то сломалось, я будто потерял его, свое вдохновение, свою музу… И, как это не прискорбно, я больше не мог выйти на лед. — А я-то тут причем? — не выдержал Юра. Никифоров кинул на него серьезный взгляд. — Мое сердце дрогнуло, когда я увидел тебя там, на сцене. Несмотря на макияж и вульгарное платье, твои движения были чувственными и прекрасными в своей невинности, к тому же — такая растяжка, такое плие... — Никифоров предался воспоминаниям, улыбаясь так ослепительно, словно сошел с экрана рекламы зубной пасты. (Позже Бек узнал, что Никифоров и правда снимался в рекламе зубной пасты, но к сиянию его зубов это не имело никакого отношения.) — Мне снова захотелось творить, захотелось выйти на лед, и тогда я понял, что ты — моя муза, мое «Агапе». — «Агапе»? — переспросил Юра. — Любовь. Юра застыл, возмущенно хватая ртом воздух, а Джей-Джей широко улыбнулся и хлопнул кулаком по ладони. Бек не раз видел у него это выражение и потому вздохнул, морально готовясь к новым неприятностям. — Значит, твое вдохновение? Муза? Никифоров кивнул, и блаженному выражению его лица мог позавидовать любой сумасшедший. Джей-Джей хитро ухмыльнулся. — Мы согласны отдать ее за десять тысяч долларов. Бек кашлянул — ну вот да, неприятности уже стояли на пороге и приветливо махали ручкой. Джей-Джею напрочь снесло крышу, и он решил перейти от похищения к торговле живым товаром. — Десять тысяч?! Да это ж грабеж средь бела дня! — возмутился Никифоров. — Какой грабеж? Золотой билет на лед — и всего за десятку! Да я наоборот продешевил, кажется. — Вы что, все охренели? — взорвался Юра. — Что ты, ковбой, что ты, Набоков недоделанный! Я тебе не какая-нибудь Лолита… Никифоров внимательно посмотрел на него, и Юра снова попятился, а Бек подавил желание спрятать лицо в ладонях или вообще трусливо сбежать, оставив этих троих разбираться самим. Останавливало его только то, что Джей-Джей и Юра вполне могли наворотить дел. А ему потом — разбирайся с трупом. — Агапе — любовь не плотская, а невинная, чистая, возвышенная. — А невинность в наши дни так просто не купишь, — сказал Джей-Джей, — и только дурак отпустит ее просто так. — Судя по всему, Джей-Джей вошел во вкус и теперь говорил как заправской торгаш с восточного базара. Юра переводил взгляд с Никифорова на Джей-Джея и обратно, а потом уставился на Бека умоляющим взглядом. «Не отдавайте ему меня на растерзание», — читалось в нем. При патологической любви Юры к приключениям вкупе с нестандартным решениям проблем и отсутствием комплексов, Бек очень сомневался, что хоть в чем-то ему потребуется помощь, но иммунитет на щенячий взгляд был выработан только на Джей-Джея. Который так активно торговался с Никифоровым, что, кажется, уже заработал себе нервный тик. Иначе с чего он так дергал глазом? — ...Бек, ну хоть ты скажи? Бек нахмурился, пытаясь вникнуть в суть вопроса. Джей-Джей незаметно подмигнул дважды коротко и один — длинно. Это значило — соглашайся со мной во всем. Если только Бек не пропустил еще один короткий — тогда надо было играть в плохого полицейского. Эх, была не была! — Я считаю, что торг здесь неуместен! — неторопливо сказал Бек фразу, которую то ли где-то слышал, то ли где-то читал, и, скорее всего, повторил просто машинально. — Все-таки не лошадь покупаешь. А девушку и какую: студентка, комсомолка, спортсменка, красавица… — Какая, на хрен, комсомолка-красавица?.. — начал было Юра, но Джей-Джей в мгновение оказался у него за спиной, зажал рукой рот и продолжил: — Хоть и не рыжая, но уверяю, в постели — тигрица. — Никифоров хотел было что-то сказать, но Джей-Джей не дал ему вставить ни слова: — И за все это я прошу каких-то несчастных десять тысяч долларов, чтобы уехать в Мексику и начать там новую жизнь. Даже смешно торговаться! — Отпусти ее! — Как договоримся, так и отпущу, — сказал Джей-Джей и потрепал Юру по волосам. Тот возмущенно замычал и попытался двинуть Джей-Джею локтем между ребер. — Смотри какой темперамент, какая страсть! Да с такой музой тебе некогда будет скучать. — Ладно, — сдался Никифоров. — Десять так десять. — Вот и договорились! — обрадовался Джей-Джей. — А теперь прошу нас простить, нам с напарником и заложницей надо обсудить условия э-э-э… сделки. И утянул их в туалет.

