Не такой.

      Ирония. Иначе это Гелия назвать не может, стоя посреди огромной подземной пещеры, наполовину заполненной прозрачной, холодной водой, поступающей из подземного водопада, бьющего, казалось, в самый центр комнаты.       Ирония была в том, что магия, охранявшая это место, пропустила только их с Флорой, оставив остальных борцов света снаружи - ждать и верить.       Ирония была в том, что Оракул, защищавшая оружие, необходимое для победы, дает одно, почти невыполнимое, с точки зрения Флоры, задание.       И правда, как-то туманно звучит - открытие самой болезненной тайны. Она не понимает - какие тайны могут быть у них друг от друга? Что настолько страшное может скрывать Гелия, непривычно напряженный.       - Это так необходимо? - наконец, после долгого молчания спрашивает Гелия, поворачиваясь к Оракулу, принявшему облик призрачной девушки.       - Конечно, - звонкий, мелодичный голос Оракула отражается эхом от стен - как сотня маленьких колокольчиков, звучавших в полной гармонии. - Иначе, как я пойму, что ты достоин, Темный?       Гелия вздрагивает, но Флора почти не замечает этого, глядя на Оракула, пытаясь осознать услышанное. Темный? А Гелия усмехается, почти с ненавистью глядя на создание. Ей скучно, он это видит ясно. Она уже все прочитала в его мыслях, проводя призрачными пальцами по крови на его истерзанной душе. Развлекается за его счет. Ей нужны сильные эмоции, чтобы хоть как-то переживать следующую вечность в одиночестве, в полудреме.       Выбора нет, только вперед. Гелия не привык отступать.       Что не сделаешь для победы добра, не так ли?       Но слов не находится. Он смотрит в распахнутые глаза цветочной феи, и не может, просто физически не может вырвать из себя признание. Как о таком рассказать? Решение приходит само. Флора даже сделала шаг назад, когда улыбка на лице любимого сменяется кривой усмешкой. Он подходит ближе к озеру, касаясь носками ботинок прозрачной воды. Ухмыляется, глядя в глаза Оракулу.       - Показать ведь будет наглядней, не правда ли?       Вновь раздается звон колокольчиков - так Оракул смеется, принимая новые правила игры.       Гелии кажется, что из него медленно, болезненно вытягивают душу. Он закрывает глаза, пережидая фантомную боль, которую не заглушит никакое обезболивающее. А на зыбкой поверхности падающей воды появляются первые картинки. И на каждой Гелия. Тренировки, сражения, убийства. Застывшее на лице равнодушие, когда он вытаскивает свой неизменный кинжал - подарок Марты - из тела убитого противника. Кажется, такого же наемника, как и он сам - только нанятого для убийства самого Гелии.       Гелия не смотрит, он открыл глаза, но взглядом ловит каждую эмоцию на лице Флоры. А девушка медленно опускается на колени. Ее мир, казалось, разбивается, как водная гладь озера возле водопада. Она переводит взгляд на любимого, губами шепча, умоляя сказать его, что это неправда.       Гелия только прикрывает глаза, чтобы только не видеть этой мольбы.       - Это правда.       А вода в озере становится вязкой, алой, как кровь. И он стоит на самом краю, не пытаясь отойти в сторону, чтобы не пачкать ботинки.       Неожиданно Оракул смягчается. Кровавая картинка исчезает. И там, переведя взгляд, Флора видит совсем другого Гелию. Гелию, который закрывает собой незнакомых ей людей. Гелию, прижимающего к груди изломанного, покрытого синяками ребенка, унося его дальше от бед.       Флора плачет, не скрывая слез. Она чувствует - осознает - что ей придется выбирать. Между Светом, подругами, школой... и Гелией. Убийцей, чьи руки в крови. Убийцей, что совершал такое, что даже Валтору снилось бы в кошмарах - в этом Флора мало сомневается.       И выбор, как оказалось, очевиден.       Он не смотрит на нее, отводит взгляд. Но она не чувствует за ним стыда за свои поступки. Он уверен в своей правоте. И Флора встает с колен, медленно подходит, останавливается на расстоянии вытянутой руки.       - Если бы... ты смог бы причинить нам вред? - как-то по-детски, наивно спрашивает она, готовясь поверить каждому слову. И Гелия, глядя в ее глаза, говорит правду.       - Нет.       И она верит. Делает последний шаг, обнимает за талию, прижимаясь всем телом. Это только ее выбор.       На сердце больно и легко одновременно.       По кровавой воде проходит сияние, оно расходится в стороны от замершей парочки, очищая, делая озеро вновь прозрачным. А со дна, в шаге от берега, поднимается шкатулка. Скользя по озеру, она приближается к Гелии. Отпустив фею, Гелия наклоняется, проводит кончиком пальца по узорной надписи на крышке.       - Тьма не есть Зло, точно так же, как и Свет не всегда значит Добро, - шепчет, читает он. И шкатулка открывается, показывая крупный розовый лотос - вместилище той магии, что поможет победить.       Флора первой идет в сторону выхода. Ей хочется многое спросить у Гелии. И страшно. Страшно узнать ответы. Страшно смотреть в глаза друзьям.       Гелия задерживается, молча смотрит на Оракула. Призрачная девушка молчит, вглядывается в лицо наемника. А затем, неожиданно для него, кивает.       - Я выполню эту просьбу.       Флора делает последний шаг к магическому барьеру. Замирает на миг, собираясь с силами. Страшно. Шаг вперед.       Флора, сжимая шкатулку вышла вперед, за ней Гелия. И Флора улыбается, протягивает добытое сокровище Блум. Затем, неожиданно вздрогнув, хватается за голову, только благодаря поддержке Гелии не падает на землю. А открыв глаза, с удивлением признается подругам.       - Я не помню... прости, Блум, но я правда не помню, как мы достали ее.       Гелия отрицательно качает головой на вопросительные взгляды. И только когда остальные ушли вперед, он едва слышно шепчет в сторону пещеры:       - Спасибо.       Ведь Гелия ценит у феи ее искреннюю доброту и улыбку. И меньше всего хотел стать причиной ее боли. А если для этого нужно стереть ей память...       Так будет лучше.       И пусть ему и дальше придется скрывать свою темную сторону, не имея возможности поделиться ни с кем своими переживаниями...       Он это выдержит. Он сильный. Он не сломается. Ведь его выбор, как оказалось, тоже очевиден.       Он будет защищать Флору. Защищать от самого себя.