Проклятие кукловода

Не знаешь, где найдёшь и потеряешь, не знаешь, где споткнёшься в этот раз. Судьба хитра, она играет с нами, а где-то может просто стукнуть в глаз. (Владимир Мясоеденков)

Солнце уже садилось за горизонт, золотисто-алый отсвет скользил по крышам низких домиков, по зеленой траве, между верхушками леса неподалеку... Винцек шел по дороге, оглядывал низкие домики и думал, что сегодня он поздновато вышел к деревне, скорее всего, придется ночевать под открытым небом или искать местный постоялый двор или что-то в этом роде. Звонких монет у него было немало, но люди не все послушны их звону, какая досада! Мимо по дороге проехала повозка с лошадью, в одинокого путника полетел комок глины из-под копыт, и повозка, не остановившись, проехала дальше: кто-то, видно, припозднился и теперь торопился домой к ужину. Винцек только пожал плечами, вытирая грязное лицо: люди. Шум возле одного из домов привлек внимание путника, и он поднял глаза от дороги, повернулся в сторону шума: возле одного из домов, прямо у ступенек четверо пинали одного - молодого человека, почти мальчишку, скорчившегося у крыльца. Скука! Странник бы привычно прошел мимо, но в какой-то миг замер, словно пораженный громом, втянул прохладный вечерний воздух ноздрями, выдохнул: из раскрытой ладони избиваемого возле крыльца упал маленький красный колпачок, похожий на кукольный. Кукловод? Здесь? Тогда нужно помочь. Меж пальцами странника, словно из ниоткуда, появилась деревянная вага, Винцек повертел её в воздухе, улыбаясь задумчивой и какой-то рассеянной улыбкой, покосился на крестьян. Первый - светло-голубые глаза выделили того, кто пуще всех бил парня, плотного краснолицего крестьянина преклонных лет, видимо, главу семейства. Вага качнулась в ловких тонких пальцах, свернула вправо - и мужик, почесав голову и опустив руки, отошел влево, к коровнику. - Бать? Бать, ты куда? - обернулся к отцу самый младший, но Винцек уже выцеплял взглядом второго: парень лет двадцати, злой, уши полыхают... Видимо, гость чем-то основательно задел именно его. Плавное движение пальцев с зажатым в них деревянным перекрестьем - и парень отшатнулся и почти убежал следом за отцом. Без этих двоих били чужака уже не так сильно, и Винцек решил, что тот сможет подняться. Легкое движение перекрестья пальцев, взгляд голубых глаз на беспомощное тело - и ничего не произошло. Нити не отреагировали? Или их не было? "На него... не действует магия?" - Винцек проворно спрятал вагу в карман. Неважно, что душу переполняли сомнения, незнакомого кукловода - или кукольника - надо было спасать, и путник пошел к дому. - Прошу прощения, - спокойный, почти бесстрастный из-за невыразительности голос прошил воздух, и двое парней обернулись. - Я не решился бы отрывать вас от столь важного занятия, как избиение младенца, но нельзя ли попросить вас указать мне ближайший постоялый двор? - в ранее пустых руках так же незаметно, как ранее вага, появилась медная монетка и заплясала по тонким пальцам, заперекатывалась так ловко, что молодые крестьяне не мог оторвать от неё глаз. - Тут, у нас неподалеку, - выдавил один наконец, протягивая руку. - Всего двадцать минут ходьбы.. - Благодарю, - монетка с готовностью нырнула в шершавую от крестьянской работы ладонь, а её место заняла следующая. - Могу ли я спросить у вас так же, что сделала вам и вашим братьям и отцу сей несчастный молодой человек? - Да ну его... не скажу, - буркнул говоривший, отворачиваясь. - Придурок... - А не будете ли вы против, если я из сострадания возьму его с собой? Кажется, ему довольно сильно досталось... - монетка всё же извернулась и заняла своё место в ладони вторгого юноши. Крестьяне переглянулись и махнули руками: - Да и хрен с ним... - Благодарю вас, - Винцек наклонился и с трудом поднял безвольное тяжелое тело. Кажется, парню и впрямь здорово досталось: горячая плоть обвисла кулем, дышал парнишка тяжело и отрывисто. Впрочем, Винцек всё же не отказался от мысли забрать его с собой. Тонкие пальцы так же сгребли с травы незаметно красный кукольный колпачок. Кажущийся по своему строению очень хрупким, почти тонким, слабым и молодым Винцек смотрелся, наверное, со стороны очень странно, таща парня прочь от домика. Он вслушивался в горячее хриплое дыхание и думал одновременно о двух вещах: во-первых, куда его нести лечить, и во-вторых - кукловод или не кукловод? На кукловода не похож, кукол с собой нет, но, может быть, колпачок - это всё, что осталось от его кукол? Тогда он сможет научить Винцека чему-нибудь... Но для этого мальчишку сначала следовало вылечить. Горячее тело Винцек выгрузил недалеко от ручья, понимая, что к указанному постоялому двору до темноты уже не дойдет, достал один из оставшихся лоскутов и опустил его в ледяную воду ручья, а потом принялся сосредоточенно стирать с лица спасенного кровь и пыль. От холодной воды глаза спасенного открылись, оказываясь мутно-карими. - Нильс? - прошептал он, пытаясь что-то увидеть. - Нет, мы незнакомы, - странник склонился над ним. - Я тебя спас. У тебя были спутники? Кому сказать о тебе? - Нет... - прошептал парень и снова потерял сознание. Винцек вздохнул и снова