***

Передачу выкупа решили отложить до утра: все равно наличных у Никифорова при себе не оказалось, и за деньгами пришлось бы тащиться к ближайшему банкомату в Хорайзон Сити. Не вызывать же такси среди ночи… До утра Бек не сомкнул глаз, да и как тут поспишь, раздраженно думал он, когда приходится каждое мгновение быть начеку? А то кто его знает, этого Никифорова — а ну как выкинет чего? Впрочем, тот на первый взгляд ничего выкидывать не собирался — сначала пытался завязать разговор, а потерпев неудачу, устроился в кресле, поджав под себя длинные ноги, включил телевизор и прилип к экрану — по NBC как раз повторяли первый сезон «Друзей» — и, казалось, чувствовал себя как дома, чего нельзя было сказать об остальных. Злой Юра лежал на кровати, громко вздыхал и ворочался с бока на бок; Бек застыл у окна, напряженно всматриваясь в горизонт, и чем ближе становился рассвет, тем меньше Беку нравилась ситуация, в которой они оказались. А вдруг Никифоров уже сообщил про них копам, и те вломятся сюда в любую минуту? Или возьмут их утром при передаче денег? Джей-Джей, похоже, его волнений не разделял, потому что стоило ему упасть на кровать, как он тут же захрапел. Впрочем, ненадолго — Юра повернулся, заехал локтем ему в нос и, убедившись, что Никифоров поглощен сериалом, зашептал: — Ты совсем спятил — спать в такое время? — В какое? — зевнув, спросил Джей-Джей. — Кстати, который час? — Половина пятого, — тут же отозвался Никифоров. — Вот-вот рассветет, и можно в путь. Кстати, никто не голоден? А то на заправке тут неподалеку продают замечательные пончики — у вас их, кажется, называют «донатс»? Джей-Джей с Юрой вздрогнули, а Бек только покачал головой. А Никифоров-то не так-то прост, как кажется, даром что ведет себя как клоун. Нет, недооценивать его нельзя. Никифоров тем временем встал, со вкусом потянулся и направился в уборную, откуда через минуту послышался его голос: — Вы что, еще кого-то тут убили? — С чего ты взял? — спросил Бек. — Да у вас в душевой окровавленное платье валяется, — крикнул он в ответ. — Можно его отсюда убрать? Я душ принять хочу. — Делай, что хочешь, — ответил Бек, сдерживая порыв хлопнуть себя ладонью по лицу и сделал Юре и Джей-Джею знак собираться. — Берите с собой все, что не жалко оставить, — сказал он. — Скорее всего, мы сюда больше не вернемся. — Ты так уверен, что Никифоров отдаст нам бабло? — скептически спросил Юра. — Нет, но если он нас нашел, то скоро найдут и копы. Поэтому сматываться отсюда придется в любом случае. Юра хмыкнул и пробурчал что-то себе под нос, а Джей-Джей сказал: — Если мы уезжаем, то надо попрощаться с Дорис. — Сейчас у нас нет на это времени, — отозвался Бек. — Пришлешь ей потом открытку — уверен, она будет просто счастлива. Не прошло и получаса, как они покинули номер и направились к шоссе, чтобы поймать попутку до Хорайзон Сити. Им повезло, и первая же машина притормозила. Водитель ехал в одиночестве, и всю дорогу с удовольствием обсуждал «Друзей» вместе с Никифоровым. Скоро они оказались в Хорайзон Сити, но их почти сразу же ждало разочарование: банкоматов здесь было немного, и большая часть из них не работала: в одном не оказалось денег, второй и третий нуждались в техобслуживании, а четвертый не принимал ни одну из семи карточек Никифорова. Квест «Снятие наличных» оказался посложнее захвата заложницы и угона полицейской тачки. — Ничего не понимаю! — воскликнул Никифоров у пятого банкомата. — Да что же это такое?! Чертова консервная банка не выдает мне денег! — Почему? — Пишет, что превышен кредитный лимит! Да как такое возможно?! На лице Никифорова было написано такое искреннее возмущение, что в другой ситуации Беку стало бы смешно. — То есть, денег у тебя нет? — уточнил он. — Да есть же! Есть! Он снова засунул карточку в банкомат, но тот лишь негодующе пискнул и погас. А спустя несколько секунд, потребовавшихся на перезагрузку системы, на экране появилось сообщение: «Банкомат временно не работает, пожалуйста, обратитесь в ближайшее отделение банка». Никифоров от злости аж кулаком по нему саданул и тут же застонал. — Та-ак, — потянул Бек, — и что теперь? По всему выходило, что они остались без денег, а прекрасный план «как разжиться наличностью за счет дурака» второй раз за последние два дня шел ко дну. И дураками оказывались именно они. Никифоров выругался на русском, потирая кулак, и они с Беком вернулись к поджидающим их в тени здания Юре и Джей-Джею. — Ну что? — спросил Джей-Джей. — Ничего. Банкомат сожрал одну из