Герцог Алва на Крайнем Севере

Тут надо добавить одну подробность: для Якутии городок наш очень даже зелёный. Кругом маленькие скверики, тротуары, как правило, обсажены берёзками, а около домов растут здоровенные тальники. Памятник Тихонову тоже стоит посредине сквера. Сейчас деревья покрыты инеем, их ветки образуют причудливые арки, а восходящее солнце и вовсе превращает крохотный скверик в сказочный лес. Но размечтаться у меня не получилось. Потому как подножие памятника вымощено тротуарной плиткой, с которой снег счищают с завидной регулярностью, и, соответственно, скользкая она, почище льда. В общем, я чуть было не рухнула, но Рокэ успел меня подхватить. Надо же, а он оказывается, очень сильный, несмотря на очень изящную внешность. Дальше мы двинулись уже под руку. Молча. Не знаю, о чём думал герцог, а на меня накатила ностальгия. Я вдруг вспомнила другую зиму, другой город, но такую же скользкую дорогу и сильного человека рядом. Так, в раздумьях, мы добрели до телевышки. Она у нас небольшая, но изящная. И очень «спартаковская» — красно-белая. -А это что? — спросил Рокэ. — Телевышка. Ты телевизор дома смотрел? — Ну да. — Так вот, без этой вышки в городке ни у кого бы не показывал телевизор… Дальше пришлось вспоминать школьный курс физики и на человеческом языке объяснять принцип работы телевидения. Спасибо дорогой и любимой Ларисе Алексеевне, моему Учителю физики, её уроки невозможно забыть! Не знаю, что понял из этой лекции маршал, но по окончании тирады он сказал: — Понятно. — Тогда пошли дальше. Мы пересекли ещё одну улицу — на сей раз Советскую и оказались в «парке имени Змея Горыныча». Ещё один шедевр архитектуры нашего городка. Центральная фигура в оном разукрашенная во все цвета радуги железная громадина-горка в форме, собственно, трёхглавой змеюки. А вокруг расположены ещё несколько таких же железных, но куда менее масштабных абстрактных скульптур. Понятно, что всё это тоже располагается в скверике. Поскользнувшись ещё пару раз, мы, наконец, выбрались на центральную площадь городка. Площадь Ленина, естественно. Сама площадь представляет собой прямоугольник, ограниченный тремя зданиями: по центру — Дворец Культуры, слева — гостиница, справа — районная администрация. И вот тут я от души пожалела, что лет семь тому назад памятник Ленину на площади сменили. Прежний носил гордое имя «чупа-чупс» за очень своеобразную морфологию: огромная голова вождя мирового пролетариата покоилась на колонне. И всё! Нынешний памятник Владимиру Ильичу скоромно сидит (несмотря на то, что памятник) справа от входа во Дворец Культуры. С головой у него по-прежнему трудности. Не знаю, что движет ваятелями, но вот регулярная гидроцефалия бедного Ленина удручает. Да-а, ещё поза… О это шедевр! Не знаю, кому как, но мне она упорно напоминает Горлума, который собирается съесть рыбку. Похоже, скульптура произвела на маршала неизгладимое впечатление. -Дэй, а почему у него голова такая большая? — Наверное, потому что сильно умный — не моргнув глазом, выдала я. И взглянула в лицо Рокэ, дабы полюбоваться произведённым эффектом. Боги милосердные, как же вовремя я это сделала! С Алвой случилось то, что часто случается не только с приезжими, но и с местными уроженцами. Его выдающийся нос первым получил привет от суровой якутской зимы — побелел. Я сдёрнула с рук варежки, и без церемоний стала согревать нос маршала горячими (ещё бы, в тройных-то варежках) ладонями. — Д-дэй, что ты делаешь? — Оберегаю твой нос от обморожения. Знаешь, похоже, нужно зайти в тепло. Пойдём. И я потащила Рокэ в гостиницу, где, как мне помнится, было неплохое кафе.