принялся очищать и охлаждать больного единственным способом, которым он владел. Тело парня не подчинялось магии кукловода, исцелять Винцек не умел, так что приходилось сидеть и действовать наугад. Попутно странник вынул котелок, огниво, натаскал хворост, развел костер, набрал воды из ручья и поставил воду кипятиться. Набрать ещё травок для чая - больному всё легче будет. Между тем небо темнело, и Винцек прикидывал, как они будут спать: защиту он мог выставить, заключив обоих в "Сундук", но вот спальный мешок у него был только один. И одно одеяло. Вывод? Травки странник всё же набрал до темноты, закинул в кипящую воду и отставил котелок, а потом подбросил хвороста в огонь. Хотя бы до утра костер должен согревать. Винцек оглядел лежащего парня, распахнул его одежду: крепкое тело, синяки, царапины, по ощущениям переломов нет - вероятно, не так уж от души его и били. Успокоенный, он затолкал парня в вынутый спальный мешок, закутал, уложил недалеко от огня и положил возле вещмешка колпачок, чтобы парень, очнувшись, не рванул его искать. Начертил квадрат вокруг их стоянки, повертел в пальцах деревянное перекрестье и поднял руку, очерчивая границы "сундука", словно пряча их внутрь. Теперь до утра их не потревожит ни зверь, ни нечисть, ни растение. Самые слабые заклинания зачастую довольно сильны. Прихватив одеяло, Винцек прошел и улегся рядом с закутанным в спальный мешок телом, завернулся в теплую шерстяную ткань. Последней мыслью перед тем, как заснуть, был всё тот же вопрос, раскачивающий мысли Винцека, словно маятник: кукловод или не кукловод? Кого он спас этим вечером? Ночь прошла для обоих довольно спокойно, ну, если не считать, что свежеспасенный парень метался между сном и явью, периодически вырываемый из сна болью, а Винцек под утро подкопался под бок к телу в спальном мешке - холод щекотал незащищенную спину. Проснулся странник от запаха чая и негромкого шороха. Он сел, помотал головой и поднял светло-голубые глаза: с утра Винцек всегда соображал плохо и действовал медленно, зато вечером мысли его работали четко, ясно и быстро. У огня сидел на корточках, помешивая чай, давешний парнишка, правда, глядел он при этом на Винцека, и странник, пока ещё сонный, тоже принялся его разглядывать: пшеничные, кажущиеся под солнцем золотыми, волосы, торчащие непослушным ежиком, внимательные карие глаза, жестко сжатые губы и что-то особенно горестное, детское и трогательное в изломе его бровей. На виде ему едва минуло пятнадцать-семнадцать лет. Винцек знал, что видит спасенный им с вечера парень: светло-русые, кое-где седые отросшие ниже лопаток и стянутые в хвост, волосы, светло-голубые глаза, глядящие почти дружелюбно, лицо без признаков возраста и худое тело... - Здравствуй? - предположил наконец Винцек, осознав, что гляделки длятся несколько минут, и выпутался из одеяла. - У тебя чай выкипает. - У нас, - поправил его парнишка, ловко, не сходя с места, убирая рогатину с котелком от костра. - Это ты меня вчера спас? - Да, - кивнул странник. Поднялся, принялся складывать одеяло. Спальник, как он заметил, был уже скатан и завязан, а красный колпачок исчез с прежнего места. - Что ты такого сделал той семье? Воровал? - Да нет, - спасенный неловко улыбнулся, трогая синяк на скуле - видимо, тот ещё побаливал. - Я ищу брата, нас разлучили в раннем детстве, а у них в семье один приемыш. Вот я и решил спросить - а они на меня накинулись. - Логично. Людские семьи обычно не терпят вмешательства чужаков в личную жизнь, - Винцек разлил по чашкам чай, выложил из вещмешка продукты - орехи, яблоки, вяленое мясо, хлеб, разделил пополам и пододвинул парню. - Ешь... Как тебя зовут? - Нильс. А тебя? - Я Винцек, - странник соорудил бутерброд, откусил кусок. Теперь надо было спросить о главном, хотя он уже чувствовал, что ошибся: кукловод не мог быть таким юным и доверчивым. - Вчера у тебя выпал колпачок кукольный... - Это не кукольный, - вздохнул юноша. Показал красный колпачок маленького, даже не для головки младенца, размера, и спрятал. - Это принадлежало моему брату - всё, что у меня от него осталось. - А... понятно, - разочарование было таким сильным, что Винцек удивился сам и, чтобы это скрыть, вгрызся в бутерброд. Он и вправду ошибся, но о спасении этого мальчишки жалеть не собирался: что сделано, то сделано. Теперь единственное, что его интересовало, была сопротивляемость парня к магии, но ведь родятся и такие, почему бы Нильсу не обладать этим природным качеством? Значит, Нильс ему не нужен. - Скоро дойдем до постоялого двора. Деньги у тебя есть? - Нет, - пожал плечами парень. - Я обычно работаю за еду. Дрова колю, животных чищу, воду ношу, и прочая. Винцек кивнул, мельком поглядев на руки собеседника - сильные, крепкие, пусть и в синяках. Такой может. - Ну, и хорошо. Я собираюсь там остановиться, а потом через день пойду дальше. Там и расстанемся. А сейчас доедай и пойдём. - А что ищешь ты? - задал вопрос Нильс, любопытно глянув на него, но Винцек ограничился лишь загадочной улыбкой: - Кто знает? Себя, вероятно, - пальцы привычно нащупали в кармане деревянное перекрестье, сжали его, словно предмет религии. - Кто знает...