карточек, а остальные здесь не работают. Юра уже набрал полную грудь воздуха, не иначе, чтобы озвучить свои нецензурные мысли по этому поводу, но Джей-Джей наступил ему на ногу. — Можно проехать в банк, — предложил Никифоров. — Чтобы нас арестовали прямо там? — Тогда… — Нет денег — нет нашей милой танцовщицы, вдохновения, музы и всего остального, — отрезал Джей-Джей. Никифоров томно вздохнул и уставился на Юру глазами олененка Бэмби. — Все будет хорошо, я что-нибудь придумаю. — Надеюсь, — процедил Юра сквозь зубы. Ночью, уединившись, Джей-Джей и Бек долго уговаривали Юру еще немного побыть дамой в беде, раз уж Никифоров так старался его спасти. Юра уговаривался с трудом: — Какого хрена?! Мне уже осточертело разыгрывать из себя девчонку! Я парень, слышите? Парень! Последние слова потонули в журчании воды: Джей-Джей открыл кран, чтобы заглушить их разговор. — Ты же сам говорил: в Мексике нам понадобятся деньги, чтобы начать новую жизнь, — сказал он. — А представь только, что нас ждет с десятью кусками в кармане. Эх, заживем! — А то, что ради этого придется отдать меня какому-то стремному извращенцу — это так, фигня?! — Не переживай, — сказал Джей-Джей, — мы не отдадим тебя в лапы этому любителю греческой мифологии. — Если у нас будет десять тысяч, то можно и не возвращаться в Эль-Пасо. Пересечем границу где-нибудь вдоль Рио-Гранде и начнем новую жизнь, — поддержал Бек. Юра смотрел исподлобья, настороженно, но в конце концов согласился. Аргумент в десять тысяч был весьма убедителен. — Но в эти чертовы туфли и юбку я больше не полезу! А эти чулки? Знаете, как геморройно каждый раз возиться с застежками на поясе?! — Нет, но я прекрасно умею их расстегивать, — оживился Джей-Джей. — У меня было много практики. Хочешь, помогу? — Отвали, извращенец! — Хорошо-хорошо, — поспешно согласился Бек, — скажем Никифорову, что нам придется маскировать тебя под мальчика. Ты только посмотри, как он о тебе переживает. Это так мило! — Он переживает не обо мне, — поморщившись так, словно съел лимон, сказал Юра, — а о танцовщице Юрио — и вообще, откуда это дурацкое имя?! На собачью кличку похоже! — Слышал где-то, — пожал плечами Бек, — сказал первое, что вспомнилось. Но и итоге все усилия оказались напрасны. — И что мы теперь будем делать? — спросил Бек. По-хорошему, надо было избавиться от Никифорова и вернутся в Эль-Пасо, там найти Эмиля и свалить из страны. Но они снова остались без денег, а после пущенных Челестино слухов Эмиль вряд ли возьмется работать за бесплатно… если вообще пустит их за порог. — Думаю, об этом лучше поговорить без свидетелей, — сказал Джей-Джей. — Отпустите нас с Юрио? — с надеждой встрепенулся Никифоров. — Отправим тебя подальше, а Юрио остается с нами, — отрезал Бек. — Какие вы… нехорошие люди. Нельзя же насильно удерживать девушку! «Девушка» фыркнула, но промолчала. — Ладно, — Джей-Джей дернул Юру за локоть, — были рады познакомиться, будут деньги — заходи. И помни, Никифоров, никакой полиции, или мы убьем его. То есть, ее. Идем, Бек. Они двинулись прочь и успели отойти на приличное расстояние, когда в спину раздался крик: — Стойте! Все трое одновременно обернулись: Никифоров мчался к ним, словно призовая лошадка на скачках. Только пепельная грива прилипла к мокрому от духоты и зноя лбу. — Валим? — спросил Юра. — Ждем, — ответил Бек. Джей-Джей широко улыбнулся. — Стойте! Подождите! Я знаю, где достать денег! — Никифоров подскочил к ним и попытался убрать лезущую в глаза челку картинным взмахом. Но налипшие пряди не поддались. — Есть у меня в Эль-Пасо один знакомый. Честно говоря, я приехал сюда как раз к нему — поменять обстановку, проникнуться южной страстью. Это бывший муж пятиюродной сестры снохи моей тетки — считай, родственник. Он очень важный человек в городе, и я уверен, он ссудит мне десять тысяч, пока я не разберусь с банком. — Как у вас, русских, все запутано, — пробормотал Джей-Джей, который, видимо, все еще пытался расшифровать кем Никифорову приходится этот важный человек. Бек вздохнул: — Похоже, особого выбора у нас нет. К тому же, Эль-Пасо нам все равно по пути. — Ну смотри, Никифоров, — фамилию легенды русского фигурного катания Джей-Джей снова безбожно исковеркал, и тот поморщился, — ты знаешь, какая судьба ждет Юрио, если ты нас обманешь… — Знаю-знаю, у тебя нездоровая страсть к простреленным коленным чашечкам. И раз уж мы заключили сделку и теперь почти партнеры, зовите меня Виктор. А то у меня уши в трубочку сворачиваются от твоего кошмарного произношения.

