Непреложный закон

*** — Пророк, Целитель, Воин, Ученик, Опора, — по очереди называл их Мэтт, и все они подходили, даже мрачная Джессика, лицо которой, когда он обратился к ней, вдруг разгладилось и озарилось радостью. Пятеро стояли за спиной Мэтта, и только теперь его бездонный взгляд обратился на Фрэнка, словно Мердок медлил до последнего, жаждал этого избежать. Фрэнк, вернее та его часть, что была Охотником, и сам вожделел сбежать отсюда, спасти свою жизнь. Мердок ведь не один теперь, он нашел себе помощников, и их хватит, точно хватит… Нет. Фрэнк сделал первый решительный шаг, затем второй. С каждым новым шагом сопротивление внутри слабело, и вовсе не потому, что Мэтт тянул его Зовом или очаровывал, нет. Просто… Это было правильно. Единственно верно. Фрэнк остановился вплотную к нему, улыбнулся. Мэтт смотрел на него своими невозможными глазами, но вместо космической бездны Фрэнк увидел страх перед предстоящим, одиночество, сомнение. Глаза обычного человека, а не вампира. Мэтт положил руки ему на плечи, сжал пальцы, но не торопился, теряя драгоценное время. Фрэнк покачал головой, стиснул Мэтта в объятиях и прижал к себе тесно-тесно, крепче, чем когда-либо раньше. — Все будет хорошо, Красный, — прошептал ему в ухо, лизнул туда же, не удержавшись от мелкого хулиганства. Подставил горло. — Мы с тобой только и умеем — делать то, что нужно. Куда ты, туда и я, непреложный закон этого мира. Не бойся. Острая боль, длившаяся бесконечное мгновение, пронзила его тело до кончиков пальцев, парализовала, лишая дыхания, воли… Жизни. Охотник в нем взвыл и исчез, и сам он исчез, растворился в небытии, успев лишь подумать, что кожа Мэтта все еще на вкус как вишня…