***

— Итак, — сказал Виктор, обведя взглядом всех присутствующих, — на повестке дня у нас один вопрос, а именно: как же нам добраться до Эль-Пасо? Дождавшись, пока откроется ближайшая пекарня, они взяли по чашке кофе — Юра взял себе сок — и, расположившись за столиком снаружи, принялись обсуждать план действий. Как ни странно, инициативу почти сразу перехватил Виктор и теперь, казалось, искренне наслаждался происходящим. — Можно было бы взять билет на автобус, но автобусы наверняка проверяют, а значит, ехать надо на машине... — А машины, думаешь, не проверяют? — спросил Бек. — Может, и проверяют, — пожал плечами Виктор. — Но я терпеть не могу ездить на автобусах. Меня в них вечно укачивает. Поэтому предлагаю поехать на машине и, желательно, какой-нибудь поновее, а то в прошлой развалюхе было тесно и жутко воняло колбасой... — Слушай, — нетерпеливо перебил Бек, — здесь тебе не бюро по заявкам, и собираемся мы не в увеселительную поездку! На кону наши жизни и твоя, между прочим, тоже! — Само собой! — отозвался Виктор. — Какое приключение без настоящей опасности, ведь только настоящая опасность отрезвляет и заставляет нас ценить каждое прожитое мгновение!.. — Вам надо как-то замаскироваться, — внезапно сказал Юра, тыкая пальцев сначала в Бека, а затем в Джей-Джея. — Меня с Виктором копы не ищут, а вот на вас двоих у них наверняка есть ориентировки. — И что ты нам предлагаешь? Обрядиться в дамские платья? — фыркнул Джей-Джей, за что тут же получил острым локотком в бок. — Необязательно в дамские платья, — на удивление спокойно ответил Юра. — Сойдет и накладная борода, или там, усы и афро-парик… — Знаешь, а это прекрасная идея, — сказал Бек, с уважением глядя на Юру. И как эта мысль ему самому в голову не пришла? Маскировка, конечно, не спасет, если их возьмут копы, но от лишнего внимания прохожих может уберечь. — Проблема только в том, где все это достать. Виктор, у тебя остались хоть какие-то деньги? Тот повел плечами: — Доллара три, может, четыре, да и то у меня в номере. Но знаете, — он хлопнул в ладоши и радостно улыбнулся, — кажется, я смогу помочь вам с маскировкой! Затем Виктор рассказал о том, что недавно был на фестивале Мариачи, где накупил тематических костюмов, шляп — «сомбреро» — и прочих культурных атрибутов, включая арфу, гитаррон и два аккордеона. «Так вот на что ты потратил все деньги», — мрачно подумал Бек, и по тому, как исказилось лицо Юры, понял, что тот подумал о том же. — Отлично! — сказал Джей-Джей. — Мы можем притвориться странствующими музыкантами! Менестрелями! — Ты хоть играть-то умеешь, а, менестрель? — насмешливо спросил Юра. — Или примерно так же, как стреляешь? — Конечно, умею, — обиделся Джей-Джей. — На гитаре, между прочим. Юра вопросительно посмотрел на Бека, тот кивнул: — И это ты еще не слышал, как он поет… Однажды, Джей-Джей решил среди ночи порадовать серенадой очередную даму сердца, так соседи… — Вылили на него ведро помоев? — оживился Юра. — …высыпали на улицу и даже просили исполнить что-нибудь на бис. Джей-Джей сверкнул улыбкой, сложив руки в характерный знак. Юра, уже готовившийся к очередному витку подколок, сник. — Ладно, товарищи! Хватит рассиживаться, пойдемте скорее! — воскликнул Виктор, нетерпеливо потирая ладони. — Время не ждет, и приключения — тоже! Бек подумал, что если кто и получает удовольствие от всей этой ситуации, так это Виктор. Остановился Виктор не в каком-то там мотеле, а в настоящей гостинице — самой лучшей в округе, как понял Бек. Номер у него был раза в четыре больше их комнаты. Впрочем, разницы особой не чувствовалось, потому что почти все пространство занимали разбросанные книги, музыкальные инструменты, амулеты, банки с кока-колой и предметы, предназначение которых Беку было неизвестно. Как можно было найти что-то в этой мусорке, было за пределами его понимания, но Виктор, похоже, ориентировался превосходно. — Вы только посмотрите! — сказал он, выуживая откуда-то из под кровати сомбреро. — Это шляпу носил сам Фидель Кастро во время поездки в Мексику в пятьдесят четвертом! — Ну и хлам, — брезгливо поморщился Юра. — Нет, Юрио, это не хлам. Это же сама история! Разве не удивительно прикасаться к вещи, которую когда-то носил великий человек? — Нет. Юра отошел подальше от Виктора и сомбреро Фиделя Кастро, словно шляпа могла его укусить. А вот Джей-Джей, напротив, очень заинтересовался. И Виктор, нашедший благодарного слушателя, подбирал с пола одну безделушку за другой, долго и нудно вещая о том, почему она уникальна. Спустя несколько минут, Бек понял, что сборы в дорогу растянутся на весь день, если не дольше. — Виктор, ты же сам говорил, что нам надо поторопиться, — сказал Бек, на что Виктор повернулся к нему и улыбнулся: — К дороге надо подготовиться основательно, тем более, в таком вопросе спешка может только стать губительной. А если в самый неподходящий момент под рукой не окажется нужной вещи? С этим Бек был не согласен, но возражать не стал, тем более, что усталость медленно, но верно давала о себе знать. Зевнув, он огляделся по сторонам и, заметив напротив телевизора кресло, спросил: — Можно? — Конечно, — махнул рукой Виктор. — Чувствуй себя как дома. Получив разрешение, Бек упал в кресло и вытянул ноги. Эх, хорошо! Хотелось расслабиться, закрыть глаза и подремать, хоть ненадолго забыв о происходящем кошмаре. Впрочем, напомнил себе Бек, за Юрой с Джей-Джеем нужен глаз да глаз, а значит, спать пока нельзя. Поэтому он потянулся к пульту и включил телевизор, чтобы хоть чем-то себя занять. — Найди нам какой-нибудь фильм, — сказал Юра, он тоже присел, только на кровать. — Или, на худой конец, сериал. Бек пожал плечами — ему было все равно, что смотреть, — и послушно защелкал каналами, пока не услышал крик Джей-Джея: — Стой, Бек! Оставь! Это же моя Изабелла! — Уже через секунду Джей-Джей оказался рядом и вперился взглядом в экран. Бек пригляделся — и правда, на одном из центральных каналов шли новости, и на экране с микрофоном в руке говорила Изабелла. Выглядела она непривычно строго: легкий макияж, забранные назад волосы, темный костюм. Неудивительно, что Бек ее не узнал. — Громче, Бек, громче! — нетерпеливо попросил Джей-Джей, чуть ли не вырывая пульт у него из рук. Бек вздохнул и прибавил звук. — Я веду репортаж из мотеля «Кесадос» на Шестьдесят восьмом шоссе, откуда сегодня утром поступило сообщение о преступлении. Примерно в пять часов утра Фернандо Платас, один из постояльцев, услышал, как в соседнем номере обсуждают совершенное здесь убийство, и сразу же позвонил в полицию. Фернандо, расскажите, как все было, — сказала Изабелла и дала микрофон коричневому от загара мексиканцу средних лет. — Дак чо ж там рассказывать, — с сильным акцентом ответил тот, — я уже все полиции рассказал. — Повторите, пожалуйста, это для наших зрителей. Мексиканец пожевал губу, крякнул, и сказал: — Ну, значица, лежу я себе, сплю, никому не мешаю. А тут этот марикон возьмет и как заорет: «Куда мне деть эту мертвую девку в платье? Мыться мешает!». А другой марикон ему: «Да мне пофиг, что ты будешь с ней делать, сам зарезал, сам и разбирайся, да пошевеливайся, а то я тебя зарежу!». Я подождал, пока они уйдут, и вызвал полицию. — Скажите, вы назвали преступников «мариконами» потому, что они… — Изабелла тактично замолчала, позволяя собеседнику продолжить, чем тот воспользовался. — Ну а как их еще назвать, — скривился он, — мариконы и есть, сразу видно, что не нормальные мужики. Я их, правда, только через окно и видел, но шли они близко и едва друг друга не лапали, все четверо. — Значит, их было четверо? — Да. Двое на вид — чиканосы, племянников моих напоминают, такие же беспутные. Остальные двое светловолосые, светлокожие, похожи — ну чисто братья! — Спасибо, Фернандо, — сказала Изабелла и повернулась к камере. — Прибывшая на место преступления полиция тела не нашла — должно быть, за это время от бедной девушки успели избавиться, — но обнаружила в номере подозреваемых окровавленное платье. К сожалению, подробности полиция пока не раскрывает, но из достоверных источников нам удалось узнать, что жертвой может оказаться танцовщица, похищенная три дня назад в Эль-Пасо… Воцарилось молчание. — Вечно от Изабеллы одни неприятности, — выдохнул Бек. — Что такое «марикон»? — спросил Виктор, задумчиво потирая переносицу. — Это все, что тебя интересует?! — возмутился Юра. — Да ты что, издеваешься?! — «Марикон» — это по-испански, гм, человек нетрадиционной ориентации, — блеснул познаниями Джей-Джей. — Да что ж ты так заумно! — хмыкнул Юра. — Говори проще — пидарас — и люди к тебе потянутся! — А! — осенило Виктора, и он как-то зло прищурился. — Какой, однако, нехороший тот мексиканец. Как там его звали? — Собираешься найти его и прирезать… коньками? — Юрио, умерь уже свои криминальные наклонности! — Моя муза иногда такая кровожадная, — улыбнулся Виктор, — мне нравится. Господи, за что мне все это, подумал Бек. Юра застонал и хлопнул ладонью по лбу. Кажется, в этот момент они с Беком подумали об одном и том же. Сборы были временно приостановлены, и четверка устроила очередной «военный» совет. — А теперь какой план? — спросил Джей-Джей. — Черт, это какой-то бред. Теперь на нас еще и повесят убийство Юрио. — А кого вы убили на самом деле? — подал голос Виктор. — Да никого! — взорвался Юра. — Раздавили пакетик кетчупа, блядь… Они там с ума посходили, что ли? Этот чертов Фернандо… Откуда он вообще взял этот «разговор»? С потолка?! Виктор покачал головой — будто кто-то спрашивал его мнения. — Думаю, надо сделать так, как мы решили: маскируемся, добираемся до Эль-Пасо, Виктор берет у своего дружка деньги, а Эмиль помогает нам пересечь границу, — сказал Бек. — Вот только сегодня, наверное, стоит подождать, пока шумиха на трассе уляжется. — Да, я тоже так думаю. — Утро вечера мудренее. Решение повременить было принято единогласно. — Это просто какая-то нескончаемая черная полоса сплошного невезения, — вздохнул Джей-Джей. — Когда же начнется белая? Что за зебра у нас такая?! Юра и Виктор промолчали, а Бек подумал, что бывает так: черные и белые полосы чередуются, а иногда — сплошная «жопа». — Я спать, — сказал Юра, бесцеремонно подвинул Виктора плечом, чтобы пройти к кровати, и, сбросив с покрывала пару рубах и отобранную для путешествия экипировку, рухнул на нее навзничь. — Отличная идея! — быстро сказал Джей-Джей и, не теряя времени, лег рядом. — Да, — поддержал Бек. — Завтра нас ждет долгий и наверняка тяжелый день, так что предлагаю нам всем хорошо выспаться! — И устроился рядом с Юрой и Джей-Джеем. — Согласен, — сказал Виктор, но стоило ему приблизиться к кровати, как Джей-Джей, не открывая глаз, запустил в него подушкой. — Прости, приятель, но четвертый лишний. Места тут только на троих. — Но где мне тогда спать? — Можешь лечь в кресле, — милостиво разрешил Джей-Джей и отвернулся. — Но ведь это мой номер! Джей-Джей раздраженно вздохнул и закутался в одеяло. — Выключи свет и дай нам уже поспать. Юрио, бедняжка, вообще с ног валится. Казалось, аргумент про Юру подействовал, потому что Виктор молча скукожился в кресле и щелкнул выключателем. — И не думай вызвать копов, пока мы спим, — добавил Джей-Джей. — Мексиканец из мотеля всем растрепал, что ты наш подельник, так что случись что, пойдешь ко дну вместе с нами. — Не собирался я никого вызывать! — возмутился Виктор — кажется, даже искренне. — Ну вот и отлично, — заключил Бек и уже через минуту заснул.

***

«Какой же Юра все-таки тяжелый, — было первой мыслью Бека по пробуждению. — С виду — кожа да кости, а весит, кажется, целый центнер!». И правда: закинутая ему на грудь рука мешала дышать, а нога на бедре, казалось, полностью перекрывала циркуляцию крови. — Юра, подвинься, — пробурчал Бек, пытаясь хоть немного отстраниться. — М? — раздался сонный голос откуда-то справа. — Куда мне двигаться, я и так на самом краю... — Что? — Бек резко разлепил глаза и увидел перед собой светлую шевелюру — слишком светлую и слишком короткую, чтобы быть Юриной. — М-м-м-м… — отозвался Виктор и уткнулся лицом Беку в шею. Тот, возмущенный подобной наглостью, бесцеремонно спихнул его на пол и сел на кровати. — А ты какого хрена здесь забыл? Упав, Виктор поморщился, потер глаза, но вставать не спешил. — В кресле неудобно спать, — сказал он так, будто это все объясняло. — К тому же, ночью сильно похолодало. — И ты решил прийти к нам погреться? Виктор угукнул. — Ладно, — вздохнул Бек. В конце концов, к Виктору он неприязни не питал — напротив, после проведенных вместе суток даже начал проникаться к нему чем-то похожим на симпатию. Впрочем, давать волю чувствам не стоило, привязываться — тоже. Нельзя забывать, что они не друзья, и что связывают их сейчас лишь общие интересы. К тому же, они с Джей-Джеем всегда полагались лишь друг на друга. Глупо считать, что сейчас что-то изменится. — Подъем! — резко сказал Бек, отвлекаясь от невеселых мыслей. — Уже, — его взгляд упал на часы, — девять часов. — Всего девять, — отозвался Виктор. — У нас много дел, — сказал Бек и сдернул с Юры и Джей-Джея одеяло.

***

— Предлагаю разделиться, — предложил Джей-Джей после завтрака (три чашки кофе, яичница с беконом и полдюжины пончиков — кормили здесь знатно). — Смысл нам ходить по Хорайзон Сити вчетвером? Во-первых, так мы привлекаем внимание. Во-вторых, у меня есть отличная идея, как нам подзаработать денег! В который уже раз за эти дни Бека охватило нехорошее предчувствие. — Бек и Виктор пойдут в тот бар, где я позавчера играл в бильярд. Мне туда нельзя — меня наверняка запомнили. Там, думаю, Бек сумеет срубить баксов пятьдесят. А мы с Юрио пойдем в торговый центр. — Зачем?! — удивился Юра. — Снова кого-нибудь ограбим? Вместо ответа Джей-Джей порылся в покупках Виктора и извлек из-под груды ненужных вещей маленькую гавайскую гитару — укулеле. — Только не говори мне, что… — начал Бек. — Будем угрожать пением, пока нам не отдадут все деньги? — Юра хмыкнул. — Имей в виду, у меня ни слуха, ни голоса, так что… может сработать! — Нет, друг мой, — пафосно сказал Джей-Джей, — мы покажем здесь, что такое Джей-Джей стайл! Бек от идеи разделиться был не в восторге, но не мог не признать, что так они наверняка могли заработать побольше. Прихватив упирающегося Виктора, он направился в бар. В прошлый раз все внимание отвлекали на себя Джей-Джей с Юрой, так что сегодня Бека никто не узнал. Можно было смело играть. Виктор, который раньше никогда не играл в бильярд, схватился за кий и едва не прибил им бармена. — Нет, Виктор, играть буду я, — осадил его Бек. — А мне что делать? — Отвлекать на себя внимание и развлекаться. В общем, делай то, что всегда делаешь. Как услышишь «коровки заждались», значит, надо сваливать… И Виктор старательно выполнял указания: лип ко всем и каждому, устроил соревнование по выпивке, раздавал автографы направо и налево… Соперники Бека то и дело поглядывали на шумную знаменитость, непонятно каким ветром занесенную в их скромный городок, и то и дело мазали. Когда в кармане набралось баксов семьдесят, Бек понял, что надо сваливать. Сегодня им, вроде как, везло, не стоило испытывать удачу, подставляясь сильнее необходимого. — Ладно, господа, похоже, мне пора, — сказал Бек, выиграв очередную партию. — Куда собрался? — недовольно спросил один из игроков. — Мы еще не отыгрались, да и время раннее… — Простите, ребята, но меня там коровки заждались, пора их доить, — сказал Бек и направился к выходу. — А ну стой! — В следующее мгновение Бека схватили за плечо. Пришлось извернуться и вмазать самому жадному из противников. Впрочем, Бек его понимал — никто никогда не хотел расставаться с кровными деньжатами. Завязалась драка. Виктор, который то ли не услышал команду, то ли просто не понял, бросился на помощь. Краем глаза Бек увидел, что ему перепало от какого-то особенно удачного детины, но в этот раз Виктор удержался на ногах, да еще и вмазал в ответ. Невольно проникнувшись к нему уважением, Бек, размахивая кием, рванул к туалету. — Виктор, за мной! В туалете, заблокировав дверь, он толкнул Виктора к окну. — Лезь и сваливаем! Тот ловко, словно всю жизнь только этим занимался, пролез в окно. Бек последовал его примеру. Потом они бежали переулками до гостиницы, где остановился Виктор, и почему-то было смешно и легко, и словно Бек не был преступником, разыскиваемым за похищение, угон тачки, грабеж и убийство… А Виктор, бегущий рядом, широко улыбался кровившей губой, словно был самым счастливым человеком на свете. В номере их уже дожидались Джей-Джей и Юра. Их улов оказался поменьше — Джей-Джей стайл не очень хорошо сочетался с укулеле, но все же денег они насобирали. Юра как раз складывал монетки столбиком, пытаясь подсчитать наличность. — Он заставил меня обходить толпу со шляпой, — пожаловался Юра Беку. — Зато, — фыркнул Джей-Джей, — потраченный молью антиквариат Фиделя хоть в чем-то пригодился. — А у нас была настоящая заварушка! — с придыханием поделился Виктор. Он прижал ладони к груди и едва ли не светился от счастья. — Ему там что, сотрясение мозга устроили? — Юра на мгновение отвлекся от блестящих столбиков и окинул Виктора взглядом. — Чего он лыбится, как дебил? — Вряд ли, — пожал плечами Бек, — всего лишь разок задели. Но видели бы вы ответный апперкот... Юра скептически приподнял бровь, а Джей-Джей взглянул на Виктора с интересом. — Где научился? — Да так, в детстве немного занимался... Виктор пытался придать лицу невозмутимое выражение, но гордость задавить не удалось. Наверное, быть многократным чемпионом очень скучно, раз он так радовался обычной драке... Юра хмыкнул, Джей-Джей широко улыбнулся. Бек одобрительно хлопнул Виктора по плечу и подошел к Юре, положил перед ним горсть купюр. — Неплохо поработали, — присвистнул Джей-Джей. — Да уж лучше, чем мы, — вздохнул Юра. — Зато нам точно было нескучно! — Судя по виду Виктора, они тоже не скучали, все, хватит, не отвлекай меня! Юра снова вернулся к подсчету налички, Джей-Джей тихонько бренчал на укулеле, Виктор ушел умываться, а Бек опустился в кресло и щелкнул пультом. По телевизору шел какой-то мультик, но в общем-то было и неважно. Впервые за несколько дней Бека окутало чем-то похожим на умиротворение — словно у них на плечах не сидели копы, и не надо было валить из страны... Просто было уютно, как будто вернулся после рабочего дня и теперь имеешь полное право отдохнуть. Странное ощущение, подумал Бек. Хлопнул дверь ванной — вернулся Виктор. Улыбка его немного померкла, наверное, схлынул адреналин, и теперь губа побаливала. — Что дальше? — Не знаю, как вы, а я пи... офигеть как устал, — буркнул Юра. — И хочу есть! — Растущий организм. — Заткнись, Джей-Джей! — Молчу, — примирительно вскинул руки тот. — Тогда ужин в номер, а в Эль-Пасо завтра? — спросил Виктор. Юра и Джей-Джей согласно угукнули, Бек просто кивнул. Виктор улыбнулся: — Как насчет острых буррито и текилы? — Отличный план! — с энтузиазмом поддержал Джей-Джей. — Устроим Мексику прямо тут! Генеральная репетиция! Бек уже привычно вздохнул, но увидев знакомый огонек в глазах Джей-Джея спорить не стал — все равно бесполезно. Юра посмотрел сначала на Виктора и Джей-Джея, потом перевел взгляд на Бека. Похоже, он тоже был обеспокоен предстоящей пьянкой. Виктор уже схватил телефонную трубку, делая заказ, и довольно улыбнулся спустя пару минут: — Сейчас все будет! А в Эль-Пасо отправимся утром!